Без тормозов

      — Нока-аут! Возьми-и меня-я с собо-ой!!! – я уже минут десять ныла возле серво медика. Вместо его ассистента, ибо Брейкдауну всё ещё требовались медицинские диагностика и обслуживание, на задание отправился Скайквейк, что и стало моим спасением.       — Да пусть пойдёт, тебе что, жалко, что ли? – вступился за меня джет. – В конце концов, посидит где-нибудь недалеко, в укрытии. Ей автоботы что, мозги вышибут?       — Скорее, вправят. – хихикнула я. – Чтобы я к ним перешла.       — Ага, пусть надеются. – Скайквейк протянул мне коготь, и я не замедлила дать ему пятюню.       Нокаут переводил взгляд с меня на джета, переводил, да и замотал головой, махнув длинными когтями.       — Шлак, да и Юникрон с вами! Свалились мне на головной блок, две беты неугомонные...       — Кто ещё тут бета! – грозно крикнул Скайквейк, подняв с пола фыркнувшую меня.       Конечно, я уже знаю половину кибертронских терминов. Даже временные мерки могу назвать. Не все, естественно, да и не с первого раза...       — Оп, малая! Сиди тихо, не рыпайся. – джет скинул меня за камешки недалеко от места резни и ринулся к такому же зелёному противнику.       Но я, естественно, конечно, без вариантов, безусловно, сидеть без дела не собиралась (кто бы, ёпт, сомневался).       Оббежав поле боя, я вовремя заприметила земной мост с выскочившей из него Мико.       — ...штукенция у меня! – немного повиляв от мрущих один за другим вехиконов, услышала я взволнованный голос японки.       — Это мы ещё посмотрим! – проорала я, хватая Мико за руку и оттаскивая от цилиндра.       "Мико! Что там..." – я хмыкнула и выбила из пальцев девочки телефон, положив трубку.       — Ах ты... Дура! – зло выкрикнула Мико, поднимаясь на ноги с пыльной земли, куда я её и скинула. – Я тебе сейчас такой синяк поставлю!       — Ну, давай потанцуем. – самоуверенно ответила я, бросая розовый телефон на землю и носком ботинка отшвыривая его в сторону.       — Мико! Не лезь! Она гораздо лучше подготовлена физически, она сильнее тебя! – автоботский разрушитель вдруг заметил свою напарницу и поспешил её предостеречь, но та его не слышала. Да и не слушала, если уж на то пошло.       Но Балкхед был прав. Сравнить натурально тощую фигурку японки и мою, с сильными руками, прессом, выработанным бессчётными тренировками и мощными ляжками... Я скорее её придушу этими ляжками, чем она меня победит. Но Накадаи было глубоко плевать.       Мико кинулась на меня.       Признаться, я недооценила эту, без сомнения, слабую противницу. Мико била наугад, можно сказать, вслепую, беспорядочно, из-за чего мне, привыкшей к точным ударам и выбору слабых мест противника, иногда приходилось отшатываться на пару шагов, потирая ушибленные то скулу, то лоб, то нижнюю челюсть. Но она била лишь в лицо, не принося серьёзных повреждений, в отличие от меня, знавшей множество приёмов – подсечка, швырок через себя, швырок противника вперёд, выбивание воздуха, дезориентация противника... И это даже не малая часть.       Мы дрались именно как сторонницы двух разных фракций. Жестоко, беспощадно, со злостью и ненавистью, словно и не было моего дня рождения, того посещения в больнице и ещё тысячи моментов, проведённых в идиллии и согласии. Словно мы с малолетства были врагами.       Но, видимо, матушке-судьбе было угодно, чтобы на этот раз десы просрались – мне ничего не стоило заломить руки Мико за её же спину, но она начала довольно ловко вертеться туда-сюда, отбросив меня... прямо головой на цилиндр.       Тот медленно начал раскрываться.       — Шарк тебя задери! – в Искрах воскликнул Скайквейк и сервоприводом отшвырнул и без того натерпевшийся цилиндр.       — ОЛЕНЬ КИБЕРТРОНСКИЙ!!! – заорала я, глядя, как информация вылетает... прямо в шлем одного из вехиконов.       Или Судьба решила нас пожалеть, или Скайквейк не олень.       — Уходим! – крикнул Нокаут, первым забрасывая ценного теперь вехикона в мост.       Я подняла с земли телефон японки и швырнула его в сторону девочки с диким хохотом.       — Лови!       Несмотря на свою не лучшую реакцию, Мико поймала устройство, прижав его к животу, и разочарованно заорала, глядя, как десептиконы скрываются в воронке, а за ними и я.       — Как себя чувствуешь? – медик проводил обследование пришедшего в себя вехикона.       — Нормально. – в некоторых моделях мне очень нравятся их голоса. Как сейчас, например – хриплый, словно прокуренный, но в то же время глубокий и хорошо поставленный.       — Отлично. Посиди пока тут. – Нокаут, избежавший мегатроновских пиздюлей за открытый цилиндр (Лидер быстро успокоился, узнав, что информация в башке одного из членов его экипажа), теперь совершенно не волновался за свою полировку и краску и чувствовал себя тоже, не побоюсь, прекрасно. – Ну что, Чарли, ты прекрасно сражалась.       — Ага. У одних – битва металлическая, у других – белковая. – хмыкнула я, доедая какой-то очень жирный (ибо масла там немерено) и очень вредный жареный пирожок с капустой. Зато было очень вкусно – хрустящая корочка (ибо еда была куплена только что в одном из азовских магазинчиков), сочная начинка и сам пирожок по форме напоминал эту игрушку в виде курицы, которая орёт, если нажать на её живот и отпустить.       — Так, Чарли, я отлучусь ненадолго, последи за нашим другом, хорошо? – я махнула рукой и кивнула. Не, ну а чё? Покушать у меня есть, ещё два пирожка, попить есть, покурить тоже, и телефон ещё, до кучи, на месте. Не жизнь, а рай.       Нокаут элегантным шагом свалил из медблока и оставил меня наедине с молча сидящим вехиконом. И конечно, мне сразу стало скучно.       Поэтому что я буду делать? Правильно – приставать к бедному рядовому.       — Ну чё, рассказывай. – вехикон дёрнулся и недоуменно посмотрел на меня, которая спустилась с терминала и подошла к его серво на расстояние нуля сантиметров.       — Что именно?       — Что-что... Как живёшь, как дела, как актив десептиконский?              Вехикон обречённо провентилировал, видимо, сообразив, что отвязаться от меня ему не светит, и начал длинный и познавательный разговор. Даже подтянул меня по кибертронским терминам и мерам. Немного, но всё же.       Рядовой быстро получил новое имя и теперь с гордостью называл себя "Лёха". И в одну минуту, когда новоявленный Лёха с неподдельным интересом слушал какую-то смешную историю из моей "прошлой" жизни и собирался было вставить свой комментарий, эрадикон начал нести какую-то хрень.       — Чего? – я, недоуменно прищурившись, посмотрела на товарища по фракции.       — Дифференциал одной третьей ар куб равен ар квадрат на эн куб. – Лёха подошёл к терминалу и начал туда что-то вводить.       — Эу? Всё хорошо? – я подбежала к его сервоприводу.       А дальше Лёха понёс уже совсем уж конкретную ересь.       — Нокаут, тащи свою алую жопу сюда, тут Лёха процессором поехал! – я прижала кнопку связи.       "Какой Лёха?! Что ты несёшь?"       — Да сюда пиздуй быстрее!!! – я отключилась, напоследок фыркнув, и напряжённо начала следить за кибертронскими символами, быстро появляющимися на экране.       Через пять минут в медбей буквально заехал на первой космической Нокаут, а ещё через две туда же собственной персоной неспешным шагом зашёл Мегатрон.       — Праймус великий! Это же... Формула синтетического энергона! – чуть ли не завизжал медкон.       Почти мурлыкая от осознания, что я снова всё вывезла, я изобразила крайнее изумление и задумчивость.       Лекции от первого десептикона вместе с его врачом о том, что такое синт-энергон и с чем его едят, заняли где-то полчаса-час. За это время я и с Нокаутом успела посраться (беззлобно), и вывести из себя Мегатрона дебильными вопросами (ну а что, я же не понимаю!), и достать Лёху, который всё ещё заполнял файл кучей формул.       До конца формула закончена не была – информация, как и в случае с Балкхедом, начала захватывать процессор вехикона, причём не в лучшую сторону. Из-за того, что его нейронные связи не были достаточно подготовлены для такого рода информации, он начал перегреваться и без разбора тыкать на все клавиши, даже вынужденный оффлайн не сильно помог.       