Nevermind. Шаг до безумия

Юнги отстранился, делая шаг назад. Происходящее все еще казалось чем-то нереальным. — Гуки… Ты установил камеру? Зачем? — Хен, — голос Чонгука мгновенно поменялся. Он стал чуть ли не напуганным. Кажется, младший на какое-то время забыл, что его слышит не только Мин. — Это не то, чем может показаться. Я лишь переживал… — Переживал? Серьезно? — Выслушай меня. Я могу все объяснить… Забрав у старшего телефон, Чимин сбросил вызов. Объяснить? Как? Он может понять поведение Гука. Его ревность и в какой-то мере гиперопеку. Но камера? Телефон почти сразу стал вибрировать, но Пак не обратил на это никакого внимания. Кинув его на тумбочку, он взял подушку с одеялом, после чего молча вышел из комнаты. Чимин и секунды не сомневался, прежде чем зайти в спальню Юнги. Положив на кровать подушку, он лег, сворачиваясь калачиком и с головой закутываясь в одеяло. Хотелось спрятаться и ничего не чувствовать. Не прошло и минуты, как дверь в комнату открылась. Старший ничего не сказал. Взяв кофту, он просто ушел. На самом деле, Пак думал, что Чонгук примчится к нему прямо ночью, но младший не появился даже утром. Как и Юнги. Позавтракав с родителями Джунсо, Чимин тут же сел в свою машину и сказал водителю ехать. Неважно куда, просто ехать. Покатавшись по городу несколько часов, он решил оставшееся время погулять. За ним все еще таскался здоровенный охранник, но на этот раз это не раздражало. Мысли были заняты другим. Что делать с Чонгуком? От поступка младшего тело бросало в дрожь. Помимо камеры, в памяти почему-то стал всплывать случай на танцполе. Он смог вспомнить поцелуй. Что было после него? — Хен… Увидев перед собой Чонгука, Чимин не смог скрыть эмоций. Стало по-настоящему страшно. — Как… — от внезапно возникшей догадки, голос осекся. — Ты установил что-то мне на телефон? — Выслушай меня, — Чонгук выглядел действительно взволнованным. И невооруженным взглядом было видно, как сильно он переживал. — У меня была причина так поступить… Не став слушать, Чимин развернулся, чуть ли не бегом возвращаясь к машине. — Хен! — Чон хотел кинуться за ним, но ему дорогу перегородил охранник. Младший пытался его обогнуть, но выходило у него не очень. Хоть мужик его и пальцем не трогал, подобраться к Паку не позволял, заставляя держаться на расстоянии. — Почему ты веришь Юнги-хену, а не мне? Он специально настраивает тебя против меня! Специально зовет тем именем! Неужели ты не видишь этого! Хен! Временами младший вызывает чуть ли не страх, но бывают моменты, когда тот действительно походит на ребенка. Голосом, мимикой и даже действиями. Сейчас он без сомнений был напуган. — Хен… — чем дальше Чимин отдалялся, тем больше отчаяния было в голосе Чонгука. — Я просто переживал за тебя! Камера и эта программа… Я установил их давно! До аварии! Я же говорил, что у тебя была депрессия! Ты, правда, вел себя странно! Я лишь боялся, что ты можешь с собой что-то сделать! Я хотел их убрать, но… Ты все еще не в порядке! Поэтому я подумал… Хен! Пожалуйста! Сев в машину, Пак заблокировал со своей стороны дверь. Он не посмотрела на младшего даже тогда, когда машина тронулась, оставляя того потерянно смотреть ей вслед. Чимин понимал, что не сможет всегда избегать Чонгука. И он понимал, что когда успокоится, то вполне будет способен принять объяснения младшего и простить его. В конце концов, он не знает обо всей ситуации настолько, чтобы судить кого-то. Или не помнит…. Он уже и сам стал путаться. Но прямо сейчас не хотелось ни видеть младшего, ни разговаривать с ним. Юнги нравился Джунсо, который, в свою очередь, не подпускал того к себе. Это было, возможно, из-за того, что их родители поженились, или из-за Чонгука, которого Джунсо любил. Сейчас же, когда он потерял память, старший решил этим воспользоваться, поэтому всячески настраивает против младшего, выставляя при этом себя белым и пушистым. Чимину не нравилось так думать, но, как он и подозревал, успокоившись, объяснения Чонгука возымели эффект. Младший пугал не так сильно, а вот Мин… Он, правда, не понимает, что происходило между этими тремя. — Что-то не так? Вернувшись вечером домой, Чимин облазил весь дом в поисках старшего. Когда надежда