Сладкий яд

      Кровь теплая и ядовитая. Пахнет металлом и мокрым асфальтом, машины стихли, оставив звенящую тишину залива. Звуки волн, что с силой врезались в бетонные плиты и корабли. Ночной ветер уносит противный манящий запах, обдувает лицо, охлаждает и поддерживает.       В тени его глаза сияют золотом и девушка, не замечая капли крови на лице и руках, улыбается.       Сяо впервые видит такую улыбку. Девушка, не стесняясь, выпускает тело из хрупких рук. Труп покрывается языками огня, но она не замечает этого, наблюдая за охотником, что не может двинуться с места.       Чистокровная.       Тело не слушается, застывает перед огненным взглядом, что немо отдает приказ. Лунный свет играется в длинных хвостах, что подпрыгивают вслед за хозяйкой. Она подходит ближе, когда вокруг по очереди загораются тела, превращая вампиров в пепел.       Девушка делает глубокий вздох. С наслаждением облизывает губы, глаза горят жизнью и интересом. Сяо сглатывает, подавляя первобытный страх. Как давно он не чувствовал ужаса, что течет по венам, словно ледяная вода. Руки сильнее сжимают оружие, в эту ночь не запятнанное черной кровью.       В отличии от рук девушки, что начинает смеяться.       — Обращенный!       Звонкий смех режет острый слух и проникает в холодное сердце. Кровь застывает в жилах, хотя звук приятный, ласкающий и успокаивающий. Сяо молчит и хмурится, когда она заводит косу за спину и наклоняется, словно пытаясь ближе разглядеть его. Тело сопротивляется чарам, но не двигается.       — Ты не нападаешь? – ее голова наклоняется в бок, показывая лебединую шею, пробуждая неимоверный голод. Сяо сильнее сжимает руки в кулак, возвращая контроль над телом. — Какой странный вампир, хи-хи!       Задание, которое привело его в гавань, выполнено. Вампиры, что нарушили общественный порядок, уничтожены. Хоть и другим охотником.       А охотник ли эта странная девушка? Что она-       Время на размышление не дается: девушка нападает резко, словно играючи, не используя половины силы. Рефлексы позволяют увернуться без особых трудов, оружие с громким лязгом скрещивается в воздухе, пуская искры. Сяо обретает контроль над телом и отбивает ленивые атаки странной вампирши.       — Охо-хо! Интересненько!       Огонь разгорается в ее глазах, смущая. Под ее шагами асфальт прогибается, как бумага, а удары становятся сильнее, тяжелее.       Сяо оказывается за ее спиной, выбивая ногой оружие и сбивая с толку. Девушка возмущенно-обиженно охает и говорит что-то про скорость, но он этого не замечает, заставляя противника сдаться. Она проворна, но Сяо намного быстрее.       Секунда, и лезвие прижимается к тонкой шее, а нога придавливает девичье плечо к асфальту. Полная луна, словно сожалея, скрывается среди небоскрёбов, оставляя детей ночи. Девушка молчит, смотрит прямо в душу, не реагирует на боль в плече, как бы сильно он не давил. Сяо пытается найти хоть каплю страха в огнях.       — Ты такой молчаливый, господин жнец, — она выпячивает нижнюю губу, как ребенок. Сяо сопротивляется желанию отвести лезвие от шеи и вцепится в нежную кожу. Хмурится, пытаясь разобраться в чувствах, что неожиданно наполняют грудную клетку и разум.       Ее кровь привлекает. Сильнее, чем человеческая, сбивает с толку. В горле першит от неимоверной жажды.       Контроль, словно толстый непробиваемый лёд, дает легкую трещину.       — Что ты здесь делаешь?       — Ох, ты умеешь говорить, хи-хи.       Девушка улыбается, не замечая, как от любого движение лезвие ранит нежную кожу. Сяо чувствует, как оно входит в нежную плоть и сглатывает, когда красные капли окрашивают бледную шею. Рука дрогнула, когда девушка хватает кончик копья и ранит ладони.       — Ты сможешь меня убить?       Ужас охватывает тело, когда она давит на лезвие. Сяо застывает, замечая остатки пепла на руках и струйки алой жидкости, что текут по нежной коже и окрашивают лезвие копья. Запах чистой крови вбивается в легкие, пахнет ошеломительно сладко, пробуждает звериный голод. Зрачки вытягиваются и глаза начинают гореть, а на лице девушки возникает улыбка.       — Что ты делаешь? — Сяо чувствует вибрацию от собственного рыка. Голос, почти хрип, разрушает тишину. Лицо девушки вытягивается, когда жнец вырывает лезвие и отпрыгивает на пару метров, сдерживая желание прикрыть нос и скрыть клыки, что проснулись от жажды.       Девушка следит за каждым движением и задумчиво прикладывает пальцы к губам. Холодный метал кольца гремит о другие черные кольца.       — Меня зовут Ху Тао! Я хозяйка ритуального бюро. К сожалению, скидки на наши услуги закончились в прошлом месяце, а визитные карточки забыла.       Сяо ошеломлен. Она встает, а тело дергается назад, по дальше от дурмана, от сладкого наваждение. Рана заживает быстрее, но кровь пропитывает одежду и волосы девушки. Отряхивая пиджак и шорты легким движением, Ху хитро прищуривается, не сдерживая широкую улыбку.       — Впервые видела такого быстрого вампира! Господин жнец, вы просто восхитительны! Неужели, вы хотели убить этих глупцов, а я вам помешала?       Сяо прикусывает губу. Ни вампиры, ни люди не должны были узнать об этом.       — Это тебя не касается.       — Что ж, я просто хотела пройтись немного. А эти невежливые мертвецы накинулись на меня! Как порядочный человек, я не могла оставить это безнаказанным и позволить разгуливать по улицам. Вы так не думаете, господин жнец?       Сяо не собирался ничего спрашивать и отвечать. Но Тао не слышит его.       — Что нужно?       — Ох, я вижу, вы любите переходить сразу к делу! Дорогой жнец, может, вы окажите мне услугу?       Что-то внутри недобро зашевелилось. Сяо не хотел соглашается на услугу чистокровного. Тело до сих пор ощущало опасность, а разум туманила сладкая кровь. Первые лучи солнца коснулись окон высоток, и девушка стала озираться по сторонам, ища тени.       Магия окутало тело Сяо, превращая оружие в потоки ветра.       — Господин жнец, подождите!       Прохлада окутала все его тело, и он впервые заметил за собой тяжелое дыхание. Во рту стоял странный привкус металла. Кровь чистокровного, что проникла в легкие, не желала покидать разум и Сяо хотел стереть из памяти бледную кожу и хрупкое тело.       Но стоило прикрыть веки, как возникали алые девичьи глаза.

***

      Сяо жмурится от яркого солнца, что жжет плечи и затылок. Руки касаются занавесок и открывают их, впуская яркие лучи в комнату. Воздух окутывает и поднимает края куртки и темные занавески, что легко могут сдержать самые яркие смертельные лучи. Парень хмурится, подходя к кровати.       — Где амулет?       Мужчина на кровати открывает глаза. Золотые омуты спокойны и безмятежны, а темные волосы опускаются на голые плечи. Сяо замечает красные камни в серьгах и расслабленно выдыхает.       — Доброе утро, Сяо.       — Задание выполнено.       Мужчина хмыкает и легко поднимается, убирая коричневое одеяло в сторону. Его глаза падают на циферблат и переходят на парня, за спиной которого вздымаются занавески.       — Я просил заходить через двери, Сяо.       Парень молчит, наблюдая, как Ли встает и медленно накидывает рубашку на голые плечи.       Чжун Ли, один из немногих вампиров, что предпочитают спать ночью и работать днем, вместе с людьми. Не желая мешать утренним сборам, Сяо спускается на кухню, открывает холодильник и проверяет содержимое.       — Сяо, — Чжун Ли спускается, по-своему домашний, но строгий, и включает чайник. Звук заполняет тишину и Сяо садится за стол. — Как обстановка? Что-нибудь необычное?       Сяо хмурится и сжимает кулаки, вспоминая трупы, яркие глаза, полные безумия, и бесконечный голод.       — Потерявшихся* все больше.       Чжун Ли кивает и касается макушки парня, словно хваля за проделанную работу. Сяо не убирает голову, но кончики ушей горят. Чжун Ли заваривает себе кофе и протягивает пакет с кровь парню, который отрицательно качает головой. Мужчина садится за стол, размешивая бодрящий напиток.       — Это становится большой проблемой. Предоставь потом Гань Юй полный отчет. Активность растет, возможно, стоит просить помощи. Если так и продолжится, число жертв возрастет и люди начнут беспокоиться.       Сяо, хоть и недоволен этой мыслью, но кивает, не смея перечить. В течении всего месяца вампиров, потерявших контроль, и правда стало больше.       — Больше ничего такого необычного не случилось?       Сяо вспомнил инцидент двухнедельной давности и ярко-красные глаза чистокровной. Голод тут же пробудился, вспоминая сладкий, манящий аромат. Сяо сильнее сжал кулаки и нахмурился, желая быстрее выкинуть образ из головы.       — Нет.       Чжун Ли кивает, допивая кофе. Доставая пульт, он включает новости и квартиру наполняют непривычные звуки. Только подумать, что несколько столетий назад люди могли только мечтать о таких технологиях, а теперь они жужжат под ухом, как назойливые мухи. Чжун Ли, намного старше Сяо, быстро адаптируется, когда Сяо не желает привыкать к инновациям, сколько бы «отец» не дарил их.       — Это меня беспокоит, такого давно не случалось, — проверяя бумаги, Ли кажется безмятежным. Сяо отрицал, что шелест бумаги успокаивал его. — Два века прошло, я думал, мы давно научились контролировать себя и чужие обращения.       Его брови необычно хмурятся и Сяо пытался вспомнить, когда последний раз видел его таким.       — Только обращенные. А что с чистокровными?       Рука Чжун Ли замирает на вопрос Сяо и холодное золото пригвоздило его к месту, хотя тот не подал виду. Мужчина молчит, не издает ни звука. Инстинкты обостряются, ощущая слабую угрозу, реагируя на эмоции древнего рожденного. Сяо, привыкший, молчит, ждет ответа.       — Им не так сильно нужна кровь. Но обращенные реагируют на чистокровных. Если держать силу под контролем, ничего не случится. Только самые молодые, что не научились контролю, могут-       Сяо вспоминает девушку и сладкую кровь, не замечая, как резко оборвалась речь, словно мужчину осенило. Сглотнув, парень отворачивается и вскакивает, направляясь в ванную, желая смыть кровь и пепел. Чжун Ли следит за спиной уходящего, когда дверь закрывается с характерным грохотом.       — Не может быть…

***

      — Господин Сяо? — мягкий голос раздается совсем близко, когда девушка еле слышно приземляется на асфальт. Убирая лук, она встревоженно наблюдает за парнем, что смотрит на глыбы льда, приковавшие тело. Гань Юй убирает волос со лба и вздыхает ночной воздух, наполняя грудь.       Сяо непроницаемо смотрит на вампира, что царапает асфальт когтями и пытается выбрала из ледяной тюрьмы. Глаза горят кроваво-красным, без зрачка, а серая кожа синела от холода. Гань Юй удивленно смотрела на парня и зеленое копье в руках.       — Все нормально, господин Сяо?       Сяо кивает и легким взмахом отсекает голову. Черная кровь струится под ногами и слегка пачкает лезвие. Зловоние наполняет легкие и Сяо хмурится, а Гань Юй прикрывает рукавом нос.       — С этим районом закончили. Остался Уван.       Наблюдая, как Гань Юй лениво ковыляет и целится дольше обычного, почти засыпая на ходу, Сяо может только представить сколько суток она на ногах. Да, ее выносливости можно позавидовать, но, как и Чжун Ли, она слишком много времени проводит с людьми, отдавая себя работе и благоустройству города.       — Я отправлюсь один.       — Что? Но господин Чжун Ли-       — Доброй ночи.       Гань Юй наблюдает, как ветер окутывает тело и уносит в нужное направление, оставляя несчастную разбираться с оставшейся грязной работой. Девушка тяжело вздыхает, провожая взглядом названного брата.       Уван встретил его приятным лесным ароматом, редкими машинами с маленькими домами, где в окнах горели детские ночники. Узкой дорожкой, он вел его по улицам, принося странный покой. Вчера Сяо впервые сбился со счета, питая лезвие кровью.       