Случайный попутчик

Антон не узнал сразу случайного попутчика пока не услышал до боли знакомы голос, который выдал фразу, да как всегда настолько не впопад, внезапно, что у парня перехватило дыхание. А в голове появилась ещё прорва вопросов, которыми Шастун буквально засыпал коллегу, когда тот всеми силами стал от него отдаляться. Причем только от него. С остальными: Димкой, Серёжей, Стасом, Оксаной он вел себя, как и раньше. Но стоило Антону войти в гримерку - тушите свет. У Попова находилась сто и одна максимально тупая причина свалить в закат, а последнее время он даже не напрягал себя сочинением очередной отговорки. Только взгляд кидал странный. Исподлобья, колючий и одновременно такой, испуганный, словно он потерялся. Или себя потерял, да только этот граф, черт его дери, ничего не говорил. Держал все в себе, и ладно бы хоть кому-то позволил помочь... Но это не Арсения. Он лучше загнется, чем слово лишнее о себе скажет. На попытку Антона в прямом смысле прижать к стенке и выведать наконец что происходит, мужчина так побледнел, словно призрака увидел. Шаст тогда пересрался не по-детски, потому что такого Попова он даже после развода и последовавшей за этим разлуки с дочерью не видел. Такой Попов пугал до чертиков. Казалось он так устал носить маску, отпустил себя, а там внутри ничего не осталось: выгорел, исчез в своем собственном безумии. Не зря же Дима сказал: если однажды Арсений сойдет с ума, мы сначала даже не поймем этого. Видимо происходило именно это. Попов буквально исчезал на глазах, оставляя пустую оболочку. Тогда, зажатый у стены, он весь напрягся и смотрел зашуганно, умоляюще, пальцы панически сжимал на краю очередного дизайнерского пиджака цену которого конечно же даже под пытками не выдал бы. А потом осунулся, сразу постарев лет на 10, и прошептал: - Шаст, пожалуйста. Антон не отпустил бы, да только Попов на него взглянул так, что стало ясно: если не отпустить, Арс взорвется. А это пугало. Потому что кто угодно, только не Арсений. Он опора, поддержка всего коллектива, его слегка ебанутое солнце, что внезапно начало сгорать в своем пламени. Шастун так его сломать испугался, что сердце удар пропустило, а руки сами опустились, давая Арсу путь к побегу, которым он тут же воспользовался, кинув последний нечитаемый взгляд и трусливо скрылся в гримерке. Антон в гримерку больше не вернулся. Боялся еще больше перепугать Попова. За этого идиота боялся, потому что это Арс. Для Антона этой причины было всегда достаточно. Парень дураком не был и понимал, что так Попов реагирует именно на него. Даже не так. Только на него. Более того, подозрения о причинах странного поведения коллеги, друга и ... и черти-знает-кого если честно закрадывались давно. Но Антон не позволял себе думать о том, что шипперы могут оказаться правы и местная графская задница влюблён в него. Дело было даже не в Ире. Потому что ее Антон не любил и девушка знала об этом прекрасно уже давно. Нет, сначала конечно они оба обманывали себя, что влюблены и все получится (или правда любили?). Только вот не срослось. Они не могли ужиться в одной квартире: постоянные скандалы, казалось бы из-за бытовых мелочей. Спустя всего месяц бок о бок они нашли в друг друге десяток привычек, которые выводили их из себя. А потом... Потом просто осознали, что к друг другу остыли: находясь рядом каждый занят своим, а другого словно и нет. Это не тот уют, когда комфортно просто молчать рядом. Скорее безразличие. Поэтому уже год их не было, точнее было прикрытие, ведь мучать никто никого не хотел, а Стас попросил хотя бы еще год ничего не афишировать ради рейтингов. Антон согласился: так было разумно, по-взрослому. За девушку шастун был рад, точнее рад, что не сломал ей жизнь отношениями, где оба несчастны. У Иры даже парень появился с которым Шастун познакомился и одобрил (прям старший брат). Их отношения не были публичными, но главное девушка была счастлива с Лёшей. С Антоном же они остались во вполне дружеских отношениях, так что проблем не было. Однако, благодаря Стасу, о такой "мелочи", как расставание с девушкой знал только Дима. И то из-за крепкой дружбы между Катей и Ирой. Вот и приходилось притворяться даже перед друзьями. Перед Арсением. Хотя причины этого Антон в упор не понимал и много раз ссорился со своим креативным продюсером. Что же касается Арсения...