Nevermind. Шаг до безумия

Они разные. Юнги и сам не понял, когда стал так думать. Он не знал Джунсо в полной мере, чтобы быть уверенным в этом, но ощущения, которые испытывал рядом с ними, отличались точно. Он думал, что Джунсо просто потерял память. Но, тем не менее, называл его Чимином. И, как бы парадоксально не было, считал их разными людьми. Все началось с любопытства. Ему было интересно, как парень, который отталкивал его так сильно, будет относиться к нему, если потеряет память. Закончилось же все тем, что он по уши погряз в болоте, из которого ему было уже не выбраться. Он упустил тот момент, когда стал нуждаться в нем так сильно. Просто однажды понял, что его тянет к этому парню. Все его мысли только о нем. Он хочет узнать его. Понять. Хочет быть рядом с ним как можно чаще. Джунсо с Чимином были такими разными, что с каждым днем, проведенным рядом с младшим, было все страшнее. Страшно, что тот все вспомнит, станет снова его отталкивать, исчезнет из его жизни, которую он уже не представлял без него. Со временем страх возможного возвращения памяти сменился желанием защитить Чимина от всего и всех. Но защитить он должен не только его. Нужно спасти и Чонгука. Очнувшись, первым делом Юнги стал искать взглядом Пака. Сердце замерло, когда того не оказалось на соседнем сиденье. Осознание пришло мгновенно. С трудом отстегнув ремень, Юнги стал выбираться из машины. Голова кружилась, кроме того, тело будто свинцом залили, именно поэтому его ноги еле волочились по дороге. Кажется, он пострадал серьезнее, чем думал, так как перед глазами все расплывалось довольно сильно. Кроме того, пару раз он будто терялся в пространстве. Но Мин не обращал на это внимания. В его голове крутилась лишь одна мысль — он должен добраться до ближайшего населенного пункта и найти Чимина. Вот только проблема в том, что идти не один километр. Машины здесь практически не ходят. Шанс, что он доберется до людей, равен пяти процентам. Тем не менее Юнги упорно шел вперед. Он не чувствовал усталости и не планировал останавливаться, но… Несмотря на все желание продолжить путь, в один момент его ноги подкосились. Лежа на асфальте, Мин невидящим взглядом смотрел перед собой. Его глаза открыты, но все, что он видит — это темноту. Это все сон. Неправда. Совсем скоро он очнется в своей кровати, на улице будет глубокая ночь, а рядом с ним, тихо посапывая, будет лежать Чимин. *** Открыв глаза, Юнги понял, что и правда лежит в кровати. Вот только… Приподнявшись на локтях, он стал обводить незнакомую комнату взглядом. Помещение, в котором он находился, жилое, но в нем почти не было мебели, стены обшарпаны, а окна наглухо занавешены. В комнате стоял запах сырости и плесени. Сесть получилось не сразу. Тело болело слишком сильно. Только опустив ноги с кровати, Мин заметил, что его ссадины на руках обработаны зеленкой. Кроме того, его голова перемотана бинтом. Сорвав бинт, Юнги встал, направляясь к выходу. На самом деле, желания дожидаться хозяина квартиры не было. Его все еще разъедал страх за Чимина. Но ноги замерли, когда он увидел приклеенный на дверь стикер. «Если дождешься меня, я скажу тебе, где находится Чимин. И, хен, ни с кем не связывайся, иначе тебе его не найти». Просто сидеть и ничего не делать? Издеваетесь? Со стоном взъерошив волосы, Мин буквально упал на диван. Он не знал, где находится. Не знал, что происходит. И он не знал, что с Чимином. Кажется, прошло больше суток. Лиджун наверняка хочет использовать Пака, чтобы помучить Чонгука. И младший должен был уже вернуться. Чимин где-то там, далеко, с людьми, по которым плачет психушка. А он сидит здесь и ничего не может сделать. Он никак не может помочь. Согнувшись, Юнги схватился за голову, которая и без того раскалывалась. Стук громко бьющегося сердца раздавался в ушах. Кроме этого в ушах слышался и звук медленно тикающих стрелок на настенных часах. Слишком медленно. Это сводит с ума. