У сердца тоже есть зубы. Книга 1

      Когда последние дома остались позади, все осторожно соскользнули с телеги и пешком преодолели кряж, держа путь к лесу. Подростки шли треугольником: посредине Джейкоб, справа шла угрюмая, настороженная Эмма, она всю дорогу молчала и ни на секунду не выпускала руки Джейкоба, слева не умолкал все время что-то напевавший и пинавший камешки Миллард. Впереди шла Тора, смотря то часы, то на небо, то на лес, напевая себе под нос "London Bridge is Falling Down".       Они шли все дальше: девочка, чьи руки порождали огонь, невидимый паренек Джейкоб и та, что влияет на вектор. Компания пересекла лесок, сквозь который вела широкая, как в каком-нибудь национальном парке, дорога, и вышла на просторную лужайку, пестревшую цветами, окаймленную аккуратно подстриженными деревьями и кустарниками и подошла к дому.       Вся черепица была на месте, окна целы и чисто вымыты. Башенки и дымоходы, тоскливо покосившиеся на том доме в реальном времени, гордо устремлялись к небу. Лес, недавно порывающийся поглотить его стены, замер на почтительном расстоянии.       Они прошли по мощенной каменными плитами дорожке и поднялись по свежевыкрашенным ступеням крыльца. Какую бы угрозу ни усматривала в Джейке поначалу Эмма, сейчас она несколько успокоилась. — Надо ему руки связать, вдруг попытается сбежать или, не дай птица, убить кого-то.— сказала Эмма. — Если бы он хотел кого-то убить, то уже это сделал бы это — ответила ей Тора.       Но слова шрамованой никак не помогли, и Эмма настояла на том, чтобы руки ему всё-таки связали. Девушка уже хотела затолкать пленника в дом, но ее остановил Миллард. — Его туфли облеплены грязью, он наследит в доме, Птицу удар хватит!       Под бдительным оком стражей Джейк снял не только туфли, но и носки, которые тоже были в грязи. Миллард предложил ему подвернуть и штанины, чтобы те не волочились по ковру, после чего Эмма нетерпеливо схватила за локоть гостя и втащила внутрь.       Подростки прошли по коридору мимо сверкающей свежим лаком лестницы, из-за балясин которой выглядывали любопытные лица, миновали столовую. Снежные заносы штукатурки исчезли, на их месте появился длинный деревянный стол, окруженный множеством стульев. Налет плесени сменили яркие обои, деревянные панели и свежая краска, повсюду стояли вазы с цветами. Оседающие кучи гниющего дерева и ткани снова превратились в кушетки и кресла, а сквозь высокие окна, некогда грязные настолько, что казалось, будто на них нанесли слой маскировочной краски, струился солнечный свет.       Наконец, компания вошла в маленькую комнату, окна которой выходили во двор. — Подождите, пока я сообщу о нем директрисе, — обратилась Тора к Милларду и Эмме. — Я с тобой — сказала Эмма, предавая пленника Милларду. — Идем — кивнув на дверь, ответила Тора.       Когда Эмма и Тора вышли, Миллард тут же отпустил руку Джейка. — Ты разве не боишься, что я съем твои мозги или что-нибудь в этом роде? — поинтересовался Джейк у невидимки. — Да не особенно — последовал ответ.       Джейкоб обернулся к окну и застыл в изумлении. Двор был полон ребятишек, большинство из которых ему были знакомы по пожелтевшим дедушкиным фотографиям. Некоторые лежали на траве под деревьями, другие перебрасывались мячом или гонялись друг за другом по дорожкам, окаймленным яркими клумбами. Это был настоящий рай. И это был тот самый заколдованный остров, и те самые странные дети.       