Антон еще с первой встречи осознал: влип по-крупному. Правда он наивно верил поначалу: с Петербуржцами не поладят. Не зря же чуть не подрались на первых планерках. Но шло время, и Антон все чаще начал замечать за собой восторг, относительного новых коллег, а именно одного: неординарного, непредсказуемого, необычного, порой с шилом в одном месте и такого красивого, что дух перехватывало. Речь шла не о красоте а-ля: глаза как океаны, задница красивая, пресс (хотя и они тоже), а об его манере улыбаться, внезапно вскакивать и нестись куда-то с горящими глазами. Особенно Aрс казался красивым, когда хоть чуть-чуть скидывал маску вечно весёлого человека и позволял себе огрызаться, быть недовольным, откровенно капризничать словно маленький ребенок, потому что принесли не тот кофе. А когда во время переездов из города в город Арс просыпался в автобусе всклокоченный как воробей и принимался смущённо поправлять шевелюру у Антона ёкало сердце от умиления и желания ещё сильнее взлохматить смоляные пряди, а потом, наплевав на все и всех, уложить это чудо к себе на колени досыпать остаток дороги вместе. Но Шаст каждый раз одергивал себя, не давая даже маленькой надежде закрасться в его мысли. Он знал: если ошибется то пиздец. Он сломает все, что они так долго строили. Арсений конечно притворится, мол все отлично, не парься Шаст. А самому явно станет некомфортно находиться рядом с Антоном. Но Арс правда потрясающий актер, особенно вне сцены, потому что все время играет в обычной жизни, не подпуская никого к себе. Антон же сломается, если его мечты рухнут как карточный дом. Поэтому так безопаснее, так он хотя бы может быть рядом с Поповым в роли друга. Точнее мог. Ведь сейчас они словно на разных полюсах земли и будь воля Арсения, находились бы в разных галактиках. Только оставалось слишком много почему... Неужели он понял по взглядам и касаниям Антона (максимум, что позволял себе Шастун, особенно на съемках, прикрываясь ролями) о его влюбленности и теперь презирает..... К реальности Шаста вернул холод. Обогрев в машине сломался, и приходятся сидеть натянув капюшон на голову, да еще и не своей куртки, потому что на его пролили какую-то дрянь, притащив взамен это нечто, превращающее парня в бесформенный серый сугроб. Он бы так и ехал, погруженный в свои мысли об Арсении и дубаке в машине, если бы не увидел одинокую подрагивающую фигуру, шагающую вдоль трассы. Антон по своей натуре был очень жалостливым, хоть по своей манере речи больше напоминал гопника и ну не мог он ехать дальше, не узнав нужна ли человеку помощь. Поэтому он слегка посигналив, дабы привлечь внимание, остановился прямо около мужчины, который скрывался под просто огромным капюшоном. -Привет! Холодно ведь, может тебя подбросить? - Антон приоткрыл пассажирскую дверь и наклонился к путнику, старался говорить дружелюбно, но от парня тянуло алкоголем и Шаст начал сомневаться в адекватности своего порыва. Однако мужчина кивнул и еле слышно произнес: - Не откажусь, не рассчитал с одеждой и дорогой, мне до Маяковской или просто до любого метро. Если несложно. Антону пришлось напрячь весь слуховой аппарат, потому что незнакомец говорил очень тихо, слегка путаясь в словах, но выглядел вполне мирно. Вот и сейчас получив ответ, что все ок. Доставят в лучшем виде, сел, уставился в окно не проронив ни слова следующие 15 минут. Кажется и не дышал почти. Антон же это время не мог отделаться от ощущений, что где-то слышал точно такой же голос и запах, если отбросить алкогольное амбре, и кого-то до боли напоминал. Какого-то очень конкретного голубоглазого брюнета с явным челленджем: избегать Антона всеми возможными способами. Бред полный, что Попов забыл на трассе ночью в дождь. Он с тараканами голове, но меру знает... По крайней мере не полезет в такую погоду черти знает куда. Тем более Арс еще 2 дня назад в Питер смотал. Антон сам слышал как они с Димой говорили об этом, разумеется пока Шаст не был замечен. После чего Попов молча съебался в неизвестном направлении вплоть до следующего мотора. Но терзания Антона разрешились как только фигура рядом всхлипнула. Причём громко, надрывно и знакомым голосом попутчик произнес заплетающимся языком с истерическими нотками: - нахуя я тебя встретил, Шастун! Антон вдавил педаль и в пол, кое-как собрав силы съехал на обочину, прислушиваясь к голосу мужчины. Вдруг у него уже слуховые галлюцинации начались....