В конце концов, Нокаут решил, что попробует задействовать все свои знания и закончить формулу самостоятельно (здесь мы с Мегом переглянулись, недоверчиво подняв кто брови, кто оптограни), а вехикона Мегатрон распорядился либо деактивировать, либо освободить от информации. Так что мы с медиком повели бедного Лёху, продолжавшего тараторить какую-то чушь, на взлётную полосу, где я с громогласным "Эх!" размахнулась и врезала по его шлему. Информация вырвалась и улетела к звёздам, а Нокаут, показав мне большой коготь, быстренько привёл в норму системы эрадикона и отправил его на службу.       И то, что мы подбираемся к самому ярому пиздецу, я поняла нескоро. А именно...       — Я разыскал кровь Юникрона не только для того, чтобы зажечь свою Искру... но чтобы собрать армию мёртвых и завоевать мир! И для завершения мне нужно больше, чем тот обломок...              Я еле удержалась, чтобы не сделать обречённый фейспалм. Класс, Мегатрон начинает ехать кукухой. Простите, процессором.       — Потому что я и есть та восставшая тьма, о которой гласит пророчество!!!       Да где ты восставшая тьма? Один раз воскреснул и всё? Восставший? Ты бы лучше думал, как начистить Прайму еблище, а не занимался этой фигнёй и не растрачивал силы эрадиконов почём зря. А, ну это в будущем. Но всё равно!       Это я и хотела высказать прямо в его лицевую, останавливали лишь уважение к меху и страх, что я разрушу наши дружеские отношения.       Проанализировав наши возможности разрушить Землю, я поняла, что из хотения помочь десептиконам достала им наиболее сильных воинов и оружие, с помощью которых им ничего не стоит доделать спейсбридж. Я просто понадеюсь, что у Прайма и его разрушителя получится спокойно выкрасть ту деталь... Как же она... Да и похуй, если честно. Вообще, в сериях с парадом планет я не должна никуда лезть. Там всё разрешилось отлично и в пользу десептиконов, и в пользу... А нет, не в пользу автоботов. У них-то Оптимуса спиздили.       — Время пророчества всё ближе и ближе! Мы не можем больше действовать скрытно...       Каждое упоминание о ссаном пророчестве заставляло меня кривиться, приподнимая верхнюю губу и сводя брови друг к другу.       Я, чтобы не сидеть без дела и не ржаветь в отсеке, оставила Косяку еды и отправилась вместе с эрадиконами на базу людей. Красть вот эту штуковину.       — Пиздим, пиздим, ну! Скорее, болванчики беспроцессорные! – я надрывала голосовые связки, подгоняя вехиконов, которые несли будущий источник энергии. Не, ну надо же было не показать того, что я не хочу достроить мост.       Мегатрон вообще какой-то дёрганный стал. Со мной не общается, орёт на всех, будто у него месячные, да ещё и не поинтересовался, что я думаю насчёт этого спейсбриджа! Блин, по приходе на корабль я выскажу ему это в фейс!       Недалеко от нас открылся мост, из которого одни за одним повалили...       — Автоботы! Ну козлы, всё веселье испортили! – для отвлечения автоботов я стала делать... собственно, нихуя. Сделаю вид, что обосралась и прячусь. Хотя, кто там поверит! Я всегда в самую жопу лезла, а сейчас испугалась каких-то автоботов?!       Пока я вела внутреннюю перепалку не только с самой собой, но ещё и с Голосом, появился, сверкая пластами брони и приземлившись во всём своём величии так, что я упала от содрогнувшейся земли, Мегатрон.       — Оптимус!       — Мегатрон.       Захотелось крикнуть: "А я Чарли!".       А на поле появлялись новые игроки.       — Выходит, я стрелял в Бамблби, а попал в человека?       Би рвался отомстить.       — Арси! Уходи с Рафаэлем и Бамблби!       Мегатрон ухмыльнулся.       — Чарли. Сюда, быстро. – Лидер когтем указал на место рядом с собой.       Ни протянутого манипулятора, ни взгляда на меня, хоть мимолётного, ни ласковой интонации в голосе. Я невольно отступила назад.       Он обращается со мной, как с шавкой.       — Ты не слышала? Подойди.       Почти не контролируя себя, я мотнула головой.       — Подойди сюда. Сию минуту. – Мегатрон чеканил каждое слово, словно вкладывая в интонации всю ненависть.       Мне стало страшно. Впервые в жизни я боялась его. Ни в мультике, ни в первый раз, когда я его увидела, я не испытывала страха. Но сейчас... Раньше привлекавший, сейчас Мегатрон вызывал животный ужас.       — Я выстрелю. – он оскалился, глядя мне в глаза.       Да что с тобой происходит, Мегатрон?!       — Ретчет, срочно включи земной мост! – и, когда мост открылся, Прайм чуть ли не зашвырнул меня в воронку.       Напоследок я посмотрела в оптику Лидера. Его окуляры просто пылали злостью. И ненавистью. Ненавистью ко мне.       На базе все уже вовсю суетились с Рафом, поэтому на моё пришествие Ретчет лишь отреагировал многообещающим "А с тобой я потом поговорю".       — Мои инструменты здесь не помогут! – заорал медбот, отшвыривая железки в сторону.       Пока Джек звонил маме, а Арси успокаивала разбушевавшегося Би, который пылал жаждой мести, я подошла к перилам возвышенности.       — Ретч, чего думать?       — Что?! – мгновенно повернулся на меня автобот. – Рафу плохо, он...       — Да я не про это. – я отмахнулась. Совершенно спокойной и даже скучающей здесь выглядела лишь я. – Сам сообрази – клин клином вышибают. А что помешает так сделать с энергоном?..       Через миг в оптике медика промелькнуло озарение, а потом она осветилась радость и облегчением.       — Гениально... Клин клином... Спасибо, Чарли! Мне нужен энергон!!!       Я пожала плечами, мол, да пожалуйста, обращайтесь, и отошла на диван.       Мою голову занимали лишь мысли о Мегатроне. Почему он так обошёлся со мной? Почему? Он что, НАСТОЛЬКО жаждет власти, что даже готов выбросить меня?       "Да. Ты ведь всего-навсего белковая. Какое ему дело до людей?"       Но я... Я же его друг... Мы ведь через столько прошли! Он же за меня волновался, спасал меня! Даже Саундвейв... Он говорил, что надо было видеть лицевую Мегатрона, когда он искал меня там, в Арктике!       "Корыстные цели. Его собственные интересы." – Голос словно пожал плечами. – "Ты помогала ему, и он не пожелал лишаться такого союзника. Вот и всё. В самом деле, дружба и первый десептикон! Небо и земля."       Ну не может же этого быть?! Я ему верила...       "Значит, зря."       В конце этого разговора была поставлена точка. Жирная точка. Размером с Балкхеда.       Я просто заплакала. От душевной боли и от обиды, от раны, которую нанёс мне только что Мегатрон.       Десептикон! Юникронов десептикон! Ты способен только разрушать! Ненавижу.       Я тебя ненавижу!!!       — Балкхед! Ты вернулся! – радости Мико я не разделила.       — Э... а ОНА что здесь делает? – разрушитель указал на мою тушку, выползшую из-за дивана.       — Она потом нам объяснит. Сейчас у нас есть проблема поважнее! – Джун зачем-то положила руку на лоб Рафа, подержала немного и обратилась к сыну. – Джек, помоги положить Рафа в машину, мы едем в реанимацию.       Раф, уже давно пришедший в себя (с моей, между прочим, подачки), растерянно поглядел на парня.       — Джун, вы видели, что творится на улице?! – Ретчет был, мягко говоря, в шоке. – Нельзя ехать по такой погоде!       — Нельзя подвергать детей такой опасности! – мгновенно отозвалась Джун.       — Постойте... А где Оптимус? – вовремя встряла Мико.       Ретчет подбежал к терминалу.       — Шлак... Нам надо спасать Оптимуса!!! – заорал медбот, открывая мост по его координатам.       Я отошла к дивану. Не было сил даже говорить, я просто была опустошена.       Да, Прайма спасли и притащили, полуактива, на базу. Это меня не очень волновало.       — Привет. – Раф.       — Ему повезло, что он жив. – это уже Джун.       На минуту замолчала вся база.       — Чарли? – я не сразу сообразила, что Прайм зовёт именно меня. Вообще я думала провести здесь остаток дней своих, сгорая от хандры, но не суть. Сейчас я, подняв брови, выглянула из своего жёлтого и мягкого укрытия.       — Как ты себя чувствуешь?       — Нормально. – сдержанно ответила я. – Не меня же Мегатрон тёмным энергоном заразил.       — Хотя собирался. – осторожно заметил Прайм.       — Что?! Мегатрон хотел в тебя выстрелить?! – возмущённо заорала Мико. Будто и не мы около недели назад дрались до поноса. Ладно, не суть.       Я отмахнулась от японки, решительно встала и быстрым шагом дошла до Оптимуса.       — Лучше скажи... – я оперлась на перила с самой серьёзной миной. – Ты начистил ему фейсплейт?       