Любовь на поле боя

Детство и юность Баттерса были, мягко говоря, не самыми радужными. Казалось, всю жизнь парня, с самого рождения, родители были в нем разочарованы. Вечные несправедливые наказания, граничащие с абсурдом, побои и оры – это лишь малая часть того ужаса, что парень перенес. Добавьте к этому насмешки со стороны одноклассников и всеобъемлющий пиздец, что твориться в Южном парке и готово! Поздравляю, на выходе имеем психически неуравновешенного человека. Но Баттерс честно держался изо всех сил, чтобы не скатиться во мрак. Во много благодаря Кенни. Так было еще со школы, когда Стотчу было плохо, Кенни был единственным, кто это замечал и всячески его поддерживал. Также как и Баттерс помогал Кенни. Они даже не заметили, как всю среднюю школу провели вдвоем, сначала потому что Кенни попросил, помочь подтянуть оценки, а после, потому что парней невероятно сильно тянуло друг к другу. Без преувеличений, если за день Баттерс не обнялся бы с Кенни, его напряжение и тревожность возрастали до предела, а наблюдения, за тем как Маккормик по-дружески обнимался с кем-то, вызывало у Баттерса такую бурю эмоций в груди, что перегорела ни одна коридорная лампочка. Стотч даже пару раз боялся за сохранность его маленькой тайны. Кенни был первым, кто признался в симпатии, и Баттерс до последнего в это не верил. Он просто не мог поверить. Не могло ему так повезти с отношениями. Маккормик, в связи со своим материальным положением, не мог позволить себе часто приглашать Баттерса на свидания, но был просто потрясающем парнем. Заботливым и очень хорошим. Баттерс не понимал, что такой прекрасный человек в нем нашел, он ведь был уродливым, глупым и до смешного неуклюжим. Но Кенни был с ним. И их подростковые отношения были именно такими, какими вы можете их представить – неловкими, слащаво розовыми и просто невероятно блять милыми. А потом все изменилось. Кэрол Маккормик получила хорошую работу в другом штате. Это означало, что Кенни и Карен покидают Южный парк больше, чем на три года. Баттерс остался один. Мысли о том, что с Кенни они смогут увидится только через год, в лучшем случае, заставляла Баттерса чувствовать себя брошенным. Как же он мог надеяться на то, что его любимый человек останется с ним. Конечно, он невероятно радовался за семью Маккормиков, они заслуживают нормальной, счастливой жизни, но Кенни с уездом, как будто забрал с собой все хорошие, что было в жизни Баттерса. Баттерс не думал становиться супер злодеем. Во многом благодаря тому, что его силы были под строжайшим запретом. Родители запрещали проявлять хоть малейший намек на дар парня, так что если бы он и хотел использовать его, то банально не умел. Но, иногда, когда он испытывал сильные эмоции, силы как бы сами по себе вырывались. И попытки контролировать их в такие моменты, было похоже на попытки погасить фитиль динамита, неумолимо приближающийся к взрыву. Но у вас нет ни воды, ни песка. Вы конечно можете попытаться его задуть, но это вряд-ли поможет. Баттерс просто иногда «взрывался». И чаще всего, вместе с ним взрывались все окружающие лампочки и бытовые приборы со слабыми контактами. С уездом Кенни его жизнь медленно растеряла все краски. Сначала подколы Картмана и просто бесконечное количество шуток о том, что Кенни – шалава, и будет спать со всеми кого встретит, постепенно переросли в самый настоящий буллинг. Причем не только со стороны толстяка. Баттерс все чаще находил в своем ящике записки с угрозами и надписями по типу «педикам тут не место», в его обед плевали какое-то невероятное количество раз, да чего уж таить и в него самого харчков прилетело больше, чем должно прилетать в обычного человека. Кенни бы без задней мысли сломал бы носы этим уродам. Но не Баттерс, нет. Он ведь хороший мальчик. После очередного наказания на пустом месте, родители забрали у Стотча компьютер, и парень вынужден был задержаться после уроков в компьютерном классе. Он делал домашние задание, и был та погружен в свои мысли, что не заметил, как на улице стемнело. Парень не хотел получить очередное наказание за опоздание и поспешил убраться из школы. Баттерсу не привыкать падать лицом в снег, но сейчас он упал не по своей вине. — Читать умеешь? — Грубый голос раздался позади Стотча, и явно не предвещал