Jus primae noctis (Право первой ночи)

Спустившись в подземелье, Поттер выбрал из связки на поясе один из ключей и открыл им тяжёлую, обитую кованым железом дверь. — Проходите, — кивнул он своим пленникам, — располагайтесь как дома. Едва он произнёс эти слова, как по полу каземата со звоном зазмеились цепи с кандалами, сковавшие по рукам и ногам чету Люпинов. Дора дрожала всем телом и плакала в голос, но Поттер не обращал на это ни малейшего внимания. — Сядь в углу и не мешай моей беседе с твоим супругом, — велел ей Поттер. — Если он станет вести себя разумно, до тебя дело не дойдет и ты сможешь вернуться домой к детям. — Дора, милая, не беспокойся. Со мной всё будет хорошо, — Люпин осторожно разжал пальцы цеплявшейся за него жены и усадил её на соломенный тюфяк. — Я отвечу на все ваши вопросы, только поклянитесь, что отпустите её, — повернулся он к Поттеру. Вместо ответа тот коротко размахнулся и хлестнул Люпина возникшей точно из воздуха магической плетью. — Лживая тварь! — загремел Поттер. — Ты смеешь просить у меня поклясться? После своего предательства? — Я не предавал вас! — воскликнул Люпин, вытирая кровь с лица. — Теперь ты обвиняешь меня во лжи? — на Ремуса обрушился целый град ударов. — Ты отпустил Северуса Принца! Этот мерзавец жив! И он убил Сириуса! — Я загрыз Северуса Принца! — выкрикнул Люпин, пытаясь прикрыться от сыпавшихся на него ударов. — Вы сами видели это в моих воспоминаниях! Я перегрыз ему глотку, а затем закопал в лесу. — Лжёшь! Он жив, и ты встречался с ним в Лондоне. Круцио! Люпин рухнул на каменные плиты пола и забился, путаясь в цепях. — Круцио! Круцио! — бесновался Поттер. — Женщина! — рявкнул он на вжавшуюся в стену Дору. — Скажи своему мужу, чтобы немедленно рассказал мне правду. Иначе следующее Круцио полетит в тебя. — Ремус, пожалуйста… — пролепетала Дора, — ради нашего ребёнка. — Я всё показал вам… — хрипел Люпин. — Я не знаю, что вы ещё хотите. — Да? — злая усмешка тронула губы Поттера. — Тогда продолжим. Возможно, дополнительная порция Круцио освежит твою память. Люпин несомненно оказался сильнее любого другого пленника, побывавшего в этом каземате. Он отключился лишь после четверти часа непрерывных пыток. Поттер подождал несколько минут и привёл его в чувство Энервейтом. — Ну как? — осведомился он у лежавшего у его ног Люпина. — Вспомнил? Или мне заняться ею? — Поттер направил на Дору волшебную палочку. — Нет! — с мольбой в голосе закричал Люпин. — Не надо! Я вспомнил! Не трогайте её! Принц сделал так, чтобы я всё забыл. Но сейчас я вспомнил всё, что было на самом деле. Велите принести Омут памяти. Я покажу… *** Час спустя, дважды пересмотрев подлинные воспоминания Люпина, Поттер отставил в сторону Омут памяти и изрёк, подводя итоги увиденному. — Значит, вместо того, чтобы прибрать за Мародёрами, ты — мерзкая тварь, которую я пригрел, дал кров и достойный заработок, — решил поиграть в благородство и отнёс его к Люциусу Малфою, с которым потом вступил в сговор и дал ему Клятву о неразглашении своей постыдной тайны? Люпин молча кивнул. Он мучился от невыносимой боли, вызванной магическим откатом после нарушения Клятвы. — И благодаря этому крысёныш выжил и лишил меня того, кто был мне так дорог, — констатировал Поттер. — Ты хотя бы отдалённо понимаешь, к чему привело твоё предательство? — он подошёл к лежавшему на полу Люпину, который после столь длительной пытки Круцио все ещё не имел сил подняться, поддел его за подбородок и посмотрел в глаза оборотня. — Вы тоже лишили меня того, кого я очень любил, — прохрипел тот, едва не теряя сознание. — Наверное, вы уже и сами об этом забыли… Что вам какой-то младенец, сын кормилицы… — Значит, ты соврал мне из мести за то, что почти двадцать лет назад я убил твоего волчонка, оказав ему тем самым неоценимую услугу, избавив его от мук во время трансформации? — Поттер старался говорить безучастно, но в его голосе просквозили нотки удивления. — Вы даже не пытаетесь отрицать! — гневно выплюнул ему в лицо Люпин. — С какой стати? — презрительно усмехнулся Поттер. — Всё равно ты и твоя жена никому не сможете об этом рассказать, поскольку не выйдете отсюда. Дора тихо всхлипнула. — Вы обещали, что сохраните ей жизнь! — прошипел Люпин, стискивая кулаки в бессильной злобе. Он попробовал разорвать цепи, но у него ничего не вышло. Напротив, цепи стали стремительно