Цена иной реальности.

Моё имя — Сабрина Харрис, мне 20, и у меня есть абсолютно всё. Почти всё. Начнём с самого начала. Я родилась в городе Остин, штат Техас. У меня была любящая семья, мать, отец и старший брат — Лиам. Первый год своей жизни, как не странно я его хорошо помню, моя жизнь была прекрасна. Но после года, что-то пошло не так. Своё первое слово я сказала, когда мне было 9 месяцев. Слово это — папа. Вся семья радовалась этому событию. Дочь сказала своё первое слово, папа радовался вдвойне, для него это было честью. Но счастье длилось не долго. Спустя пол года после этого радостного события папа внезапно заболел, сколько врачей его не обследовали, никто не мог сказать чего-то точного. А спустя ещё пол года он умер. Спустя ровно год, после моего первого слова. Мама была потеряна, остаться с двумя детьми, так ещё и в декрете было достаточно трудно, поэтому она приняла решение переехать в другой город, где жила мать моего отца, то есть моя бабушка. Так я оказалась в Далласе. Бабушка с любовью и заботой приняла невестку и двоих внуков, первое время обеспечивала всех нас сама, затем спустя время на работу вышла мама. Теперь меня воспитывали и мама и бабушка, сменяя друг друга каждые два дня. Так постепенно мне исполнилось три. Моему же брату было семь. В тот день мама ушла на работу, а бабушка осталась с нами дома, мы с Лиамом пошли играть во двор, бабушка Аннетт же была на кухне, занята готовкой. Не знаю как, но мы вышли с территории дома и оказались возле какого-то озера, Лиам стоял возле края берега и в один момент его как будто толкнули, он упал в воду. Конечно же он не умел плавать, он барахтался в воде, прося помощи, пока я стояла в нескольких метрах и просто наблюдала за этим, даже не пытаясь что-то сделать. К счастью или к сожалению в последний момент, отчаянные крики моего брата услышал мужчина, проходящий мимо, он кинулся в воду и вытянул почти бездыханного брата из озера. Вызвал скорую и его откачали. Брат выжил. Ещё один год проходил более спокойно, мне исполнилось четыре, мама и бабушка начали работать каждый день, поэтому приняли решение нанять нам няню. В первый же день мне не понравилась эта женщина, она пришла к нам со своим сыном, который был немного старше Лиама. Берта — так звали нашу няню, даже не смотрела за нами, она просто сидела на диване, смотря свои тупые телешоу, а её сыночек — Вильям, в то время издевался надо мной и моим братом. Так продолжалось недолго, приблизительно неделю, в тот роковой день он начал трогать меня и смеяться, Лиам решил заступиться, но был слабее, Вильям начал бить моего брата, а я взяла нож и ткнула им мальчика. Берта услышав невыносимый крик своего сына, прибежала на кухню, увидев у меня в руке небольшой окровавленный нож, а на полу лежащего Вильяма, она вызвала скорую, полицию, отобрала у меня нож и начала кричать. В этот момент мне было плевать на её крики, мне это только приносило удовольствие. Через несколько минут возле дома была куча машин и моя мама, скорая увезла раненого, полиция поговорила с няней. Из-за моего возраста никто не хотел верить, что именно я взяла нож и совершила это действие, все думали на Лиама. Первый день меня и моего брата забрали к детскому психологу, полиция провела какие-то эксперименты, выяснив, что это всё-таки сделала я. Следующий год я два раза в неделю посещала детского психолога. Няня согласилась не выдвигать никаких претензий ко мне и моей семье, ибо мы могли выдвинуть взаимные претензии, а тратить деньги и время она не желала. Мне исполнилось пять, меня отправили в нулевой класс. Там мне не нравилось, куча детей, которые меня постоянно раздражали, многие слышали о ситуации с Вильямом, поэтому многим детям даже запрещали подходить ко мне. Спустя несколько месяцев, я решила, что больше не хочу ходить в эту школу, в тот день мы ссорились с бабушкой, она хотела, чтобы я осталась