А если бы она цвела вечно?

Розовые лепестки осыпались на каменную плитку, и слабый ветерок медленно уносил их к дороге. Много цветов упало в холодную воду. Словно кораблики, они плывут по течению, сталкиваясь друг с другом. "Полундра! Вражеский корабль пробил левый борт! Полундра!" Хах... Сакура прекрасна... Она появляется лишь раз в году на пару дней, но именно это делает её такой волшебной и желанной. На неё можно смотреть часами, слушать шелест лепестков, вдыхать вишнëвый аромат и пытаться запомнить каждый изгиб веточек до следующего цветения. Акааши вдохновлялся сакурой. Каждый раз, когда почки начинали раскрываться, он приходил в парк, садился на старую, любимую лавочку, которая невероятно удобно стояла между аллеей и улицей, чтобы любоваться розовым деревом. Он поднимал глаза на цветы, удивлялся, будто видел их впервые, опускал голову в блокнот, делал пару нежных движений карандашом, и снова поднимал взгляд к предмету обожания. Сакура наполняла его, давала сил и спокойствие. Кейджи рано утром вышел на улицу. Тёплый ветер щекотал лицо, только собирающееся солнце поприветствовало его очки, из-за чего парню пришлось отвернуться. День обещал быть хорошим, учитывая то, что цветёт сакура. Он поправил рюкзак, убрал подножку со старого велосипеда, и закрутил педали, выезжая на улицу. Машин почти не было, но даже их отсутствие не позволяло Акааши нарушать. Например, поехать посередине асфальта, прямо по линии разметки, а потом покрутить руль серпантином. Однажды он так сделал, и разлился прямо под светофором и велосипедом. Так что теперь ездит просто ровно и по дорожке для его двухколёсного друга. Парк всё также цвëл, а его любимая лавочка послушно стояла на месте, ожидая Кейджи. Парень спешился, ведя велосипед в руках, а потом пристроил его за спинкой лавочки, сам присел на край и глубоко вдохнул. Знакомый запах вишнёвых косточек проник в нос, и полностью разбудил первого гостя. Акааши достал из небольшого рюкзака блокнот, перевернул пару страниц и провёл карандашом. Снова перевёл взгляд на сакуру. Казалось, он никогда не перестанет ею восхищаться. — Как красиво... - протянули рядом, и Акааши буквально подпрыгнул, выронив блокнот. Он моментально поднял его с земли, переводя взгляд на подошедшего. Им оказался высокий, плечистый мужчина, странного цвета волос. Что-то пепельное, с тёмными концами. «Очень странный цвет. Но довольно интересный» - подумал Кейджи, представляя, какие бы цвета можно было смешать, чтобы получить похожий результат. Наверное, это его интересовало больше в силу профессии, чем любопытства к мужчине. — Вы меня напугали, - признался Кейджи, продолжая оценивать набросок на бумаге. Чего-то не хватало. — Извини. Можно сесть? - улыбнулся мужчина. Акааши искренне удивился, ведь в парке было много свободных лавочек из-за времени, но возражать не стал. Как-никак, его набросок похвалили, так что он просто не может отказать. — Конечно, - кивает парень, возвращая внимание сакуре, но его снова отвлекают. На этот раз звук падающего велосипеда. — Ой, извини! - вскакивает мужчина, подхватывая велосипед, - Я случайно задел спиной. «Такой-то тяжело не задеть» - смеëтся Акааши. Велосипед ему совершенно не жаль, ведь тому не сегодня-завтра на пенсию. Хотя идти домой пешком довольно далеко. — Тут беда, - шепчут виновато за спиной, и Акааши со злобой откладывает блокнот. — Что такое? — Цепь слетела... Кейджи замечает, что собеседник расстроен. Да что уж там, расстроены даже его волосы. Возможно, они даже в депрессии, ведь опустились так низко, что Акааши хотелось открыто смеяться. — Так поставьте на место, - улыбаясь, говорит он, и мужчина расцветает на глазах. Волосы возвращаются на место, и он снова готов жить. — Поможешь? Акааши глубоко вдыхает. Запах вишни уже не чувствуется, так как нос к нему привык, и парень обходит лавочку, наклоняясь. Наконец, он рассматривает виновника аварии на его, Акаашином, райском месте. Мужчина одет в шорты и футболку. На горле видны мокрые пятна. «Бегал, скорее всего» — Приподними заднее колесо, - командовал собеседник, и Акааши послушно это делает. Жилки на его нежных руках напрягаются, хотя не очень-то и тяжело, но парень помогает как можно усерднее, чтобы вернуться к рисованию. Мужчина, который хорошо пугает, а ещё и хорошо ломает, старательно надевал цель, испачкавшись в мазуте, прокрутил педаль, и заднее колесо сделало финальный круг, перед тем, как Акааши опустил его на землю. — Готово, - улыбнулся спортсмен, аккуратно смахнув пыль с лица обратной стороной ладони, чтобы не испачкаться. «Сказал