Дорога сна

Налей еще вина, мой венценосный брат, Смотри — восходит полная луна. В бокале плещет влага хмельного серебра, Один глоток — и нам пора умчаться в вихре по Дороге Сна. По Дороге Сна — пришпорь коня, Здесь трава сверкнула сталью, Кровью — алый цвет на конце клинка. Это для тебя и для меня — Два клинка для тех, что стали Призраками ветра на века. Так выпьем же еще — есть время до утра, А впереди дорога так длинна. Ты мой бессмертный брат, а я тебе сестра, И ветер свеж, и ночь темна, и нами выбран путь — Дорога Сна.*

Двое одиноких детей, оба по-разному сломаны жестоким отцом, его нелюбовью и амбициями, ради которых он мог принести в жертву кого угодно – Зуко и Азула росли в семье императора Озая и выживали как могли – ведь тяжела доля принца или принцессы. Однако они были разными, как день и ночь – они сделали разные выводы из своего воспитания. И в то же время отцовская нелюбовь и отсутствие доброй, нежной матери – они оба едва ее помнили – не могло не сказаться на них обоих, на каждом по-своему. Принцесса Азула, будучи еще совсем юной, четырнадцатилетней девочкой, по словам подданных, «внушала одновременно ужас и уважение». Для нее не было ничего важнее, чем быть сильной – она рано усвоила этот жестокий урок. Принцесса не имеет права сдаваться, не имеет права ныть и жаловаться. Да и все равно никто бы не пожалел. У принцессы есть только одна мечта, цель, страсть, любовь, только одно, чему принадлежит ее сердце – это власть. Этим демоном был одержим ее отец Озай – этот демон перешел по наследству и к Азуле, его дочери, которой он гордился – настолько сильно, насколько в принципе мог гордиться кем-то живым. По крайней мере, не отправил в изгнание так, как Зуко. И Азула делала все возможное, чтобы сохранить уважение отца – а как можно сохранить уважение жестокого человека, как не жестокими поступками? В своем стремлении удержать власть, добиться своих великих целей, Озай никому не доверял, как это и следовало ожидать. Подозрительность тоже с лихвой досталась Азуле по наследству. Время идет, Озай погибает от собственной же злости и жестокости, и, казалось бы, пора принять тот факт, что у злодеев не бывает счастливых финалов. Возможно, именно поэтому Азуле везде чудится предательство – ее брат Зуко и ее подруги, Мей и Тай Ли, всего лишь хотят предупредить ее, остановить, пока она не сотворила что-то ужасное – но ей везде мерещатся интриги против нее, она видит в этом лишь заговор, чтобы лишить ее власти, и медленно сходит с ума, подозревая всех и каждого, подозревая самых близких, в конце концов она начинает подозревать даже собственную тень. Именно в такие минуты и понимаешь, что доверие – одна из величайших ценностей в этом мире. Но где могла этому научиться такая девочка, как Азула? Уж точно не у отца. А ведь, несмотря на все эти ужасы, Азула оставалась в глубине души маленькой девочкой, что нуждалась в поддержке и защите от тех, кто должен был быть самым близким. Зуко иной – в те жестокие времена он изо всех сил старался быть честным, насколько это возможно. Даже его дядя Айро говорил одному генералу: «У моего племянника в изгнании больше чести, чем у вас». Конечно, в те древние жестокие времена, когда повсюду шла мясорубка, когда практически каждый показывал чудеса неслыханной жестокости, кое-что затронуло и Зуко – ему тоже приходилось быть жестоким. Когда захватывали деревни и города, ему доводилось даже убивать детей и стариков. Но ему всю жизнь внушали, что это правильно, и он был готов на все, чтобы вернуть свою честь, когда отец отправил его в изгнание – и вовсе не догадывался, что честь все это время была при нем. Ведь то, что о тебе знают другие – это всего лишь репутация, честь же – это то, что ты знаешь о себе сам. Но, право же, кто из нас не жертва обстоятельств и времени? Зуко и Азула были разными, но по сути лишь они были друг у друга. Лишь они взрослели вместе в одной семье, лишь они знали боль друг друга и могли ее понять, как никто другой.

