Простите, молодой господин

      Запах дорогого алкоголя, вишневого табака, разгоряченных тел уже стал чем-то привычным, своеобразной частью комплекса жизни Наои. Когда ты молод и богат, весь мир падает к твоим ногам. Столько всего уже пережито, испробавано... Каждый раз хочется чего-то новенького, особенного, восхитительного.       Этот ночной клуб принадлежал вражескому клану, но молодого любителя острых ощущений это не останавливало. Поддельное удостоверение личности, мерзкая (для него) хипстерская шапка, полумрак помещения – дуракам везет. Громкий звук въедается в голову знакомой мелодией и хриплым голосом исполнителя. Наоя и его свита проходят к столикам. Молодой мужчина брезгливо протирает кожаный диванчик салфеткой: это место грязное, но здесь чертовски весело. У Наои пальцы в кольцах, а улыбка напоминает оскал. Его спутники смеются, передают друг другу пакетики с яркими таблетками. Зенин кивает в знак отказа, постукивая зубами по украшению в свежем проколе языка. Клан не одобрит.       — Добрый вечер, Вы определились с заказом? — молодой официант неслышно подходит, встает напротив диванчика Наои, терпеливо ожидает.       — Принеси самое дорогое пойло, что у вас есть, — один из спутников господина выпускает густой дым из легких, закидывая ногу на ногу. — И побыстрее.       — Еще дайкири, — Наоя внимательно смотрит на высокого официанта с небрежным пучком, довольно улыбаясь. — И волосы распусти, малыш, тебе так лучше.       Гето Сугуру натянуто улыбается и уходит к барной стойке.       — Понравился тебе? — все тот же парень с сигаретой наклоняется, стряхивает пепел на пол. — Оставь ему хороших чаевых со своим номером. Уверен, перезвонит и попросит встретиться.       — На мои деньги и ты бы повелся, — Зенин закатывает глаза, откидываясь на прохладную спинку дивана. — Я могу купить кого угодно.       — А как же твоя девушка? — к разговору подключается светловолосый парень. Катает во рту яркую таблетку, смотрит на любимого друга медовыми глазами, плавясь от его движений в свою сторону. Наоя был прав: он мог купить кого угодно. Даже эти парни рядом по этой причине.       — Бросил ее, — господин кашляет в сторону, морщит нос от едкого табачного дыма. — Скучно стало.       — Ваш заказ, — Гето оставляет напитки на столе, Наоя хватает его за запястье.       — Я тебе дайкири заказал. Возьми, — смотрит на него, хитрой улыбкой въедается в память.       — Не пью на работе, — официант отводит взгляд в сторону, нервно пытаясь вырваться из крепкой хватки. Прикосновения ощущаются как языки пламени Ада, ком в горле мешает дышать. Так страшно, а почему же? Неужели симпатичный парнишка ни разу не попадал в подобные ситуации? Неужели не предполагал, что подобное может произойти на этой работе?       — Ну ладно, встретимся после твоей смены, — Зенин нагло прищуривается, нехотя выпуская бледное запястье из своей руки. — Я так просто не оставлю в стороне то, что мне нравится.       Гето отворачивается, идет к барной стойке, скалясь в отвращении. Только что этот молодой господин назвал его вещью. Сугуру таких ублюдков ненавидел больше всего в своей жизни. Хотя поиметь с подобных безумно хотелось. У Сугуру есть гордость, к сожалению или к счастью.

У Сугуру была гордость.

      Парень нервно курит, прижимаясь спиной к грязной стене клуба. Этот господин уже неделю не дает спокойно жить. Терпение не пределе. Сегодня он ему все выскажет, обязательно.       — Все-таки ждешь меня? — Зенин игриво улыбается, подходя ближе. Ловко вырывает из тонких пальцев сигарету и выбрасывает. — Мне не нравятся курящие.       — Тогда отъебись уже от меня, — Сугуру тяжело дышит, сверкает глазами в темноте. — Ты не даешь мне покоя на работе, твои шестерки мой район патрулируют. Тебя считают постоянным клиентом нашего заведения, но информации я о тебе никакой найти не могу...       — Может, у этого заведения такой информации и нет? — Наоя осторожно протягивает ему руку, как-то слишком тепло смотрит в уставшие глаза. — Я не так глуп, как тебе кажется, Сугуру.       — Представься, — он отворачивается от собеседника, морщась из-за прикосновений к холодной стене. — Хочу знать, с кем имею дело.       — Фамилия Зенин тебе знакома? — он смеется, наблюдая за реакцией Гето. — Я Наоя, будущий глава клана.       — Ваш клан конкурирует с владельцем этого заведения. Забудь дорогу сюда, людей из моего района убери. Обещаю, не скажу никому, кто ты на самом деле...       — Ты не понял, Сугуру, — Наоя хватает его за подбородок, вынуждая смотреть в глаза. — У тебя сейчас только один выход: уехать со мной. Ты будешь жить со мной, у тебя будет все. И эта мерзкая работа тебе больше не понадобится. Я сделаю тебя счастливым.       — Ты меня не купишь! — он дергается, пытаясь освободиться. — Я ухожу.       — Поверь, я могу не только обеспечить тебе хорошую жизнь, но и превратить твою нынешнюю в Ад, — Зенин хрипло смеется, касается скул подушечками пальцев. — Так что будь хорошим мальчиком. Не усложняй свою жизнь.

У Сугуру не осталось гордости.

      Это осознание накрывает едкой волной. Легче переносить, когда факты постепенно фиксируются бредовыми мыслями в пустой голове. Тошнит от самого себя. Вся эта роскошь, дорогая одежда, вкуснейшие напитки и изысканные блюда... Это не его жизнь, не его реальность. Не для него. Гето сидит на шелковой прохладной простыни. Он встает, когда ему хочется. Делает, что ему хочется. Изредка Наоя просит внимания, хотя обычно в доме клана лишнего он себе не позволяет. Даже не склоняет ни к чему, просто обнимает и осторожно касается. Иногда нежно целует. Правда, частенько просит составлять ему компанию. На отдыхе Зенин дает себе волю, даже раздражает немного. Его друзья смотрят на него с презрением. Еще бы – держат за очередное развлечение. А Наоя шепчет на ухо о сильной любви, дарит подарки и исполняет желания. А Сугуру плакать хочется. Как же больно падать в собственных глазах.       Скучно. Никто не говорит с Гето, все ждут, когда Наоя наиграется и увезет его. Все-таки лучше наследнику найти невесту, чем привозить в дом клана молоденького любовника. Одиночество выламывает не хуже осознания собственной ничтожности. И иногда Сугуру ждет возвращения Наои. Потому что с ним можно хотя бы поговорить.       Гето выходит в сад. Здесь на удивление прохладно. Он замечает сидящего на траве темноволосого мужчину. Заметно старше Наои, может, его старший брат? Хотя вряд ли... Парень долго смотрит на широкую спину в полосатом кимоно. Хочется заговорить. А можно? Здесь все против него кроме Наои. Без Наои в доме клана страшно и неуютно.       — Долго еще пялиться будешь? — хриплый мужской голос возвращает в реальность, заставляет вздрогнуть от неожиданности. — Подойди.