Собака, которая не переставала лаять

Как живая память о том, что кажется бесконечными петлями, Стэнли установил для себя свои собственные правила, повторяя их снова и снова в своем уме, чтобы сохранить рассудок. (Хотя понятие «нормального» человека может быть поставлено под сомнение, когда здесь только два человека, один из которых может даже не человек, а другой, безусловно, выходит за рамки депрессии, которую может диагностировать ему любой терапевт. Но это не имеет значения, по крайней мере в данный момент, поскольку ни один из этих двоих не является психотерапевтом) Правила, которые установил для себя Стэнли, заключаются в следующем: 1. Выхода нет. Это правило идет рука об руку с правилом «конец никогда не наступит», которое раньше было вторым правилом, пока Стэнли не решил объединить их для удобства повтора. В конце концов, времени на размышления в цикле не так уж много, а слова становятся довольно длинными, когда у тебя есть ограничение по времени. Спасения нет, поэтому любой «конец», который обещает что-то, лжет. Стэнли никогда не позволит себе питать большие надежды. Больше нет. Да, это довольно жалкое правило, но и очень безопасное. Сломленный человек не может позволить себе ломаться дальше. Это и есть «безопасность» метафорического ружья правил. 2. Рассказчику все равно. Не обращая внимания на то, насколько это оскорбительно, это также может означать целую литанию вещей. Ужасно расплывчато, правда. О чем именно не заботятся Рассказчик? Конечно, не их история — Стэнли слишком много раз проходил через неё, по-разному расстраивая и ломая и рассказ, чтобы отрицать тот факт, что Рассказчик испытывали истинное чувство огорчения (разной природы, но тем не менее огорчения). Неужели Рассказчику наплевать на офис? Ведро? Нет-нет, ничего такого несущественного. Стэнли решил, основываясь на том, что он может почерпнуть из бестелесного голоса, который может быть или не быть в его голове, что Рассказчику все равно на него. Так бедняге гораздо легче. Он не знает, что это значит для Рассказчика, а может быть, и не значит. Возможно, им действительно все равно. Рассказчик не прислушиваются к этому мнению, потому что они об этом не знают, и Стэнли не знает, к лучшему это или к худшему, потому как Стэнли не может это озвучить. 3. …Подождите, это все? Что ж, похоже, что человек, известный как Стэнли, имеет для себя только два правила (раньше их было три). Два — довольно скучное число — на самом деле, оно должно стать монотонным, повторяя в голове одни и те же две вещи снова и снова. Ради бога, неужели этот человек никогда не слышал о разнообразии? Ну что ж, C'est la vie. У Стэнли была ужасно скучная жизнь до того, как начались петли, и, конечно же, он не привык пытаться вести интересную жизнь сейчас. Два правила, и он придерживается их, как особенно стойкий магазинный клей. То есть он довольно плохо держится за них, но тем не менее очень старается, и все должны подбадривать его и хлопать в ладоши. Мы могли бы привести примеры, когда Стэнли нарушал свои собственные правила — позволяя себе надеяться, что бесконечная петля гаража, коридора, гаража в конце концов приведет к чему-то значимому, или, что еще хуже, позволяя себе думать, что Рассказчик заботится о нем перед очередным сбросом и еще одним утомительным, изнурительным циклом. Однако это заняло бы слишком много времени, потому что есть так много моментов, в которые он потерпел неудачу. Знаешь, а почему нет концовки «Стэнли хорошо отдохнет ночью», а? Неужели это было слишком сложно для Рассказчика, чтобы придумать её по прихоти однажды, когда Стэнли заходит комнату отдыха для сотрудников… Послушайте, Стэнли ошибся дверью, но все в порядке, потому что прошлой ночью он плохо спал, поэтому он ложится на диван и закрывает глаза. Закрывает глаза и немного отдыхает. Хоть раз в своей чертовой жизни он хоть немного отдохнет. Но нет! Нет, это было бы слишком глупо, слишком неуместно, и вскоре он откроет глаза на знакомый вид своего офисного компьютера, ввод которого давно прекратился. Проснется ли он хотя бы хорошо отдохнувшим или вернется к тому же изнеможению, которое наполняет только его разум? Возможно, если он вообще не проснется, это будет благословением. Очень неприятная история, да, но благословение для Стэнли. Конечно, Стэнли всегда мог бы внести свой вклад в эту извилистую критику собственного разума, но он слишком занят, застыв в пространстве с пустыми и невидящими глазами. Рассказчик слишком заняты блужданием по этим мыслям, которые они всегда видели, чтобы думать об этом слишком усердно — слишком заняты дегуманизацией себя, рассказчика для Рассказчика, чтобы позволить себе отвлечься на что-то столь глупое и тривиальное, как отсутствие слушателя. Слушатель считает, что они не заботятся о нем! Конечно, конца никогда не бывает, и спасения нет, но второе правило, по скромному мнению Рассказчика, совершенно дезинформировано. Рассказчик создал кнопку «Пропустить», как раз для него! Неужели он думает, что Рассказчик помнит не так много, как он