так, будто я сломал цепь и попросил помочь» - усмехнулся сам себе Акааши. Он видел, что собеседник старше, но чувствовал, что тот намного наивнее и добрее самого Кейджи. — Спасибо, - улыбается парень и собирается вернуться к изначальному занятию, но его вновь отвлекают. — Нравится сакура? Парень приподнял голову, глядя над оправой очков снизу-вверх. Вопрос его не то что ошарашил, просто не у кого из знакомых он не наблюдал заинтересованности в этом дереве. Возможно, она им нравилась, но не до такой страсти, как Акааши. — Да... Я очень люблю это место. — Я тоже. Приехал сюда на недельные соревнования, и каждое утро бегаю по округе, а сегодня заметил эту аллею. Она чудесна... - ни чуть не преувеличивая протянул мужчина, переводя глаза на цветы. — Чудесна. Акааши не знал, что ответить. Ещё никто не разделял с ним мнение, какая сакура прекрасная и неземная, кроме этого незнакомого мужчины. — Я Бокуто. Бокуто Котаро, - первый нарушил молчание спортсмен, протягивая ладонь. — Кейджи Акааши, - улыбается Акааши, также протягивая руку, но замечает мазуту на пальцах Котаро, и пожимает её чуть выше ладони. Говорить что-то ещё было лишним, поэтому Кейджи продолжил рисовать, ощущая на себе восхищённый взгляд Бокуто. От этого становилось неловко и приятно одновременно. Когда на следующий день Акааши приехал на свою любимую лавочку с цветными карандашами, чтобы закончить рисунок, то уже увидел Котаро. Тот развалился на спинке, тяжело дыша. «Бегал... » - замечает Акааши и тихо садится рядом. — О, Акааши, привет! - кричит Бокуто, резко восстановив дыхание. — Доброе утро, - улыбается Кейджи словно своему старому товарищу и присаживается на край лавочки. — Сакура почти отцвела... - замечает он с ноткой грусти, и разворачивает блокнот. Он хотел запечатлеть каждый этап этого дерева. От раскрытия почек, до оголëнных веточек. — Жаль. Ведь именно в этом месте она такая красивая. Я больше нигде не видел такой аллеи, а побывал я много где, - сказал спортсмен, наконец переведя дыхание в привычное. Кейджи согласно кивнул. Он тоже много где был по работе, но этот парк ему понравился больше всего, поэтому каждое утро он приезжает сюда. «Мы похожи... » - усмехнулся сам себе Акааши, и провёл карандаш по железным колечкам блокнота. Почему-то хотелось разговаривать, а не рисовать. — А что за соревнования? Я слышал, что на днях был или будет спортивный фестиваль. Вы сюда приехали? Бокуто явно обрадовался внимаю, принял ровное положение тела, но всё же усталость после пробежки заставила согнуться, сомкнуть руки в замок и положить их на мощные бëдра. — Да, мы приехали на этот фестиваль, но участвую я только в волейболе. Точнее участвовал. Вчера вечером. Акааши удивился, ведь сам ходил когда-то на волейбол, и даже было хотел об этом сказать, но посчитал, что его любительские навыки даже не стоит сравнивать с умениями человека, который занимается этим профессионально. — Если бы я знал, то пришёл... - протянул парень, окончательно отложив блокнот. Котаро засиял ещё ярче, и казалось, что можно ослепнуть он наличия его и солнца, но Акааши спасала тень от сакуры. — А я и забыл пригласить. Волновался сильно целый день. Но мы победили, - улыбнулся мужчина, и Акааши стало так спокойно, будто он действительно находился с давно знакомым человеком. И это чувство не покидало его до конца их прогулки. Акааши аккуратно поставил тарелку от недавно съеденного омлета на подставку, вытер мокрые руки о кухонное полотенце, и готов был выходить на свидание со своей любимой сакурой, как вдруг бутерброды, приготовленные для него и Бокуто, не оказались под столом. — Эй! Ты что наделала?! - крикнул он на кошку, которая с большим удовольствием уплетала колбасу. — Брысь отсюда! - быстро махнул он рукой, чуть не получив когтями по костяшке, но кошка решила, что правильнее будет убежать. «Дурной знак» - подумал Акааши, выбрасывая остатки от бутербродов в мусорное ведро. Он очень надеялся, что Бокуто скрасит это неудачное утро. Когда он подъехал к лавочке, то увидел, что он сакуры ничего не осталось. Даже лепестки на плитке убрали рабочие. Он пристроился на краю. Настроение стало ещё хуже, но он всё ещё полагался на Котаро, который по времени уже должен был заканчивать пробежку. Но его не было. Как бы Кейджи не осматривал парк в поиске знакомой «интересной» причёски, он не находил её глазами. «Он уехал... » - решил Акааши, пряча руки в карман. Поднялся небольшой ветер, и ветки сакуры жалобно заскрипели, словно прощаясь с парнем, а он так и сидел на краю лавочки, под голым деревом, в полном одиночестве...