Кто-то из играющих на лужайке детей слишком сильно ударил по мячу, и тот влетел в огромный, подстриженный в виде какого-то животного куст, и застрял в его ветвях. Вдоль аллеи выстроился целый ряд таких удивительных кустов — фантастических существ ростом с дом, которые будто охраняли его от таящихся в лесу опасностей. Тут были крылатый грифон, вставший на дыбы кентавр, русалка…       Двое мальчиков-подростков подбежали к кентавру вслед за улетевшим мячом. За ними шла «левитирующая» девочка, только сейчас она не парила, шла медленно, ведь каждый шаг давался ей с трудом, а действующая на нее сила тяжести была больше, чем у остальных. Подойдя к мальчикам, она подняла руки, и приятели обвязали ее вокруг талии веревкой. Девочка осторожно сняла туфли и тут же, как воздушный шарик, взлетела в воздух. Она поднималась, пока удерживающая ее веревка не натянулась. Малышка зависла в десяти футах над землей. Она что-то сказала мальчикам, те кивнули и начали понемногу разматывать веревку. Девочка медленно поднималась вверх, оказавшись на уровне груди кентавра, она потянулась к мячу, но тот застрял глубоко в ветвях. Она посмотрела вниз и покачала головой. Мальчики опустили ее на землю, где она вначале обулась в свои свинцовые туфли, а затем развязала веревку. — Тебе понравилось? — поинтересовался Миллард, и Джейкоб молча кивнул. — Существуют гораздо более простые способы достать этот мяч, — продолжал он. — Но они знают, что у них есть зритель.       Тем временем к кентавру подошла другая девочка. Она наклонилась, подняла длинный «хвост» кентавра и намотала его на руку, затем закрыла глаза и сосредоточилась. Мгновение спустя, рука кентавра пошевелилась, пальцы его руки согнулись и разогнулись, как будто они занемели и кентавр решил их размять, чтобы восстановить кровообращение. Огромная рука кентавра потянулась к собственной груди, извлекла оттуда мяч и бросила его торжествующим мальчишкам. Они вернулись к своей игре, девочка с косичками-колосками выпустила из рук хвост кентавра, и тот снова замер на месте.       Дыхание Милларда затуманило оконное стекло, Джейк изумленно обернулся к нему, но не успел он задать вопрос, как Миллард ответил: — Был ещё один способ достать мяч,— сказал невидимка. — Какой? — Тора — отозвался Миллард. — Манипуляция вектором - это что-то наподобие простого телекинеза. Она просто может поменять вектор меча, и он полетит ей в руки. И так со всеми живыми и неживыми предметами.       Джейк помолчал с минуту а потом задал вопрос: — Я не хочу тебя обидеть, — произнес парень, — но что же вы за люди такие? — Мы просто странные, — несколько растерянно отозвался он. — А ты разве не странный? — Не знаю. Вряд ли. — Жаль.       Тора с Эммой вышли из второй прихожей и поднялись по лестнице в кабинет имбрины. Девочка со шрамом постучалась, потом посмотрела на Эмму, задав немой вопрос - "Идёшь?", но повелительница огня лишь отрицательно покачала головой и оперлась о стенку возле кабинета, Тора, дождавшись положительного ответа, вошла. — Что привело тебя в столь ранний час? — спросила мисс Сапсан. — Мы привели его, внука Эйба, его имя Джейк Портман, мисс Сапсан, — ответила Тора. — Хорошо, очень хорошо, приведите его ко мне, Тора, — сказала своей подопечной имбрина.       Девушка вышла из кабинета, взяла Эмму под руку, и они направились обратно. — Что сказала? — Привести его, — без интереса отозвалась Тора на вопрос подруги. — Почему ты его отпустил? — позади парней раздался голос Эммы.       Она стояла посреди комнаты, скрестив руки на груди. Тора оперлась боком о косяк двери. — А впрочем, ладно. — Эмма подошла и схватила Джейкоба за связанные руки. — Пошли, мисс Сапсан хочет тебя видеть, — произнесла Тора, отлипая от дверного косяка, чтобы парочка смогла пройти. — Хорошая пара из них будет, — тихо прошептала Тора, обращаясь к Милларду. — Не сомневаюсь в твоей интуиции — откликнулся невидимка.       