Бессмертный дух последнего из Якш

С детства она ощущала его: страх. Но только внутренне: мышцы сжимало и сковывало, пальцы покалывало от холода, а мозг верещал тревогой. А сердцем… сердцем она понимала, что то, что она видит, не обидит ее. Не сможет. Когда от ужаса и нахлынувших эмоций она вскакивала, дрожа в холодном поту, ее окутывала темная густая дымка, с вкраплением ярко-зелёного. Сама девочка не замечала этого, будучи в объятиях остатков сна. Кошмара, что мучал ее с самого детства, повторяясь с периодичностью во времени. Она могла бы привыкнуть, видеть одно и то же, но каждый раз был как первый: тот тягучий ужас не давал мыслить здраво, паника захлестывала ее и девочка тонула. И хоть сердцем она доверяла, искренне и наивно, неизвестность пугала ее. Со временем это стало частью ее: ее ангелом-хранителем, ее символом и ею самой. В ее рисунках всегда можно было заметить эту неотъемлемую часть, где-то четко выраженную, где-то спрятанную, а где-то ее одну, будто на пьедестале ее жизни. Так, спустя сотни миллионов лет, когда, казалось, она могла забыть и родное небо, и семью, и даже брата: забыть эту, такую родную, часть, она не могла. Она была с ней всю ее жизнь. *** Сидя на уютной террасе в центре города и слушая очередную преувеличенную историю рассказчика, девушка пила свой любимый чай, собранный на горе Хулао, с кусочками цветка-сахарка. Ее кожу нежно ласкал вечерний ветер, а мягкий свет фонарей падал на небольшой альбом в ее руках. Она по-настоящему наслаждалась времяпровождением вдали от поручений, ежедневных дел и всему подобному, что обычно делает Путешественница. Очень редко удавалось так отдыхать, потому она решила ни на минуту не упускать данный ей шанс. Ее руки медленно выводили уже давно известные им линии, ее разум был чист, а сама она до исступления знала картину, которую рисовала. Уже не задумываясь. — Маска Защитника Якши. Охотник на демонов, — задумчивый голос отвлёк девушку от любимого занятия. Ее карандаш остановился над листом, прекращая выводить цветы вокруг главного предмета картины. Девушку захлестнуло непонимание. Сердце болезненно сжалось, но внешне она осталась спокойной. Воздух вокруг неё колыхнулся, когда ее собеседник подозвал к себе официанта и заказал чай. Он был расслаблен и, как всегда, спокоен. С легкой улыбкой девушка отпила свой напиток и отложила альбом. Пока что. — Итак, мистер Чжун Ли. Хотите поделиться со мной? Она не ждала ответа сразу, обычно, если мысли ее собеседника были чем-то заняты, он предпочитал сначала их обдумать. Она не сердилась, наоборот, любила эти минуты молчания, они были наполнены спокойствием и комфортом. Медленно спокойствие передавалось и ей; она пила чай, наслаждаясь тёплым вечером и слушая невероятные рассказы. — Память людей способна запоминать различные вещи, в том числе и очень мелкие детали. Она подобна мягкой почве: остаются следы, глубокие и не глубокие, впитываются все полезные материалы и не очень. Но, увы, она не такая гибкая, как может показаться, — самый древний Архонт начал издалека, как всегда любил это делать, — Со временем человеческая память твердеет, на ней все сложнее оставить отпечаток, материалы не усваиваются, а детали забываются. Когда люди поняли это, они пришли к одной простой истине: запечатывать всю свою память и знания на бумаге. Так они могли передавать свой опыт следующим поколениям, а те, в свою очередь, следующим. Немного помолчав, он отпил только что принесённый горячий чай, а потом продолжил: — Конечно, с течением времени многое теряется, забывается. Старые уклады меняются, как и течение жизни новых поколений. Но книги, которые берегли от войн и битв, пожаров и наводнений, самые ценные, — холодный ветер игриво обдал девушку и та поёжилась. Она заметила, что никто не обращает на них внимание, только она сама, подобно памяти, впитывала каждое слово своего мудрого