Любовь на поле боя

Хаос улыбается, но выражение его лица больше похоже на хищный оскал. С дрожащих рук злодея капала горячая алая кровь. Адреналин и острые ощущения текли по его венам. Воздух небольшого помещения быстро наполнялся мерзким запахом меди и железа. Хаос улыбнулся. Тела всех Борцов за свободу лежали у его ног, бездыханные. Профессор уже собирался покинуть это наполненное смертью место, как замер. Внезапный влажный кашель вывел его из своих мыслей. Мистерион сидел на коленях и держался за свою кровоточащую от глубоких ран грудь. Герой кашлял кровью, пачкая ею пол вокруг себя. Хаос раздраженно нахмурился, он думал, что давно его прикончил. Хаос подошел к герою. Пустые, практически безжизненные глаза Мистериона смотрели сквозь него. — Тц, почему бы тебе просто не умереть уже? — Но герой не отреагировал. Хаос присел и схватил его за подбородок, заставляя обратить на себе внимание, — Ты просто не сдаешься, не так ли? Вопрос адресованный в пустоту, Хаос знал что Мистерион не сможет ответить, потому что кровь стекала с его рта и он, еле дыша, хрипел. Хаос оттолкнул героя и встал, дабы осмотреть окружающие их тела. — Л… Лео… Я.. — Прохрипел герой, но профессор его не слышал. — Герои наконец то проиграли! Ты проиграл. Теперь ничто не помешает хаосу воцариться в этом мире, — Хаос улыбнулся, но в его глаза отражали печаль, — Жаль, очень-очень жаль, что я не смогу победить вас еще раз. Хаос поднял с пола лежащий у его ног окровавленный нож, и он тут же заискрился, проводя электричество с рук злодея. Хаос медленно вонзил нож в сердце героя. Мистерион задохнулся, дрожащими руками герой хватался за лезвие, что все глубже проникало в его тело, в марных попытках вытащить его. — Это была достойная битва, — Хаос вытащил нож, позволяя герою рухнуть, и на пол полилось еще больше горящей липкой крови. Злодей самодовольно улыбнулся, — Как жаль, что все так быстро закончилось. — Я люблю… Хаос обернулся не веря в услышанное. Полными ужаса глазами злодей смотрел на Мистериона. Герой был без маски и капюшона. Герой оказался Кеннетом, парень корчился на земле от боли, хрипя и стоная. Хаос почувствовал сильнейшую боль в груди, словно это его сердце только что пронзили. Злодей панически ощупал себя, но так и не заметил ран. Но боль не отступила. Затем он в полной мере осознал что только что произошло, что он убил Кенни. Это Мистерион. Это Кенни. Что же он наделал?! — Я..люблю..тебя… — Едва слышным шепотом прохрипел герой. Кенни престал шевелиться, перестал хрипеть и наконец, перестал дышать. Хаос наблюдал за тем как жизнь героя покинула его тело, как его глаза закатились, дыхание остановилось. Хаос дрожащими руками потянулся к телу, словно одним лишь прикосновением он мог все изменить. Он попытался подойти, но чем больше хотел это сделать, тем дальше от него отдалялся. — Нет! Постойте! Кенни! Баттерс резко сел в кровати пытаясь лихорадочно отдышаться. Заметив, что он все еще находится в доме Карен, с храпящем под боком Кенни, парень немного успокоился. Баттерса, практически всю его осознанную жизнь мучали ужасающие ночные кошмары. Но он солгал бы, если бы сказал, что привык. К такому не привыкаешь, только надеешься, что в следующую ночь сможешь поспать. За окном едва ли можно было различить силуэты зданий, а это значит, что день еще не наступил. Спать больше не хотелось, да и уснуть бы у Баттерса все равно не получилось. Прикрывая глаза, в голову лезут только тревожные образы, а мысли и того хуже. Баттерс лег на подушку и сверлил потолок уставшим взглядом, стараясь не думать о том что будет сегодня. О разговоре с Кенни. Может час, может два, но едва видное, за пасмурным небом, солнце поднималось, потихоньку давая понять, что наступает утро. На часах едва было шесть утра, когда