Найденный дом

Нил был любителем классики. В Лондоне он довольно часто выбирался на всякие концерты, в его наушниках каждый раз можно было услышать какую-нибудь симфонию или оперу. Но играть Нил не любил, хоть и мог. Воспоминания слишком яркие, чтобы даже прикоснуться к инструменту. Игре на фортепиано учил отец. Натан всегда был требовательным. Не только к помощникам и сыну с женой, но и к самому себе. Это его качество было единственной хорошей чертой, хотя требовательность очень крупно обошлась маленькому Натаниэлю: ...— Там четвертная нота, а не половинная, Натаниэль!... ...— У тебя получаются скачки, а не протяжная и длинная мелодия!... ...—Это легато, а не стаккато, мелкая ты тварь!... Натаниэль ненавидел эти гребаные четвертушки и восьмые, ненавидел стаккато и аллегро, ненавидел арпеджио, где нужно было быстро перебирать пальцами. Но как же он любил результат своих трудов, эти прекрасные сонаты, которые были для него самым прекрасным звуком. Часто он слушал игру своего отца, его пальцы не были музыкальными, но это не мешало мужчине исполнять божественные мелодии. Натана Натаниэль ненавидел, но его игру на фортепиано он обожал. Натан часто позволял своему ребёнку стоять рядом, пока сам он играл. И Натаниэль учился у него, внимательно следя за каждым движением кистей рук. Однажды отец взял его на какой-то благотворительный вечер, где были сотни разных бизнесменов, которых нужно было впечатлить. Натаниэлю было тогда пятнадцать лет. — Сыграем сегодня с тобой. — сказал Натан, глядя на Натаниэля, который рассматривал огромный рояль. — А что мы будем играть? — тихо, практически себе под нос спросил парень. — «Танец Рыцарей». — ответил мужчина. — Ты его уже играл, так что будь добр, не облажайся. Ты знаешь, что с тобой будет, если ты это сделаешь. — проходящий мимо мог подумать, что Натан говорил своему ребёнку какие-то добрые слова, ведь мужчина так широко и радостно улыбался, но Натаниэль знал, знал, что эта улыбка не предвещает ничего хорошего. — Я не облажаюсь. — сказал Натаниэль. Натаниэль облажался. Совершенно забыл ноты от страха. Его ошибка обошлась ему очень и очень дорого. Из-за этой ошибки его левое ухо теперь не слышит. Из-за этой ошибки он теперь не может даже подойти к фортепиано, а если услышит зловещий «Танец Рыцарей», то совсем сходит с ума. Всегда это произведение напоминало ему о Натане, оно сильно подходило ему. Зловещее, могучее вступление, а Натаниэль был испуганным, хаотичным концом. Нил шёл по университету, стуча своими ботинками и тростью из красного дерева. Полы его плаща развевались на небольшом ветру, созданным быстрой ходьбой, он хотел свалить. Пары закончились, да и к врачу нужно, но какой-то звук задержал его, кто-то играл на фортепиано. Нил остановится, прислушавшись к источнику звука. Звук шёл из музыкального крыла, а точнее из аудитории под номером «358», которая именовалась актовым залом. Актового зала в универе не было, а эта аудитория была настолько огромной, что было решено сделать из неё актовый зал, где проходили все мероприятия. Джостен заглянул в щель. Источником звука был белый рояль, а точнее Эндрю Миньярд, который играл на этом рояле. Волшебно. Эндрю Миньярд играл поистине волшебно. Нил не видел то, как его пальцы передвигаются по клавишам, но слышал, слышал своим подпорченным слухом, что Эндрю предназначен для музыки. Или музыка предназначена для Эндрю Миньярда. Эндрю закончил играть, последние ноты едва было слышно, Нил так и не понял почему. Из-за его слуха? Или конец и должен был таким быть? Парень впервые в своей жизни готов был кричать от отчаяния, отчаяния от того, что он не услышал эту прекрасную мелодию двумя ушами. Нил был уверен в том, что музыка, исполняемая этим парнем была ещё прекрасней, чем слышалась. Нил был восхищён. Он никогда не боялся высказывать своё восхищение, поэтому прикоснулся к ручке двери, чтобы открыть, но услышал тяжёлые шаги ещё одного человека, который находился рядом с Эндрю. Нил заглянул в щель, увидев то, как какой-то высокий русоволосый парень облокачивается своей задницей на инструмент. По итогу он уселся на инструмент. Вмиг всё восхищение исчезло, Нил готов был разнести всё в пух и прах. «Да как он смеет! Нельзя