Против природы

Хэви очень сильно старался лишний раз не смотреть на дверь, ведущую в комнату брата, что выходило у него просто отвратно, как бы он не пытался отвлечься на что-нибудь постороннее. Взгляд то и дело приковывался обратно к золотистой ручке двери, а руки так и чесались как можно скорее дёрнуть её, чтобы мгновенно ворваться в апартаменты Ди, который в те самые дни категорически запрещал входить в его комнату даже родителям. Разрешал зайти он только отцу, и то только после стука и долгого мыслительного процесса Ди, когда тот явно решал, стоит ли разрешить отцу зайти к нему, чтобы банально оставить в его комнате завтрак (или обед с ужином) на пару с лекарствами и поинтересоваться его самочувствием. А маме вход вообще был запрещен категорически, на что та всегда возмущенно закатывала глаза, от обиды сильно поджимая губы, и, вплоть до конца течки, даже не смотрела на старшего сына. Тот во время течки был особенно сильно на взводе и никогда никого к себе не пускал. Кроме младшего брата. По сути, Хэви всегда было разрешено навещать брата в такие дни, так как, когда он был младше, его сущность ещё не была определена. А также, как единственному члену семьи, который никак не реагировал на особенно сильные во время течки феромоны Ди, кроме желания банально обнять или приластиться, ему было можно заглянуть к нему, чтобы сделать все те действия, которые на сегодняшний день делал папа. И оттого было особенно сильно обидно, что сейчас ему тоже было нельзя — он всегда горой стоял за брата, тем более, когда их сущности наконец определились, и за его братом по всей школе началась буквальная охота. Он защищал его, отбивал, но в качестве гребаной благодарности он всегда получал лишь скупое «спасибо» и тихое «ты был не обязан». Не обязан, ага, как же! А ведь ему хотелось бы больше… Доверия. Буквально каждая альфа их школы хоть раз представляла Ди в своей постели (Хэви в такие моменты агрессивно тряс головой, искренне не желая входить в число этих самых выродков), и оттого опасность нахождения Ди в школе росла в геометрической прогрессии. А во время течки он и вовсе был вынужден остаться дома, так как его запах, который почему-то всем казался совершенно разным, усиливался в сто крат. И Хэви, который жил в комнате через стенку и, будучи альфой, имел особенно чувствительный нюх, не мог не чувствовать его, постоянно испытывая неимоверно сильное желание ворваться в комнату, дабы помочь течной омеге. То, как он скулил от боли и вожделения, отпечаталось у Хэви буквально на подкорке мозга, и каждую тихую ночь, он постыдно вспоминал эти сладкие моменты, параллельно испытывая боль оттого, что он никак не может помочь Ди в такие адские для него дни. Ещё обиднее было от осознания неправильности этого постыдного желания — да, природа требует своего, но вряд-ли она поощряла инцест. Ой как вряд-ли. Но даже не смотря на свои низменные животные желания, Хэви всегда держал себя в руках, когда находился в присутствии брата. И по той причине Ди мог вполне обоснованно ему доверять. Но доверия не было. И от этого становилось реально по-детски обидно. Вновь тяжело выдохнув, громче делая музыку в наушниках и продолжив меланхолично лазить по социальным сетям, Хэви постарался абстрагироваться от всего окружающего мира, но этот запах… Боже, порой он реально просто хотел схватить прищепку и защемить нос как в каком-нибудь смешном мультике, искренне не желая (ложь) чувствовать этот головокружительный запах. — Блять, — прохрипел Хэви, агрессивно потирая переносицу. В любой другой момент он мог бы просто сбежать из дома, но он будто бы приклеился к месту и, как бы не пытался, не мог просто взять и выйти из комнаты. Масла в огонь подливает ещё и отсутствие родителей, что было особенно плохо. Почему? Да наверное потому, что ужин в комнату Ди придется заносить именно Хэви, а сам Ди, наверняка будет категорически против этого. Но и с кровати во время течки, особенно в самый её пик, он тоже встать не может. Неужто в таком случае он останется без ужина? Данная мысль расстраивала, и Хэви очень надеялся на то, что родители все-таки смогут вернуться домой сегодня пораньше. И причина была именно в беспокойстве за брата, а не в том, что Хэви не сможет себя контролировать, ведь