БДСМ или Будь Добр Сдохнуть Мгновенно

      Подтягивая края воротника плаща ближе к горлу, Сара то и дело посматривала в зеркало заднего вида, где периодически встречалась со взглядом таксиста, отчего чувствовала себя неуютно, словно подопечная безумного ученого в чашке Петри.       Поглядывая на Стефани, которую, кажется, вообще ничего не волновало, кроме сообщений в телефоне, она с завистью тяжело вздохнула и перевела всё своё внимание на вид за окном. Дома, стоящие вплотную друг к другу, в районе, где жила Стефани, сначала заменил парк, а с моментом приближения к окраине города большие участки с не уступающими дворцам строениями, которые и домом-то назвать язык не поворачивался.       — Приехали, — счастливая Майерс протянула деньги водителю и первая выскочила из машины, обежала её и открыла другую заднюю дверь. За руку вытягивая упирающуюся подругу на улицу, посмеивалась с неуклюжести ситуации, в которой их могли застать другие школьники, оказавшиеся поблизости. — Сара, ну прекращай. Ты же обещала!       — Теффи, можно я поеду домой? — зажмурив глаза, после звука захлопнувшейся за спиной двери автомобиля, тихо проскулила Сара, слыша, как, шебурша колёсами, такси поехало дальше.       — Ну уж нет, — подхватывая подругу под руку, Стефани неуловимой стрелой направилась ко входу в «замок», где во всю уже гремела музыка и толпились подростки. — Это возможно наша последняя совместная вечеринка.       — Но я там никого не знаю, — не унималась шатенка, потуже затягивая пояс плаща, что так и норовил показать окружающим скрытую под ним красоту.       — Меня ты знаешь, — указывая на себя кистью, она той же рукой откинула мешающиеся вьющиеся волосы с плеча за спину. — Познакомишься сначала с моей девушкой, а там пойдёт по накатанной.       — Но я не вписываюсь в ваш круг…       — Стефани, — Сару перебил перекрикивающий музыку визг и тайфун огненных волос, пронесшихся перед глазами и закрывших собой подругу, — ты заставила меня ждать и чуть-чуть понервничать.       — Прости, рыжик, — кудрявая ещё раз чмокнула девушку в губы, — долго уговаривала подругу. Знакомься — это Сара, моя подруга с детства, бывала здесь наездами, впрочем, как и сейчас. Сара — это Адель, моё рыжее буйство красок и эмоций.       — Очень приятно, — Сара протянула руку, и Адель ответила взаимностью.       — Показывай!       — Что? — девушка в удивлении раскрыла глаза и перескакивала взглядом с одного взбалмошного взора на другой.       — Я знаю Стефани, — рыжая потянула за пояс плаща, пытаясь побыстрее увидеть его содержимое, — это должно быть что-то отпадное, — топнула ножной и сжала наманикюренные пальцы в кулаки. — Ну же!       — Если не сделаешь этого сама, — Стефани хитро улыбнулась и сложила руки под грудью, — то это сделаем мы. И не могу обещать, что плащ останется в «живых» и домой ты потопаешь…       — Я поняла, — сдавая свои позиции, Сара вскинула руки и опустила их на борта спасительного одеяния.       Позволяя накидке сползти по плечам, открывая взору окружающих содержимое, девушка опустила смущенный взгляд в пол, читая про себя мантру по его исчезновению и себя заодно с ним.       — Отпад, — проговорила рыжая, а Стефани самодовольно заулыбалась.       Чёрные латексные ботфорты на платформе с высокой шпилькой, плавно переходили в колготки в крупную сетку, что прятались под чёрным латексным кетсьютом-шортами с леопардовой вставкой по всему поясу. Застёжка этого творения измученного бессонными ночами мозга кутюрье представляла из себя ряд аккуратных пуговиц, простирающихся от лобка до солнечного сплетения, плавно переходила в V-образный вырез, устремленный к плечевым суставам и заканчивающийся длинным рукавами, обрамленными перчатками.       — Чувствую себя шлюхой на подиуме, — пытаясь скрыть «срамоту», как считала сама Сара, она обняла себя за плечи и пробежала взглядом по близстоящим наблюдателям её позора.       — А ты взгляни на это под другим углом, — взмахнула руками Адель и подхватила под руку новую знакомую.       — Да, — Стефани отзеркалила действия рыжика, подхватывая Сару под другую руку, и вместе они направились к столам с напитками, — ты выглядишь, как супергероиня. Такое оружие массового поражения спермотоксикозных имбецилов. Одного взгляда на тебя им хватить, чтобы напачкать свои штанишки. О, предлагаю тост, — подхватив стаканчик с алкоголем, она подняла его вверх, — «за моих амазонок» … ну и с окончанием школы, крошки мои.       — За амазонок, — поддержала рыжая, а Сара сморщила носик, ощущая непривлекательный запал алкоголя из стаканчика.       — Пей, — быстро расправившись со своим напитком, Стефани подтолкнула стаканчик ближе к губам подруги, — твоему папочке я не скажу и Дель тоже, — многозначительно посмотрела на свою половинку.       — Конечно. О чём речь?! Если бы мои предки были в курсе каждой вечеринки, что я здесь закатывала… Ухх… — рассмеялась Адель, пальцем быстро убирая выступившую от смеха слезинку, чтобы она не испортила макияж.       — Тебе надо расслабиться, — Стефани провела кистью по плечу Сары. — Один стаканчик, — пожала плечами и развела руки в стороны. — Оглянись вокруг — все отдыхают. Через пару месяцев будешь вспоминать об этом с улыбкой и ностальгировать.       — Ладно, — выдохнула Сара и залпом осушила содержимое стакана. Чуть не подавившись и быстро обмахивая своё лицо кистью, постаралась сделать очень необходимый глоток воздуха, ощущая, как неистово жжёт горло.       — Ну вот, умница, а теперь танцевать, — Стефани и Адель подхватили девушку под руки и потянули в самое сердце танцпола.       Смущенно стоя в центре зала, Сара осматривалась по сторонам, наблюдая, как люди вокруг выплескивают накопившуюся энергию, танцуя и подпевая песням. Постепенно подхватываемая ритмом и энергетикой окружающей среды, она начала неспешно двигать бедрами, перетаптываться из стороны в сторону, водить руками по телу и, прикрыв глаза, покачивать головой.       — Покажи на что способна, крошка, — послышался над ухом шёпот Стефани, стоящей позади, и её кисти легли на талию подруги, немного сжимая пальцы.       — Это обещает быть интересным, — подхватила Адель, зажимая тело Сары между собой и своей второй половинкой, проводя своими шаловливыми пальчиками по её запястьям.       Через пару-тройку песен Саре захотелось пить и она, оставив своих спутниц, направилась к столу со стаканчиками. Выбрав наиболее приглянувшийся, потянулась к нему рукой, когда на фоне общего гула заиграла её любимая мелодия. Не раздумывая, она залпом опрокинула в себя напиток, чуть поморщилась и поспешила вернуться к танцам.       Песня за песней, танец за танцем, уже порядком подуставшая и охмелевшая, брошенная своими подругами на танцполе, Сара стояла в центре зала, массируя руками голову и пытаясь отдышаться. Чья-то горячая рука, аккуратно опущенная ей на талию, заставила встрепенуться и попробовать сфокусировать своё внимание на её обладателе. Небесно-голубые глаза притягивали и лишали воли, дыхание остановилось, а сердце, гулко ударившись о ребра, как будто остановилось.       — Не хочешь пить? — прошептал на ухо незнакомец, тут же протягивая стаканчик. Играющий на заднем плане медляк позволил расслышать сладостные ноты в его голосе, а тепло его дыхания, опалившее ушную раковину, запустило табун мурашек от шеи по позвоночнику к пояснице, заставив девушку чуть прогнуться в спине навстречу парню.       Кивнув, Сара перехватила напиток и жадно припадая к сосуду губами. Чередуя глотки со вздохами, осушила стаканчик.       — Спасибо, — вытирая оставшиеся на губах капельки пальцами свободной руки, она опустила взгляд в пол, стараясь совладать со звоном в своих ушах.       — Подаришь мне танец? — вставая перед ней и укладывая вторую руку на её талию, брюнет всматривался в лицо незнакомки, которая привлекла его внимание, стоило ему пересечь порог этого «замка». Он наблюдал за ней более получаса и поджидал подходящий момент.       Не подобрав слова, Сара закивала, как качающая головой игрушка на торпеде автомобиля. Робко поднимая руки, зажатые между ними, вверх, взглядом оценила телосложение партнера по танцам, вместе с руками медленно поднимая глаза, пока не остановилась на вновь завладевшими её вниманием голубых, сияющих радужках. Неуверенно скрещивая кисти с пустым стаканчиком у него на затылке, для удобства сделала шаг к нему и выпрямилась в спине, стараясь уменьшить их разницу в росте.       