Они снова прошли через дом, и снова из-за приоткрытых дверей их провожали любопытные взгляды. Дети остановились у красочных резных дверей, Тора постучала, зашла первой и оперлась спиной об стенку, за ней Эмма с пленником, замыкал шествие Миллард. В залитой солнцем комнате на узорчатом персидском ковре стоял стул с высокой спинкой, на котором восседала благородного вида дама. С головы до ног, включая застегнутую у горла блузу с высоким воротником и кружевные перчатки, она была одета в черное, она была воплощением опрятности, как и весь дом. https://www.pinterest.ru/pin/1029776271020563104/       Эмма завела Джейка на ковер и откашлялась. Спицы, мелькавшие в руках мисс Сапсан, замерли. — Мисс Сапсан, мы привели его, — сказала Тора. — Спасибо, мисс Даркнесс, — поблагодарила её имбрина. — Всегда к вашим услугам, — ответила подопечная. — Добрый день, — произнесла мисс Сапсан, обращаясь уже к парню. — Ты, наверное, Джейкоб.       Эмма удивленно открыла рот. — Откуда вы знаете, как его… — Меня зовут мисс Сапсан, — продолжала леди, подняв палец и подавая Эмме знак замолкнуть, та зло посмотрела на Тору, которая просто развела руками. — Я рада возможности наконец-то с тобой познакомиться.       Женщина протянула Джейкобу затянутую в перчатку руку, но он не смог ее пожать, директриса заметила его связанные кисти. — Увидела, — прошептала Тора. — Мисс Блум! — воскликнула Птица — Что это означает?! Кто обращается так с гостями?! Немедленно освободите этого юношу! А вы, мисс Даркнесс, почему такое разрешили? — Я ей говорила, но она не послушала, — оправдывалась Тора. — Мисс Блум, живо, — приказала имбрина. — Мисс Даркнесс, впредь будьте настойчивее! — Да, — тихо промолвила Тора. — Но, мисс! Он шпион и лжец, а может и еще что похуже! — Это было лишнее, — также шёпотом сказала Тора.       Не обращая внимания на слова девушки, Эмма недоверчиво покосилась на Джейка и что-то прошептала на ухо мисс Сапсан. — Бог ты мой, мисс Блум! — всплеснула руками и громко расхохоталась имбрина. — Что за галиматья! Если бы этот мальчик был тварью, вы бы уже варились в его котелке. Конечно же, он внук Абрахама Портмана. Вы только взгляните на него!       Эмма начала было возражать, но мисс Сапсан окинула ее таким возмущенным взглядом, что девочке пришлось умолкнуть. — Ладно, — вздохнула Эмма, — но не говорите потом, что я вас не предупреждала.       Она несколько раз дернула за узел, и веревка упала на пол. — Вы не должны обижаться на мисс Блум, — обратилась к Джейку директриса, глядя, как Джейкоб потирает занемевшие запястья. — Она любит драматизировать. — Это точно, — подтвердила слова имбрины Тора.       Эмма нахмурилась, и кинув на подругу не самый дружелюбный взгляд, повернулась к директрисе и продолжила говорить: — Если он тот, за кого себя выдает, почему ни шиша не знает о петлях времени, и о том, какой сейчас год? Да вы сами его спросите! — Почему он ничего не знает, — поправила ее мисс Сапсан. — А единственный человек, которого мне хотелось бы хорошенько опросить, — это вы, мисс Блум. И завтра я это обязательно сделаю — в отношении правил литературной речи.       Эмма застонала, а Тора с усмешкой смотрела ей в спину. — А теперь, если вы позволите, — продолжала мисс Сапсан, — я хотела бы переговорить с мистером Портманом наедине.       Девочка поняла, что спорить бесполезно. Она вздохнула и направилась к двери, но, прежде чем выйти, обернулась и бросила на Джейка еще один взгляд. На ее лице можно было увидеть выражение, которого не было там прежде, — обеспокоенность. Тора круто развернулась и уже почти вышла за порог, но её остановили слова имбрины: — Мисс Даркнесс — девушка развернулась, смотря на мисс Сапсан, — сыграете нам вечером на скрипке? — Да — сказала Тора и вышла из кабинета. — И вы тоже, мистер Наллингс! — произнесла мисс Сапсан. — Воспитанные люди не подслушивают чужих разговоров. — Я только ненадолго задержался, чтобы спросить, не хотите ли вы чаю, — ответил Миллард. — Спасибо, не хотим, — отрезала мисс Сапсан.       