тот и так находится в сильном упадке сил, а целую ночь с пустым желудком он вряд-ли осилит. Было множество вариантов провести течку безболезненно, и даже с удовольствием, но Ди послал все эти варианты далеко и надолго ещё в день определения своей сущности, когда врач с широкой улыбкой объявил Ди и родителям удивительную вещь, а именно то, что их сын — омега. Когда Хэви узнал это, он знатно прихренел, ведь о парнях омегах он ещё не слышал, и, по словам отца, такие юноши огромная редкость. Но Ди всеобщего оптимизма не разделял и определённо искренне ненавидел свою сущность, отчего категорически отказывался найти себе альфу, и Хэви был уверен, что тот отказывался не только от них. Тихо застонав в ладони, Хэви все-таки схватил телефон с кровати и в спешке начал искать контакт отца, чтобы в срочном порядке позвонить ему. Волнение за Ди росло все больше и больше, и некий страх того, что ему может стать хуже, а Хэви не может ему никак помочь, вынуждал сердце биться в бешеном темпе. Папа ответил лишь спустя седьмой гудок, и за это мучительное время ожидания ответа, Хэви чуть ли не до мяса сгрыз ноготь на большом пальце, нервно постукивая ногой. Однако ответ отца на вопрос Хэви о том, когда они с мамой наконец вернутся, отнюдь не поднял ему настроение. — Хэви… Боюсь, мы вернёмся очень поздно, — с непривычным волнением произнес папа, — У нас с Вики тут произошла некая… Проблемка. — Ну нихуя себе проблемка! — послышался саркастичный мамин выкрик, на что отец явно ответил недовольным взглядом, — Что? Я по факту сказала! — Ох… В общем, Хэви, боюсь, этим вечером Ди полностью на тебе. Я оставил ужин в холодильнике, но Ди вряд-ли будет что-то тяжёлое. Предложи ему хотя бы пудинг, думаю он не откажется. Если все будет очень плохо, то в ванной, в белом шкафчике, лежит обезболивающее. — Ты же сам запрещал ему его использовать, — недоуменно протянул рыжик, виновато закусывая губу: он часто становился свидетелем скандалов Ди и отца, когда первый постоянно твердил, что ему эти обезболивающие необходимы, иначе он откинется во время одной из новых течек, на что отец всегда категорично заявлял, что от течек не умирают, а кое-кому стоит найти себе альфу. Хэви было искренне жалко брата, и даже какой-то период времени он его поддерживал, стараясь доказать папе и маме, что Ди реально нужна хотя бы одна таблетка, на что всегда получал категоричные отказы. Один раз он опустился до того, что постарался стащить таблетки, которые хранились на реально критичный случай (одна из неудачных течек, а именно прошлая, окончилась для Ди чуть ли не поездкой в больницу, и, насколько Хэви знал, и то это были догадки, Ди все-таки пришлось использовать… игрушку), но за этим действием его спалил папа, а потом долго пояснял недоумевающему рыжику, почему такие таблетки нельзя принимать постоянно. И тогда Хэви встал на сторону родителей, отчего Ди окрестил его предателем. Да, неприятно. Да, обидно. Но ради безопасности брата… Стоило пойти на это. Помолчав какое-то время, отец все-таки ответил: — Как ты знаешь, это только на особенно критичный случай. Боюсь, что после прошлого раза, каждая последующая течка будет для Ди все болезненнее, но я надеюсь, что он последует моему совету, и в таблетках нужды не будет. Мысленно представив, что отец подразумевал под своим советом данном Ди, Хэви неожиданно ярко покраснел и агрессивно потряс головой, стараясь откинуть лишние мысли. Выслушав дальнейшие инструкции от отца, в случае наступления той самой критичной ситуации, Хэви отключился, после чего ещё какое-то время сверлил пустым взглядом телефон. От раздумий его отвлёк глухой, еле слышный стон, доносящийся из другой комнаты, и, вздрогнув, Хэви медленно повернул голову, чтобы в итоге уткнуться взглядом в стену. На ней висел плакат с солисткой Arch Enemy (и висел он там уже бог знает сколько), а рядом парочка новых постеров групп, которые Хэви нашел в интернете и которые ему понравились. Какое-то время он смотрел куда-то в голубые волосы Алиссы, невольно проведя параллель с тетей Анной, и, вздохнув, встал с кресла, решив разогреть брату ужин и отнести его в комнату. От Ди больше не было слышно ни звука, и Хэви надеялся, что тот просто спит, а не реально откинулся, и тот стон не был его последним