Головой надо было думать!

С того момента, как Гарри узнал о беременности Ханны, прошёл месяц. Парень по-прежнему был выброшен из реальности и не мог поверить в происходящее. Чувство беспомощности перед проблемой возросло в Гарри до наивысшей точки. Он чувствовал себя, как Раскольников Достоевского. Настолько противоречило всем его желаниям и стремлениям ожидание ребёнка, что парень поверил в то, что сходит с ума. Его начала мучать бессонница, терзали постоянные головные боли… Парень не знал, как справиться. Проблема была выше его сил. Главное – не превращаться в хлюпика. Быть сильным. Непробиваемой скалой. Жизнь Ханны тем временем тоже не была похожа на идеальную. Например, её отец с яростью воспринял новость о её беременности и сказал, что перестанет спонсировать, если та не сделает аборт. Тогда она швырнула ему в лицо кредитной картой и сказала, что «в подачках не нуждается» и в состоянии себя обеспечивать самостоятельно. Мистер Черри был до крайней степени разгневан и выставил дочь за дверь. Его не волновало, что теперь будет с его дочерью, беременной неизвестно от кого. В конце концов, она уже достаточно взрослая, чтобы решать свои проблемы самостоятельно, не привлекая папочку. Матери у Ханны не было. Отчасти поэтому она выросла такой эгоистичной. Миссис Черри была едва ли не святой женщиной. Каким бы странным это ни казалось,. Когда она была жива, все удивлялись, как она могла выйти замуж за такого эгоистичного поддонка, как Эдвард Черри. Однако всё было не так просто. Она в действительности любила его, он уважал её, хотя достойным человеком не был. Элизабет не могла исправить его, однако он мог стать хоть немного лучше. Странные отношения в странной семье. Элизабет погибла отчасти по вине Эдварда. Много лет назад, когда бизнес Черри только креп, с одной из компаний была жёсткая конкуренция. Чтобы его подорвать, компания-конкурент решила запугать Эдварда, чтобы убрать с поля борьбы. Неизвестный человек должен был выстрелить в самого Черри. План был выполнен. Но стрелок промахнулся, убив Элизабет. Эдвард переживал из-за смерти жены, но не так сильно, как если бы любил её. Таким людям, как он, сильные эмоциональные потрясения вообще несвойственны. На искреннюю, возвышенную, Богом данную любовь он был неспособен, поэтому убивался по жене крайне недолго. Ханна была ещё совсем маленькой – Элизабет она не могла помнить. Поэтому доброта матери не оказала на неё никакого влияния. Девочка, а затем девушка росла в атмосфере гонки за выгодой, хищничества, собственничества отца, не считавшего нужным давать дочери много ласки и внимания. Теперь Ханна, выставленная за порог дома, вынуждена была искать жилище. Первым делом она направилась к Гарри. Ей казалось абсолютно закономерным поселиться у него, ведь его ребёнка она вынашивает. Это значило, Гарри должен предоставить ей все условия для благополучной жизни. Стайлса дома не было, но зато она застала Даниэль. Именно она открыла Ханне дверь. Конечно же, Черри была неприятно удивлена незнакомой девушке, по-видимому, жившей у Гарри. Какая-то странная, неоправданная ревность колыхнулась в этот момент в душе Ханны. Гари был зависим от неё. Она это знала и ощущала. Только она могла распоряжаться его жизнью, а не какая-то непонятная, одетая в убогий передник, как у кухарки, дамочка. - Вы, с позволения сказать, кто? – неприязненно спросила Ханна. Дани растерялась от агрессивно-вызывающей интонации и не смогла вымолвить ни слова. Наверняка, любая девушка с незавышенной самооценкой отреагировала бы так же. - Вы меня в дом пустите? – продолжала напирать Черри. В этот момент экономка наконец отмерла. - Я не знаю, кто вы. Поэтому извините, не впущу, - спокойно ответила девушка. - Стайлс дома? – нервно выпалила Ханна. - Нет, его нет. - Ну впусти же меня! – начала проталкиваться гостья. Дани упёрлась рукой в косяк двери, так что нельзя было пройти. - Извините, нет. Вы даже не представились. Почему я должна впускать в дом мистера Стайлса неизвестно кого? - Ах, вот как?! Значит, он приказал своей новой любовнице не пускать меня на порог?! Ну я вам всем устрою! В ответ на реплику Ханны у Дани последовал новый, ещё более масштабный приступ шока, непонимания