ничего хорошего. Высокий парень в черной потертой одежде возвышался над Стотчем. Незнакомец выглядел так, словно с секунды на секунду готов был начать бить Баттерса по ребрам. — Я…Я умею, — чуть ли не задыхаясь от страха, прохрипел Баттерс и попытался подняться на ноги, но на его спину наступили и посильнее прижали обратно в снег. — Неужели? Тогда почему ты еще в школе, а? Пидорам не место в нормальном обществе, — Хулиган убрал ногу и позволил Баттерсу сесть на колени. Но лучше бы он этого не делал, как только он поднялся, увидел еще двоих парней стоящих рядом. — По.. пожалуйста не трогайте меня, — По лицу Баттерса текли слезы. Он не глупый парень, и понимал к чему все ведет. Баттерс поднялся на ноги и встретился взглядами с этими парнями. Они смотрели на него с таким призрение, яростью и смесью больного удовольствия, что у бедного парня началась паника. Баттерс со всей силы ударил ближайшего к себе парня в грудь и, пока ребята отвлеклись, принялся бежать. Никогда еще он не бежал так быстро. Но этого было недостаточно. Он помнит, как его лежащего калачиком на земле избивали совершенно незнакомые ему люди. Он кричал и молил их остановиться, но получил лишь удар в челюсть, только чудом не сломавшуюся в тот момент. Он помнит как его, почти без сознания подняли под руки и с размаха ударили по лицу, специально, чтобы оставить огромный фингал. Он ничего им не сделал, он был хорошим, старался делать добро всем без исключения, а получал в ответ только боль. Так было всегда, возможно он заслужил. Баттерс не знал, как оказался дома. Все его воспоминания смешались, крики отца накладывались на пульсирующую головную боль, тремор и тошнотворный металлический привкус крови во рту. Вроде он без конца просил прощения. У родителей, у тех парней что его избили, и у Бога, за свое существования. И ему правда было очень жаль. Время лечит, и спустя неделю Баттерс снова вернулся в школу. Он больше ни с кем не говорил, не произносил ни слова. Он отдал всего себя учебе, не то чтобы у него были с этим какие-то проблемы, наоборот он был лучшим по успеваемости в школе. Но теперь это было единственное, что он делал. Так тянулись недели, и Стотч уже смирился с тем, что это время нужно просто пережить, подождать пока не станет чуть легче. Направляясь в сторону дома, Баттерс услышал крик помощи. Обычно он ни за что бы не пошел спасать незнакомого человека, ведь тогда помощь будет нужна уже двоим, но вспомнив как страшно было тогда в пустующем переулке, Баттерс решил, что хотя бы попробует помочь попавшему в беду. Завернув за угол, он заметил как один из хулиганов, что недавно его избивали, сейчас отбирает все деньги у рыжеволосого очкарика. Видимо, весь быт этого парня заключался в самоутверждении за счет других. Мерзость. Баттерс кинул свой рюкзак в сугроб, и изо всех сил толкнул хулигана в снег. Хулиган узнал Баттерса, и он, вальяжно лежа в снегу, материл и унижал его. Это была последняя капля. В сознании Баттерса словно оборвалась цепь, которая все это время сдерживала его гнев. Стотч пригнул на парня и начал яростно его избивать. Он бил, и бил и бил его, пока рыжий мальчик не начал его оттягивать. Баттерс не видел и не слышал ничего вокруг себя, он смеялся таким заливистым смехом, что из глаз непроизвольно текли слезы. Вокруг неприятно пахло металлом, и этот запах понемногу возвращал Баттерса в реальный мир. Следующе, что он заметил, это то, что его руки, измазанные в чужой крови, искрятся и неприятно покалывают, так, словно их отлежали. А потом, то, что он избил парня до полусмерти. Леопольд «Баттерс» Стотч, отличник, и просто хороший парень, который и мухи не обидит, избил человека. Но самое страшное, что он даже не сожалел, тот парень издевался над ним и над такими же как он детьми. Он был плохим. Он не должен был существовать. Баттерс почувствовал внезапное, непреодолимое желание добить его. Тот едкий голос, что обычно говорил Баттерсу о его собственной никчемности, сейчас же кричал, что так и нужно делать. Все правильно. Этот человек заслуживает такой сильной боли, которую только Баттерс способен выдать. Адреналин в крови зашкаливал, и Баттерс, остатками здравого рассудка, решил, что пора валить. Он схватил за руку полностью офигевшего от происходящего рыжего парня, и