почти угасла, нашелся тот в гараже. — Хен, как насчет того, чтобы выбраться в клуб? Познакомь меня со своими друзьями. — Тебе нельзя пить. — Не возьмешь с собой, напьюсь где-нибудь один. На какое-то время повисла тишина. Старший сверлил его взглядом, пытаясь, кажется, прочитать мысли. Так ни к чему и не придя, он вздохнул. — Ладно. Заняться все равно нечем, поэтому почему бы и нет. Предупрежу родителей. Клуб, в который его привез старший, был не тем, где он был с Чонгуком. Это больше походило на просторное подвальное помещение, с небольшим баром и огромной танцевальной площадкой. Столиков было лишь несколько, и все они стояли вдоль стен. Как ни странно, народу было довольно много. Когда они подошли к двум парням, сидящим за одним из таких столиков, старший быстро его представил, после чего пошел за выпивкой. — Наконец-то мы познакомились лично, — один из парней улыбнулся. — Но не думал, что хен решится привести тебя сюда. Как к тебе лучше обращаться — Джунсо или Чимин? — Чимин. Этого парня зовут Чон Хосок. К удивлению, у него не было никаких тату, проколов на теле или чего-то кожаного в одежде. В его внешности не было ничего отталкивающего и опасного. Напротив, он казался вполне обычным. Вот сейчас, например, он улыбался, а не скалился, как это делали друзья Гука. — Он и правда выглядит по-другому, — второй парень слегка поддался в его сторону, стараясь разглядеть получше. — Будто два разных человека. Когда мы сталкивались в последний раз, мне казалось его мечта — порешать нас прямо на месте. Сейчас же он походит на безобидного плюшевого мишку. Второй парень — Ким Намджун. Высокий. Крупный. Стрижка короткая, с выбритыми по бокам висками. Его внешность была жестче Хосока, но при этом от него не исходило какой-то агрессии. Напротив, кажется, тот на полном серьезе прямо сейчас умилялся с него. Что, кстати, вызывало агрессию у Пака. Вот что ему и не хватало для полного счастья в этой жизни, так это чтобы к нему относились, как к какой-то зверушке. В общем, общаться с этим Кимом не было никакого желания. Но он здесь и не для этого. Как только Юнги вернулся, Чимин схватил пиво, сразу делая два больших глотка. — Не такой уж он и плюшевый, — Хосок усмехнулся. — За знакомство, — он ударил своей бутылкой по бутылке Пака. — Да, за знакомство. Чимин думал, что ему будет тяжело находиться рядом с друзьями Юнги, как это было с друзьями Чонгука, но… На этот раз атмосфера полностью отличалась. Они говорили не о каких-то конкретных людях или событиях, о которых Пак и понятия не имел. Это было что-то отвлеченное. Они рассказывали о себе, о каких-то событиях, которые произошли в Сеуле. Кроме того, они всячески вовлекали в разговор и самого Чимина. Причем не казалось, что они специально старались поддержать с ним разговор. Это происходило вполне естественно. На какое-то время Пак так погрузился в атмосферу, что даже забыл не только о первом отталкивающем впечатлении к Намджуну, но и зачем вообще решил выбраться сюда со старшим. — Не кажется, что тебе достаточно? — улыбаясь, Хосок смотрел на Пака, который вливал в себя очередную бутылку пива. Нет, опьянение довольно сильное, но этого еще недостаточно. Встав, Чимин молча пошел к барной стойке. Обводя взглядом полки, он старался найти напиток, который в тот вечер видел в руках Чонгука. Вспомнить бы еще тот вечер полностью… — Решил напиться до смерти? — Юнги стоял рядом, смотря на то, как Пак вливает в себя чуть ли не самый крепкий напиток, который ему посоветовал бармен. — Ты ведь понимаешь, что я не могу в таком состоянии отвезти тебя домой? Чимин не стал ничего отвечать. Допив, он пошел на танцпол. Голова кружилась. Идти получалось с трудом. Разум еще был при нем, но цепляться за него уже приходилось изо всех сил. Когда его случайно толкнули, Пак думал, что не устоит на ногах. Он и не устоял бы, если бы старший не подхватил его. Юнги прижимал его к себе. Кажется, он говорил ему что-то, но Чимин не мог разобрать и слова. Сознание будто отключалось на доли секунды. Бутылка в руке… Поцелуй… Что было потом? — Но эти засосы — все, что я себе позволил. Старшему тоже нравится Джунсо, так как поведет себя он? Когда Мин прижал его к забору