и недоумения. Смятение было настолько сильно, что оно не позволяло появиться обиде. Ханна в этот момент дрожащей от ярости рукой искала телефон в сумочке, а затем набирала номер Гарри. Когда он поднял трубку, Черри завопила что было мочи: - КАКОГО ЧЁРТА МЕНЯ НЕ ВПУСКАЕТ В ДОМ ТВОЯ ПРИЖИВАЛКА?! Даниэль не слышала разговора целиком. Ответы Гарри были негромкими. Но, судя по реакции на лице Ханны, можно было понять, что Стайлс раздражён. Вообще, о содержании беседы нетрудно было догадаться. - А с каких пор мне воспрещено входить в твой дом?! - Хотя бы потому, что я твоего ребёнка вынашиваю, вообще-то! - А что по-твоему, я должна ждать твоего гостеприимства, когда надо решать проблемы?! - Суть в том, что мне нужно поговорить с тобой! - ДА, СЕЙЧАС! – заорала Ханна. - Сейчас дам. И скажи ей, чтобы меня впустила, - с этими словами Черри протянула телефон Даниэль. - Да, Га… Мистер Стайлс? – при этом истеричном существе не хотелось называть его «Гарри», дабы не давать лишнего повода для криков и оскорблений. – Здравствуйте… - Привет, Даниэль, - устало ответил Гарри на выдохе. – Я тебе позже объясню, кто это. Просто впусти её. Я приеду в течение получаса. И не обращай внимания на те гадости, которые она может наговорить. Она ненормальная. - Ладно, мистер Стайлс, до свидания, - Даниэль отдала телефон обратно. – Проходите, - как можно более спокойно произнесла девушка и впустила Ханну в дом. Та без всяких прелюдий и церемоний вошла внутрь и, не разуваясь, прошествовала по уже убранной гостиной и села на диван. Даниэль, конечно же, коробило от поведения этой «самонадеянной дуры», но, тем не менее, необходимо было быть вежливой. Нужно помнить своё место в этом доме. - Вы хотите выпить чай или кофе? - Да, эспрессо с ложкой сахара. И быстрее, пожалуйста. - Хорошо, - Дани отправилась на кухню. Возникло детское желание сделать какую-нибудь пакость вроде «случайно» насыпанного перца, но девушка переборола себя. Нацепив маску вежливости, с чашкой кофе на подносе Ричардс вернулась обратно в гостиную. - Так значит, ты прислуживаешь Стайлсу? - Работаю. - И давно? - Около месяца. - Долго не продержишься, - дуя на кофе, произнесла Ханна. Даниэль понимала, что вступать в полемику не стоит, ибо на каждый её аргумент найдётся по десять, поэтому в ответ промолчала, хотя слова, конечно же, задели. С какой это стати она тут не продержится?! Всё, что должна была, она выполняла. Только из-за мнения какой-то цацы она может быть уволена?! Нет, не случится этого. Гарри же ведь здравомыслящий человек… - Хотите чего-нибудь ещё? – пытаясь скрыть раздражение, спросила Дани. - Ничего. «Быстрее бы он приехал!» - подумали обе. В следующее же мгновение подъехала машина. И в дом вошёл Гарри. При его виде Даниэль встала, а Ханна лишь безучастно повернула голову в его сторону. Дани решила поспешно скрыться на заднем дворе. - Чего ты хочешь? – плюхнувшись в кресло напротив, с измотанностью в голосе и на лице с просил парень. - Мне негде жить. - А я тут причём? - А разве тебя не касаются мои проблемы?! - Послушай, я тебе ежемесячно плачу 30 штук и не требую ничего взамен, кроме того, чтобы ты не делала аборт. Этого разве не достаточно? - Мне нужна квартира, - напирала Ханна. - И? – Гарри нельзя было сломить. - Если ты мне её не найдёшь, то поселюсь в твоём доме. Снова. - Иди к чёрту! – воскликнул парень. – Это уже наглость. За те деньги, что у тебя есть, можно снять или даже купить. Не лучше ли иметь своё, чем ныкаться по углам чужих квартир? Я не намерен спонсировать тебя больше, чем сейчас. В конце концов, у тебя есть папочка. - Скажи это ему! - Меня не касаются ваши отношения. Не впутывай меня в свои семейные тёрки. Разбирайся сама. - Тогда я прямо сейчас иду делать аборт. - А ты меня не запугивай. – твёрдо ответил Гарри, у которого внутри что-то ёкнуло. – Давай будем откровенны, я не думаю, что ты с такой лёгкостью откажешься от ежемесячного обеспечения, - парень решил пойти на шантаж. Воспользоваться против врага его же оружием. Девушка презрительно скривила рот, сжала кулаки и, что-то зло прошипев, ушла, хлопнув дверью. Она действительно была не в состоянии отказаться от денег. Гарри знал, за что нужно подцепить Черри.