В кабинете можно было услышать, как босые ноги Милларда прошлепали к выходу. Дверь отворилась и затворилась, выпустив его в коридор.       Как только дверь кабинета имбрины закрылась, Эмма опустилась на колени возле двери и начала слушать разговор мисс Сапсан и Джейка. — Ну если будет что-то интересное, ты знаешь, где меня найти, — обратилась к Эмме Тора, та кивнула и продолжила подслушивать.       Шрамованная поднялась по лестнице на третий этаж, свернула налево, прошла две двери с именными металлическими табличками и остановилась у третей. Первая принадлежала Фионе Фрауэнфельд, вторая - Эмме Блум. Прежде чем повернуть литую ручку своей двери и зайти в комнату, она перевела взгляд на табличку с именем "Виктория Даркнесс", первые три буквы ее имени были перечёркнуты. -flashback-       Девушка со шрамом сидит на холодном полу, поджав колени к груди. На ней потертая ночная сорочка, которая скрывает изможденное тело, волосы спутанные и грязные. Тора сидит без ботинок, ее ноги ледяные, как и все тело, девушка уже привыкла к голоду и холоду. Она слышит приближающиеся шаги и напрягается. — Виктория, Виктория, — говорит жуткий, с капелькой сумасшествия, голос. Возле прутьев её камеры появляется силуэт в накидке. — Что тебе надо? — спрашивает девушка. — Ооо, мне много чего от тебя надо, — отвечает силуэт, он достает из кармана комочек, растирает между пальцами и кидает ей в лицо.       Пара вздохов и веки девушки наливаются свинцом, сознание меркнет, она закрывает глаза и валится боком на пол. -конец flashback-       Тора сморщилась, пытаясь выкинуть воспоминания из головы. Декор ее комнаты был выполнен в черно-бордовой гамме, а вся мебель была из красного дерева. Напротив двери располагалось окно с бордовыми шторами, по левую сторону от него стоял резной шкаф со стеклянными дверцами, заполненный книгами и фотографиями друзей, с правой стороны - стол с лампой, над которым висели две полки с книгами, пергаментами, перьевой ручкой и баночками с чернилами. По левую сторону от двери стоял комод с деревянными ручками и прекрасным резным узором, за ним висело ростовое зеркало. Справа от двери стояла кровать, застеленная красным пледом.       От души пнув черный ковер на полу, Тора зажгла настенную лампу, завязала хвост красной лентой и уселась на кровати читать книгу. Полностью погрузиться в процесс ей не удалось - уже через несколько минут в комнату ворвалась Эмма вся в слезах и кинулась к сидящей на кровати девушке. Ничего не говоря, Эмма уткнулась Торе в плечо и громко всхлипывала.        Ошарашенная Тора закрыла книгу, положила ее рядом на кровать и, обнимая Эмму одной рукой произнесла: — Вдох-выдох, ты сейчас успокоишься, а я сделаю тебе чай с липой и ты мне все объяснишь, хорошо?       Эмма лишь кивнула, сделала пару судорожных всхлипов, вытерла слезы платком, который ей подала Тора. — Я за чаем, а ты посиди тут — сказала девушка со шрамом.       Уже через несколько минут Тора вернулась с липовым чаем. — Теперь выпей и расскажи мне все по порядку, — сказала девушка, подавая чашку подруге. — Эйб мертв, — после нескольких глотков чая лишь два этих коротких слова выговорила Эмма, которые принесли столько боли не только огненной девушке, но и её подруге. Эмма снова начала всхлипывать и нырнула в объятия Тори. — Что-то такое я и ожидала — заявила Тора. — Если бы Эйб был жив, он бы приехал вместе с ним или хотя-бы все ему рассказал.       Ещё с минуту девушки помолчали и Тора задала вопрос: — Тебе почитать?       