они поспешили убраться подальше от этого места. Дуги О’Коннелл, так зовут парня, которого Баттерс вытащил из передряги. К Огромному удивлению Баттерса, Дуги не сдал его директору, он, казалось восхищался Стотчем. Никто до этого не убивал за него людей, никому просто не было до него дела. О’Коннелл не обладал никакими сверх силами, да и без этого сильным его не назвать. Мало того, что он был щуплым, очкариком-задротом, так еще и самым младшим в своей группе, на голову меньше даже девчонок, не то что парней. Вот эти самые парни и решили, что он просто отличная мишень для издевательств, постоянно отнимали у парня карманные деньги и нагружали своей домашкой. Дуги и Баттерс по-настоящему подружились. В один момент у них созреет прекрасный план, надежный как швейцарские часы - стать супер злодеями. Справедливости ради, сначала они просто хотели изменить мир к лучшему, но вскоре это переросло в одержимость захватить мир. *** — Каков план, босс? — Дуги пытался разобрать написанные от руки каракули Баттерса, и это больше было похоже на вертикальные рисунки спагетти, чем на злодейский план, — Я, правда, ничего не могу разобрать. Но Баттерс даже не заметил того что с ним говорили. Он бродил по комнате бормоча себе под нос что-то не членораздельное, и был так этим погружен, что не заметил руку Дуги щелкающею у него рядом с лицом. От такого неожиданного жеста Баттерс перепугался, подпрыгнул на месте и чуть не ударил Дуги током. — Эй! Мог бы хотя бы сказать, что в комнате! — Я говорил, — Возразил Дуги, но Баттерс всем своим видом показывал, что не верит, а даже если и верит, О’Коннелл сам виноват, — Не важно. Каков наш план? Баттерс задумчиво посмотрел на друга и пожал плечами. — Я думаю, все как всегда. Я устрою громкий теракт в центре, может, возьмем заложников, с требованием раскрытия личности Мистериона, а ты будешь прикрывать мою спину, как всегда. — Больше похоже не на громкое дело, а скорее на отчаянную попытку защититься. — Ага, — Баттерс недовольно склонил голову на бок, — Если у тебя есть идеи получше, я готов выслушать. Баттерс опять стал ходить туда-сюда, выглядел очень напряженным. Невооруженным глазом можно было заметить ужасающими синяками под глазами, и в целом вид парня заставлял желать лучшего. — Бат, ты хоть поспал? Отстойно выгляди.. — Не успел договорить Дуги как его перебили — Нет! Нет, я не спал, я даже не присел! Я не могу сосредоточиться, и мне не дает покоя, то, что герои еще не объявились. Мистерион должен был им доложить И..И я не дома, — Последнее слово Баттерс произнес с задержкой, до него только что дошло, что герои все это время могли просто поджидать его дома. А еще дома был Кенни. Баттерс резко обернулся и подбежал к столу в поисках мобильного, но его там не оказалось. И под бумагами с безумным схемами, которые полетели на пол, его тоже не было. — Так, спокойно, ты меня пугаешь. — Они могли пойти ко мне домой. Где телефон? — Сзади. На зарядке, — Дуги жестом указывает за спину друга, — Спокойнее, если бы у тебя дома что-то случилось, Кенни бы позвонил. После слов про зарядку, Баттерс уже ничего не слушал. На его удивление, не было ни одного пропущенного звонка, ни голосовой почты, ничего подозрительного. Но одно сообщение от Кенни: Кенни «У Кевина срочные проблемы я уехал, чтобы ему помочь, вернусь через пару дней лол. Не скучай. Люблю.» 23:17 Баттерс «Ты шутишь? Я переживаю, позвони как только сможешь.» 3:38 — Ого, если бы я не знал Кенни подумал бы что он тебе изменяет, — Дуги хотел разрядить обстановку, но поскольку он был очень социально неловким, выходило не хорошо, о чем ему говорил хмурый взгляд Баттерса— Понял, я заткнулся. Хоть у Кенни и была эта отвратительна привычка периодически "исчезать" на пару дней и постоянно сбегать из дому, в этом сообщении не было ничего из ряда вон выходящего. Но Баттерсу что-то подсказывало, что с Кенни произошло нечто плохое. Возможно, за него говорила повышенная тревожность, бессонница и стресс, но после третьего пропущенного звонка со стороны Маккормика, Баттерс решил позвонить Кевину. Стотчу, правда, было неловко от этого. Он доверял Кенни, и никогда не сомневался в словах возлюбленного. Просто ему нужно было убедиться что он в порядке, а не в тюрьме, плену или еще где похуже. Несмотря