Но сегодня его встречает только мягкий воздух и редкий запах пепла. Напрягаясь, нос улавливает сладкий еле заметный аромат. Чувства обостряются и ведут его вглубь леса.       — Какая приятная встреча!       Сяо успевает перехватить левой рукой древко и лезвие встречается с изгибом косы, что кончиком почти касается носа. Золотая луна встречается с красным окрасом, а сладкий аромат со всей силы врезается в голову. По ее запястью капает кровь, а его зрачки вытягиваются. Сяо задерживает дыхание, пока Ху Тао улыбается, отпрыгивая назад.       — Доброй ночи, господин жнец! Прекрасная луна, не правда ли?       Тао перекатывает косу в другую руку и сгибает ногу, приподнимая шляпу в глупом приветствии. Сяо хмурится, сжимая оружие. Мышцы напрягаются сильнее, и он встает в стойку, готовый к новой атаке. Ее рукав пропитан красной жидкостью и запах сбивает с толку, но девушку это ничуть не смущает. Огненные кончики волос подпрыгивают от предвкушения, а на лице вытягивается улыбка.       — В прошлый раз ты так грубо ушел и даже не назвал свое имя! Если тебе нравится обращение «господин жнец», то так уж и быть. Но тогда ты должен утвердить свое положение и сразится со мной.       — Ты ранена.       — Ох, а ты беспокоишься за меня? Или у вас есть какой-то кодекс, который запрещает вам драться с ранеными?       Кончики ушей еле заметно краснеют, а Сяо обескуражен, чтобы ответить. Запах отвлекает, привлекает и зовет внутреннего зверя. В груди неприятно сжимает, заставляя опустить оружие, а голос Чжун Ли раздается в ушах.       — Чистокровные должны быть осторожны и непод-       — Ох, так ты еще и ходячий свод правил и законов? Как скучно, — она делает шаг и тут же оказывается за спиной. Сяо отскакивает в сторону, наконец замечая запах гари и пепел. Поляна сожжена, ветки обуглены и стволы деревьев ранены. Как и в прошлый раз, на ее одежде смешивается кровь и грязь, совсем не смущая девушку. — Если ты пришел убить меня, нечего языком чесать. Мне не терпится узнать, что находится по ту сторону. Дедушка так много историй рассказывал.       Сяо не знал, как нужно отвечать.       — Мне незачем убивать. Если ты не причиняешь вред людям или другим чистокровным.       — Ох, ты бы знал сколько смертей прошло через мои руки! Люди такие скоротечные, но в этом есть свое очарование. Их жизни, как бабочки, мимолетны и прекрасны. Как бы я хотела провожать их намного дальше. Ты знаешь, что ждет на той стороне, господин жнец? Хотя, — ее взгляд становится холодным, полным презрения. — Вампиры же не могут умереть естественной смертью.       Сяо хмурится, сжимая оружие. Ху Тао продолжает, перекатывая оружие обратно в ведущую руку:       — Как ужасно понятие «бессмертие», как отвратительно и скучно. Просто кошмар наяву. Я так обрадовалась, когда увидела, что ты своими руками убираешь эту вопиющую несправедливость.       Сяо улавливает знакомые нотки в девичьей интонации и не сразу понимает, где уже слышал такую манеру речи. Ответ готов был прийти и открыть истину, но Тао снова отрывается от земли и нападает, скрещивая оружие.       — Эти две недели прошли просто потрясающе! Господин жнец, вы не представляете какой живой я себя почувствовала, когда каждую ночь ждала вас! Каждая минута будоражила кровь! Это сладкое предвкушение! Даже теплое желе казалось восхитительным, а я ненавижу его.       — Ты… сумасшедшая…       Ху Тао засмеялась, атакуя Сяо без остановки. И хоть усталость не грозила парню, с толку сбивали оглушающие слова и аромат.       — Никто, никогда и нигде не должен насмехается над смертью. Только зная и уважая ее, можно познать истинную ценность жизни. Такие как мы, лишены этой ценности. Многие этого не понимают и стремятся к глупому бессмертию, а потом сожалеют о своем выборе.       Сяо не мог не согласится. Ему не дали выбора, не дали познать эту ценности и только Чжун Ли вернул его к солнцу, к прежним радостям, что была жалкими отголосками прошлого. Но все это было так давно, что Сяо совершенно забыл, как на самом деле должна чувствоваться жизнь.       