укорачиваться, пока Люпин не оказался прижатым к стене. — Вы обещали… Глядя на его бесплодные попытки освободиться, Поттер расхохотался. — Можешь не утруждать себя. Эти кандалы открываются лишь одним ключом, — он помахал у Люпина перед носом внушительной связкой, где среди прочих выделялся маленький серебряный ключик. — А насчет обещаний… Тебе? Лживому предателю? И ты был столь наивен, что поверил мне? Тогда ты — настоящий глупец. Слышишь, женщина? Ты вышла замуж за дурака и предателя, а теперь горько поплатишься за это, — он подошёл к Доре и, присев перед ней на корточки, внезапно разорвал платье на её груди до пупа. Несчастная женщина закричала и попыталась отползти в сторону, однако её постигла участь мужа. Цепи буквально вдавили её в стену, не давая возможности пошевелиться. Люпину оставалось лишь смотреть на это, издавая почти нечеловеческое рычание. — Боже, как я люблю трахать беременных! — мечтательно произнёс Поттер, посильнее ущипнув Дору за тёмный сосок. — Я уже сейчас хочу тебя, милая. Но нет… Я ещё не успел оплакать моего дорогого Сириуса. Сделаем так. Я пойду и выпью за его упокой, а затем вернусь и займусь тобой, дорогуша. Клянусь, я вытрахаю маленького оборотня из твоей утробы. А ты, мой «верный» пёс, будешь смотреть, как я стану насиловать твою жену, пока она не издохнет. Нет, я не убью тебя. Ты не достоин такой милости. Я подожду полнолуния. И тогда ты сам сожрёшь свою жену и своего нерождённого ребёнка. А после этого оставлю тебя здесь, на цепи. Гнить до конца жизни. Как тебе такое, а, Ремус? Может, я даже время от времени буду пользоваться твоей задницей. Мне ещё никогда в жизни не доводилось трахать оборотня. Должно быть, незабываемый опыт. Дора тихо вскрикнула и потеряла сознание. Люпин не проронил ни слова. Он понимал, что бессмысленно просить и умолять Поттера пощадить жену. Этим он всего лишь дал бы Джеймсу повод для дополнительных издевательств. — Судя по твоему молчанию, ты полностью согласен с моим планом, — кивнул Поттер. — Отлично. Кстати, после того, как с твоей женой и ребёнком будет покончено, я навещу нашего друга — Северуса Принца. И завершу начатое двадцать лет назад. Уж в этом ты можешь не сомневаться. Ну а потом, скорее всего, вызову на поединок лорда Малфоя. Он, конечно, не предавал меня, в отличие от тебя, однако приложил руку к тому, чтобы Северус Принц дожил до сего дня. А значит, он мой личный враг. По слухам, у него молодая и очень симпатичная жёнушка. После его смерти она согреет мою постель. До скорой встречи! Поттер погасил магический факел, оставив пленников в абсолютной темноте, вышел из каземата и запер его на ключ. *** Поднявшись к себе в комнату, Поттер принялся мерить её шагами, гневно расшвыривая всё, что попадалось на пути. Двойное предательство мерзкого оборотня совершенно вывело его из себя. «Ну ничего! — думал Джеймс. — Через несколько часов Люпин будет жалеть, что вообще родился на свет. А вслед за ним я сполна расквитаюсь с ненавистным Северусом Принцем. Люциуса Малфоя я оставлю на десерт. О Малфое говорят, что он — сильный волшебник, а ещё воин, много лет прослуживший в войске короля Артура, однако даже такой маг не устоит против мощи Бузинной палочки! Но всё это будет позже! Сейчас мне необходимо выпить за упокой души моего Сириуса!» Поттер опустился в кресло призвал бутыль с вином и плеснул себе в кубок. Чем больше он пил, тем тяжелее становилось у него на душе. Он словно впервые внезапно осознал горечь утраты. Никто в целом мире больше не назовёт его Джейми. Не станет смотреть на него так, как смотрел Сириус. Никто не станет ласкать его столь нежно и в то же самое время столь неистово. Никто не станет любить его таким, какой он есть. Сириус знал обо всех тёмных сторонах натуры своего сперва любовника, а затем и супруга, но это нисколько не отталкивало его. Теперь Джеймс остался совершенно один, и никому не под силу было скрасить это одиночество… По щекам Поттера потекли слёзы. С помощью магии он избавился от одежды и, представив себе, что его ласкают руки Сириуса, принялся остервенело дрочить. «Покойся с миром, любовь моя! — думал он, ритмично двигая рукой. — Я знаю, кто стал причиной твоей смерти и нашей разлуки. И собираюсь покарать их так, как они того заслуживают!» Оргазм накрыл его с головой, словно гигантская волна. Отдышавшись, Джеймс попробовал встать с кресла, но