1 лье под водой

Спокойствие на рифе было самым желанным для многих его маленьких обитателей. Мелкие рыбки, те что побольше и даже змееобразные создания наслаждались умиротворением. Солнечный свет игрался на водной глади, что в свою очередь с цветами кораллов и водорослей. А где то над самой поверхности был слышен крик белых птиц, что так и норовились поймать неосторожную рыбку, подплывшую слишком близко к поверхности. Этим видом Сильвер мог бы любоваться, если бы его старшему брату не дернулось вдруг поохотиться. Резкий бросок поднял сильную волну, что явно напугала всех. Он яростно пытался что-то доставать из узких щелей, но не получалось. Юноше в стороне то и оставалось, что вздохнуть и поплыть следом за ним. Его резкая смена вкуса заставила по началу не на шутку напрячься. Хорошо было лишь то, что он не видел в своём брате добычи, предпочитая мелкую и слабую рыбешку, которая в свою очередь ловко могла ускользнуть. Они в пути уже несколько дней. Лагуна, долгое время служившая им временным пристанищем, стала наскучивать Венису, и он незамедлительно решился встать на новый путь. Желание авантюриста у него было развито не по годам. А что до Сильвера, он лишь следует за ним, боясь остаться одному. Плыть по течению под названием жизнь, была самой оптимальной для того. Брат часто говорил, что ему не хватает своего стержня характера, что действительно было правдой. Нежный и кроткий юноша, предпочитал следовать за кем-то, не в силах даже перечить. Такова его доля в их маленькой стае. За всё это время Венис готовился к чему-то особенному. Его характер стал жёстче, а нрав преуспел круто изменится. Не нужно быть гением что это было половое созревание. По своей природе, атлантический глаукус были гермафродитами, а в решений на выбор роли на один сезон играла обычная драка. Победитель имел право оплодотворить оппонента и остаться нетронутым, в то время как второму приходилось лишь принять поражение и взращивать в себе потомство. Венис был настроен серьезно на свой первый сезон, как половозрелый самец. Именно самец, он не желал сдаваться на милость сопернику, скорее предпочтя оторвать себе щупальце. А что же до Сильвера, то тут судьба была предрешена. Хотя его не колбасило как старшего брата, он знал что не сможет избежать сезона. И потому ему было в разы страшнее. Размышляя о своей дальнейшей судьбе, лёжа у границы с открытым океаном на коралловой отмели, и наблюдая за своим суетливым братцем, белый дракончик уже чуть ли не расписал себе всё будущее. Его беспокоило лишь одно. Станет ли ему помогать Венис? По сути они уже не обязаны друг другу, и их связывает разве что желание оставаться в некой стае. Даже братственные узы были бессильны перед истинной природой. Теперь они сами по себе. Раздумывая и боясь грядущего, Сильвер и не заметил нависшую над его телом тень, но смог почувствовать как потоки воды рядом с ним резко изменились. Обернувшись он не ожидал увидеть то, что уже давно пожелал позабыть. Темный окрас и пронзающие зеленые глаза уставились на юнца, словно он давно уже следил за ним. Однако, как и в прошлый раз, он не напал, а лишь опустился на кораллы чуть поодаль от напуганного русала, при этом переложив свою самодельную наплечную сумку так, чтобы не придавить её. Хоть он и не тронул его тогда, не было гарантий что он пришёл свести старые счеты. Однако дальнейшие действия заставили испуг сменится на немое удивление. Незнакомец достал из той самой сумки, сделанной по сути из кожи какого-то животного с поверхности, большую ракушку и плавно кинул Сильверу. Тот почуял явно угощение, и действительно это было оно. Расколоть неожиданный подарок и достать содержимое стало не проблемой для юнца, однако даже после перекуса его не покинули. Они долго смотрели друг на друга, сверля взглядом словно проверка на выдержку нервов. Однако дискомфорта рядом с ним дракончик не ощущал. Запах незнакомца его на удивление успокаивал, и даже показался весьма притягательным. Рассматривая друг друга, они оба находили нечто, что заставляло задуматься. Хотя для Сильвера это было новшество, ведь единственный с кем он контактировал, это его собственный брат, он был готов принимать любые закидоны от наблюдающего. Было забавно видеть, как тот, доставая из сумки распотрошенную рыбу, попытался предложить её Сильверу. Дракончик весьма ярко отреагировал на подобное, подняв щупальца в угрожающей позе и зашипев. Потому незнакомцу пришлось поскорее убрать добычу в свой желудок, почти мгновенно проглотив. Теперь то он точно знает предпочтения в еде