Заворожённый огнем в глазах, он и не заметил, как Ху Тао взяла первенство, загоняя парня в тупик. Придя в себя, исход битвы принял иной оборот, снова выбивая оружие из рук чистокровной под ее громкий и возмущенный ох. Лениво сопротивляясь, Ху Тао скептично посмотрела, как около ее шеи снова возникло лезвие.       — Мы это уже проходили, господин жнец. Может придумаете что-то другое?       — Ты так желаешь смерти?       — Это порядок вещей. Я ни о чем не сожалею, — она пожала плечами и склонила голову, рассматривая редкие зеленые пряди и золотистые глаза. — Ну разве только об одном.       Сяо вопросительно приподнял бровь, не желая признавать себе, что заинтригован.       — Я не узнала твое имя!       Рука замерла и странный импульс на секунду запустил сердце, но тут же пропал.       — Тогда-       — Сяо!       Парень вздрогнул от знакомого голоса, оборачиваясь на высокую фигуру. Чжун Ли тяжело дышал, осматривая двух подростков, что застыли, не в силах сдержать удивление. Пока Сяо судорожно пытался понять, что он здесь делает, Ху Тао стала чертыхаться под нос и пытаться выбраться. Стойка Сяо была крепка, и он также продолжать держать девушку, не давая ей и шанса на быстрое освобождение.       — Сяо, отпусти ее.       Парень послушно отвел оружие и отошел на шаг, пока мужчина не подошел и не протянул руку девушке. Недовольная, она приняла помощь и встала, бурча себе под нос проклятья и отряхивая толстовку. Она старательно отводила взгляд, но стоило Чжун Ли сильнее сжать запястье и многозначительно кашлянуть, хозяйка бюро сдалась.       — Доброй ночи, Мистер Чжун Ли.       — Не могу сказать того же, Ху Тао.

***

      Сяо пытался держать холодное и бесстрастное лицо, наблюдая за тем, как Чжун Ли перевязывает руку Ху Тао, что не может усидеть на месте. Длинная напутственная речь, больше похожая на лекцию, что обычно устраивают непослушному ребенку, не желала заканчиваться. Девушка совершенно не вписывается в спокойную атмосферу дома, грязная, растрепанная и веселая, она болтает ногами и озирается, словно видит квартиру в первый раз.       — Кажется, ты поменял телевизор? Интерьерчик ничего такой… — Ху Тао пискнула, когда Чжун Ли закрепил бинт, который был ей не нужен. Мужчина нахмурился и грозно посмотрел на девушку, что надула губы. — Хорошо-хорошо, я поняла.       — Что ты поняла?       — Я не должна так просто убивать вампиров, что напали на меня. Я не должна бездумно гулять по ночам и попадать на глаза людям. Я должна быть осмотрительна и осторожна со своими ранами.       — И?       — Всегда иметь при себе средства связи.       Чжун Ли удовлетворительно кивнул и убрал все в аптечку. Ху Тао повернулась в сторону Сяо и поймала его взгляд на себе. Скривив лицо, девушка пытаясь имитировать строгое и бурчащее лицо Чжун Ли. Сяо остался таким же спокойным, лишь выгнув бровь на гримасу девушки.       — Где твой амулет?       — А, ооо, эм, — Тао тут же перевела взгляд на потолок и сложила руки. — Ну… я в процессе.       — Процессе?       — Поисков.       Тишина резко опустилась на квартиру, как затворка. Даже Сяо не смог сдержать возмущение на лице, но Чжун Ли тяжело выдохнул, словно этого ждал. А вот Сяо впервые столкнулся с такой беспечностью, за исключением одного рыжего вампира, что постоянно крутится вокруг Чжун Ли. Но Сяо старательно избегал его присутствия, так что безразличие Ху Тао и легкость в ее голосе поразила до глубины души.       — Ху Тао…       — Клянусь Сиванму, что это было не по моей вине.       Сяо не сдержал саркастичную усмешку, чем привлек внимание обоих чистокровных. И парень в очередной раз поразился, как синхронно они повернули головы и вопросительно уставились на него. И если в глазах Тао загорелись веселые огни и даже гордость, то во взгляде Ли скользило удивление.       — Так ты умеешь смеяться! С-я-о.       