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем входная дверь открылась. Хенджун и зайти не успел, как его схватили за грудки, припечатывая к стене. — Где он? — Хен, тебе бы лучше не вставать… — Я, кажется, спросил… — Юнги не успел договорить, так как из-за резких движений перед глазами внезапно все поплыло. — Хен… — парень попытался освободиться, чтобы отвести Мина к дивану, но тот лишь сильнее сжал руки. — Ладно, я понял. Скажу, но не сейчас. — Издеваешься, блять? — Как ты переживаешь за Чимина, так и я думаю лишь о Лиджун-хене. Хоть я и спас тебя, он для меня важнее. Юнги всегда задавался вопросом. Почему Чонгук во всех ситуациях видел один выход — переломанные руки? Но сейчас понимал младшего, как никто другой. Он и правда готов был убить Хенджуна. Останавливало его понимание, что тогда он точно ничего не узнает. — И какие твои условия? — отпустив парня, Юнги прошел к дивану. Сил и правда не осталось. — Чонгук вернется завтра, поэтому именно завтра все и закончится. За эти месяцы мы скитались по подвалам, боясь выходить днем. Лиджун-хен настолько загнался, что он приглядывал даже за мужиками, которых нанял. Их всего двое. В его пистолете два патрона. Он не мог купить их из-за страха быть найденным. Я же отказывался ему в этом помогать. Два мужика. Два патрона. Охренеть просто. — Думаю, они предназначены для Чонгука с Чимином. — Понимая, что он хочет сделать, ты по-прежнему его защищаешь? — Да. Я хочу увезти его из страны. Поэтому завтра, как только он отлучится, я выведу Чимина. Хена же уговорю сбежать. Юнги не стал ничего отвечать. План херовее некуда. Ничего не выйдет. Хотя бы потому, что хрена с два он даст Лиджуну сбежать. Но говорить этого нельзя. — Что, если у тебя не получится его вывести? Из-за вас двоих умер Джунсо. Хочешь, чтобы и Чимин пострадал? Хенджун отличается от Лиджуна. Юнги не мог понять, в чем дело, но сейчас до него дошло. Тот терзается чувством вины. Именно поэтому он уже не раз им помогал. Ненадолго повисло молчание. — Если не вернусь к восьми часам, с тобой свяжется мой друг и скажет адрес. До этого же времени не думай никому звонить. Повторюсь, я не хочу, чтобы Чимин пострадал, но Лиджун-хен важнее. Все хуже, чем предполагалось. Юнги проследил взглядом за парнем, который прошел к холодильнику, кладя туда продукты из пакета, после чего снова направился к выходу. Судя по отчаянию Лиджуна, судя по обстановке и его плану, тот сдался, решив умереть, но перед этим он хочет рассказать все Чонгуку и посмотреть на его реакцию. Он хочет, чтобы младший страдал как можно сильнее. В пистолете два патрона, но… Скорее всего, Чимина он планирует убить каким-то другим способом. Один патрон для Чонгука. Тогда для кого второй?.. Как только дверь за Хенджуном закрылась, Юнги откинулся на диван, устало закрывая глаза. Перед ним тут же возник Чимин, из-за чего сердце сжалось. Он хочет к нему. Где бы тот ни находился, он хочет быть рядом. Еще никогда в жизни ему не было так страшно… *** Юнги понял, что все плохо, когда в 20:05 в дверь постучались. На пороге стоял паренек лет четырнадцати. Сунув ему в руки сложенный пополам лист бумаги и складной нож, он сразу же ушел. Помимо написанного адреса, в листок были вложены несколько купюр. Поймать такси получилось довольно быстро. Мыслей позвонить в полицию или связаться хоть с кем-то не было. Во-первых, судя по всему, время на исходе. У него вообще не было уверенности, что он не опоздал. Во-вторых, если Лиджун и правда хочет покончить с собой, понимая, что в покое его не оставят, то, почуяв неладное, он может просто в кого-то выстрелить. Большая вероятность, что это будет Чимин, так как главная цель во всем этом — Чонгук. Умрет Чимин, умрет и младший. Нужно для начала хотя бы разведать обстановку. Плана не было. Оставалось лишь надеяться, что он придумается по ходу действий. Здание, к которому приехал Юнги, было недостроенным. Хоть на некоторых окнах были стекла, казалось, что о нем не вспоминали довольно давно. В нем двенадцать этажей. И все ему нужно обыскать. Сердце сжалось, когда на одном из пролетов он увидел Хенджуна. Тот лежал в луже собственной крови. В его лбу была дыра от пули. Лиджун еще больший псих, чем он думал… Юнги хотел подойти к парню чуть ближе, но он не успел и шага сделать, как раздался крик. Казалось, того, кто кричал, пытали. Голос настолько изменился, что узнать Чонгука получилось не сразу. Понимание, что произошло, пришло мгновенно. От этого сердце замерло. Спасти обоих. Во что бы то ни стало. Это единственное, о чем он мог думать все это время, но… Голос Чонгука… Резко сорвавшись с места, Мин кинулся к тому месту, откуда, как ему казалось, доносился крик. То, что он увидел, забежав в комнату, заставило его покрыться мурашками. На полу лежал какой-то мужик. Его нога выгнулась неестественным образом. Он был либо мертв, либо без сознания. Чуть поодаль