собеседника. Тем временем мужчина продолжал: — Самые ценные книги нелегко найти, но тот, кто найдёт, получит ответы на многие свои вопросы. Сначала Путешественница обдумывала его слова. Но ведь не зря Госпожа Нин Гуан всегда говорила, что девушка видит суть вещей в их истинном свете. Надежда и вдохновение вспыхнули в груди молодой девушки так, как никогда раньше. Она поспешно встала и поблагодарила Архонта. Она ещё не знала за что конкретно, но была уверенна, что теперь все прояснится. Путешественница, чуть не забывшая свой альбом от поспешности, ворвалась в библиотеку порта Ли Юэ. Это была самая большая библиотека города, которая пришла ей на ум. Мысли мешались в голове, не помогая понять с чего начать. От волнения она толком и не запомнила то, как назвал ее рисунок мистер Чжун Ли. Паника грозила захватить ее целиком, потому пришлось прикусить себя за язык. Немного протрезвев от чувств, девушка начала лихорадочно составлять план своих действий. Успокоившись, первым делом она хотела кинуться перечитать все книги, имеющиеся в библиотеке. Потом она хотела найти стопку, посвящённую маскам. Потом… что-то само повело ее в строну с мифами и легендами Тейвата. Поискав ещё немного, она нашла книгу, рассказывающую о Защитниках Якша. Сердце билось с неимоверной скоростью, когда она смахнула пыль с обложки книги и увидела красочную маску в чёрных, голубых и зелёных тонах. Маска находилась среди других, не менее красочных рисунков масок, других цветов и оттенков, но не менее завораживающих. Дрожащими руками она открыла ее и ахнула. История повествовала о пяти защитниках, духов, которые издревле защищали земли Ли Юэ. Пять стихий, которые бок о бок бились друг с другом, истребляя демонов и других порождений сил зла. Во время войны Архонтов Моракс, Гео Архонт, призвал пять духов для служения ему и народу. Он призвал их защищать жителей страны до самой их смерти. Пять великих духов с гордостью и отважностью выполняли свой контракт, даже тогда, когда война осталась позади. Они убивали демонов, рождённых осквернёнными остатками других, умерших Архонтов. Что не могло не убить их самих… Карма, необузданное зло и горесть, что постепенно поглощала каждого из духов, в конце концов, победила. Забирая их по одиночке, сводя с ума, совсем как эрозия, поглотила всех. Из пяти призванных бессмертных духов ни осталось ни одного, в то время как последний исчез совсем недавно, а пение флейты прекратилось. — Алатус…- тихо прочитала подписанное имя Путешественница, проведя пальцем по яркому рисунку последнего Якши. Яркие, янтарные глаза смотрели прямо на девушку, притягивая к себе, уводя дальше от реальности. Вдруг ее сердце пробило болью, резкой и неумолимой. Так болит, когда скучают по любимым, по тем, что не вернуть. Голова начала болеть так невыносимо, что девушка неосознанно отпрянула от книги, спиной стукнувшись со стеллажом, что стоял сзади. Втянув воздух в легкие, она вдруг осознала кое-что важное для себя. Легкие горели, глаза щипало и она чувствовала себя раздавленной. Медленно присев на пол, и облокотившись на тот же стеллаж, Путешественница привела дыхание и сердцебиение в порядок, чувство, что она тонет, отступало. Она закрыла глаза от накатившей усталости и представила перед собой последнего Якшу. Его маску, что снилась ей с самого детства в кошмарах, ту самую темную ауру и его яркие глаза, будучи уверенной, что они точно светятся в темноте. Как у хищника. Девушка поняла, что так старательно выводила все это время на листах, что преследовало ее и чего она сама является частью. Все же слова Рекс Ляписа оказались правдой: она действительно нашла ответы на вопросы, терзавшие ее много лет. Только вместо них появилось ещё больше новых. Через время девушка нашла в себе силы встать и закрыть книгу. Она потянулась вернуть ее на полку, хотя хотелось забрать и перечитывать ее снова и