юнца, но вот зачем? Вскоре незнакомец соизволил представится. Со стороны это было похоже на непонятный рокот зверя, но только не им. Сильвер понял как его зовут. Мефилес. На удивление мрачный русал оказался на редкость приятным собеседником. Их разговор Сильвер продолжил помнить до самого вечера, пока браться не решили переночевать на границе с открытыми водами. Однако сон не приходил младшему брату ещё добрые пару часов. Странное ощущение не давало ему погрузится в мирный сон, словно на него охотится стая голодных акул. Потому то, не послушав брата в очередной раз, он уплыл в сторону зарослей. Ими оказались длинные водоросли, чья гуща заставляла почувствовать себя в лесу. По сути это и был лес, только подводный. Изредка, на некоторых таких водорослях висели своего рода грозди, испускающие легкое золотистое свечение. Здесь юнец чувствовал себя спокойнее, чем на безопасном рифе. Было в этом что-то сродни обычной ночной прогулки. Однако покой ему только снился, заставив спиной ощутить пристальный взгляд. Однако из-за зарослей, он не мог чётко увидеть преследующего, но мог распознать совсем неподалеку другое свечение, отдающее бледной голубизной. Это заставило Сильвера ринутся с места, в попытке скрыться среди водорослей. Ему не в первой было убегать от опасности, так что он знал как лучше всего действовать. Если он продолжит петлять, то была вероятность что от него отстанут. Однако к его несчастью, свечение не растворялось в темноте, даже более, становилось ярче и ближе. Предпринимая последнюю попытку спастись, Сильвер неожиданно резко нырнул вниз. Снизу была сплошная гуща из водорослей разных размеров, что могла сыграть на руку. Это сработало и свет исчез. Надолго останавливаться русал не стал и потому ринулся к более менее безопасному месту. Когда чувство угрозу успокоилось, тогда то он выплыл из укрытия, желая осмотреться и найти дорогу назад. Как бы стыдно не было это признавать, он и сам заплутал в этом лесу. Отыскать дорогу было сродни лишь плутанию между тремя деревьями на суше. Однако Сильверу не дали это обдумать, когда его спины коснулось что-то скользкое и верткое. Медленно обернувшись он лицезрел то, что было хозяином того самого света. Им оказался тот самый русал, который с ним болтал на отмели, но и в тоже время и не он. Заместо чешуйчатого тела с плавниками и шипами, у него было длинное продолговатое черное тело, вдоль которого шли небольшие светящиеся пятна. С середины тела и почти до самого хвоста были спинные и брюшные плавники. Кончик хвоста имел яркий светящийся розоватым конец. Самое пугающее было то, что там где должна была быть брюшная часть, вдоль тела проходила целая пасть, по краям которой было множества пар острых мандибул. Сама пасть страшно светилась голубым свечением. Но и это не было всё. По бокам, где обычно имелись бедра, были по два плавника, на конце которых были светящиеся маленькие щупальца. Верхняя часть русала так же претерпела изменения, ныне вздернутые иглы были словно растрепаны. Кожа на лице имела нездоровый темно-серый окрас, а прямо за ушками показалось подобие антеннок, таких же светящихся. Глаза так же изменились, белок побогравел, выделяя ядовитые глаза уже в кошмарном представлений. Весь его образ кричал о фантастичности и огромной опасности. Однако Сильвер не был в состояний пошевелится, от накатившего на него ужаса и стража. Ему то и осталось, что поджаться и таращится на настоящее чудовище. Однако Мефилес воспользовался этим моментом по своему, не так как ожидалось. Пара щупалец нежно обвели тело дракончика, прижав его к горячему темному телу. Его обняли. Юнец и сам не понимал что происходит. Однако ласковое движение когтистой лапы по спине, заставило его ненадолго, но разжаться. Это был всё тот же Мефилес. Он ласкаючи поглаживал дрожащее тело, стараясь успокоить. Внутри Сильвера всё ходило ходуном: Как он изменился? Что это за форма? Но его вопросы остались без ответа, когда на чуть бледные уста обрушились чужие темные. Этот поцелуй заставил юнца впасть в ступор дважды. Но он понимал одного, попытка сбежать может оказаться чревата для него. Но тем не менее у него встал выбор. ...и он рванул. Впервые в жизни он дал быструю деру настолько, что по сравнению с предыдущими разами, он лишь разминался. Прорываясь сквозь зарослей водоросли, он успешно достиг того места, откуда вернулся. Кроткой обернувшись назад и не заметив ничего, что было бы похоже на преследование, Сильвер наконец то уплыл к брату. Но что в его душе, что у Мефилеса, разрослась дыра, холодная и противная.