предсмертным издыханием, пока Хэви рубился в игры и от балды листал ленту в ВК. Возле двери, ведущей в комнату Ди, Хэви ненадолго замер, ощущая большой комок в горле, от которого было тяжело сглотнуть. В какой-то степени он был благодарен судьбе за то, что никому из его семьи и в голову не пришла мысль о том, чтобы расселить братьев в другие комнаты, чтобы их разделяла далеко не одна стена и дверь. Наверное, они считали, что вторичный пол ничто по сравнению с контролем и родством, так что ничего критичного произойти было не должно, в чём, по мнению Хэви, стоило бы сомневаться. Откинув лишние раздумья, Хэви рывком открыл дверь и вышел в мрачный коридор, где был выключен свет и гулял приятный сквозняк, идущий от открытого настежь окна. Благо, эта осень выдалась относительно теплой, и даже вечерами было не страшно держать окна открытыми. Спустился на кухню он подозрительно быстро. Достал из холодильника пудинг и, немного подумав, вытащил заодно папину куриную отбивную и свой йогурт, так как, скорее всего, сам Хэви его не съест и уж лучше отдаст его брату. Поставив чайник, Хэви и сам решил быстренько перекусить, пока вода кипятится, и мысленно стал решать, как можно сделать брату легче. По-хорошему, Ди бы найти альфу, которая могла бы помочь ему хоть немного. Хоть Хэви и мутило от одной только мысли об этом, головой он понимал, что рано или поздно, это все равно случится, и ему самому когда-нибудь придется искать себе пару. От этих мыслей становилось тоскливо, а внутренний зверь выл от разочарования, пока сам Хэви хмуро хлебал колу, которую он случайно увидел в недрах морозилки. Видимо, её там неосмотрительно оставила мама. Уже через пять минут, Хэви аккуратно поднимался по лестнице, стараясь не пролить чай из кружки и параллельно удержать тарелку с горячим ужином, в это же время зажимая в зубах края бананового йогурта. Пудинг в руках не поместился, и потому Хэви решил, что по приходу к брату, стоило бы спросить, будет ли тот вообще хоть что-то и согласится ли он съесть ещё и пудинг. К слову, Ди бы определено посмеялся над ним, если бы увидел его сейчас, но это было последним, о чем стоило бы задумываться, так как в следующий момент Хэви чуть не навернулся, когда не аккуратно наступил носком на самый край ступеньки. И ведь даже не сматернуться, иначе йогурт выпадет! Дошел до комнаты он с трудом, и открыв дверь ногой (благо, он неплотно её закрыл), Хэви осторожно прошел к себе, и поставил свою ношу на комод, вытащив изо рта йогурт. — Ди, ты спишь? — негромко спросил Хэви, предварительно постучавшись, но все равно не входя в комнату. Ответа так и не последовало. Какое-то время в комнате стояла тишина и, неловко потоптавшись перед дверью, Хэви тяжело выдохнул и, скрепя сердцем, открыл дверь, с неким благоговением нажимая на ручку. Дверь открылась с тихим скрипом, а сам Хэви аккуратно заглянул в комнату брата через образовавшуюся щель. И стоило ему только это сделать, как в нос со всей дури ударил тот самый запах, из-за которого у Хэви сильно закружилась голова, а внизу живота все сжалось. Выдохнув через рот, Хэви крепко зажмурился и стиснул зубы, после чего с трудом открыл глаза и с дрожащим выдохом посмотрел на Ди. А тот… Спал. Крепко зажмурившись и тяжело дыша, то и дело поворачивая голову в сторону подушки и тыкаясь в нее носом, после чего он снова отворачивался и хрипло выдыхал. Складывалось впечатление, что тот словно бы искал свежего воздуха в этой насквозь пропитанной его запахом комнате, так и не находя столь необходимое искомое. Стараясь не смотреть на то, как Ди то и дело трётся пахом о складки одеяла и сбившихся простыней, Хэви быстро занёс тарелку и кружку с чаем в комнату, чуть было не забыв про йогурт, поставив все это на комод, и поспешил к окну, тут же распахнув его. Прохладный вечерний воздух тут же хлынул в комнату, отчего шторы, которые с недавнего времени висели в комнате брата, резко колыхнули, чуть не сбив кучку книг со стола. Дышать в комнате сразу стало как-то легче, и Хэви, с облегчением вздохнув, медленно повернулся назад, с каплей жалости и сочувствия окинув Ди взглядом. Тот тут же вдохнул как можно больше воздуха и, сильнее зажмурившись, тихо проскулил. Обеспокоенно вскинувшись, Хэви тут же схватил с комода