на коленях сидел Чонгук. Его голова чуть опущена, из-за чего глаз не было видно. Но, даже не видя их, почему-то стало жутко. — Чонгук, что произошло? Где Чимин? Младший ничего не ответил. Он лишь слегка повернул в его сторону голову. — Чонгук… — Хен, почему ты здесь? — голос Гука трудно было узнать. Он был низким и слегка хрипловатым. — Хенджун сказал мне, где вы находитесь, поэтому… — Ты пришел к Джунсо-хену? Хен, ты слишком интересуешься им. Когда Чон поднял голову, смотря на него, Юнги нервно сглотнул. Он предполагал, что младший, узнав правду, лишь сильнее поедет крышей. Но то, что он увидел, выбило его из колеи. Хоть кожа вокруг глаз Чонгука была и красноватой, сами глаза казались пустыми. Они ничего не выражали. — Хен, — встав, младший пошел в его сторону, — я, правда, так тебя ненавижу. Почему ты появился в его жизни? Это из-за тебя он не отвечает на мои чувства? Вы и правда никогда не общались? — Серьезно решил думать об этом сейчас? Нужно спасти Чимина! У Лиджуна в пистолете остался один патрон. Он хочет… — Мин хотел переключить внимание младшего на Лиджуна, но… Слушать его не стали. Подойдя, Чонгук с силой ударил его ногой в грудь. Столкнувшись со стеной, Юнги упал. И хоть в глазах на время потемнело, он сразу же подскочил, уворачиваясь от очередной атаки. Сила, с которой по нему пытались попасть… Кажется, его и правда решили убить… Когда Юнги, увернувшись, сам нанес Чонгуку удар по лицу, в глазах того впервые появились эмоции. В них была злость. — Хен, — младший слегка улыбнулся, — сколько раз мы дрались? Три? Я ни разу тебя не побеждал. Но сейчас твои удары слишком слабые. Правда решил спасти его в таком состоянии? Когда спасешь, что будешь делать? Куда уведешь его? Знаешь, даже забавно. Я не раз представлял, как убиваю Лиджун-хена самыми разными способами, но… — взяв стул, корпус которого был сделан из железа, Гук с силой запустил его в Мина. — Но от тебя я хочу избавиться не меньше. Увернувшись, Юнги на время потерялся в пространстве, так как голова резко закружилась. Это было мгновение, но его хватило младшему, чтобы оказаться рядом. В следующую секунду его схватили за плечи, с силой ударяя коленом в живот. Последнее, что Юнги увидел, прежде чем отключиться, как Чонгук взял стул, направляясь в его сторону. *** Сквозь тьму Юнги слышал звук ударов. Он был близко. Совсем рядом. Кажется, прежде чем отключился, к нему шел Чонгук. Тот решил все же убить его? Но боль не чувствуется. По крайней мере, в новых местах… Открыв глаза, первое, что Мин увидел — это тот самый стул, с которым к нему шел младший. Он был разломан на мелкие детали. Чон окончательно слетел с катушек. Юнги всеми фибрами души чувствовал, как тот ненавидит его, как хочет избавиться. Но, несмотря на это, он и не думал доставать нож и использовать его против Гука. По какой-то причине Чимин верил младшему, и он тоже хотел ему верить. Несмотря на весь пиздец, надежда спасти его все еще не угасла. За секунду до того, как потерять сознание, в голове Мина пронеслась мысль, что Пак все же ошибся. Чонгук больше не способен себя сдерживать. Именно поэтому было понимание, что он не очнется, но… Почему-то младший сдержался. Он абсолютно точно хотел убить его… Вместо этого Гук выцарапал на полу слово «крыша». Превозмогая боль во всем теле, Мин кинулся к лестнице. Он понятия не имел, сколько провалялся в отключке, именно поэтому было безумно страшно. Было страшно опоздать. Пока стремительно поднимался наверх, в голове крутился один вопрос. Если Чонгук не планировал его ни убивать, ни калечить, ведь он оставил послание, где их искать, зачем вырубил? Юнги открыл дверь, ведущую на крышу, одновременно с выстрелом. Он с ужасом смотрел на Чонгука, который опустился на колени, прижимая рукой живот. На губах младшего появилась усмешка. — Один патрон, говоришь? Надеюсь, хен, ты прав. Юнги всегда был уверен, что если Чонгук узнает правду о Джунсо, он окончательно сойдет с ума и не отпустит от себя Чимина, но… Смотря сейчас в глаза, он понимал, что из двух вариантов, младший выбрал первый. Вряд ли он хотел умирать на глазах Чимина, поэтому наверняка сначала попробовал отвлечь Лиджуна. Из-за того, что у него это не получилось, он и решил спровоцировать того, заставив избавиться от единственного оставшегося патрона. Чонгук знал, что ему не выбраться из этого здания. Нет, не так. Он и не планировал отсюда выбираться.