садиться на музыкальный инструмент!» — кричал внутри себя Нил, глядя на то, как Эндрю подходит к парню, который сидит своей задницей на закрытой крышке прекрасного рояля, а затем целует его, притянув к себе. «Ну это уже край!» — фыркает Нил, глядя в щель на то, как русоволосый парень хватается за угол инструмента, царапая его своими ногтями. Инфаркт был близко к Нилу, но возмущение было ещё ближе. Все же помнят, что Нил не умеет злиться. — Спрыгни. — сквозь поцелуй сказал Эндрю. — Что? — переспросил парень, запустив пальцы под футболку блондина. — Спрыгни с инструмента, блять. Он расстроится. — фыркнул Эндрю, вытерся свои губы рукавом свитера. — Я расстроюсь, если мы сейчас не продолжим. — возмутился парень, всё же спрыгнув с рояля. Камень упал с плеч Нила, который всё ещё, не стесняясь, подглядывал за ними в щель. — А мы и не продолжим. — сказал Эндрю. — Ты нарушил правило. Прикоснулся. — Извини, Эндрю. Не сдержался... — невинно улыбнулся парень. — Роланд, я не терплю твоего «не сдержался». — твёрдо сказал Миньярд. «Вот он — тот самый Роланд.» — подумал Нил. — Ты же не хочешь со мной расстаться? — спросил он. — Пока нет. — ответил Эндрю, вздёрнув подбородок. — Потому что мы и не встречались. Ты забыл? Между нами ничего нет. Разве что быстрый трах где-нибудь в подсобке или уборной. — Эндрю кинул взгляд на дверь и прищурился. — Блять! — прошептал Джостен. Нил запаниковал, громко захлопнув дверь, побежал к лестнице. Он был красным от смущения, которое перемешалось с возмущением. «Заметил!» — кричал голос внутри. Нил буквально вылетел из здания университета, даже не глядя на своих новых знакомых, забыв нахрен о боли в ноге, свою трость он прижал к груди и с каким-то странным выражением смотрел вокруг. Кевин, который помогал отцу разгружать мячи недовольно посмотрел в сторону Джостена, который нёсся от универа на всех парах. — Папа, вот так выглядят люди с травмами ног. Бегут на всех парах. Неужели в университете настолько плохо, что Нил бежит оттуда как от чумы? — Может он опаздывает? — предположил Ваймак. — Куда? К Господу Богу? — Он трость для красоты что-ли носит? — спросила Дэн, глядя на то, как рыжий парень перепрыгивал через конусы. Жан смотрел в сторону Нила с каким-то странным выражением. Конечно он знал о Натаниэле всё и даже больше. Этот человек был очень интересным. — Бе-гу-нок. — по слогам произнёс Эндрю, глядя в окно на то, как Джостен выбегает из университета. — Что? — переспросил Роланд, который даже и не заметил их слушателя. — Ничего. Ты свободен. Я тебе позвоню. Нил так и не понял причину своего побега. Он всё ещё был крайне смущён и испытывал странное чувство, будто застал что-то очень личное. Он убежал стыдливо. Это он понял только тогда, когда его нога резко заболела и он остановился, остановился он прямо около клиники, в которую записался ранее. Доктор Браун смотрел из своего окна на бегущего парня с тростью в руках. Марафонец что-ли? Но парень вдруг резко остановился около их клиники, его нога подогнулась, но трость, на которую парень вовремя облокотился предотвратила падение. «Что это с ним?» — задумался доктор. Казалось, что сейчас парень продолжит идти дальше, но он резко свернул ко входу в клинику и зашёл в здание. Буквально через две минуты в дверь кабинета кто-то постучался. Доктор Браун отставил кофе в сторону и крикнул: — Входите! В кабинет зашёл тот самый парень, который со всех ног куда-то бежал, а затем так резко остановился, чуть не упав. — Здравствуйте, — сказал он. — я по записи. Доктор Браун посмотрел что-то в ноутбуке и спросил: — Нил Джостен? — Да. Это я. — Хорошо, мистер Джостен, что вас беспокоит? — Полтора года назад я получил травму коленной чашечки. Совсем недавно меня начали преследовать жутки боли в ноге, настолько жуткие, что я толком и ходить не могу. — запыхавшись, сказал Нил, постукивая тростью по полу. — Позвольте спросить, — начал мужчина. — Эти боли утихают? Потому что я увидел вас, бегущего на всех парах. — Я просто кое-чего напугался и побежал. — сказал Нил. — Но вскоре я почувствовал очень сильную боль в ноге. Доктор задумался. — Давайте я вас отведу на рентген, а там мы уже посмотрим. — сказал он. — Хорошо. — пожал плечами Нил.