у шкафа бутылку с водой, которая к сожалению стала теплой, и, в спешке открывая её, бросился к Ди. Упав на колени рядом с кроватью и откинув крышку куда-то на пол, Хэви аккуратно притянул блондина за затылок ближе к себе и, прижав бутылку к опухшим губам, дал тому отпить немного. Проделав дальнейшие махинации с тем, чтобы сделать Ди хоть немного легче, Хэви старался сконцентрироваться в первую очередь на мысли о том, что он тут для того, чтобы накормить Ди и не дать тому откинуться из-за голода или истощения. То, что Ди проснулся, Хэви понял лишь из-за неприятного чувства, словно кто-то пытается прожечь дырку в его затылке. Сложив одеяло, Хэви отложил его куда-то у подножия кровати и, косо посмотрев на Ди, все же соизволил повернуться. — Ты как? — сиплым голосом спросил Хэви, после чего громко прочистил горло и поднял на брата глаза, полные неподдельного беспокойства и волнения. Но долго этот взгляд не продлился, так как в следующую же секунду Хэви в спешке отвернулся и подошёл к комоду, взяв в руки тарелку с ужином, — Я тут тебе это… Покушать принес. Но Ди не отвечал. Лишь все также сверлил его взглядом, но без привычной ему хмурости, что напрягало, однако из голубых глаз ни на секунду не пропала неясная Хэви эмоция, от которой воздух насквозь пропитался напряжением и чем-то тяжёлым, словно надвигалась целая буря. Кожа была непривычно бледная, и лишь скулы горели лихорадочным и явно нездоровым румянцем. Сам Ди осунулся и словно бы стал ещё меньше, а без макияжа, со спутанными кудрявыми волосами тот выглядел очень непривычно. Спокойного, равномерного дыхания как не бывало, и сейчас тот сбивчиво и тяжело дышал, как после долгого бега, плотно стискивая искусанные губы. Обычно, в таком состоянии он был только тогда, когда болел, отчего сейчас течка ассоциировалась у Хэви отнюдь не с чем-то хорошим. И если многие альфы часто думали о том, как это круто переспать с омегой, когда у той течка (хоть и шанс забеременеть у такой омеги существенно возрастает), то Хэви думал лишь о тех самых омегах, которые, как Ди, проводили её в одиночестве. И это выглядело ужасно. Хэви так и не понял, что сейчас чувствовал Ди. Он не кричал на него, не хмурился, однако так ничего и не сказал по поводу его… Внезапно, одна мысль резко ударила Хэви в голову, и, кажется, он понял почему Ди так на него смотрит. — Когда я стучался, ты спал, — запоздало сказал Хэви, неловко хихикнув и зачесав густую челку назад, — А так, я бы точно не вошёл, если бы ты запре… — Где папа? — с трудом прохрипел Ди и, поморщившись, схватил с пола бутылку с водой, тут же присосавшись к горлышку. Наблюдая за дергающимся кадыком и слушая каждый громкий глоток, Хэви не сразу вспомнил, что от него ожидают ответа, и потому, очнулся лишь после холодного взгляда Ди и изогнутой в ожидании брови, — Ну? — А, э… Он и мама уезжали по делам, хрен знает куда… — неловко ответил Хэви, неопределенно махнув рукой, на что Ди озадаченно нахмурился. — А когда они вернутся? — А, эм, не знаю. Они тоже не знают. Папа сказал, у них там какая-то проблемка, и, если верить реакции мамы на его слова, он эту самую проблемку… Несколько… Приуменьшил. Ди смотрел на него все с тем же молчаливым ожиданием продолжения, и Хэви, нахмурившись, процедил: — Хватит уже так на меня смотреть. Больше мне ничего не известно. Папа лишь сказал, что делать если тебе станет хуже и… — Мне должно стать хуже? — взволновано вскинулся Ди, отчего Хэви захотелось со всей дури дать себе по лбу. Молодец, нечего сказать, ведь сделал только хуже? — Да. Нет! — блять, — Не должно! — Так да или нет?! — чуть ли не прикрикнул Ди, после чего в панике начал тереть глаза, тяжело выдыхая сквозь зубы. Хэви взволновано наблюдал за братом, но даже несмотря на бесящегося внутри альфу, который требовал срочно успокоить расстроенную омегу, сам Хэви не двигался с места, запретив себе какие-либо лишние движения. Ведь если он позволит себе хоть немного… Потом он уже не остановится. Это правило он зарубил себе на носу уже очень давно и с тех пор всегда старается контролировать себя. Особенно в таких ситуациях. Неловко потерев шею, Хэви неуверенно протянул: — Тебе бы поужинать… — Не хочу, — глухо отозвался Ди, низко опустив голову и закрыв лицо ладонями. Нахмурившись, Хэви