Одна миссия на двоих

POV Стив Я слышу рядом звонкий смех напарницы, она, как всегда, умеет разрядить атмосферу. Но в то же время мысли о ее ранении не покидают меня. Я беспокойно оглядываюсь буквально каждые 5 секунд, что бы проверить ее. Нам ещё долго идти и мне нужно слышать ее голос, что бы знать, что с ней все в порядке. Конец POV — Нат, а расскажи мне как проходит твой день вне ЩИТа… Романофф удивлённо оглядывается на напарника, но решает, что все же о чем то им придется болтать эти 5 часов. — итак к вашему вниманию типичный день великой и ужасной мстительницы, агента ЩИТ и той самой черной вдовы. Хотя я не знаю, что ты хочешь услышать Роджерс. Я встаю, завтракаю, иду на пробежку, в зал, потом на работу, возвращаюсь и заваливаюсь на кровать смотреть сериалы, пока не засну.  — то-есть основа твоей жизни это эта работа? Девушка смотрит на меня и отводит взгляд, полный непонятной смеси чувств. POV Стив Боже, Нат, зачем я это только сказал! Просто молодец капитан Америка, ты же всегда сумеешь поддержать напарницу в трудную минуту, мало того, что она ранена, так ещё надо было залезть в душу и попасть в самое больное. Зачем я вообще это сказал! Конец POV POV Нат Работа… Только работа… Я даже не поняла, что почувствовала в тот момент… Скорее обиду от осознания, что это правда. Я считала, что исправилась, моя жизнь стала лучше и я стала лучше. Но что по-настоящему изменилось? Я все такой же агент, целыми днями занимающийся слежкой, кражами и если надо убийствами. Что изменилось от перехода из красной комнаты в ЩИТ? Количество убийств по указу организации и по факту все. Боже ведь ничего не изменилось. Я не знаю, почему к горлу подступил ком и почему глаза наполнились слезами. А может опять сбежать? Сбежать отсюда и никогда больше не возвращаться к этой работе. Веть действительно зачем я все это делаю. Конец POV Напарники шли молча, каждый в своих мыслях и каждый ощущал вину, отчаянье. Прошло может полчаса, может час никто так и не сможет это узнать. Вот только из этой меланхолии Стива вывели сотрясения плеч напарницы. Он обернулся.  — Эй, Нат, Нат, ты чего? Кэп резко становился, встал перед напарницей, и взял ее лицо в свои руки. — нет, Нат, Наташа, не плач… Прости, прости меня, я не хотел тебе ничего говорить, я случайно, какой же я дурак. Девушка взглянула на Капитана полными слез глазами и сразу опустила взгляд.  — нет, ненужно извиняться, ты не в чем не виноват. Виновата только я, почти шепотом сказала Романофф, но Роджерс смог это расслышать. — нет, Нат, хватит, пожалуйста не надо  — ты ничего не понимаешь! Наташа, выкрикнула это и отошла от напарника на пару шагов. Ты хороший, тебя все обожают, о да почести великому Капитану Америке, который нас всех спасет! — но, Нат, ты ведь тоже всех спасаешь  — ты не понимаешь! Ты любишь свое дело, ты любишь внимание и почести, тебя все любят!  — Нат, но ведь ты также обожаема и также спасаешь мир. — Нет! Меня все ненавидят, я наемная убийца, которая случайно попала в ЩИТ, которая убила кучу людей! Я ненавижу это, меня все ненавидят, я ненавижу себя… Слезы потекли ещё сильнее, девушки сотрясалась от рыданий. Стив следуя молниеносному порывы прижал ее к своей груди, она не стала вырываться. POV Стив Боже, что я наделал, это ведь я виноват, и что же делают в подобных ситуациях. Как успокоить раненую девушку в истерике? И почему, почему она это говорит. Она же сама своими руками все изменила, и она дорога очень многим. Брюсу, Клинту, мне. Мне… Кажется она мне дорога больше чем кто-либо. Такое неожиданное осознание открылось только тогда, когда ты видишь отчаявшихся девушку и прижимает ее в рыданиях к груди. Что же чувствую к ней? И почему мне так страшно думать о своих чувствах… Конец POV  — Нат, это не так, твое прошлое не определяет твое настоящее, особенно ты в нем не виновата. Не могу говорить за всех, а я тебя… Его слова были прерваны криками, топотом и звуками летящих пуль. — Нат, пригнись. Я закрываю ее своим щитом, и мы присаживаемся на корточки… Но вот — черт, неожиданно говорит Стрив — не выражаться, передразнивает Романофф, моментально успокаиваясь. Агенты встают, прикрываясь щитом, Роджерс снова цепляет руки Наташи на себе и они бегут, бегут и бегут. Адреналин вновь циркулирует в крови и агенты, давно привыкшие к таким погоням, лишь раззадориваются. Пробежав солидное расстояние, Нат спотыкается об ветку, падает, держится за ногу и шипит. — Нат! Чшш, тихо, все нормально. Времени на раздумья нет, Роджерс подхватывает девушку на руки и сажает ее себе на спину. Погоня продолжается ссади все ещё слышны голоса… ... Наконец то все стихает. — вроде оторвались  — угу Кэп аккуратно снимает напарницу со спины и сажает ее на землю, облокачивая на дерево. Нат морщица  — дай посмотреть — что ты дырки в ноге никогда не видел, говорит Нат, ехидно ухмыляясь — я все равно посмотрю. Стив пропускает мимо ушей ее реплику. Он разматывает бинт.  — рана воспалилась, это плохо — ничего переживу Роджерс промывает рану, меняет бинт.  — шшшш  — потерпи, все хорошо. (Про себя: хотя выглядит очень даже плохо). Романофф пытается встать, приподнимается, но сразу падает, на глаза навертываются слезы. — нет, нет, Нат, что ты Кэп решает дать девушке обезболивающее. Они ждут, пока оно подействует. Достается карта, и сверяется маршрут. — удивительно, но за время пока мы убегали мы, пробежали большую часть пути и даже в нужную сторону. Сейчас минут через 20 мы должны наткнуться на речку, дальше вниз по течению ещё час и мы на месте. Капитан помогает Наташе встать и снова облокачивает на себя.  — больно? — под обезболом терпимо — пойдем нам ещё немного осталось