в этой школе и училась до конца года, моим желанием было обучаться дома. В один момент, ссора прервалась, бабушка упала на пол и больше не кричала, я села возле неё. — Ладно, ты больше не пойдёшь туда. — сказала она тогда, и в тот же момент умерла. Я сидела возле её мёртвого тела ещё несколько часов, когда пришла мама, она услышала меня, я рассказывала бабушке сказку, а когда мать зашла на кухню, увидела труп. Мама взялась за телефон, чтобы вызвать скорую. Но я остановила её со словами. — Она уже мертва, её не спасут. — и улыбнулась. Мама в страхе вызвала полицию и медиков, те констатировали смерть и её причину, у бабушки остановилось сердце. В этот день мама уже не справилась. После смерти мужа, её добила смерть свекрови. Она начала пить, бросила работу, со временем, мы были вынуждены продать дом и переехать в Чикаго, где жил мамин знакомый. Так и начались мои скитания по миру. В Чикаго мы долго не продержались, переехали в Митчелл в южной Дакоте, Портленд, штат Мэн, Дуглас, Вайоминг, и ещё куча городов, в одном из которых мать пересекла на наркоту. В тот момент мне исполнилось десять. Моя мамаша познакомилась с таким же нариком, как она сама и мы переехали в Орландо, где жили ещё два года. Тот нарик, с которым мы жили, в один прекрасный день умер от передоза в нашей квартире, матери было плевать, что дети в одной квартире с трупом, она жила как и обычно, курила, нюхала, трахалась с какими-то неизвестными мужиками, пока кто-то из соседей не пожаловался на запах в квартире и не вызвал ментов. В один из дней, к нам в квартиру заявилась полиция, в этот момент, как раз, моя мать трахалась с мужиком, который был готов дать ей несколько грам наркоты, если она будет ублажать его. Менты обнаружили труп нарика, арестовали и мать и её ебыря, отправив нас с братом в службу опеки. Тот раз маме повезло, её не лишили родительских прав, вернув её домой, и отдали нас с Лиамом обратно, при условии, что она прекратит нюхать и курить. Условия она выполняла, но только первый месяц, затем снова к нам начали заявляться алкаши и наркоманы. Как-то раз к нам заявился наркобарон, у матери не было денег на очередную дозу, поэтому этот страшный мужик, заметил меня и сделал ей выгодное предложение. За то, что я сделаю ему минет, он даст ей дозу. Мать конечно была рада этому приложению, поэтому без раздумий, привела его ко мне в комнату, заявив, что я должна делать всё, что мне скажут, заперла дверь снаружи. Я была просто в ступоре от страха, поэтому даже не могла сопротивляться, он раздел меня до гола, снял свою одежду, а затем начал управлять мною. Он поставил меня на колени, поднял мою голову и устрашающе сказал — только попробуй ослушаться! Мужчина был в несколько раз крупнее меня, поэтому у меня не было даже надежды на спасения, не было выбора, я делала всё, что он мне говорил. В тот момент, я впервые в своей жизни почувствовала невыносимое чувство отвращения, и его член в моем рту. Он двигал моей головой так, что его член был в моей глотке и я не могла дышать, спустя пять минут этого издевательства, он излился в меня и заставил всё проглотить. Спокойно оделся и бросив меня на холодный пол ушёл. После этого, я ещё неделю сидела возле унитаза, чтобы больше не чувствовать ужасный вкус его спермы. Он ещё пару раз заходил к нам, и мать снова и снова закрывала меня с ним в одной комнате. Мне уже было тринадцать, брату семнадцать, когда к нам заявилась проверка, обнаружив обдолбаную мамашу. Нас с братом снова забрали. На этот раз мать, к счастью, лишили родительских прав, и мы с братом должны были попасть в приёмную семью. Изначально нас хотели разделить, отдать в разные семьи, но нам повезло, и нас забрала семья из Атланты, где было уже около двадцати детей, и все были взяты под опеку. В этой семье я провела четыре самых лучших года в своей жизни. Мне было семнадцать, моему брату исполнилось двадцать