в раздражении мотнул головой. — Ди. Тебе нужно поужинать. Ты же потом заснуть не сможешь! — Я и так не смогу уснуть, — с таким же раздражением отозвался блондин, взглянув на Хэви исподлобья. Задохнувшись от такой наглости, Хэви плотно сжал губы и, схватив с комода тарелку с курицей, плюхнулся на кровать, и прежде, чем Ди успел что-либо возмущённо воскликнуть, уверенно протянул тому вилку. — Либо ешь сам, либо буду кормить насильно. — Ты не посмеешь, — злобно прошипел Ди, прищурившись, на что Хэви лишь злобно ухмыльнулся. — Ещё как посмею. Ешь, — от повелительного тона младшего брата по коже табуном пробежались мурашки и, поморщившись, Ди все-таки решил его послушаться, ведь тот был (как бы неприятно это было признавать) прав, но даже несмотря на это, Ди не поскупился на злобный взгляд, полный целой палитры ненависти. И если раньше от этого взгляда Хэви мог даже вздрогнуть и отвернуться, то сейчас он лишь вызывающе прищурился, протягивая Ди вилку. Резко выхватив ее из чужих рук вместе с тарелкой, Ди начал неохотно есть, то и дело поднимая взгляд на Хэви, который внимательно следил за ним. — Можешь прекратить пялиться?! — Тебя это как-то напрягает? — Да! А ещё меня напрягает то, что ты какого-то хрена все ещё сидишь в моей комнате и не выходишь! — Я слежу за тем, чтобы ты нормально поел и лег спать, — флегматично отозвался Хэви, но послушно отвернулся, взглядом окидывая такую знакомую с детства комнату. Закатив глаза, Ди недовольно процедил: — Течка — это абсолютно непредсказуемая вещь, и не факт, что после ужина я смогу спокойно уснуть, если не блевану раньше времени. И вообще, я и сам со всем могу справиться! — По тебе не скажешь, — глухо ответил Хэв, после чего пошел за чаем и йогуртом. — Дальше я сам, — категорично отозвался Ди, мгновенно выхватывая йогурт и положив его рядом с подушкой, как только Хэви подошёл обратно, и, аккуратно взяв в руки кружку с горячим чаем, постарался непринужденно устроиться на кровати. — Хорошо, — покладисто ответил Хэви и, немного замявшись, спросил, — Ты как вообще себя чувствуешь? — про пудинг тот решил не спрашивать, так как понимал, что если уж Ди еле как ест сейчас, то от пудинга он точно откажется. Тяжело выдохнув, Ди устало покачал головой и, громко отхлебнув чай, наплевав на все правила приличия, ответил: — Конкретно в данный момент, течка идёт на спад, как я понимаю. Однако уже через полчаса, все семь кругов ада я буду проходить заново, — грустно усмехнулся Ди, отведя взгляд в сторону. И то, как он это произнес, вкупе с этим его взглядом, полным явного разочарования в жизни из-за таких подарков судьбы, что-то неожиданно всколыхнуло в сердце Хэви, вызывая тянущее чувство тоски и жалости. Появилось резкое и иррациональное желание тесно прижать к себе такого беззащитного и слабого в данный момент братишку, из-за чего на этот раз Хэви не сдержал порыва и неожиданно крепко обнял блондина, отчего тот шокировано замер и чуть было не опрокинул кружку с чаем, — Хэв… — Если что я рядом, — пылко прошептал рыжик, отчего Ди крупно вздрогнул, странно задрожав, что однако, осталось без внимания со стороны младшего, — Если понадобится помощь — зови. Я кину все и приду. Хорошо? Отстранившись, Хэви с ободряющей улыбкой посмотрел на брата, однако заметив его выражение лица, обеспокоенно нахмурился. — Ди? Все в порядке? Тот смотрел на него пустым, ничего не выражающим взглядом, слегка приоткрыв губы, по которым то и дело быстро проходился язык. На мгновение Хэви показалось, что тот потянулся к его лицу, однако в следующую секунду он резко оттолкнулся от рыжего, с трудом не пролив чай, и отвернулся, широко распахнув глаза. — Да-да… Хорошо, — в спешке сказал Ди, после чего жалобно прошептал, — А теперь выйди… — Что? Н-но… — Хэви! На выход! — неожиданно громко рявкнул брат, злобно сверкнув глазами, голубую радужку которых почти полностью перекрыл расширившийся зрачок. Атмосфера в комнате снова стала заметно гуще, а запах Ди как будто усилился в сто крат, и Хэви, как только почувствовал знакомое тянущее чувство внизу живота, сам стремительно вылетел из комнаты, напоследок случайно громко хлопнув дверью. — Блять… — поражено выдохнул младший Метал, чувствуя, как бешено колотится сердце. Что это было?