при неудачном первом побеге… Когда он впервые зашел к старшему в комнату… Когда он пришел к нему во второй раз… И то, как Юнги проверял Чонгука в его спальне… Старшему нравился Джунсо, и, зная это, Чимин провоцировал его. Ему было плевать на последствия. Юнги и Чонгук. Только они всегда были рядом. И сейчас он не знал, кому можно доверять. Можно ли вообще кому-то верить? Его закинули на плечо и куда-то понесли. Машина, дорога, лифт, затем какая-то квартира и кровать. Лежа, Чимин чувствовал, как с него снимают одежду. Поцелуи в шею, руки, скользящие по всему телу, небольшие покалывания на груди и ключицах, а также шепот у уха, который просит его не исчезать и всегда быть рядом. Возникало ощущение, что на груди чем-то пишут. Где-то в районе ребер... «Будь только со мной». Эта фраза прозвучала прежде, чем Пак отключился. Он услышал ее отчетливо. Но голос… Кому он принадлежал? Это воспоминание, в котором ее говорит Чонгук? Или это Юнги прошептал ему прежде, чем он отключился? Кому это сказано? Ему? Или Джунсо? Впервые со времени аварии хотелось все вспомнить. Если бы он вспомнил, то смог бы, наконец, оттолкнуть от себя старшего… Проснувшись утром, Чимин думал, что будет готов ко всему. Даже к самому худшему. Но то, что он увидел, заставило его нехило так удивиться. — О, проснулся. Тебе кто-нибудь говорил, что по утрам ты очень мило выглядишь? — Джун, — где-то сбоку послышался голос Хосока, — не домогайся его. Юнги убьет тебя за такое. — Ну что я могу поделать, если он очень милый? Намджун, сидя на кровати, слегка наклонился в сторону Пака, протягивая к нему при этом руку. Кажется, он хотел потрепать его по волосам. Чимин и сам не понял, зачем он это сделал. Тело само среагировало. Наверное, это произошло из-за растерянности, которую он еще испытывал. Вытащив ногу из-под одеяла, он от души толкнул Джуна в грудь, из-за чего тот с грохотом слетел с кровати. Послышался смех Чона. — Ты заслужил. Сказал же не домогаться. Пойдемте есть. Я приготовил нам яичницу. — Опять эта яичница, — встав, Джун стал потирать ушибленный копчик. — Я скоро сам яйца такими темпами нести стану. — Какого хрена тогда ко мне каждое утро приходишь? — Потому что твоя квартира напротив, а сам я без каких-либо происшествий смогу только чайник поставить, — невинная улыбка Намджуна обескураживала. — Но сегодня я пришел не к тебе, — он снова посмотрел на Пака, который окидывал себя взглядом, понимая, что всю ночь спал в одежде, а то, что его раздевали, ему просто приснилось. — Чимини, я слышал, что вы с Юнги-хеном вроде как братья, но… Он настолько сильно тебе нравится? Это разбивает мне сердце. — О чем ты? С чего взял, что он мне нравится? — Не рассказывай, — Хосок в очередной раз прыснул. — Судя по его виду, он не переживет этого. — Да о чем вы? — Чимини, — на этот раз смех раздался со стороны Джуна, — вот смотря на тебя, никогда бы не подумал, что ты на такое способен. Я редко видел улыбку Юнги-хена, но таким уставшим и измученным я не видел его вообще. — Юнги-хен всю дорогу тащил тебя на спине. И все это время ты пытался его соблазнить. Залезал руками ему под одежду, когда не получилось, пытался снять свою. — Где он сейчас? — Чимин слышал свой голос как будто издалека. Это все неправда. Это был не он... — Скоро должен приехать. Кое-как уложив тебя, он сразу ушел. Наверное, лечить свои нервы, после того, как ты повалил его на кровать за собой и чуть не изнасиловал, — Чону явно доставляло удовольствие смотреть на все сильнее бледнеющий оттенок кожи Пака. На этот раз Чимин не стал ничего говорить. Подскочив, он хотел кинуться к выходу из квартиры, но даже из комнаты выйти не успел, как послышался звук открываемой входной двери. — Ну ты как? Голова болит? Полностью застыв, Пак смотрел на Юнги, который стоял перед ним. Точнее на его шею, которая была покрыта засосами. Перед глазами предстала картина, как он болтается на спине старшего, присосавшись при этом к его шее. Чимин никогда в своей жизни не хотел умереть. Но сейчас предпочел бы, чтобы его тело расщепилось на атомы, и все вдруг забыли, что он когда-то существовал. Да уж. Решив напиться рядом со старшим, о таком развитии событий он даже не предполагал…