***

Доктор Браун, рассматривая снимок, сказал: — У вас всё прекрасно с коленом. Глаза Нила округлились: — Но нога болит! — воскликнул он, глядя на рентген в руках мужчины. — Она может ныть на погоду. — предположил мужчина. — Это будет преследовать вас всю жизнь, с этим ничего не поделать. — Это не ноющая боль. — возразил Нил. — Такая боль, будто мне топором по ноге бьют. — доктору не нужно знать, что именно таким способом и была сломана коленная чашечка пациента. Доктор нахмурился. — Испытывали ли вы какие-то эмоциональные потрясения в последние два дня? — Переезд. — ответил Нил. — Но меня это не особо впечатлило. — Новые знакомства? — Есть. Но я уже привык к тому, что я один, поэтому это достаточно тяжело. — пожал плечами Нил. — У вас есть ПТСР? — спросил проницательный доктор. Конечно он понимал, что есть. Шрамы на лице просто так не появляются. — Ну да, мой самый первый психолог поставил этот диагноз... — нахмурился Нил. — А что? — Я могу предположить, что у вас психосоматическое расстройство. Вы бежали сюда от чего-то, совершенно забыв о боли, но когда добежали и поняли, что всё в порядке, боль появилась. — То есть вся боль... — начал Нил. — Вы её навязали. У вас не болит нога, но ваш мозг так не считает. — И что мне делать? — тихо спросил парень. — Идти к психологу и прорабатывать психологические травмы, мистер Джостен. Только так. Вы пьёте обезболивающее? — Пью. — кивнул Нил. — Оно вам не нужно, перестаньте пить эти таблетки и работайте с психологом. Вот и всё. — слегка улыбнулся врач. — А так у вас всё просто прекрасно. Нил кивнул, всё ещё пораженный. — Я могу идти? — Безусловно. — улыбнулся мужчина. — Не смею вас больше задерживать. Нил вышел из кабинета, а затем и из клиники, кивнув на прощание медсестре, встретившей его. Нил шёл в сторону кафе, когда на его телефон пришло сообщение: Шарлотта: Ты где? Я задолбалась стоять под твоей дверью. Нил слегка приподнял брови, спрашивая самого себя о местонахождении его тёти. Он быстро написал ответ: Нил: Я иду в «FoxCafé». Приходи туда. Шарлотта: У меня чемодан. Нил: Оставь его под дверью. Никто не возьмёт. Будто кому-то нужны твои тряпки. Шарлотта: Они стоят кучу денег! Нил: Будто ты не купишь новые. Шарлотта больше ничего не ответила, на что Нил усмехнулся. Через десять минут он был у «FoxCafé», ожидая так внезапно нагрянувшую гостью. Уже через две минуты Нил увидел маленькую женщину в сером пальто, её брови были сведены к переносице, а зелёные глаза раздражённо сверкали. Иногда она очень напоминала Мэри, всё же они были сёстрами. — Привет, тётя Шарлотта. — сказал Нил, открывая дверь в кафе. — Перестань называть меня тётей. — фыркнула женщина. — Буду называть тебя «дядей». — вздохнул Нил, заходя в заведение. Шарлотта уже понеслась к прилавку со сладостями, поэтому не услышала его фразу. Нил огляделся, поняв, что заведение практически забито полностью. Студентами. Среди них Нил нашёл и Кейтлин с Мариссой, Кевина, Жана и Джереми, которые что-то обсуждали, Элисон Рейнольдс и её бойфренда, девушку с радужными волосами, а также кузенов. Поборов желание сбежать, Нил поспешил отвернуться к прилавку, где работали два незнакомых ему человека. Точнее один был знаком — смуглый парень с ёжиком на голове и с синим фургоном. На