Прайм секунды три поломался, а потом неуверенно кивнул.       — Как думаешь, он запомнит это надолго? – хищно и злобно оскалилась я.       — Думаю, да. – тут уже Прайм был уверен.       — Вот и отлично. – я тряхнула патлатой башкой и снова выпала из реальности. Очнулась лишь тогда, когда Джун снова начала настаивать на больнице.       — Джун. Мне очень жаль, что я потерпел поражение, но я постараюсь сделать всё, что в моих силах, чтобы больше не пострадал никто из наших друзей. И вообще, никто из людей. – Прайм с огромным трудом встал и дошёл до упрямицы.       Джун помолчала, подбирая слова.       — Оптимус... – наконец начала женщина, остановившись. – Они дети. Они не из вашего мира.       — Но они сражаются за свой. – я встала с дивана и спустилась вниз. – Они помогают автоботам освободить Землю от гнёта Мегатрона. Они борются за правое дело...       — Зато ты – за левое! – недовольно встряла Мико.       — Это уже совсем другая история. Ты лучше помолчи. – осадила я японку и показала ей увесистый кулак. И снова повернулась к женщине, со скептицизмом и даже некоторым презрением смотрящей на меня. – Это и наша война. Это наша планета. И Мико, и Джек, и Раф... – я повела рукой на детей, – ...все они здесь сейчас, чтобы защитить свой мир.       — Тогда какого чёрта ты здесь? – приподняв верхнюю губу, с одной стороны, поинтересовалась миссис Дарби.       И тут я словно взорвалась. Вырвались все эмоции, что остались после предательства Мегатрона.       — Потому что это и МОЙ мир! Это МОЯ планета, а Мегатрон хочет её разрушить! Вы думаете, он оставит нашу расу в живых, когда захватит Землю?!       — Если захватит. – заметил Джек.       — А ты вообще не лезь! Тебя ещё тут не хватало! – сорвалась я ещё и на черноволосого. И снова обернулась к Джун. – Так если бы я была вы уверена в этом, я бы осталась с десептиконами и никакой Прайм бы мне не помешал! Но нет... – я замотала головой и сжала кулаки, – ...Мегатрон уничтожит все и всех подчистую! Превратит Землю в ещё один Кибертрон!       За моей спиной скрипнула лентами Арси.       — Я сейчас серьёзно! – я обернулась на фемму. – Я... Йааай... – я махнула рукой так, что тело качнуло. – Чё хотите, то и говорите, но ехать в такую погоду вам нельзя. Сами угробитесь, так ещё и Рафа в могилу сведёте.       На Джун мои речи, собственно, почти никакого эффекта не возымели.       — Вы поедете со мной! И Раф, и Мико, и Джек! И ты тоже! – женщина указала на меня, а я выгнула одну бровь. – И вы больше не вернётесь ни к автоботам, ни к десептиконам! А тебе, Чарли, мы найдём твою семью, если её нет – отыщем новую и ты заживёшь обычной жизнью, без этих дурацких миссий и этой войны!       Далее последовал взрыв от Мико в сторону Прайма, который я уже не слушала.       — Вы мне не мама. – отреагировала японка на выходку Джун. Справедливо, отметила я, похвалив девчонку.       — Мико! – Балкхед собрался было уговорить девочку, но куда там!..       — И ты тоже! – гневно зыркнула сама Мико на своего опекуна.       — Но тебе я мама! Пошли, Джек. – женщина указала на машину.       Арси подошла к парню сзади, словно прощаясь.       — Она твоя мама.       Джек колебался, неуверенный в этом решении.       — Я остаюсь. Прости.       — Молоток! – я показала парню большой палец. Женщина строго взглянула на меня. Я развела руками, мол, ну извините. – А я вообще... Десептикон. И мне вы тоже не мама.       Машина с разгневанной Джун скрылась в тоннеле.       Я цыкнула, подняв брови, а после обернулась на автоботов:       — Вы же понимаете, что по такой погоде им нельзя ехать?       Опустим момент, как меня отпустили вместе с взволнованным Бамблби вызволять Джун из лап смерча. Опустим и то, как сбивчиво мать Джека благодарила нас за спасение её и Рафа, и как я фыркала на переднем сидении альт-мода Би.       — Оптимус, я осознала ошибочность своих действий.       — И года не прошло. – я завалилась на диван.       Женщина проигнорировала моё едкое замечание и продолжила извиняться перед Праймом.       А у меня в мыслях было надавать Мегатрону, когда он придёт на базу. Хоть не физически, а морально, но он получит.