***

Прошло около часа с того момента, как Хэви буквально вылетел из комнаты Ди. Около часа полного напряжения и самокопаний, которые Хэви просто ненавидел, но никак не мог их прекратить. Раздумья не прекращались ни на секунду, и, как бы тот не пытался отвлечься на что-нибудь другое, все было без толку. Он как будто бы снова вернулся в тот напряжённый период времени, незадолго до визита к Ди, когда просто понятия не имел, чем мог бы заняться. Он мог бы позвать друзей рубиться в новую игру, тем более, что у них скоро будет катка с соперниками из-за рубежа, и стоило бы хотя потренироваться онлайн. Но ближайшая игра запланирована только на следующей неделе, и в данный момент, насколько Хэви знал, вся их команда была занята своими делами. Была мысль о том, чтобы подоставать Кудряша сообщениями, однако эта идея стала неактуальна в ту же секунду, когда всплыла в рыжей голове, поскольку школьный товарищ Хэви на все каникулы уехал с семьёй в поход, и, по словам самого Кудряша, телефоны вся семья оставляет дома (что для Хэви было настоящей дикостью). Ближе к восьми Хэви уже беспрестанно ерзал в кресле, отчего то постоянно каталось то вперёд, то назад, явно проверяя нервы на прочность. В конечном итоге Хэви просто вырубил компьютер и с удобством устроился на кровати, держа в руках приставку и лелея надежду, что хотя бы та развеет скуку и изгонит лишние мысли из головы. Но все стало как будто бы хуже. Находясь вплотную к тонкой стене, Хэви прекрасно слышал каждый болезненный стон брата, сопровождаемый тихим матом и чуть ли не плачем, отчего в нем просыпалась даже более человеческая, полная сострадания сторона. Были даже мысли о том, чтобы все-таки дать ему обезболивающие, так как-то могло обеспечить спокойный сон хотя бы на час, но, вспомнив строгий взгляд отца, Хэви как-то разом передумал. Честно сказать, он даже завидовал этой способности отца, заткнуть любую альфу одним лишь взглядом, и это при том, что он сам был бетой, что становилось вполне очевидно от одного только взгляда на него, ведь, если ты вдруг захочешь увидеть смесь альфы и омеги вместе взятых, то просто посмотри на Глэма. Эту фразу как-то сказал дядя Чес, и она была как никогда правдива. Хэви бы тоже хотел себе такую способность, но будучи только растущим «пиздюком», как его любила называть мама, пока он мог только об этом грезить. Ближе к девяти глаза начали слипаться сами собой, но прежде чем Хэви окончательно отложил приставку в сторону, он решил вновь позвонить отцу и узнать, известно ли точно, когда те вернутся. — Думаю, дома мы будем только ближе к утру… — Что?! — И это ещё не факт, — добавил чей-то мужской голос на фоне, отчего мама громко сматерилась, тем самым показав всю степень своего разочарования и раздражения. — А что случилось то?! — взволновано спросил Хэви, на что отец лишь тяжело вздохнул. — Мы… Попали в ДТП, и… — Вы в больнице?! — Эм, нет. Конкретно в данный момент, мы в полицейском участке, а после этого, скорее всего поедем в мотомастерскую, поскольку, один индивидуум, — последнее слово отец буквально прорычал с неестественно широкой улыбкой, отчего Хэви испугано поежился (такого папу он видел редко и не хотел бы видеть вообще), — с которым мы столкнулись, мало того, что чуть ли не лишил нас жизни, так ещё и почти что уничтожил байк Вики. — Я этого урода сейчас… — Сама бы видела, куда смотрела! — Тишины пожалуйста!.. — Ах ты выблядок! — Вики, Вики! Чувствуя, как нижнее веко начало нервно дёргаться, Хэви медленно сжал в кулаке одеяло и, помотав головой, осторожно уточнил: — То есть… Вы будете не скоро?.. — Гх… Вики!.. Да, не скоро. К слову, как там Ди? — с демонстративным спокойствием спросил отец, явно удерживая в данный момент не только телефон, но и тяжело дышащую маму, что Хэви понял через ее тихие злобные маты вблизи телефона. — Ди… В порядке. Поел, поспал, правда сейчас у него кажется самый пик, и… Ему там… Плохо. — Вот как, — задумчиво протянул отец, после чего что-то неясно ответил мужскому голосу на фоне (скорее всего, офицеру), и после чего устало вздохнул, — Что ж, хорошо. Будем надеяться, что хуже ему не станет. Ты не давал ему лекарства? — Нет… — И не давай. Пока что… Я бы не советовал тебе заходить к Ди, но если его, мм, стоны, не прекратятся, лучше зайди к нему перед сном и проверь температуру. Если подскочила, звони мне, и дай ему лекарства. Все понятно? — Да, пап, — устало пробурчал Хэви, потирая глаза, и вздрогнул, когда в трубке послышался бойкий голос матери. — Ну пипец вы конечно! И дня без нас прожить не можете. Смотри, чтобы Дишка там не подох. Башкой за брата отвечаешь! — Но я же не взрослый альфа, чтобы следить за ним и полностью все контролировать… — неуверенно протянул Хэви, расстроено закусывая губу, на что Вики лишь громко фыркнула. — Тоже мне, проблема! Запомни Хэви: Ди — твой брат. И если уж так вышло, что из вас двоих омега — он, а альфа — ты, то ты несёшь полную ответственность за него, когда нас нет рядом. Даже если ты дашь ему лекарства, окей, без базару! Если ты так решил, значит это была вынужденная мера! И не надо мне тут, «я ж не взрослый альфа, то, да сё»! Да, ты не взрослый, но знаешь, уже и не мелкий. Так что не пиздякай мне тут лишний раз и лучше проверь братца. Потом на боковую. Мы с папкой вам позвоним ближе к десяти. Понял? — Да понял я, понял… — задумчиво отозвался рыжик, после чего ненадолго завис, вслушиваясь в громкие гудки оборванного звонка, отзывающегося эхом в ушах. Дома стояла гробовая тишина.