Эмма кивнула. — Я читаю "Гроздья гнева", уже на пятой главе. "Хозяева земли приезжали на свою землю, но чаще всего они присылали вместо себя посредников. Посредники являлись в закрытых машинах, они перетирали пальцами щепотки сухой земли, а иногда загоняли в почву земляной бур и брали пробу. Сидя в спаленных солнцем..."       Полчаса спустя раздался стук, дверь открылась и впустила Горация. — Эмма, мисс С сказала, чтобы ты нагрела ванну, — передал поручение провидец. — Хорошо,— покорно сказала Эмма, вылезла из объятий Торы, по широкой дуге обогнула Горация и вышла из комнаты.       Как только шаги на лестнице затихли, провидец спросил: — Всё-таки узнала? — Ага, — вздыхая ответила ему Тора. — А теперь оставь меня одну, нужно принять душ перед ужином.       Отражая траурный настрой, руки девушки автоматически схватили в комоде чистые рубашку и штаны черного цвета. Наткнувшись на забытую под одеждой пачку сигарет, Тора страшно захотела покурить. Усевшись на подоконнике и глядя в открытое окно на темнеющий лес, девушка предавалась одним из немногих в ее долгой жизни счастливым воспоминаниям о веселых деньках вместе с Эйбом.       Когда Джейк вошел в столовую, дети, которые как раз шумно рассаживались вокруг стола, застыли, не сводя с него глаз. — Тем, кто еще не имел удовольствия познакомиться с этим мальчиком, — произнесла мисс Сапсан, — я сообщаю, что перед вами внук Абрахама. Его зовут Джейкоб. Ради встречи с нами он проделал очень долгий путь, и теперь является нашим почетным гостем. Надеюсь, вы будете обращаться с ним соответственно.       Когда Джейк сел мисс Сапсан назвала каждого из детей по именам. — Справа от тебя сидит Клер (https://www.pinterest.ru/pin/279645458102324728/), - похожая на фарфоровую куклу девочка улыбнулась. — Слева Хью (https://www.pinterest.ru/pin/25051341666599804/) — парень лет четырнадцати подмигнул Джейку и начал надевать пчеловодную сетку,— в его животе живут пчелы. — Дальше сидит Фиона (https://www.pinterest.ru/pin/687221224372977850/), — в ней Джейкоб узнал девочку, которая заставила куст кентавра достать мяч из груди, — она управляет нашей флорой. — За ней сидит Бронвин (https://www.pinterest.ru/pin/720364902908970620/) — девочка помахала рукой Джейку, — она сильнее десятка взрослых мужчин. — Дальше Оливия (https://www.pinterest.ru/pin/4503668369177024/), — левитирующая девочка была ремнем пристегнута к стулу, который прикрутили к полу, — она легче воздуха. — Эмму, думаю, представлять не надо, — даже не посмотрев на Джейка Эмма (https://www.pinterest.ru/pin/3588874691678203/) фыркнула. — Напротив Бронвин сидит Енох (https://www.pinterest.ru/pin/339177415691040555/), он некромант. — Рядом с Енохом - Гораций (https://www.pinterest.ru/pin/299489443966522757/), ему снятся пророческие сны. — А ещё он безумный модник,— добавил Енох. — Мистер О'Коннор, воспитанные люди не перебивают старших. На замечание директрисы он просто промолчал. — Так на чем я остановилась? — задала она вопрос сама себе — Ах да, Миллард... (https://www.pinterest.ru/pin/38139928086939891/) Он невидимка, как ты и сам видишь. — Тора, манипулирует вектором, — та лишь смерила Джейкоба холодным взглядом.       Когда процедура знакомства была закончена, на мисс Сапсан обрушился шквал вопросов, которые она парировала быстро и исчерпывающе. — Джейкоб останется с нами? — Это мне неизвестно. — Где Эйб? — Он живет в Америке и очень занят. — Почему Джейкоб надел брюки Виктора? — Виктору брюки уже не нужны, а одежду Джейкоба постирали. — Что Эйб делает в Америке?       