Обворожительная улыбка, черные вьющиеся волосы, горячая ладонь, нежно поглаживающая поясницу, алкоголь, неторопливые движения — всё кружило голову, заставляя захлебнуться в собственных эмоциях.       Наслаждаясь произведённым на девушку эффектом, парень притянул её к себе ещё ближе, словно змей, стягивающий свои кольца вокруг испуганного зайца.       — Ты красивая, — заметив, как особа от смущения опустила голову, отводя взгляд в сторону, он нежно двумя пальцами взял её за подбородок, возвращая зрительный контакт. Немедля больше ни минуты, он резко подался вперёд, захватывая столь желанные губы в плен на растерзание. Опешившая от такого нападения, девушка задержала дыхание, широко раскрыла глаза и разомкнула уста, позволяя проворному языку искусителя ворваться во внутрь. Пальцы, державшие стаканчик, разжались, отпуская в свободное падение бумажное изделие, и тут же зарылись в мягкие кудряшки.       Прикрыв глаза в опьяняющем наслаждении, Сара подалась импульсу, когда парень взял её под ягодицы, запрыгивая ему на руки и захватывая его талию в кольцо ногами. Полностью погруженная в новые для себя ощущения, она не заметила, как он унёс её с танцпола, вместе с ней поднялся на второй этаж по широкой лестнице и зашёл в самую дальнюю комнату, которой оказалась уютная спальня.       Подойдя к кровати, парень перенаправил поцелуй на шею, позволяя первому, неуверенному стону сорваться с припухших женских губ, запрокинутой назад головы. Пробираясь на коленях по покрывалу, аккуратно уложил девушку в центр ложа и спустился поцелуями к ключичной вырезке и рукоятки грудины. Его шаловливые пальцы уже умудрились расстегнуть три верхние пуговицы комбинезона, и ладонь беспрепятственно проникла под латекс и сжала небольшую аккуратную грудь, что заставило девушку выгнуться вперед, ещё больше подставляясь под мужские ласки.       Опьянённый очередным, но уже более уверенным стоном, парень быстро расправился с оставшимися пуговицами и перевёл ладонь на плечевой сустав, стягивая ткань с желанного тела, а губами припал к оголенной груди.       Одурманенный алкоголем, усталостью и возможным освобождением от надоевшего латексного кетсьюта мозг не сопротивлялся действиям мужчины, а податливо помогал с ним расправиться. Когда левую руку удалось освободить от рукава и перчатки, действие перекинулось на правую сторону, а мужские губы утянули в новый жаркий поцелуй девичьи уста.       — Как я устала от этих сапог, — прерывая поцелуй, Сара потянулась к замку ботфортов, но её кисть была перехвачена мужской ладонью и закинута ей за голову.       — Я сам, — прохрипел парень и, высвободив вторую руку из костюма, перевёл своё внимание на женские ножки.       Не открывая уставших глаз, девушка, раскинув руки по сторонам, наслаждалась свободой и прохладой в комнате, после тесного и жаркого контакта с глянцевой тканью. Спустя мгновения, почувствовав такую же свободу на ногах, она приподняла попу над кроватью и попыталась стянуть оставшуюся одежду, застрявшую на талии. Горячие мужские ладони легли поверх её пальцев, и такой же по контрастности поцелуй приземлился в районе солнечного сплетения. Мазнув языком по одной груди, мужчина взял в рот сосок другой и, причмокивая, посасывал, продолжая освобождать леди от одежды.       Стоило остаться без одежды и горячих прикосновений, как Саре захотелось накрыться одеялом и просто уснуть. Она уже начала провалиться в небытие, когда её вновь жарко поцеловали. Находясь на грани сознания, она отвечала на поцелуй, пальцами ероша мягкие волосы партнера и вжимаясь грудью в торс мужчины.       Резкая боль пронзила низ живота, заставив шикнуть, сморщиться, крепче обхватить партнера за шею и по инерции прикусить ему губу. Из-под закрытых глаз потекли слёзы, на языке почувствовался противный вкус железа, а скрутившийся желудок был готов явить миру всё своё содержимое.       Перевозбуждённый мужчина под действием боли в губе, адреналина от осознания содеянного и ещё какой-то новой для него эмоции на автомате сделал несколько поступательных движений бедрами и замер, ошарашено смотря в цвета утреннего тумана радужки, наполненные слезами, болью, ужасом, страхом, паникой и тревогой.       