***

Неуверенно почесав макушку, Хэви с преувеличенным спокойствием вздохнул и уверенно посмотрел на дверь, стараясь сдержать нервную дрожь и стойкое желание развернуться и пойти лечь спать, так и не проведав брата. Но если он его не проверит, то и сам в итоге уснуть не сможет, так как, помимо вины, его будет также мучить чувство беспокойства, которое лучше обрубить на корню. Аккуратно постучавшись и дождавшись какого-то невнятного ответа за дверью, Хэви неуверенно заглянул в комнату, стараясь найти белую макушку в этой непроглядной тьме. Сам Ди в этот момент метался в смешанных чувствах. С одной стороны, ему было невыносимо жарко, и одеяло хотелось просто выкинуть в окно, а желательно самому подойти к нему, дабы получить хоть один глоточек свежего воздуха. А с другой, было ужасно холодно, и в это самое многострадальное одеяло хотелось завернуться с головой. Устало посмотрев на вошедшего Хэви, Ди тихо цокнул и отвернулся, стараясь с удобством улечься на кровати. — Чего тебе? — Ты как? — участливо спросил рыжик, плотно прикрывая за собой дверь, и облокотился на нее же, параллельно стараясь как можно меньше дышать. Проглотив всевозможные колкости по поводу визита и вопроса младшего братца, Ди раздражённо поморщился, сводя ноги и слегка отодвигаясь назад, ближе к изголовью кровати. — Хуево. Вот прям хуже не куда. — Все совсем плохо? — расстроено спросил Хэви, краем глаза заметив на тумбе пустые тарелки и так и не открытый йогурт. Ну, значит тот хотя бы смог встать. Ди на его уточнения страдальчески взвыл и, зарывшись руками в волосы, путая их ещё больше, прорычал: — Да, блять, плохо! Ужасно плохо! Но ты даже, блять, понятия не имеешь, каково это, когда у тебя течка! Никто в этом ебаном доме не понимает, каково это — каждые два месяца страдать от этой хуйни! — срывался чуть ли не на крик Ди, отчего Хэви взволновано поддался вперёд, понятия не имея, как помочь или как поддержать брата, — Каждые два месяца эта боль внизу живота, мокрые простыни и дикое желание чтобы меня кто-нибудь трахнул! — прикрикнул в итоге Ди, отчего Хэви крупно вздрогнул, — Мало того, что я омега — самый низший ранг вторичного пола, так ещё и это унизительное желание быть трахнутым во всех позах и на всех поверхностях! Это унизительно! Это отвратительно! Ненавижу… Последнее слово Ди прошептал в ключицу Хэви, когда тот уже был не в состоянии смотреть на истерику блондина и вновь крепко его обнял, на этот раз и не думая сбегать из комнаты и выпускать того из объятий. А Ди, кажется, и был совершенно не против, так как в итоге сам начал прижиматься ближе, выплакивая все свои негативные эмоции в футболку младшего, постоянно что-то шепча и судорожно вздыхая, то и дело вздрагивая от новых всхлипов. Видел ли Хэви, как Ди плачет? Нет, ни разу. Было ли такое состояние у самого Ди хоть раз? Да. Каждую течку, когда никто его не видел и не трогал, а сам он задыхался от различных противоречивых чувств, кусая губы и сдерживая свои животные желания и инстинкты, так как при нем ещё была его гордость. Эмоции до такой степени нагрузили юношу, что тому было совершено наплевать на то, кто видит его в таком состоянии, и что решит предпринять. Раньше при Хэви тот никогда не позволял себе лишних эмоций, несмотря на то, что тот его родной брат, и с детства они никогда друг от друга ничего не скрывали. Но став старше, начали. И первым все это заварил именно Ди. Сейчас, позволив себе наконец-то, как говорится, выплакаться кому-то в жилетку, он смог вздохнуть куда спокойнее. И… Именно это наверное и стало его фатальной ошибкой, так как внутренняя омега, которая столько времени ждала сильного альфу рядом, сейчас в бешенстве заносилась внутри, как только почувствовала этот приятный, крышесносный и такой родной запах. Хочу… Хэви еле сдержал удивленный восклик, когда после недолгого молчания громко сопящего Ди, который явно приходил в себя после этой маленькой истерики, он почувствовал на шее странную влагу и жар, как