Вампир подавил дрожь, что пробежала по позвоночнику от сладкого, почти медового голоса. Ху стала хихикать и подходить ближе, но Чжун Ли оказался быстрее и направил девушку в ванную, без слов подтолкнув в нужную сторону. С возмущением, он указал на её грязную одежду и был уже готов начать новую лекцию, скорее всего про внешний вид «леди», как Ху Тао замахала руками:       — Ничего не говори! Я поняла. Я быстренько! — и перед самым уходом заговорчески взглянула на Сяо, что сильнее вжался спиной в стену. Он отвел взгляд к мужчине. Чжун, сложив руки на груди, провожал гостью хмурым, задумчивым взглядом.       Звуки душа заполнили тишину квартиры, и чистокровный повернулся к Сяо, что невольно расслабился, когда Ли открыл холодильник и достал молоко, чтобы сделать успокаивающий чай с молоком.       — Завтра позову Тарталью. Я встретил его недавно в городе и был очень удивлен. Уж слишком часто он стал наведываться, — начал совсем уж из далека Чжун Ли, а Сяо нутром почувствовал, что будущие новости не принесут ему радости. — На сотворение амулета уйдет какое-то время.       С его губ сорвался глубокий, тяжкий вздох, когда Сяо понял на что многозначительно намекал Чжун Ли. Даже жаль, что парень не мог попросить и себе чашку успокающего молочного чая, потому что организм без раздумий отвергнет его. Ли, если и заметил слабую недовольную реакцию, не подал виду и продолжил:       — Если тебя это совсем не устроит, я могу поселить ее у Гань Юй. Возможно, госпожа Ин Цэ и Шэнь Хэ найдут к ней другой подход.       Если бы это было так, он бы не заговорил про совместное сожительство сразу. Сяо ничего не ответил, но понимал, что Чжун Ли просто пытается найти благоприятный выход для всех. Квартира была достаточно просторной, днем Сяо ходил на занятия, выполнял долг и не так часто сидел дома, а ночью караулил улицы. Встречи с этой сумасшедшей можно свети к минимуму и потерпеть недельку. Но глубоко внутри Сяо думал, что все так просто не будет. И Ху Тао-       — Ее родители погибли. Долгое время воспитывали люди… Сейчас, полный возраст Ху Тао – двадцать лет. И вампирский тоже.       Сяо старался скрыть удивление за громкими звуками двигающегося стула по полу. Такая… маленькая. Он сел за стол и кивнул, ощущая странное покалывание в руке, только сейчас заметив, как сильно натянулась перчатка.       — Так что я надеюсь, что ты не будешь против, если она поживет у нас пару дней, пока амулет будет готов. Я также попрошу Аякса сделать дополнительные, чтобы при потере у нее был запас.       Ослабив кулак и разминая пальцы, Сяо снова почувствовал слабый сладкий аромат. Капелька крови Ху Тао красовалась на ткани и внутри все затрепетало. С силой, он сорвал перчатку и отбросил в другой конец комнаты, заставив удивленного Чжун Ли прервать свою речь.       — Сяо? Все хорошо?       — Да, — и пока Чжун Ли не узнал все по одному только холодному лицу, Сяо встал и направился в свою комнату. — Пусть остается. Это твой дом. Тебе и решать.       Сяо, не оборачиваясь на Ли, что застыл с чашкой, вышел из кухни в тот момент, когда дверь душа открылась.       — Уф, словно восстала из мёртвых, ой… Сяо!       Парень застыл с широко распахнутыми глазами наблюдая за его белой рубашкой на девичьем теле. Длинные темные волосы струились ниже поясницы, мокрые и пахнущие мужским шампунем (каким еще, если в квартире было двое зрелых вампиров). Даже не удосужившись застегнуть все пуговицы, открытые ключицы и шея тут же бросились в глаза, пробуждая первобытный голод. Стоило бросить взгляд чуть ниже на голые открытые ноги и выглядывающие-       — Почему ты в ЭТОМ?!       — Но моя одежда… ох, это твое? Прощу прощения. Я думала оно специально там лежит, ведь не могу же я надеть грязное. Но если тебе не нравится, я могу снять и-       — Оставь, — почти прорычал Сяо и двинулся дальше по коридору под удивленный взгляд Ху Тао. С громким хлопком дверью, что даже комод пошатнулся, Сяо заперся в комнате.       — Боже, какие мы злые, — буркнула Ху Тао, обиженно надув губы и фыркнув.