Другая вечность

— Макото ушла, — Яэ сидела рядом с Эи на вершине горы Ëго и с обеспокоенным видом наблюдала за тревожно сжатыми губами Райден. Это были тяжëлые времена для Инадзумы. Чудовища Бездны практически постоянно атаковали страну, заражая всë вокруг ядовитой тьмой. — Она взяла с собой меч, — Эи встревоженно взглянула на жрицу. — Мико, что если она ушла в Бездну, сражаться с этими монстрами? Яэ мягко, но уверенно, сжала дрожащие ладони девушки в своих. Грустно улыбнувшись, она подняла взгляд на Эи. — Как бы ты не решила поступить, я всегда буду рядом, — Райден прикусила губу, вглядываясь в глаза жрицы, в надежде найти подсказку в их глубине. Яэ лишь тепло улыбнулась, успокаивающе поглаживая тыльную сторону ладони девушки. Эи, пытаясь собраться с силами, сделала глубокий вдох и уверенно произнесла: — Я пойду за ней. О возвращении Райден в Инадзуму Мико узнала лишь спустя время. Яэ понимала, что Эи нужно время чтобы прийти в себя, поэтому смиренно ждала возвращения любимой. Тогда она ещë не знала, что на это уйдëт пять веков. Время, словно песок сквозь пальцы, неумолимо осыпалось пылью в прошлое. Верховная жрица изменилась. Она стала скрытной. Холодной. Никто не мог наверняка знать, что у неë на уме. Никто не видел, как бессоными ночами она горько вздыхала, уносясь мыслями в те времена, когда ничто не мешало им с Эи наслаждаться компанией друг друга. Райден тоже закрылась в себе. Буквально. Не желая больше видеть, как один за другим уходят дорогие ей люди, она создала марионетку, Сëгуна, в которой не осталось человечности. Лишь слепое стремление к вечности. Изменения пришли неожиданно, вместе с таинственным путешественником. Мико сразу положила на него глаз, будто заранее зная, что с его помощью ей удастся качнуть маятник вечности в другую сторону. В момент, когда Яэ оказалась в царстве Эвтюмии, столько всего хотелось сказать друг другу. Но нельзя. Пока ещë нет. Путешественнику удалось поколебать волю божества и вскоре Эи всë чаще появлялась на людях вместо Сëгуна. Была глубокая ночь, когда в дверь Мико постучали. Жрица, читавшая в этот момент очередной роман, отложила книгу. Пытаясь успокоить бешено бьющееся сердце, она подошла к двери, заранее зная, кто решился навестить еë в такое время. Подрагивающей ладонью Яэ медленно нажала на ручку двери, впуская в комнату свежий ночной воздух. Эи, стоявшая на крыльце, закусила губу и, не выдержав прямого зрительного контакта, отвела взгляд. — Привет… — почти шëпотом произнесла Мико. — Привет, — тихо ответила Эи. Мико жестом впустила еë внутрь. Стоило только двери закрыться, обе девушки перестали сдерживаться. — Я так виновата перед тобой, прости, прости, я такая дура, мне не стоило избегать тебя, прости… Яэ бросилась на подругу и крепко обняла еë, зарываясь носом в такое родное плечо. Эи замерла, боясь даже вздохнуть. — Ш-ш-ш, тихо, тихо, всë хорошо, — успокоила Мико девушку, поглаживая ту по спине. Эи всхлипнула, так долго она хранила в себе столько боли, столько чувств. Обняв жрицу в ответ, она уткнулась в шею возлюбленной и горячие слëзы потекли по щекам. Сквозь слëзы она продолжала шептать извинения, а Мико запустила ладонь в длинные тëмные волосы и сцеловывала слезинки с щëк Эи. С каждым вздохом, каждым поцелуем раны пятиста лет разлуки затягивались, боль потихоньку отступала, оставляя после себя только любовь и нежность. Девушки сидели на мягком диване и влюблëнно смотрели друг другу в глаза. — Я так скучала, — произнесла Яэ, убирая с лица возлюбленной непослушную прядь. — Я тоже, — Эи облизнула пересохшие губы. — Я тоже очень скучала. Казалось, будто всë время мира принадлежало им двоим. Звенящую тишину нарушало лишь биение двух тëплых сердец. Эи, будто сомневаясь, подалась вперëд. Мико, поддавшись желанию, сократила расстояние между ними и их губы слились в поцелуе. Сначала в нежном, освобождающем от многолетней боли, затем в более страстном, девушки изредка разрывали поцелуй, чтобы глотнуть воздуха, обжигая друг друга сбившимся дыханием. Нежные руки Мико аккуратно освобождали плечи Эи от кимоно из дорогой ткани, губы медленно спускались всë ниже, оставляя влажные отметки на шее и ключицах. Райден чувствовала приятную тяжесть внизу живота, дрожью реагируя на каждое прикосновение жрицы. Проснувшись утром в одной постели, они долго улыбались, с теплотой глядя друг другу в глаза. Им некуда спешить. Может это не та вечность, которую так искала Эи, но всë же, она была счастлива.