снова, пока не найдёт ответ на главный вопрос. Но какой бы сильной не была Великая Путешественница, совладать с эмоциями она не сумела: быстро сунула книгу в походный рюкзак и подобно пуле вылетела из библиотеки. Она вся дрожала, боялась, что ее вот-вот окликнут, схватят и уничтожат ее репутацию. С другой стороны оставить книгу она не могла, ведь это ее история, это она сама. Мысли были где-то далеко, когда девушка возвращалась домой. Она чувствовала себя вымотанной и неполноценной, будто ее душа и сердце распались на осколки, которые кто-то присвоил себе. Перед глазами стоял облик юноши с янтарными глазами и маска. Его маска. *** Лучи утреннего нежного солнца виновато крались в комнату юной девушки. Они освещали яркой полосой каждый сантиметр все больше и больше. Ветер же ласкал легкие занавески, играясь с ними. Глаза девушки резко распахнулись и она, превозмогая боль в костях и мышцах, встала. Взгляд упал на книгу, что лежала на прикроватной тумбе и в сердце защемило. Защемило от подлости ее действий, от неизвестности будущего и тайн прошлого. Голова болела, тело ломило и девушка присела обратно на кровать, от нахлынувших воспоминаний этой ночи. Конечно, в какой то степени ей стало легче, она могла предположить, что кошмары отступили. Но теперь с уверенностью могла сказать, что это не так, казалось, что они стали ещё ярче и ещё тяжелее лежать на ее сердце. Будто прочитанное в книге, да и она сама, раскрыли всю потаенную мощь снов. Теперь то, что сдерживало их хотя бы немного все это время, исчезло и кошмары норовили испить всю жизнь из девушки. Не тратя время, она целенаправленно направлялась в Ритуальное Бюро, ведь знала, где можно найти своего благодетеля, мудрейшего из Архонтов. Ее встретила юная хозяйка данного заведения и, без промедлений, провела в рабочий кабинет своего подчиненного. Тихо постучав, Путешественница юркнула в кабинет и закрыла дверь. На неё поднялась пара глаз цвета кор ляписа. Одна рука сжимала какой-то важный документ, а вторая была сжата в кулак. На переносице залегла морщинка, брови были нахмурены. Мужчина свободной рукой указал на мягкое кресло напротив его рабочего стола и отложил бумагу. Сняв очки он что, носит очки?, Моракс, а ныне Чжун Ли, надавил себе на виски, видимо мучаясь от головной боли, появившейся во время кропотливой и усердной работы. — Вижу, ты последовала моему совету, — тело мужчины расслабилось и он привстал. Подойдя к книжному шкафу, доверху заполненному различными книгами, он начал по-тихоньку их изучать, будто впервые. — Да, я…- Путешественница не могла сформулировать свои мысли, а потом выпалила, — Не могли бы Вы мне рассказать, пожалуйста? Якши, они. — Да, они все. можно сказать, погибли, — кивнув своим мыслям Чжун Ли достал книгу, пока что придерживая ее в руках, — Карма — неизбежная часть их учести. Они сделали много плохого, во благо. Грехи захватили их сердца, кто-то сошёл с ума, кто-то исчез, а кто-то и вправду погиб, даже от рук своих собратьев. Но тебя ведь интересует конкретный Якша, я прав? Развернувшись, мужчина положил книгу перед юной девушкой, раскрывая ее почти в самом конце. Но она не сразу обратила внимание на предмет перед ней, выжидательно смотрев на Архонта и нервно постукивая ногой по полу. — Я дал ему имя Сяо. В легендах другого мира… — Темный дух, которому пришлось вытерпеть множество страданий в мире смертных, — перебила его Путешественница, вспомнив ту самую легенду, — Извините. Это была моя любимая легенда в детстве. Кивнув, мужчина решил продолжить, таинственно улыбаясь осведомленности девушки: — Он ушёл из жизни самый последний. Самый стойкий из них, хотя все они мне, как сыновья. Конечно, мы не можем доверять слухам, ведь мне не довелось застать его. последние минуты жизни, но… ничего другого у нас нет. Боюсь, что карма оказалась непосильной ношей, даже для него. Даже время не смогло