По Дороге Сна — тихий звон подков, Лег плащом туман на плечи, Стал короной иней на челе. Острием дождя, тенью облаков — Стали мы с тобою легче, чем перо у сокола в крыле. Так выпьем же еще, мой молодой король, Лихая доля нам отведена. Не счастье, не любовь, не жалость и не боль — Одна луна, метель одна, и вьется впереди Дорога Сна.*

В наши дни тоже есть Зуко и Азула. Девочка – лидер класса, любой ценой пытавшаяся завоевать авторитет, плачет злыми слезами у себя в комнате – но так, чтобы никто не видел. Люди забывают, сколько раз ты делал что-то для них – зато никогда не простят тебе всего лишь одной ошибки. Из-за одной ошибки она слетела с постамента лидера – а ведь она всегда чувствовала, что однажды станет изгоем. В худших кошмарах ей снилось, что она окажется высмеяна, унижена перед всеми, что люди вокруг сплотятся против нее, что при любом раскладе, при любой ее ошибке они примут сторону кого угодно – но не ее. Возможно, то были картины из прошлой жизни, где Азула была настоящей принцессой Страны Огня. Как и тогда, Азула и сейчас начинает подозревать каждого в заговоре против нее – она проверяет страницы бывших друзей /бывшей свиты/ в поисках интриг, которые плетутся за ее спиной. Пока она не находит доказательств – но лишь пока, и это сводит ее с ума. Она всегда знала, что никому не может верить. Отец-депутат с детства давил ее непомерными требованиями, зато не учил проявлять чувства и видеть лучшее в людях. Мать была забита, пробита и убита, а вскоре слегла от болезни, не выдержав измен отца. У Азулы в жизни есть лишь брат… Зуко в нашем мире отчаянно тоскует по подвигам, по невозможности проявить себя – во снах ему является картина, где он безжалостно поражает врагов двумя мечами сразу, владея древней японской техникой. Но кто в этом обычном, заурядном мире тебе враг, а кто друг? Это еще предстоит понять. Связь с Азулой слишком сильна, это тянется еще из прошлой жизни – нет, ну а как иначе объяснить эти невероятные сны, в которых Азула тоже есть? Там не было никого сильнее и ярче, чем она, и никого, кто понимал бы его лучше – при всех их ссорах, разногласиях, иногда даже драках. Несмотря ни на что, Зуко не может доверять никому, кроме Азулы. Ведь жестокое воспитание отца сказалось и на нем, и он не умеет доверять людям. Если отец не полюбил, не поддержал, то кто тогда полюбит и поддержит? А Азула тем временем медленно сходит с ума – все как в той жизни. Им не до друг друга, не до поддержки – их никто не учил проявлять чувства и быть добрыми к людям. Это очень тяжело, безумно тяжело. И Зуко срывается сам на себя – для себя он решает, что испортит жизнь и разобьет сердца десяти девушкам, а на одиннадцатой женится – но всем из них он сделает так же больно, как больно ему. Здесь, в этом мире, он простой мальчишка – и он не знает, как быть сильным, как любить и дружить, как совершать подвиги. Зуко стучит по клавишам ноутбука, проводя в интернете день и ночь, ища наивных глупых девчонок, на которых можно выместить зло от своего разбитого сердца, зло от нелюбви. Пудрит он мозги и тем девчонкам, что в школе свели Азулу с ума своей травлей – он может быть обаятельным, особенно когда хочет отомстить. Есть в этой реальности и Катара – глупая наивная девчонка. Она по простоте душевной /которая иной раз хуже воровства/ делится с Азулой тем, как влюблена в ее брата. Азула смеется ей в лицо, говоря, что брат похож на героя старинной легенды, но затем сворачивает тему: «Это очевидно и не важно». Для нее он действительно герой легенды, потому что лишь он один может защитить ее от жестоких людей. Для Катары – нет. Он съест ее и не подавится. Сильные уважают лишь сильных. И неважно, что этим сильным в этом жестоком мире тоже суждено сломаться…

По Дороге Сна — мимо мира людей, Что нам до Адама и Евы, Что нам до того, как живет земля? Только никогда, мой брат-чародей, Ты не найдешь себе королеву, А я не найду себе короля. И чтоб забыть, что кровь моя здесь холоднее льда, Прошу тебя — налей еще вина. Смотри, на дне мерцает прощальная звезда Я осушу бокал до дна и с легким сердцем — по Дороге Сна*