один год, когда один из наших опекунов умер при несчастном случае, попав в аварию с ещё несколькими детьми. Служба опеки дала разрешение моему брату быть моим опекунов до моего совершеннолетия, и я была рада этому. Но не всё так просто, у меня больше не было возможности учиться, моему брату приходилось работать, чтобы обеспечить нас двоих, я хотела ему помогать и тоже начала работать. Так прошёл год. Мне исполнилось восемнадцать и я уже могла отвечать за себя. В этот период брат нашёл себе девушку, она невзлюбила меня и всячески настраивала Лиама против меня. Он повёлся, они вместе переехали в Остин, а я осталась одна в Атланте. Мне приходилось пахать, чтобы обеспечить себе достойную жизнь и надежду на хорошее будущее. Когда мне было уже девятнадцать, у меня появился парень, это была моя первая любовь, как думала я тогда, но он оказался полным кретином, я работа, обеспечивая нас двоих, пока он спал с другими девушками, в квартире, которую снимала я. Поняла я это достаточно поздно, он уже привык к комфорту, поэтому каждый раз, когда я пыталась с ним расстаться, у него появлялись какие-то причины этого не делать. В один из дней я полностью отчаялась и сама не заметив как, сказала о готовности пойти на сделку с дьяволом. Вечером возвращаясь домой, недалеко возле своего дома я встретила привлекательного мужчину, который непонятно от куда знал меня, и как-то мы оказались уже в моем доме. Он представился Люцифером. — Прям как Дьявола. — пошутила я тогда, а он посмеялся. — Именно. — сказал он. И в тот же момент ко мне пришло осознание, я вспомнила о желании заключить сделку. — Твоё желание ещё в силе? — спросил он. Я была так разочарована в жизни, что других вариантов у меня не было. — Да, в силе. И тогда я заключила сделку с дьяволом. В моём распоряжении теперь было всё, деньги, власть, известность, любовь окружающих, всё что я пожелаю, могло стать моим. Но какова обратная сторона этого всего? — У тебя не будет чувства, до тех пор, пока я не заберу свою плату. — молвил Люцифер. Кажется — жить без эмоций и чувств это прекрасно, я тоже так думала, но это не так. В конце мы утвердили сделку, подписавшись под ней своей кровью. И с того дня, я стала той Сабриной, которой являюсь сейчас. Прошёл год со дня сделки и я иду по красной дорожке с мировыми знаменитостями, всё бы ничего, но я одна из них, за этот год я снялась в десятке самых популярных фильмов, меня знает каждый встречный и каждый из них меня любит, тысячи мужчин пытаются добиться моего внимания, но никто до сих пор не смог. Я стою в компании с несколькими известными мужчинами, когда к нам подходит какой-то парень — Эйдан Галлагер. Да, это точно он, помню как несколько лет назад я его обожала и была его ярой поклонницей, но сейчас все изменилось, при виде него я ничего не чувствую. Парень вежливо здоровается с каждым из присутствующих, он решил познакомится со мной, я это знаю. Мы знакомы уже достаточно долгое время, он всячески ухаживает за мной, и мне бы очень хотелось ответить ему, но я ничего не чувствую. Мой план таков, нужно чтобы Люцифер забрал свою плату и вернул мои чувства. Не успеваю я подумать об этом, как в дверь стучат, я открываю, передо мной стоит Люцифер. — Мне нужен твой плод. — улыбается он. — Не поняла. — говорю я, хотя всё прекрасно поняла. — Я хочу забрать твоего ребёнка. — просто отвечает он, заходя в дом. Мне нет смысла перечить ему, это сделка, и она была подписана моей кровью. — Хорошо. — просто отвечаю я. Снова слышу стук, понимаю, что скорее всего, это Эйдан пришёл. — Ты должен уйти. — говорю я и направляюсь к двери. Открываю. И вправду. Это Эйдан. Пускаю его в дом и обнимаю его. Оборачиваюсь — Люцифера уже нет. Я решаю не медлить и приступать к делу. — Эйдан, мне нужно с тобой поговорить. — мы садимся за стол. — Что ты хочешь мне сказать? — нервничает он. — Ты мне давно нравишься, и я думаю, что