Как только прозвучал этот вопрос, Эмма, угрюмо сидевшая в углу, сорвалась с места и выскочила из комнаты, Тора хотела было бросится за ней, но её за руку мертвой хваткой вцепилась мисс Сапсан и посмотрела на девушку многозначительным взглядом. Все остальные на эту выходку не обратили ни малейшего внимания. — Что делает Эйб, вас не касается, — отрезала мисс Сапсан, отпуская Тору. — Когда он вернется? — Это вас тоже не касается. А теперь давайте поедим!       Появились дежурные с подносами в руках, серебряные крышки на тарелках скрывали от взглядов детей их содержимое. Со всех сторон понеслись самые дикие предположения: — Выдра Веллингтон! — выкрикнул Хью. — Соленые котята и печень землеройки, — предложил Енох, и ребятишки помладше схватились за горло, имитируя рвоту.       Но когда крышки были сняты, под ними обнаружились блюда, достойные и королевского стола: покрытый золотистой корочкой жареный гусь; запеченные целиком лосось и треска в окружении тающих комочков масла и веточек свежего укропа; миски с дымящимися мидиями; тарелки с тушеными овощами; буханки свежего, только из печи, хлеба, всевозможные желе и соусы.       Клэр сидела рядом с мисс Сапсан, но даже не прикасалась к еде. — Разве ты не голодна? — спросил Джейк. — Клэр не ест в нашем присутствии, — подал голос Хью. — Она стесняется,— произнесла Оливия. — И ничего я не стесняюсь! — возмущенно глядя на Оливию, заявила та. — Да ну? Тогда съешь что-нибудь! — насмехаясь, сказал Енох. — Хватит! — сказала Тора. — Никто из здесь присутствующих людей не стесняется своего дара, — вмешалась мисс Сапсан. — Просто мисс Денсмор предпочитает принимать пищу в одиночестве. Я правильно говорю, мисс Денсмор?       Девочка молча смотрела на свою пустую тарелку, явно желая, чтобы остальные переключили внимание на что-нибудь другое. — У Клэр есть еще один рот на затылке, — пояснил Миллард. — Что у нее на затылке?! — переспроси Джейк. — Покажи ему! — попросила Оливия.       Вскоре уже все, кроме имбрины и девочки со шрамом, умоляли Клэр съесть хоть что-нибудь, наконец, она исполнила их просьбу, только бы отделаться от них. На тарелку перед девочкой положили ножку гуся, она повернулась спиной к столу и, ухватившись за подлокотники стула, откинулась назад, чтобы затылок оказался над едой. Все услышали отчетливый треск и, когда она подняла голову, увидели, что от ножки гуся оторван огромный кусок. Под золотыми девичьими локонами скрывались челюсти с чрезвычайно острыми зубами. Мисс Сапсан взяла со стола салфетку и вытерла второй рот Клэр. Та снова развернулась к столу и скрестила руки на груди, явно недовольная этой унизительной демонстрацией, и хранила молчание до конца ужина.       После того как мисс Сапсан отклонила еще несколько вопросов об Эйбе, дети переключились на другие темы. Особенно их интересовало, как живут люди в двадцать первом веке. — Какие у вас летающие автомобили? — спросил Гораций. — У нас таких нет, — ответил Джейк. — Во всяком случае пока. — А города на Луне уже построили? — с надеждой в голосе поинтересовался Миллард . — Мы еще в шестидесятые годы оставили там флаг и немного мусора, но больше там ничего нет. — Какой у вас самый популярный автор? — спрашивает Тора. — Наверное, Стивен Кинг — Британия до сих пор правит миром? — Э-э… не совсем.       Всех такой ответ разочаровал. Мисс Сапсан вмешалась в разговор, воспользовавшись их замешательством. — Вот видите, дети? В будущем нет ничего особенного. В нашем старом добром прошлом ничуть не хуже! — Можно мне узнать, сколько всем вам лет? — спросил Джейкоб. — Мне восемьдесят три, — ответил Гораций.       Оливия взволнованно подняла руку. — На следующей неделе мне исполнится семьдесят пять с половиной лет!       