Как твоё имя?

      Конечно, он мог остановиться на полпути. Он мог стать и обдумать это внезапное решение: почему же ему стало так нестерпимо? И, что важнее: почему он так резко, так внезапно, но захотел помощи, что совершенно противоречило его обычному нраву. И тем более, почему решил искать эту помощь именно у неё?       Хотя, насчёт последнего и думать нечего: она просто-на-просто никогда не сдавалась. Каждый раз, как он игнорировал лекарство, что она приносила, или когда он молчал на её неизменный вопрос о самочувствии, она всё настаивала на своём, всё продолжала и продолжала приходить. Она пыталась... В отличие от него.       «Почему же я не могу перестать об этом думать?»       Вдали от города Ли Юэ было темным-темно, ведь месяц ещё оставался молодым, а звёзд в небе не было видно практически никогда.       Но в самом Ли Юэ об этом, казалось, и не догадывалось. Самыми тёмными ночами здесь было так же светло, как и днём, ведь всё: от уличных забегаловок и торговых лавок, до самых бедных (если здесь это слово вообще может быть использовано) было увешано бумажными фонариками.       Хижина же Бубу располагалась на одной из гор, на которых и был построен город. Сяо не смущали эти ступени, ведь изначально он передвигался по крышам – не хотел, чтобы его увидели. Конечно, он мог бы сразу телепортироваться куда нужно, но это занимало слишком много сил и энергии. Внутри было пусто. Конечно, в это время как доктор Бай Чжу, так и его маленькая мёртвая помощница ещё спят.       Он пошёл направо и тихо постучал в дверь, совершенно не понимая отчего же он так волнуется и отчего его сердце так колотится.       – Войдите, – полушёпотом сказала Люмин по ту сторону двери.       Адепт отворил дверь.       Внутри пахло целительными благовониями, которые стояли на блюдце у окна. На аккуратно застеленной кровати, поджав под себя ноги, сидела девушка, задумчиво начищая и без того блестящий меч.       – Сяо? – взволновалась она, – что ты здесь делаешь?       – Пришёл справиться о твоём здоровье, – солгал он, отмечая, какой слабый стал её голос, – слышал, ты уже несколько дней не выходила на улицу.       – Да, – опустила она взгляд, сжимая рукоять меча. Она хотела что-то добавить, но, наверное, не нашла нужных слов.       – Могу я присесть? – уже даже без холодности, лишь с привычным для него спокойствием спросил он.       – А, да, – она отодвинулась, похлопывая по месту рядом с собой, – да, конечно.       Он был немного удивлён – всё-таки имел в виду разрешение присесть на пол. Но, раз уж она приглашает...       В воздухе повисло неловкое молчание. Каждый из них думал, что хочет сказать, но слов не находилось.       – Ты выглядишь очень уставшей, – Люмин была очень благодарна ему за то, что он взял на себя обязательство продолжить беседу.       – В последнее время так и есть, – созналась она, желая излить душу хотя бы кому-то, – наверное, я просто устала от этого.       – Этого?       – Не знаю... Ежедневные просьбы, обязательства. Каждый считает, что я обязана помочь ему, у меня даже нет выбора. Принеси-подай, убей, разрушь. Меня именуют героиней, но продолжают обращаться как с девочкой на побегушках. Дошло уже до того, что я путешествую по ночам – лишь бы меня не видели. Я просто устала от этого всего.       Он молча слушал, наблюдая как её тонкие пальцы скользят по чёрному лезвию.       «Ей тоже нужна помощь... Как же эгоистично я полагал, что она может помочь и мне»       – И всё-таки, что тогда произошло? Господин Мо... Чжун Ли рассказал мне, что на том месте ты однажды одолела дракона, если это можно так назвать, но сейчас же там никто не обитает.       – Верно, – она отвернулась к окну, – однако это место хранит в себе воспоминание об этой битве. Я обнаружила это, когда впервые пришла туда отдохнуть – тогда у меня ещё не было Чайника и я искала для себя любые тихие места, чтобы отдохнуть. Мне снилась эта самая битва, только я была сама, без Вент... Тогда мне помогал Барбатос. Всё было по-настоящему. И поняла я это, когда, проснувшись, обнаружила подле себя несколько масел для меча, а также бутылёк с его дыханием. Как потом оказалось, каждому обладателю глаза бога нужны подобные артефакты, чтобы совершенствовать свои навыки. И раз в неделю я с кем-то хожу по подобным местам, ведь, как оказалось, только я могу их активировать.       Он слушал её, не прерывая, ведь она рассказывала всё на одном выдыхании, словно впервые это кому-то объясняет. Словно уже давно мечтала выплеснуть кому-то душу.       – Всё было хорошо, но... Мне снова нужно было сходить к Двалину, и... Что-то пошло не так. Я помню все его атаки, но он вёл себя не так, как обычно. Он... Я уже не помню, перед глазами словно была пелена, но обычно всё происходит между двенадцатью платформами, но он начал их рушить, каждую... И я не могла проснуться. Это всё, что я помню.       Она опустила голову, одной рукой судорожно сжимая лезвие меча.       – Ты поранишься, – он аккуратно взял её руку и переложил на рукоять, – не стоит добавлять себе повреждений.       – Прости, – прошептала она, – просто это всё... Я уже просто не могу, не выдерживаю.       – Я тебя понимаю, – впервые за долгое время он посмотрел ей в глаза, – понимаю, потому что прошёл через то же самое. Когда сначала тебе в радость помогать, ты думаешь, что наконец нашла своё место в жизни, а потом ты уже не знаешь куда себя деть, верно?       Она молчала. Он был прав.       – Если у меня хватит времени, то я могу тебе помогать, – задумался он, – однако ты должна с этим справиться, иначе просто не выберешься. Ты и так зашла слишком далеко, дальше будет лишь хуже.       – И... Что ты предлагаешь? – она замерла. Неужели он и вправду будет ей помогать?       – Ты учишься отказывать, я же, в свою очередь, иногда буду присоединяться к твоим странствиям. Естественно, только по лунным ночам – у меня тоже есть рабо... – не успел он договорить, как уже оказался в её крепких объятиях.       – Спасибо! – прошептала она, сжимая его, словно ещё секунда и он может уйти, – спасибо...       Он не знал, как себя вести в таких ситуациях: он ведь всего лишь предложил незначительную помощь, лишь крупицу времени из отведённой ему вечности. Неловким, непривычным движением Сяо тоже приобнял её. Для него всё это было в новинку.        – Мне правда нужно было это, – призналась она, – просто... Спасибо, что выслушал меня.       Она никогда не представала перед кем-то в своей слабости, ведь само это состояние было ей непривычно.       А он никогда не испытывал чужого тепла, и впервые за всю его жизнь его обняли. – Всё-таки, не зря я сюда пришёл, – на его бледных, впалых щеках появился едва заметный румянец.