действительно люблю тебя. — говорю я. Он улыбается. Отвечает тем же. Мы вступаем в отношения, но я всё же ничего не чувствую и не могу порадоваться, как бы этого не хотела. Месяц… Два… Четыре… Полгода… Я просыпаюсь утром от того, что меня тошнит. Бегу в ванную. В моей голове сразу появляется осознание, что я беременна. У меня нет никаких эмоций по этому поводу. Из-за того, что я шумела, проснулся Эйдан. Он тоже понял и принёс мне тест. Беру тест, делаю, жду. Да — я беременна. Я выхожу из ванной искривив самую радостную улыбку. Эйдан рад. Даже не знаю, что скажу ему, когда ребёнок просто не появится или исчезнет после родов, но это не проблема. Придумывать я могу. Каждый день после того, как мы узнали, что я беременна, Эйдан ухаживает за мной и не отходит не на шаг, он очень заботливый. Мне даже как-то не хочется его расстраивать. Так проходят все девять месяцев, мне нужно рожать, меня привозят в больницу, начинаются роды, одно из преимуществ сделки — я не чувствую боли и страха. И как и стоило ожидать, врач принимающий роды — Люцифер, собственной персоной. Он подходит ко мне и улыбается. Роды проходят легко и быстро. — Ваш ребёнок не выжил. — слышу я от медсестры. Я знала это, но делаю вид, что глубоко опечалена и начинаю плакать. Ко мне снова подходит врач, смотрит мне в глаза и улыбается. Я начинаю чувствовать боль. Слезы уже не фальшивые, а настоящие. Даже как-то жалко ребёнка стало, но я выросла хладнокровной, поэтому успокаиваюсь. Меня перевозят в палату, ко мне приходит Эйдан. При виде него я начинаю чувствовать, это так странно, я так давно не испытывала никаких эмоций, будто что-то новое. Он грустный и кажется плакал — мне его жаль, он же не знает ни о чем, но о смерти ребёнка ему уже точно сказали. Он просто молча меня обнимает и мы начинаем плакать. — Мы справимся. — шепчет он. И да, я об этом знаю, Люцифер забрал свою плату и дальше я могу жить спокойно. — Эйдан! — кричу я, когда ставлю тарелки с едой на стол. — Что? У меня стрим! — кричит он из другой комнаты. — Я есть приготовила. — говорю я открывая дверь в его комнату. — Хорошо, бегу. — Отвечает он и прощается со своими зрителями. Он приходит ко мне на кухню и обнимает меня со спины, нежно целует в шею. Как же приятно чувствовать эмоции. — Садись кушать. — говорю я. — приятного аппетита. — Сабрина, ты занята? — спрашивает Эйдан. — Нет. — отвечаю ему я. — Давай снимем вместе видео, подписчики давно просят. — обнимая меня говорит парень. Я конечно же не в силах отказаться, обожаю снимать видео с Эйданом, это так уютно и приятно. — Ребят, вы ещё долго? — спрашивает режиссёр. — Нет, уже выходим. — говорит Эйдан, когда мы выходим из трейлера. Ни для кого не секрет, чем мы там занимались. — с тобой все хорошо? — спрашивает Роберт. — Да, все хорошо, принеси мне воды. — говорю я, меня снова рвёт, Эйдан сейчас на съёмочной площадке, мне помогает его коллега — Роберт. Роберт приносит мне воду и я выхожу из туалета. Я снова знаю причину, я опять беременна, надеюсь на это раз все будет хорошо. Сейчас я полноценно могу радоваться своей беременности, поэтому, жду пока закончится сцена Эйдана, бегу в аптеку и покупаю тест. Он положительный. Теперь можно делиться с Эйданом. Очень не хочется его расстраиваться во второй раз. — Все, Эйдан, ты свободен! — говорит режиссёр. Эйдан уходит с площадки и подходит ко мне. — Едем домой? — спрашивает он. Я киваю и решаю, что расскажу ему все дома. Мы идём к машине. Едем домой. Заходим в дом, делаем всю рутину и Эйдан садится в кресло, чтобы немного отдохнуть. — Я сейчас вернусь говорю я. — ухожу в ванную. Там я спрятала тест. Беру и выхожу, держа руки за спиной. Видно что Эйдан устал и смотрит в пол, поэтому подхожу к нему незамеченной. — У меня есть для тебя сюрприз. — Тихо говорю я. Он поднимает усталые глаза и улыбается мне. Он очень чудесный человек, я уверена, что он будет