Было непонятно, как они ведут счет месяцам и годам, если календарь здесь никогда не переворачивается. — Мне или сто семнадцать, или сто восемнадцать лет, — сообщил Енох. — Перед тем как попасть в эту петлю, я жил в другой, — пояснил он. — Мне почти восемьдесят семь, — пробубнил Миллард, жуя гусятину. — Мне двести пятьдесят восемь или около того, — отвечает Тора, перед тем как откусить еще один кусок гуся. — Она тут самая старшая, и она была первой, кого мисс Сапсан забрала, и ненавидит, когда её называют полным именем, — прошептал Миллард, обращаясь к Джейку. — А мне шестнадцать, — сказал Джейк.       Глаза многих ребятишек расширились, Оливия изумленно засмеялась. Всем было трудно представить себе, что он настолько юн. Казалось, что неизменность их жизни здесь, эта постоянная ранняя осень, в которой не было места смерти, остановила не только старение их тел, но и эмоциональное развитие, навеки запечатав их в юности, как Питера Пэна и пропавших мальчиков из сказки.       Вдруг оттуда-то раздались завывания. — Опять началось, — пробормотала себе под нос Тора, доставая из кармана рубашки часы. — Что это такое? — спросил Джейк. — Снова эти чертовы фрицы, — пробормотала Оливия, стукнув своим маленьким кулачком по столу, явно имитируя манеры какого-то раздражительного взрослого.       Наступил вечер 3 сентября 1940 года. Вскоре с неба предстояло упасть бомбе, которая должна была убить всех жителей этого дома и превратить его в развалины. Вой доносился со стороны кряжа. Это включилась сирена, предупреждающая о воздушном налете. — Надо спасаться! — Джейкоб вскочил со стула, ужас клещами стиснул ему горло. — Надо покинуть дом, пока в него не попала бомба! — Он не знает, — хихикнул Енох. — Он думает, что мы все умрем! — Это всего лишь переход, — пожимая плечами пиджака, произнес Миллард. — Незачем мочиться в штаны. — И это происходит каждый вечер? — Каждый, — кивнула Тора. — Каждый вечер, — подтвердила мисс Сапсан. — Можно, мы выйдем в сад, и все покажем Джейкобу? — спросил Хью. — Можно, можно? — заерзала на стуле Клэр, оживившись после двадцати минут угрюмого молчания. — Переход — это всегда так красиво.       Мисс Сапсан покачала головой, напомнив, что они еще не покончили с ужином. Но дети умоляли ее до тех пор, пока она не сдалась. — Ну хорошо, только не забудьте надеть маски, — кивнула она.       Дети повскакивали со своих мест и бросились к двери, забыв о бедной Оливии. Одна Тора задержалась и отстегнула ремень, удерживающий ее на стуле. Вслед за всеми Джейк пробежал через обшитое деревянными панелями фойе, где каждый что-то схватил из шкафа, прежде чем выскочить наружу. Мисс Сапсан протянула противогаз и Джейку, мальчик с тупым выражением лица вертел его в руках. — Чего ты ждешь? Надевай! — скомандовала мисс Сапсан.       Наконец натянув противогаз на лицо, Джейк вышел на лужайку, где, подобно шахматным фигурам на доске без квадратов, застыли дети. Они запрокинули к небу скрытые противогазами лица, наблюдая за черными клубами дыма. Вдалеке горели верхушки деревьев. Гул невидимых самолетов, казалось, доносился отовсюду.       Время от времени где-то раздавался глухой взрыв. Каждый удар заставлял Джейка в ужасе пригибать голову, но дети даже не морщились. Вместо этого они пели, и слова их звучали в такт падающим бомбам.       Беги, кролик, беги, кролик, беги, беги, БЕГИ!       Бум, бум, БУМ, стреляют по тебе враги.       Пусть они обойдутся без кроличьей ноги,       Так что беги, кролик, беги, кролик, БЕГИ!       Как только закончилась песня, небо расчертили трассирующие пули, мощные вспышки света отражались в стеклах противогазов. Дети принялись аплодировать подобно зрителям на фейерверке, они свыклись с ежевечерними налетами, как с неизбежной частью жизни, и уже не воспринимали их как нечто страшное. Более того, в альбоме мисс Сапсан была фотография с подписью: «Наш изумительно красивый фейерверк».       