излечить его сердце. Прошло уже много веков, потому единственное, о чем я тебя попрошу: не заполняй своё маленькое и хрупкое сердце надеждой. Путешественница подумала, что уже поздно для таких предупреждений. С каждым словом Гео Архонта надежда в ее груди вспыхивала все больше. Ей захотелось найти доказательства, любые упоминания, которые заставили бы ее поверить или не поверить в несуществование последнего Якши, решимость заполнила ее от кончиков пальцев на ногах до ушей, что горели. Мужчина присел на свое рабочее место, уже попивая крепкий горячий чай, который уже успел заварить. — Тогда, ты наверное знаешь ещё одну легенду? В ней повествуется о двух звёздах, связанных красной нитью. Где одна звезда словно солнечный свет, самая яркая на небосводе. Вторая же, наоборот, олицетворяет лунный свет и является почти невидимой, тусклой. Согласно легенде, они уравновешивают в друг друге все: свет и тьму, исходящие от них, добро и зло, осквернение и невинную чистоту, — девушка внимательно слушала историю, хотя и знала, что даже если ее собеседник будет рассказывать несусветицу, из его уст все равно будет интересно. Только вот, как эта легенда относится к ней? — Две звезды созданы, чтобы помогать и защищать друг друга, а в доказательства они связаны красной тонкой нитью, что видна только им. Они были разделены миллионами других звёзд, не могли быть вместе, но знали, что нить, связывающая их, никогда не порвётся. Но трагичность конца неумолима: две звезды настолько любили друг друга, что решили быть вместе неразделёнными расстояниями. Они приняли решение покинуть небосвод и пройти множества испытаний, чтобы в конце истории быть вместе. Искать друг друга по той самой красной ниточке во всех мирах и временах, превозмогая несчастья ради священного чувства: любви. Но нахождение в одиночестве, в неизвестных мирах затуманивали их разум, они забыли, кто они и какая у них главная цель. Самая яркая звезда начала тускнеть, а ее спутник и вовсе перестал светиться, — Архонт встал и медленно подошёл к окну, смотря на оживленные улицы города, не останавливаясь, — В конце концов они так и не смогли найти друг друга. Единственным напоминанием осталась красная нить на их щиколотках, видно которую станет лишь тогда, когда две влюблённые звезды смогут найти друг друга. Повисла тишина, было слышно только щебетание птиц за окном и учащенное дыхание девушки. Трагичный конец истории отозвался глухой болью в сердце Путешественницы, ее захватывала горечь за столь прекрасную историю любви. — Почему Вы рассказали мне об этом? — спросила девушка, привлекая внимание мужчины. Он лишь мягко улыбнулся ее вопросу. — Возьми книгу, возможно она поможет узнать ответы на некоторые вопросы. И не забудь, пожалуйста, вернуть позаимствованное на место, в библиотеку, — девушка покраснела, смущенная осведомленности Моракса о ее вчерашней проделки. Она схватила и крепко обняла внушающую книгу, собираясь тут же исследовать ее. — Спасибо, мистер Чжун Ли. Все, что вы рассказали, крайне важно для меня. Чем бы не закончилась жизнь Алатуса. Сяо, я надеюсь, его страдания прекратились. Я также надеюсь это выяснить. Не говоря ни слова, девушка выскочила на улицу и уверенно встретилась с полуденным солнцем. Она переваривала всю полученную информацию, задумываясь о связи между ней и двумя легендами. Путешественница с точностью могла сказать только одно: мистер Чжун Ли никогда не рассказывал ничего просто так, всегда подталкивая ее к нужному пути, действиям. Она знала, что всегда могла обратиться к нему за помощью, и он поможет. Всегда. Правда своими способами. В прочитанной книге она не узнала ничего нового, кроме того, о чем умолчал сам Архонт Контрактов. Девушка его не винила, ведь как он сказал, он сам мало что знал о последних днях, часах и минутах жизни Якши. Доверять непроверенной информации конечно нельзя, но. автор