будто… — Д-Ди? Ты что делаешь? — удивленно и даже слегка испуганно спросил рыжик, после чего недоуменно промычал, когда язык начал более настойчиво обводить пульсирующую жилку на шее, — Ди, черт возьми! Что ты… — Заткнись, — не своим голосом прошипел блондин, в одну секунду оседлав колени шокированно моргающего Хэви, до которого очень медленно доходила суть происходящего. Что тот… — Стой! — хрипло воскликнул Хэви, стараясь отцепить от себя внезапно озверевшего Ди, который всячески старался оттянуть ворот его черной футболки, грозясь в любой момент с треском разорвать ее, дабы добраться до такой соблазнительно пахнувшей шеи. Зверь внутри Хэви заинтересовано прорычал. —Ди! Успокойся! Но тот в ответ только начал ёрзать на бедрах рыжего, стараясь как можно плотнее притиснуться к чужому телу. И стоило только чему-то очень твердому ткнуться Хэви в живот, как тот тут же скинул с себя брата, отчего Ди с тихим вскриком опрокинулся на спину. — Какого хрена?! — возмущено воскликнул Хэви, вскакивая, на что Ди только недовольно прищурился. — Это все прелести течки, мой дорогой братец, — злобно прошипел Ди, щеки которого вновь начали стремительно краснеть, — Теперь ты хрен отсюда выйдешь. — Почему это? — недоуменно спросил тот, после чего удивленно ойкнул, когда блондин на удивление крепко, для недомогающего омеги, схватил его за предплечье и с силой дёрнул на себя, отчего Хэви неуклюже свалился на брата, — Что… — Хэв… Слушай, — хрипло и тяжело дыша начал Ди, рукой скользнув под футболку младшего, пальцами ласково пройдясь по пояснице, — Мне нужна твоя помощь… — Какая черт возьми?! Прекрати! — Хэв… Проведи со мной эту течку. Хэви поражено замер. — Ч-что? — Пожалуйста! — неожиданно взмолился Ди, отчего его щёки покраснели ярче прежнего. Судя по всему, из-за стыда… — Хотя бы… Хотя бы просто пальцы… Мы никому не скажем! Никто не узнает! — Ди, ты несёшь какой-то бред! Неужели все настолько плохо? — взволновано спросил Хэви, приподнявшись на локти, отчего он недвусмысленно навис над братом. От этой картины, его кадык нервно дернулся. — Ты не представляешь насколько. П-после прошлого раза я думал такое не повторится, но… — всхлипнув, Ди с тихим стоном потерся стояком об бедро Хэви, отчего тот возмущено насупился, — В тот раз пришлось использовать пальцы… Ты бы знал, как это было унизительно! Им было трудно просто дать таблетку из-за какой-то херни, и я, как… к-как какая-то шлюха, должен был… — Ди… — Мне еле как позволили все сделать самостоятельно. И знаешь что?! — неожиданно громко воскликнул Ди, посмотрев Хэви прямо в глаза своими ярко горящими глазами, — Мне, блять, понравилось! Мне этого мало! Я столько времени терпел, не позволял себе опуститься так низко, но в конечном, блять, итоге, все пошло по пизде… Я не могу остановиться Хэв… Никак… — Ди… Ты… Ты же понимаешь, что мне и тебе нельзя… Ни в коем случае… — Хэв, — серьезно начал тот, обвив шею Хэви руками, — Я прям чувствую, как ты тоже этого хочешь… — Н-но… — Ну же, Хэв! Родителей нет, мы дома одни, никто не узнает! Ты с удовольствием проведешь время, поможешь мне, просто, блять, согласись! — Нет, Ди! Нет! Я на это не соглашусь! — пылко замотал головой младший, стараясь скинуть с себя чужие руки, но те только крепче прижались к горячей коже, склоняя рыжую голову вниз. — Хэви, ну пожалуйста! Клянусь, это только на сегодня! Я не буду об этом жалеть! — Нет! Это ты сейчас так говоришь, потому что у тебя течка! Утром ты по-другому запоешь! — злобно прорычал Хэви, стараясь встать и надеясь как можно скорее прекратить этот спектакль, но… Ничего не вышло. Поскольку в следующую же секунду, к его губам крепко прижались опухшие губы Ди, всё тело которого от одного только прикосновения пробила крупная дрожь. — Не буду, — хрипло прошептал тот, отстранившись и вновь посмотрев Хэви прямо в глаза. И если раньше зрачки были расширены только у Ди, из-за прилива сильного возбуждения, то теперь… …зрачок перекрыл зелёную радужку и у Хэви.