его бейджике было написано имя: Мэтт. Отлично. Рядом с ним стояла девушка с огненно-рыжими волосами. Робин. Так было написано на её бейдже. Шарлотта, не обращая внимания на других, начала диктовать заказ: — Один карамельный латте, один двойной эспрессо, чизкейк, шоколадный торт и медовик, а также четыре клубничных круассана. Мэтт, улыбаясь, сказал: — С вас пятнадцать долларов. Шарлотта положила двадцатку. — Сдачи не нужно. — Для кого карамельный латте? — спросил Мэтт, взяв в руки стаканчик. — Шарлотта. — ответила женщина. — А эспрессо? — Для Нила. — Отлично. Ваш заказ будет готов через пять минут. Ожидайте. — всё ещё широко улыбался Мэтт. Нилу всё же пришлось обернуться для выбора столика. Как назло свободен был только один — рядом с Миньярдами, Дэем и Хэммиком. «Да что же это такое...» — подумал Нил. — Что встал? — спросила Шарлотта, подталкивая Нила к столику. Стóит сказать, что все вышеупомянутые люди смотрели на них с нескрываемым интересом. Они сели за столик у окна, столик кузенов и Кевина стоял у стенки, по итогу их столы формировали прямой угол, из-за чего Нил сидел в прямой видимости Эндрю, который не отрываясь, смотрел на него. Нил давно не чувствовал себя мишенью. — Зачем ты приехала? — спросил Нил, зная, что их соседи по столикам прислушиваются к их разговору. Шарлотта нахмурилась. — Милый, неужели я не могу навестить дорогого мне человека. — Нил понял, какую роль она играет. Она не хочет выглядеть его тётей. Нил усмехнулся, громко сказав: — Тебе 35 лет, Шарлотта, ты взрослая женщина, а пытаешься обмануть молодого парня. Шарлотта недовольно зыркнула на него. — Ты совсем что-ли? — прошипела она. — Зачем ты приехала? — не обращая внимания на её злость, сказал Нил. — Последить за тобой, чтобы ты не лез на рожон, а то мы со Стюартом знаем тебя, твой рот не закрывается, извергая кучу оскорблений. Нил буквально слышал, как Эндрю усмехнулся. — И что? Я никуда не лезу. Можешь ехать обратно. Передай Стюарту, что мне не нужна нянька. — Нил, мы обещали твоей матери перед её смертью. Обещали, что будем следить за тобой. — сказала Шарлотта. Эндрю посерьёзнел. — Она это говорила, когда мне было шестнадцать. Сейчас мне девятнадцать, Шарлотта. Не нужно меня опекать. — Я в любом случае уже сняла номер в отеле. Я буду присматривать, Нил, хочешь ты этого или нет. Я выполню своё обещание, потому что Хэтфорды слова на ветер не бросают. Нил вздохнул. — Тогда на кой чёрт ты притащила чемодан к моей квартире? — Подумала, что тебе хватит совести, чтобы поселить меня у себя. Но ты решил, что твоей любимой Шарлотте нужно будет жить в отельной конуре. — притворно обиделась Шарлотта. — За эту «конуру» ты платишь в сутки больше, чем я плачу за неделю проживания в квартире. — сказал Нил. — Ваш заказ. — Робин поставила поднос на стол. — Спасибо большое, Робин. — улыбнулась Шарлотта, подмигивая. — О Боже... — вздохнул Нил. — Идут года, а ты всё так же любишь заигрывать с каждой девушкой. — Не осуждай меня. — фыркнула женщина. — Я хотя бы что-то делаю, чтобы не остаться в одиночестве. В отличии от тебя. Нил усмехнулся, неотрывно глядя на Эндрю, который также неотрывно, с интересом смотрел на него. — Что-то мне подсказывает, что в одиночестве я не останусь. По крайней мере здесь, в Пальметто.