Начал накрапывать дождик, как будто все эти осколки летающего металла продырявили тучи. Взрывы доносились все реже, налет, похоже, подходил к концу. Дети начали расходиться. Они проходили мимо крыльца, направляясь в другой конец двора. — Куда мы идем? — остановил Джейк Тору в противогазе.       Она ничего не ответила, но, ощутив тревогу Джейка, взяла его за руку и повела вслед за остальными. Все обогнули дом и подошли к огромному подстриженному кусту, представляющему собой на этот раз не мифическое существо, а мужчину, который сидел на траве, опершись на одну руку и указывая в небо второй. Перед детьми был Адам с фрески Микеланджело из Сикстинской капеллы. Учитывая, что эта копия была изготовлена из веток и листьев, она производила неизгладимое впечатление. На лице Адама с глазами из двух гардений застыло безмятежное выражение.       Джейк подошёл к Фионе, показывая на Адама, и спросил: — Это твоя работа?       Фиона кивнула. — Как ты это сделала?       Она наклонилась и, опустив руку, задержала ладонь над травой. Спустя несколько секунд трава под ее ладонью начала извиваться и тянуться вверх. Вскоре маленькая лужайка в форме ладони коснулась ее кожи. — Это какое-то безумие, — пробормотал Джейк.       На него все зашикали. Дети стояли молча, запрокинув головы и указывая на определенный участок ночного неба. Общий гул разрезал рев одного-единственного самолета. Он был уже близко и продолжал приближаться. Вдруг клубы дыма пронзило что-то маленькое и серое, начало стремительно приближаться.       В то время как все смотрели на падающую бомбу, Джейк вскрикнул, упал на траву и накрыл голову руками. Дети лишь на секунду посмотрели на него, как на дурачка, и подняли головы обратно, а Тора тихо прошептала Милларду на ухо, насколько это было возможно: — Если он останется с нами, я буду припоминать ему этот момент всю его долгую жизнь.       И тут началось то, зачем все здесь собрались: бомба остановилась у пальца Адама, всё замерло - капли дождя, звуки сирен, раздающиеся где-то вдали, и небо на котором застыли как кляксы на бумаге языки пламени. Потом вспыхнула яркая вспышка, которая накрыла всё: детей, дом, кусты и бомбу. Петля перезагрузилась.       Смех. Сияние рассеялось, все, как и прежде, располагались вокруг Адама, вот только бомба исчезла. Ночь была на удивление тихой, а единственным источником света в безоблачном небе была полная луна. Над Джейком, протягивая руку, склонилось мисс Сапсан. Сжав ее пальцы, он с трудом встал, преодолевая головокружение. — Примите мои извинения, — произнесла она. — Мне следовало вас подготовить.       Тем не менее, она не смогла удержаться от улыбки, как и дети, уже успевшие сдернуть с себя противогазы. — Я, наверное, вернусь на ночь домой, — пробормотал Джейк, обращаясь к мисс Сапсан. — Папа будет волноваться. Я ведь могу вернуться домой? — поспешно добавил он. — Конечно, можешь, — кивнула она и громко поинтересовалась, кто проводит мальчика до кургана. К удивлению Торы, вперед шагнула Эмма. Похоже, мисс Сапсан осталась этим довольна. — Вы в ней уверены? — прошептал Джейк на ухо директрисе. — Несколько часов назад она была готова перерезать мне горло. — Мисс Блум — довольно темпераментная особа, но из всех моих воспитанников больше, чем ей, я доверяю только мисс Даркнесс, но она сегодня не сможет вас провести , — прозвучало в ответ. — Кроме того, я считаю, что вам есть о чем поговорить с мисс Блум вдали от любопытных ушей. *** После того как Джейк и Эмма скрылись из виду, все дети вернулись в дом. — Дежурные, уберите со стола и помойте посуду, а остальные — в душ и по постелям,— скомандовала директриса. — Да, мэм, — хором ответили ей воспитанники.