отличным отцом. Я вынимаю руки из-за спины и протягиваю ему тест. Он сначала смотрит и ничего не понимает, видимо думает, что это шутка. Спустя несколько мгновений он смотрит мне в глаза. Я киваю. На его глазах появляются слезы. Он обнимает меня. Я тоже начинаю плакать. Мы оба радуемся. — Неужели?! Я так рад. — он поднимает и кружит меня. — Надеюсь в этот раз все будет хорошо. — говорит он, отправляя меня второй раз в роддом. — Не волнуйся. Всё будет хорошо. — успокаиваю его я. На этот раз я чувствую все, как меня режут, мне больно, в этот момент я даже задумалась, что без чувств было хорошо. Но мысли снова пропадают. Я родила. У нас сын. Эйдан берет ребёнка на руки, ласково смотрит на него и плачет от счастья. Роды закончились буквально несколько часов назад, у меня нет сил, но я наблюдаю за этой милой картиной. — Как вы назовёте малыша? — спрашивает Лорен. — Мы думаем, Томас. — отвечает ей Эйдан. Его мама кивает и улыбаясь смотрит на ребёнка. — Малыш Томас. — нежно говорит она. Эйдан забирает меня из больницы. Он старается одновременно помогать мне и крепко и аккуратно держать Томаса. Это так мило. Он действительно хороший мужчина и отец. Ребёнку пол года, Эйдан почти все свое время уделяет мне и малышу, не отходит от нас не на шаг. Я знаю, что он боится потерять нас. — С днём рождения, Томас! — говорит Эйдан поднимая мальчика. Нашему малышу уже год, в честь этого мы устроили небольшой праздник в кругу самых близких людей. Малыш смеётся и обнимает папу. Я безумно рада, что выбрала именно этого мужчину как спутника своей жизни. — Я люблю тебя. — шепчет Эйдан целуя меня в шею. Мы стараемся быть как можно тише, чтобы не разбудить Томаса. Он только недавно уснул в своей комнате. — И я тебя. — отвечаю ему я и мы одновременно подходим к пику удовольствия. Томас уже идёт в школу. Мы с Эйданом держимся за руки, смотря как наш недавно родившийся сын уже идёт в первый класс. Мы очень счастливы вместе и обожаем Томаса. — Может быть ещё дочку? — шепчет мне на ухо парень. Я честно говоря не против, но сейчас не время для этого диалога. — Поговорим дома. — кусаю его за ухо. — Я беременна. — уже в третий раз говорю я. Мы снова невероятно счастливы. За последние лет 6-7 моя карьера отошла немного на задний план, я реже стала сниматься, но былую популярность и любовь не утратила. — У вас девочка. — улыбается доктор. Я радостная выхожу из кабинета УЗИ. Эйдан все понимает по моему лицу. Он поднимает меня и целует. — Как я рад! Снова время ехать в больницу, и снова Эйдан волнуется. Мне кажется стоит ему рассказать все, но я боюсь, поэтому молча уезжаю. Снова роды и все тоже самое, на этот раз снова появляется тот доктор с первых родов — Люцифер. Меня пугает его присутствие. Это явно не к хорошему. — Не бойся, я не пришёл за тобой или твоей дочкой. У меня есть другое дело. — слышу я голос дьявола. Меня переводят в палату, я остаюсь сама, почти сама, рядом стоит он — Люцифер. — Хочешь увидеть своего первого ребёнка? — улыбаясь спрашивает он. Я боюсь, но киваю. Дверь в палату открывается. Заходит мальчик лет, наверное, восьми. — Это твоя мама. — говорит Люци мальчику. — Привет, мам. — ребёнок смотрит прямо мне в глаза, он полная копия своего младшего брата, мне почему-то невероятно страшно, он стоит предо мной и я понимаю, что он не живой ребёнок, это ребёнок дьявола. — Ты скучала за мной, мам? — он смотрит прямо в душу. Не могу найти слов. Киваю. — И я скучал. — холодно говори он. Он видимо хотел ещё что-то сказать, но кто-то начал открывать дверь, я повернулась на звук и когда вернула взгляд обратно, в палате уже никого не было. В палату зашёл Эйдан с нашей новорождённой дочерью и уже подросшим сыном. — Как назовём малышку? — спросил Томас. — Лайла. — отвечаем мы с Эйданом. Я потихоньку отхожу от встречи с первым сыном и стараюсь забыть как страшный сон, но знаю, что это со мной навсегда…