книги утверждал, что последние мгновения Алатус провёл в горах и лесах Заоблачного Предела, после чего бесследно исчез. Больше никто и никогда не слышал о Златокрылой Птице, поэтому автор также утверждал, что того настигла такая же участь, как и других Защитников Якш: его поглотила карма, медленно, но неоспоримо. Это то, о чем говорил Гео Архонт. В отличии от памяти человека, его собственная обладала исключительными свойствами: он помнил все, что произошло в то время. Ему девушка доверяла, но могла ли также слепо верить книгам, неизвестным авторам и строкам, не нашедшим подтверждения? Если он и правда покинул этот мир, почему ее с детства преследовала его маска? Заоблачный Предел всегда вгонял ее в ужас, место обители адептов. Хоть она и сама не человек, могла легко общаться и находить точки соприкосновения с адептами, все же сама территория ее пугала. Ночью там пахло озоном, спускался густой туман, слышались крики неизвестных ей птиц. Путешественница всячески старалась оградить себя от лишнего посещения этой местности, но сейчас она отступать не собиралась, не была к этому готова. Кажется тут всегда идёт дождь: скалы были мокрыми и скользкими, или может это из-за тумана? Чудовища будто были сильнее и страшнее, подпитываемые энергетической мощью самого места. День за днём и ночью за ночью, девушка храбро пробиралась сквозь лес и туман, мелкие реки и полчища монстров. С каждым разом, пробираясь вглубь Заоблачного Предела или поднимаясь в гору, ей становилось все тяжелее. Невидимая тяжесть все сильнее сдавливала ее грудь, тело быстрее уставало, а сама она мучалась от галлюцинаций. Они появлялись в разных видах и формах, в разное время и давили головной болью на воспалённый мозг. Кошмары стали все сильнее: их, подобно чудищам, будто что-то подпитывало, звало к себе. Они раскрывались в полной мере: становились ярче и агрессивнее, сильнее выматывая и без того слабую Путешественницу. И она следовала неизвестному зову, слепо и доверчиво, уже не осознавая этого. Осознание ударило в голову лишь тогда, когда она рухнула на колени, видя свои окровавленные ладони. Силы иссякли, меч лежал где то далеко от неё. Девушка не могла разобрать: игры разума ли это, а может правда. Боли не чувствовалось, хотя наверняка вся изранена. Тело горело, она была истощена. Монстры окружили ее, намереваясь напасть. Она потеряла счёт времени, своё направление и цель. Самым желанным сейчас казалось лечь и уснуть мертвым сном. Край скалы, на котором оказалась девушка, под воздействием тяжести откололся. Полуживое тельце полетело вниз вместе с ним. Дождь неумолимо бил по свежим ранам, пытаясь залечить и успокоить боль. Но ее это не волновало, ее посетила долгожданная легкость, дышать стало легче, теперь казалось отступил и страх, и кошмары. Отрезвляющим стала резкая боль в ноге, кожа ее щиколотки горела огнем. И красная нить появится, когда две влюблённые звезды найдут друг друга. Она запомнила мягкие объятия, спасшие ее от неминуемой гибели. И карма не одержала вверх, и не погиб он, а стал лишь духом, ждущий своего часа стать плотью и кровью. Запомнила ветер, успокаивающий ее, темно-зелёную пелену, мятную свежесть и его маску. И маска, символ духа, что преследовал ее многие тысячелетия, была осязаемой. Запомнила красную нить на его щиколотке, идущую к ее и связывающую их. И связаны были они, предначертаны друг другу, помогать и защищать, и не порвётся она, навсегда скрепляя их потерявшиеся души. Запомнила тихий шепот, наполненный любовью и счастьем воссоединения. И найдут они друг друга сквозь миры и время, и счастьем наполнятся их сердца. Все сказанное Гео Архонтом, Мораксом обрело смысл. Свет и тьма, успокоение и защита. Он поддерживает в ней чистоту и сияние, она же помогает исчезнуть его скверне. И запомнила она, как проваливается в недолгий сон в таких родных и успокаивающих объятиях.