у него подкосились ноги. Очевидно, он выпил слишком много вина. «Мне стоит немного отдохнуть, прежде чем отправиться в подземелье, — с неожиданной ясностью пронеслось у него в голове, — в таком состоянии я не смогу осуществить задуманное и буду выглядеть просто жалким». Он закрыл глаза и откинулся на спинку кресла. Вскоре из спальни доносился раскатистый храп. *** Невилл Лонгботтом уже в третий раз пропалывал одну и ту же грядку. С того самого момента, как во дворе замка ему встретился лорд Поттер, сопровождавший чету Люпинов, Невилл не мог найти себе места от беспокойства. Обладая от природы добрым и покладистым характером, он не выносил вида чужих страданий и сейчас, вспоминая слова, не предназначенные для его ушей, не мог не думать о том, зачем лорд Поттер велел Люпинам отправляться в темницу. Хотя Невилл почти не общался с Люпином, о котором среди прислуги ходили ужасные слухи — один страшнее другого, — он хорошо знал его жену — Дору. Прежде, до своего замужества, она нередко приходила к миссис Лонгботтом и помогала ей по хозяйству. — Даже не смотри в её сторону! Такая девушка не для тебя! — говаривала бабушка, стоило Невиллу заглядеться на ярко-розовые или бирюзовые волосы Доры. — Она — волшебница, и родители никогда не отдадут её за сквиба. — Так я же и не собираюсь на ней жениться, ба, — улыбался Невилл, — просто уж больно красивые у неё волосы. Как весенние цветы в полях. Потом в Коукворт пришли перемены, вызванные тем, что в Уизли-касле неожиданно для всех сменились хозяева. Бабушка сказала Невиллу — тогда ещё совсем мальчишке, что лорд Поттер, прибывший в замок как гость с горсткой слуг, теперь их новый господин. — А куда же делись леди и лорд Уизли и все их дети? — интересовался Невилл. — Не твоего ума дела! — отрезала бабушка. — Нас, деревенских, это не касается! Но бабушка ошиблась. Потому что буквально через несколько дней в Коукворте начали происходить всякие странные вещи. Сначала бесследно исчез молодой зельевар Северус Принц. В деревне ходили разные слухи, один невероятнее другого. Как-то раз Невилл услышал, как одна кумушка сказала другой: — Бедная миссис Снейп, упокой Господи её душу! Кто бы мог подумать, что её единственный сынок окажется самым настоящим распутником и мужеложцем! — И не говори, соседка! — вторила ей другая женщина. — Соблазнить лорда в день собственной свадьбы! Бросить красавицу невесту! Да у этого Северуса Принца ни стыда, ни совести! Вскоре после этого произошло нечто из ряда вон выходящее. Новый лорд Поттер женился на деревенской девушке Лили Эванс. А через непродолжительное время Дора, соседка Лонгботтомов, вышла замуж за Люпина — воина из дружины нового господина. Невилл отлично помнил, как в день их свадьбы видел Дору в красивом подвенечном наряде с волосами цвета весеннего неба. Правда, потом, после смерти их с Люпином первенца, волосы Доры окрасились в пыльно-серый. Через несколько лет Невилла, обладавшего недюжинной физической силой, а кроме того талантом управляться с растениями, Люпин порекомендовал лорду Поттеру в качестве садовника. Там он встретил Луну Лавгуд и сразу понял — это ТА САМАЯ девушка. Невиллу несказанно повезло: бабушка одобрила их брак, а лорд Поттер проявил необыкновенную милость и после свадьбы отказался от своего права первой ночи и просто отпустил молодожёнов домой. С тех пор в их с Луной доме каждые несколько лет появлялось по новому малышу, чего нельзя было сказать об их соседях Люпинах, чьи дети умирали, не прожив и пары месяцев. Невилл и Луна жалели Дору и даже Люпина, несмотря на ходившие о нем жутковатые слухи. — Бездетность — самое ужасное божье наказание, — говорила Луна. — Никто не заслужил такого. Уж точно не Дора. Однако года два назад произошло чудо, и близнецы Люпинов выжили, а сейчас Дора снова была беременна. И вот теперь Невилл наблюдал за тем, как Поттер приказал ей и Люпину отправляться в подземелье, а это совершенно точно не сулило им обоим ничего хорошего. Особенно беременной миссис Люпин. Закончив работу, Невилл убрал инструменты в сарай. Теперь ему следовало отправиться домой. К жене и детям. Но он не мог уйти и оставить Люпинов в беде. А в том, что им грозила беда, Невилл не сомневался. Поэтому, несмотря на всю безрассудность своего поступка, не имея ни малейшего представления, чем и как сумеет помочь, Невилл двинулся по направлению к замку.