***

— Ну и как прошёл ваш разговор? — нетерпеливо спросил Ники, крутясь около Эндрю, который выходил из университета. — Отлично. Чуть не потрахались на рояле, если бы не начинающий вуайерист. — Что? — спросил Аарон, догоняя их. — Забейте. — махнул рукой Эндрю, а затем крикнул Кевину, который уже отнёс мячи. — Идём, Дэй! Когда Кевин подошёл к ним, Эндрю спросил: — Что ты знаешь о Ниле Джостене? Кевин побледнел. — Н-ничего. — ответил он. — Врёшь. — усмехнулся блондин. — Ты же не зря побежал за ним сегодня утром, ты же не зря подсел к нему в столовой. Не ври мне, Кевин. Не смей врать. — ореховые глаза сердито сверкнули. Кевин вздохнул: — Нил Абрам Джостен, при рождении Натаниэль Абрам Веснински, сын печально известного Балтиморского мясника, который был правой рукой Кенго Мориамы в своё время. Был убит Стюартом Хэтфордом, братом жены Натана — Мэри Веснински, при рождении Хэтфорд. Восемь лет назад она забрала ребёнка и сбежала. В бегах они были три года. Натан нашёл вскоре нашёл их, держал в подвале на протяжении трёх лет, выпуская их только на всякие вечера, где нужно поддерживать образ семьянина. Я очень давно его не видел, подумал, что он хочет играть в экси, но это не так, хотя в детстве он был лучшим игроком. Он приехал сюда просто учиться, думаю, что Лондон ему надоел. Вот и всё. — Он что, убийца?! — воскликнул Аарон. — Нет. — ответил Кевин. — За это я ручаюсь. Нил хороший человек, просто одинокий, ну ещё у него скверный характер. — Он опасен? — спросил Эндрю. — Нет. — сказал Кевин. — Если его не трогать, то не опасен. Эндрю кивнул. — Тогда ладно. Но я буду следить за ним, чтобы не вытворил чего-нибудь. — То есть вас не смущает, что напротив Бетси живёт сын убийцы?! — недовольно спросил Аарон, скривив губы. — Нил не сын убийцы. — сказал голос сзади. — Натаниэль — да. Но не Нил. Обернувшись, все увидели Жана и Джереми. Жан продолжил: — На одном из банкетов были «Вороны», Рико тогда на меня сильно разозлился и чуть не избил в туалете. Ему помешал Нил, который сам избил Рико до потери сознания, за что сам и поплатился, когда отгрёб от своего отца. Я слышал, как он бьёт плетью своего ребёнка в вип-зале. Я помню его горящие глаза, Нил жил. Не существовал, как сейчас, а жил. Находясь в ужасных условиях, он хотел жить, боролся за эту жизнь. Сейчас же ему всё равно. Это меня в нём и пугает.

***

Вместе они дошли до «FoxCafé», где сейчас работали Робин и Мэтт. На входе их встретила Кейтлин, бросившаяся на шею Аарона. — Привет! — улыбнулась она. — Привет. — сказал Аарон, поцеловав её в висок. Эндрю закатил глаза, глядя на эту картину. — Мы пришли сюда поесть? Или лобызаться? В кафе зашёл Эрик Клозе, парень, в которого Ники был безгранично влюблён. — Можно было бы и лобызаться. — хитро улыбнулся Хэммик, глядя через витрину на парня своей мечты. — Ты бы мог взять Роланда с собой. — сказал Ники. — А Кевин Тею. — добавил Аарон. Кевин фыркнул: — Тея занятая девушка в отличии от вас, бездельников. — У нас с Роландом нет отношений, я не собираюсь с ним под ручку ходить. — заходя в кафе, сказал Эндрю. Когда они уселись за столик (Эндрю не позволил Кейтлин и Мариссе сесть с ними за один стол), в кафе вошла какая-то женщина одного роста с Эндрю и Нил Джостен. — Он опять новую барышню привёл! — тихо возмутился Ники. — Это не его барышня, придурки. — нахмурился Кевин. — Это Шарлотта Хэтфорд, популярная писательница. Она его тётя. — Она очень молодо выглядит. — сказал Ники. — Деньги решают всё. — усмехнулся Эндрю, глядя на Нила, который поспешно отвернулся, увидев его. — Хэтфорды вообще кто? — Стюарт Хэтфорд — бизнесмен, по совместительству руководит британской мафией, Шарлотта Хэтфорд, его младшая сестра — писательница, Мэри Хэтфорд когда-то занималась балетом, но, выйдя замуж за Мясника, бросила это дело. Нил всегда был близок к искусству, поэтому и поступил на факультет живописи. — сказал Кевин, значительно понизив голос. Нил и Шарлотта уселись за столик и начали беседовать, заставив ребят замолчать и прислушаться к их разговору. Когда они закончили, Ники тихо поинтересовался: — То есть она тут надолго? — До тех пор, пока они не поймут, что Нил достаточно самостоятелен. — сказал Кевин. — Или пока его мать с того света не доберётся до них, пожалев своего сына. — ухмыльнулся Аарон. — Аарон! — воскликнули остальные. — Ну а что? — с небольшой улыбкой спросил парень. — Насколько я знаю, Шарлотта живёт достаточно весёлой жизнью. Устраивает множество вечеринок и не сидит на месте. С ней определённо не скучно. — сказал Кевин. Эндрю усмехнулся. — Одного появления Нила Джостена достаточно, чтобы вся скука испарилась.