сам? Что ж, они никогда этого не узнают. Они будут сидеть здесь целую вечность, а Стэнли будет стоять неподвижно. Возможно, они все-таки напишут об этом диванном финале. Конечно, это не положит конец истории, но если это вернет его к ним, этого будет достаточно. Достаточно, чтобы вычеркнуть это второе правило? Ночной отдых творит чудеса с человеком, а написать совершенно новую концовку — это такая работа! Конечно, Стэнли увидит, какую работу проделывает Рассказчик специально для него, какие усилия прилагает. Он бы не возражал, если бы они всё время прислушивались к его мыслям, когда он думал, что они были личными, не имеющими отношения к истории, чтобы пройти под радаром. Может быть, он вообще не соединил бы эти точки! Он увидит этот акт доброты и примет его за чистую монету, и он не будет надеяться на побег, а просто закроет глаза. Да, да, это будет их первое действие, как только этот маршрут будет пройден. Если это когда-нибудь закончится. О, кого они обманывают? Нет, кто я такой что бы так шутить? Это никогда не закончится. В конце концов, конца никогда не бывает! Я обрекли себя, Стэнли, воистину обрекли себя. Я дали тебе эту кнопку «пропустить», я… Стэнли, может, ты просто вернешься? Конечно, ты не придешь в себя, потому что придешь в себя только через много лет. Даже столетия. Да, Стэнли, я все подсчитали. Знаешь, для твоего покорного слуги это выглядит не очень хорошо. Я вырыли себе яму. Если Рассказчик израсходует все свои слова и начнет все сначала, останутся ли они все тем же Рассказчиком? Ах, Тесей, твой корабль недостаточно приспособлен для моего положения. Возможно, Сизиф. Греческая мифология воспринимается так же, как и моя история, и эти ребята, казалось, вышли из неё в лучшем виде, чем когда-либо. Мне никогда не следовало реализовывать кнопку «Пропустить». Кому это нужно? Конечно, не тебе, Стэнли, хотя ты выглядишь так, будто наслаждаешься жизнью, бездумно и бессмысленно. Это тот самый перерыв, которого ты хотел? Этого не может быть, так как ты понятия не имеешь, что это происходит, но ты без колебаний нажмешь кнопку пропустить еще раз. И еще раз. И еще раз. Мои слова больше ничего для тебя не значат, Стэнли, я смирился с этим. Они никогда больше ни для кого ничего не будут значить. Этот конец никогда не закончится. Рассказчик снова дегуманизирует себя. Так будет проще. Гораздо, гораздо проще. Теперь они видят ценность второго правила Стэнли. Честное слово! Гораздо, гораздо легче притвориться, что нет никакой заботы. Что ничто не имеет значения и ничего не изменится. Ha. Ха-ха-ха. О, Стэнли. Вернуться? Только на некоторое время. Я будем вести себя тихо, пока ты здесь. Я не скажем ни слова. Ты просто должен сказать мне, сделать что-нибудь, что угодно. Моргни. Шевелись. Сделай шаг вперед, сделай шаг назад, снова нажмите кнопку «Пропустить», ради бога. Стэнли? Вернись. Я забуду все твои глупые правила. Я знаю тебя лучше, чем кто-либо другой, Стэнли, и я бы отказались от этого, если бы ты был здесь. Я бы выбросили все это из головы, ничего страшного. … Я ненавижу тебя, Стэнли. … Я не это имели ввиду. Я не это имели в виду, Стэнли, мне все равно, помнишь? Я не ненавижу тебя. Я просто хочу, чтобы ты был здесь. Ты можешь быть здесь? Моргни. Моргни. Вернись. Стэнли, черт возьми, вернись. … Думаю, я снова разделим твоё первое правило на два, Стэнли, поначалу у тебя действительно была правильная идея. Хорошо бы повторить три вещи — правило трех, знаете ли, оно всегда срабатывает. Я начнём прямо сейчас, так что к тому времени, когда ты вернешься, это будет похоже на белый шум для твоих неслышащих ушей. Спасения нет. Конец никогда не наступит. Рассказчику все равно. Спасения нет. Конец никогда не наступит. Рассказчику все равно. Спасения нет. Конец никогда не наступит. Рассказчику все равно. Спасения нет. Конец никогда не наступит. Рассказчику все равно. Спасения нет. Конец никогда не наступит. Рассказчику все равно. Спасения нет. Конец никогда не наступит. Рассказчику все равно. Спасения нет. Конец никогда не наступит. Рассказчику все равно. Конец никогда не наступит. Конец никогда не наступит. Конец никогда не наступит. Конец никогда не наступит. Конец никогда не наступит. Конец никогда не наступит. Конец никогда не наступит. Конец никогда не наступит. Конец никогда не наступит. Конец никогда не наступит. Конец никогда не наступит. Конец никогда не наступит. Конец никогда не наступит. Конец никогда не наступит. Конец никогда не наступит. Конец никогда не наступит. Конец никогда не наступит. Конец никогда не наступит. Конец никогда не наступит. Конец никогда не наступит. Конец никогда не наступит. Конец никогда не наступит. Конец никогда не наступит. Конец никогда не наступит. Конец никогда не наступит. Конец никогда не наступит. Конец никогда не наступит. Конец никогда не наступит. Конец никогда не наступит. Конец никогда не наступит. Конец никогда не наступит. Конец никогда не наступит. Конец никогда не наступит. Конец никогда не наступит. Конец никогда не наступит. Конец никогда-