телефон Кенни не громко завибрировал, оповещая о звонке. Баттерс прикрыл глаза притворяясь спящим. Входящий вызов от Кайла в такую рань не предвещал ничего хорошего. Это мог понять даже сонный мозг Кенни. Маккормик дотянулся до телефона, и зевая ответил: — Да, привет, что случилось? — Спросил Кенни максимально непринужденно, словно бы он вчера не предавал героев. — Приезжай ко мне как можно скорее, Кен, дело срочное, — Серьезно сказал Кайл. — Эм, ладно, у меня есть минута, чтобы собраться или… Но в ответ был только сброшенный вызов. Кенни посмотрел на тихонько сопящего рядышком Баттерса, и решил, что будить его не стоит. На самом деле он решил, что разбудить его сейчас - вещь непростительная, сравни преступлению. Но когда Стотч пошевелился стало ясно, что парень просто притворялся спящим. — Я знаю, что ты на меня смотришь, — Прошептал Баттерс, лениво поворачиваясь в сторону Кенни. — Прости, не хотел будить. — Ты можешь никуда не уходить сегодня? — Если не пойду, они точно заподозрят что-то неладное,— Кенни осторожно, поправил челку своего парня, нежно проведя рукой по лбу. — Я быстро, обещаю, а как вернусь обсудим нашу... Ситуацию. Кенни наклонился и поцеловал Баттерса в лоб. Действие обычное, сделанное на автомате, и такое родное, что сердца обоих парней моментально тают. Они смотрели друг на друга влюбленными глазами, пока весь их мир рушился. Не буквально, конечно, но ощущалось так, и чем дольше они находились рядом, тем сильнее становилось чувство вины и обида. — Я не представляю, что делать дальше, — Честно признался Баттерс, отворачиваясь от Кенни. — Я тоже. Тихонько собравшись чтобы не будить, возможно спящую сестру, Маккормик схватил телефон, одел свою старую оранжевую парку, и выбежал из дому. Оставаться у Маккормиков еще дольше, и действовать Карен на нервы, Баттерс хотел меньше всего на свете. Вина и так давила, не давая нормально сосредоточиться даже на самых простейших действиях, чувства душили, и выносить этого больше не было сил. Стотч написал Дуги, чтобы тот приехал и забрал его, а сам стал собираться. Хоть О’Коннелл и был в другой части города, пустые утренние дороги позволили ему подъехать уже через десять минут. Не смотря на то, что Баттерсу было невероятно страшно даже взглянуть на комнату, в которой была Карен, уйти и не попрощаться с девушкой было бы непростительно, тем более после всего того что она сделала для  него. Перешагивая через свой страх, Баттерс стучится в двери, и не заходит, пока не позволят войти. Зайдя в спальню, парень видит, что Карен сидит за рабочим столом и работает за ноутбуком. Девушка поворачивается и вопросительно смотрит на гостя, ожидая пока тот не озвучит причину, по которой зашел. Баттерс прихрамывая, подходит ближе, чтобы не кричать через всю комнату. Руки непроизвольно сжимаются в кулачки, собирая вместе с этим остатки решительности. — Я знаю, что облажался, и мне, правда, жаль. Ты права, Карен. Я уйду из жизни Кенни, и он больше никогда не разочаруется, и ему больше не будет больно из-за меня. — Баттерс предельно серьезен, в голосе нет и намека на привычную шутливость. Только глаза наполненные слезами, говорят об эмоциональности парня, да и тем не позволительно пролиться. — Спасибо тебе за все, и пожалуйста, передай, чтобы он не искал меня. Баттерс разворачивается, чтобы уйти, но Карен его останавливает: — Постой, ты не можешь уйти ничего ему не сказав, — Карен смотрит прямо на Баттерса, но парень лишь стыдливо отводит взгляд, — Я серьезно, Лео, уйти без предупреждения это не решение проблем. — Возможно, ты права. Но это не так больно, я не хочу чтобы он видел как я уйду. Карен больше ничего не ответила, только закатила глаза, а у Баттерса нет сил на продолжение диалога. Стотч уходит, напоследок