на ранее время, Кевин быстро поднял телефон. Парень был удивлен когда Баттерс осторожно начал расспрашивать его о том не нужна ли ему помощь. Оказалось, что, нет, не нужна и, очевидно, Кенни он не ждал. Баттерс только извинился, и сказал что все как всегда напутал. Мысленно себя успокоив, и напомнив себе что у Кенни есть привычка внезапно пропадать, Стотч решил использовать тяжелую артиллерию – звонок Карен. Если кто и знает где Кенни так это она. Девушка ответила почти сразу. Сонным голосом, не до конца понимая, что вообще Баттерс хочет от нее в такой ранний час. Какой брат? Куда уехал? Непонятно. Карен только сказала, что не мать этим двоим и, что, вот так сюрприз, не видела и не слышала ни того ни другого Маккормика. С ее словами последние крупицы самоконтроля Баттерса улетучились в стратосферу. — Ладно, новый план, — Баттерс невозмутимо вернулся за стол, — Нужно поговорить с Мистерионом. *** Ближе к ночи Профессор Хаос принялся делать то, что получается у него лучше всего – разрушать здания, построенные простым работягами за гроши, в надежде, что это привлечет внимание одного героя в фиолетовом плаще. Он был не в самом благополучном районе, где люди боялись героев не меньше чем злодеев. Именно эти места были известны тем, что их патрулирует Мистерион. Хаос надеялся на то, что герой покажет себя достаточно быстро, и ему не придется превратить все в округе в руины. Так и случилось, долго ждать не пришлось. — Хаос! Что на тебя нашло? — Мистерион кричит, но из-за взрывов его хриплый голос едва ли можно было услышать. Герой, что так хотел избегать встреч с Хаосом один на один, теперь не имел другого выхода, кроме как столкнуться со злодеем лоб в лоб. Буквально, потому что поднявшаяся пыль мешала герою нормально видеть, и он влетел в Хаоса. Чтобы сохранить равновесие Мистериону пришлось схватиться за злодея. — Ого, Мистерион, не думал, что ты так по мне соскучился! Но мне не нравится обниматься с человеком, у которого ножи в каждом кармане. Знаешь, не внушает доверия. — Замолчи, это вышло случайно, — Хоть Баттерс сейчас и был в костюме злодея и не знал что Мистерион на самом деле близкий ему человек, Кенни было неприятно слушать, что его же парень не хочет с ним обниматься. Это он не должен хотеть. Это он тут обижен. Мир не справедлив. Мистерион не был расположен к битве, как и Хаос. Но они оба были на поле боя, среди клубов дыма и обломов улицы. Все зеваки давно разбежались по домам, и у них было достаточно времени до прихода других героев. Никто не решался нанести первый удар, вместо этого Хаос тихонько спросил: — Почему ты не рассказал обо мне? — На лице злодея читалось искрение не понимание. Мистерион ведь один из тех героев, которые сражаются не ради славы и собственной выгоды, нет, он был за справедливость и за мир без зла. Он, наверное, был героем с большой буквы, всего себя отдавал делу. И это было заметно даже его врагу. — Хаос, нам нужно поговорить, — Мистерион вздохнул и опустил руки, показывая, что не хочет сражаться. Но не успел опомниться герой, как его тело тут же пронзило сильнейший судорогой от удара током, и он упал, стараясь не задохнутся от спазмов. — Да, ты прав, нам нужно, — Хаос наклонился, чтобы смотреть в глаза Мистериона, — Я знаю, что ты или твои дружки-герои похитили Кенни. И если ты не скажешь мне, где он, я сниму с тебя капюшон, оторву голову, и повешу на всеобщее обозрение, чтобы все-все знали что за погань похищает невинных людей. Мистерион, который на минуточку все еще был занят тем, что пытался не потерять сознание, знатно так прифигел от слов Хаоса. То есть он, специально устроил погром, чтобы привлечь его внимание и в следствии начать угрожать. По какой-то невероятной причине, мысль о том, что Баттерс так сильно переживает за сохранность Кенни, что готов угрожать герою, хранителю порядка и закона, казалась ему очаровательной. Ну это почти также смело как безумно. — Ты невыносим, — Прохрипел Кенни, — Я не имею ни малейшего понятия, о том кто этот «Кенни», и где он. — Вранье. Еще один удар током, заставил только что поднявшегося на ноги героя опять повалиться на землю. Баттерс в гневе был страшен. Хаос уже было хотел снимать с героя маску, но его остановило предупреждение генерала Рейнаха «Приближаются герои».