Солнце проникло через стекло незашторенного окна, теплыми лучами пробегая по щекам спящей девушки. Сморщив носик, недовольно кряхтя, она перевернулась на другой бок и разлепила веки. Картинка перед глазами поплыла по методу печатающей машинки: улетала в сторону, а потом резко возвращалась в исходную позицию. Улетала и возвращалась, и так по кругу, до тошноты и головной боли. Во рту была засуха, а неожиданно напавший приступ икоты чуть не сподвиг выплюнуть ни в чём неповинные лёгкие. Низ живота безумно ныл, заставляя рефлекторно подтянуть колени к груди, чтобы на доли секунды уменьшить боль.       Напрягая пульсирующие извилины, чтобы хоть немного вспомнить, что предшествовало такому состоянию, Сара медленно пробежала взглядом по обстановке, пытаясь сообразить, где она. Просторная комната, обклеенная белыми обоями в чёрную точку, если это не глюки в глазах с похмелья. По логическим предположениям — входная дверь, высокий резной деревянный шкаф, а если перевернуться на спину, то можно разглядеть столик с зеркалом, на котором расположилось большое количество всяких тюбиков, баночек и стеклянных сосудов. Неприметная дверь ещё куда-то и панорамное окно с видом на лес в совокупности с балконом.       Приподнявшись на локтях, взглянула на небо за окном и вылезла из-под одела в сторону. Удивляясь своей обнажённости, попыталась принять сидячее положение, игнорируя неприятное потягивание внизу живота. Упираясь одной рукой в кровать, другой по инерции прикрыла голую грудь, пытаясь сообразить: «Ну и что дальше?». Неуверенно поднимаясь с ложа, потянула за собой одеяло и завернулась в него, подражая египетским царицам.       Пошатываясь, ступила к неприметной двери, молясь всем могущественным существам, чтобы там была ванная комната с белым «другом», что был сейчас так необходим. Отворив дверь и включив свет, с облегчением выдохнула и, оставив своё «одеяние» снаружи, прошла во внутрь.       По выходу из ванной комнаты Сара вновь накинула одеяло себе на плечи, словно накидку, и прошествовала уже к другой двери, надеясь найди хоть кого-то живого.       Широкий, просторный коридор и ни звука, ни души. Пройдя тройку дверей, наугад приоткрыла ту, что располагалась по правую руку, и заглянула в щель: белые обои, строго поддерживающая общий антураж чёрная мебель и мирно посапывающий человек с белыми, словно выгоревшими на солнце, волосами. С грустью осознавая, что ошиблась, Сара так же бесшумно прикрыла дверь и направилась к следующей, но уже по левую руку.       Бордовые оттенки стен и мебели, большая кровать с балдахином и знакомые огненно-рыжие волосы, раскиданные по подушке. С облегчением выдохнув, девушка прошла в спальню и, покачиваясь, доковыляла до постели, где новая знакомая спала не одна, а в тандеме с её подругой.       — Теффи… Теф… — шептала Сара, пытаясь растолкать непутевую соучастницу своего нелёгкого самочувствия.       — Ммм?       — Мне домой пора. Где я могу найти одежду?       — Там, — указывая пальцем на большой платяной шкаф, Стефани перевернулась на другой бок, обнимая своё, как выразилась днем раньше: «рыжее буйство красок и эмоций».       — Понятно, — проговорила себе под нос сероглазая и, поправляя одеяло на плечах, поплелась к шкафу.       Большой, трехметровый шкаф, и это только в длину, вмещал в себя, казалось бы, космическое количество своеобразной одежды, обуви и аксессуаров к ним. Особо не выбирая, Сара достала почти первое попавшееся под руку более-менее приличное одеяние — платье длиной до колен и, скинув с плеч одеяло, натянула его.       Выбежав на улицу, поежилась от прохладного утреннего ветра и побрела в направлении своего дома. Пусть она не жила на постоянной основе в этом городе, но достаточно часто приезжала к бабушке в гости, чтобы неплохо ориентироваться на местности.       Бесшумно открывая входную дверь, убедилась, что в доме главенствует тишина, и на цыпочках поднялась к себе в комнату. Скинув платье, нырнула в свою кровать, под своё одеяло и, скрутившись комочком и откидывая все мысли на потом, прикрыла глаза, проваливаясь в сон.