оставляя в жизни Карен неприятные воспоминания. *** Кенни буквально бежит домой, после не самого приятного диалога с друзьями. Парня чуть ли не разрывает изнутри волнение от предстоящей беседы с Лео! Ох, как же много вопросов и неукротимый интерес. Маккормик уже и почти не злиться на своего парня. Эта ночь ясно дала понять, что Баттерс он все тот же милый парень, которому так же больно и страшно как Кенни, и он все также нуждается в нем. Это не эгоистично, Кенни просто хочет быть нужным, а быть нужным это не эгоизм. Ведь так? Маккормик забегает в их с Лео квартиру, и уже с порога понимает, что что-то не так. Квартира была пуста, абсолютно пуста. Ни-ко-го. Ни осталось даже намека на то, что тут жило два человека. Кенни охватывает ужас, парень в панике осматривает каждую комнату, в надежде на то что это просто шутка, что ему показалось. Но парень обнаруживает только то, что ни одной вещи Баттерса не осталось , половина его шкафа полностью пуста, ноутбук, документы, и вообще все личные вещи парня пропали. Маккормик звонит Баттерсу, но его звонки сбрасывают. Вместо этого ему приходит смс от Баттерса: «Не звони мне больше.» Кенни бы никогда не подумал, что простые четыре слова, написанные в смс могут причинить так много боли. И конечно-же, кто он такой чтобы просто послушать его. Кенни сразу же набирает номер, а потом, когда ответа не следует, набирает еще раз и еще, но сколько бы он не звонил, попадал только на голосовую почту. Но сколько бы он не ждал, Баттерс так и не пришел домой. Не на следующий день, не через неделю. Кении оставил на его голосовой почте больше сообщений, чем положено даже матери потерявшей свое дитя, бесполезно. Номера Баттерса и Дуги были удалены, и все возможные знакомые также понятия не имели, куда пропал Лео. Кенни по десять раз обошел все возможные места, где мог бы быть его любимый, но это привело только к тому, что на него стали косо смотреть и подозревать в воровстве. Маккормику было плевать, пусть думают что хотят, лишь бы хоть раз взглянуть на Лео. Кенни был в отчаянии. Им даже не обязательно говорить, он просто хочет убедиться, что с Баттерсом все хорошо, что нога нормально зажила и что он в порядке. Никаких выяснений отношений, если сам Баттерс не хочет об этом говорить. Просто знать что он жив. Мистерион прокрадывался на базу Хаоса слишком много раз, как для обычного, незаинтересованного героя. Хотя, «прокрадывался» это громко сказано. База пустовала, все сотрудники уволены, а охранная система отключена. От Профессора Хаоса не осталось и следа, он как будто растворился, исчез так быстро, что никто и заметить не успел. Мистерион точно не успел. С каждым днем надежда Кенни медленно испарялась, оставляя вместо себя тревогу, грусть и обиду. Сердце Кенни исчезло вместе с Лео, а на месте такого важного для жизни органа как будто образовалась болезненная язва. Дни тянулись невыносимо медленно, сменяясь такими же долгими, бессонными ночами. Кенни не отчаиваясь, продолжал бродить по их с Лео любимым местам. Не теряя надежд на то, что однажды, возможно одного солнечного дня, в их любимой кофейне, где они так часто брали кофе, Кенни снова посмотрит в прекрасные голубые глаза Баттерса. Черт, Маккормик отдал бы за это все что угодно! Но ничего не происходило. Кенни переехал в однушку спустя месяц, когда стало понятно: Баттерс не вернется. Жить в квартире, где раньше каждый вечер и каждое утро он засыпал и просыпался в объятиях, где каждый уголок напоминал о Лео, было невыносимо больно. Ожидание неизвестности сводило с ума, но во всей этой ситуации стало понятно одно: Леопольда «Баттерса» Стотча больше никогда не будет в жизни Кеннета Маккормика. . . . Входящие: Неизвестный номер «Я просто хочу, чтобы ты знал. Мои сны все еще только о тебе.»