Кто ты такая?

      Дин был в замешательстве. Сильном. Все их действия были направлены на то, чтобы вернуть прежнюю Хоуп. План был жесток, но обычные разговоры точно бы ничего не дали. Все это прекрасно понимали. У них получилось, но какой ценой? Майклсон заперлась у себя в комнате и никого не подпускает вот уже два дня. А Дин не может найти себе место. Она ведь сказала… Сказала, что любит его. А он в тот момент настолько удивился этому, что просто растерялся. Сделал вид, словно этого не было. И пытается делать вид до сих пор.       Дин не знает, как вообще правильно реагировать на такое? Что он может дать Хоуп, кроме как угрозу её жизни?       Все, кто сближался с Винчестерами, рано или поздно покидали этот мир. Даже Кроули, решив наконец им помочь, умер. Сама Хоуп потеряла свою человеческую суть и стала трибридом, помогая Винчестерам.       Дин боялся потерять её окончательно. Те месяцы, что её не было, казались пыткой, каким-то издевательством. Каждую ночь перед сном он только и думал о матери и девушке, что застряли в другом мире. Что возможно они даже мертвы.       Дину тяжело было воспринимать, что они наконец здесь. К Мэри он уже заново привык, ведь она так или иначе была где-то рядом. Но Хоуп вернулась только сейчас и о её присутствии говорит только запертая на замок дверь, которая раньше была всегда открыта.       Дин часто туда заходил. Садился на кровать и пустым взглядом буравил стену. В первые несколько дней после попадания Хоуп и Мэри в другой мир, у Дина в душе творился полный хаос, смешанный в добавок с потерей Кастиэля. Но с каждым новым днем остатки и хорошего, и плохого медленно тлели, оставляя за собой гнетущую пустоту.       Теперь же Дин пытался вновь по крупицам выстроить свой внутренний мир, где не просто «умерли все бабочки». Нет, там уже давно образовалось целое кладбище и периодически пополнялось новыми потерями.

***

      Хоуп вышла из комнаты и направилась к выходу. На пути она встретила Мэри, чей взгляд смягчился, когда перед ней оказалась Майклсон.       —Как ты, милая?—спросила Мэри, нежно беря девушку за руку.       —Хочу прогуляться,—ответила Хоуп и неловко добавила:—Одна.       —Конечно. Если будет что-то нужно, ты говори,—кивнула Винчестер.       Женщина проводила Хоуп взглядом и вздохнула, когда за ней закрылась тяжёлая дверь бункера. Девушка вышла из комнаты, это было уже прогресс. Мэри хотела бы хоть чем-то ей помочь, но понимала, что сейчас ей нужно лишь время и спокойствие, чтобы разобраться в самой себе и в том, что с ней случилось за последние несколько месяцев.       —Это только что Хоуп вышла?—уточнил Сэм, выходя с кухни и смотря на маму. —Может не надо было её одну отпускать?       —Ты боишься за её самочувствие или за то, что она может кому-то навредить?—уточнила женщина.       —Оба варианта, —честно ответил Сэм.—Она вернула эмоции, от которых бежала неделями. Кто знает, что творится у неё внутри. Тем более Кетча тут тоже нет…       —Ты думаешь, она захочет отомстить?—удивилась Мэри. —Не Кетч убил Вики и Грея. Более того, он хотел этому помешать.       —Но знает ли об этом Хоуп?—задал скорее риторический вопрос Сэм и вернулся на кухню.       Мэри задумчиво повернулась к двери. Женщина не подумала о том, что у Хоуп может появится жажда мести. Они столько времени провели рядом с друг другом, Мэри хорошо знала и понимала девушку. И месть никак не сочиталась с мягкой и добродушной Хоуп, которую Мэри привыкла видеть.

***

      Майклсон бежала по лесу, отталкиваясь лапами по мягкой земле. Недавно прошёл дождь, отчего трава была мокрой. Белоснежная волчица уже давно была испачкана в грязь.       Хоуп бежала и бежала, не разбирая дороги. Голова была как никогда ясная, а на душе воцарился едва ощутимый и совершенно не стабильный, но все же покой. Этого так не хватало девушке в последнее время, а волчья сущность напоминала ей родителей. Как ей не хватало Клауса и Хейли. Они были всем, а стали лишь горьким напоминанием собственных ошибок.       Хоуп скучала по близким. Фрея, Ребекка, Кол и Марсель… Они ведь были где-то там, в другом мире, возможно не помнили её, но все же были.       В первое время Хоуп отбросила попытки вернуться, считала, что там никому не нужна, ведь её не существует для них. Да и не было ни единого намёка, как вернуться домой. Но теперь… Теперь есть Джек, у которого получилось перенестись в другой мир. Появилась крохотная надежда, что когда-нибудь Хоуп вернётся к своим родным.       Теперь её здесь ничего не держит. Она ни за кого не несёт ответственность, ведь Вики и Грея больше нет. С Мэри пусть они в хороших отношениях и будет тяжело прощаться, но не настолько, чтобы отказаться от возвращения к семье. С Сэмом тоже неплохие отношения, а с Дином…       С Дином все намного тяжелее, чем было когда-либо. Хоуп было тяжело признаться в своих чувствах даже себе, она избегала их как огня. Девушка сама не понимала, почему это делает. Может из-за возраста, ведь Дин был старше её больше чем на десять лет. Может из-за их постоянно натянутых отношений. А может она просто боялась, что любовь окажется невзаимной. И ведь так и случилось.       Хоуп жалела, что сказала тогда о своих чувствах. Не хотела смотреть теперь в глаза мужчине и видеть там безразличие. Это медленно резало на кусочки. Она избегала даже случайных встреч с Дином, заперлась у себя, лишь бы не услышать из его уст что-то на подобии «Я люблю тебя как сестру» или «я тогда просто отвлекал тебя, зная, что ты в меня влюблена».       Хоуп помнила, что случилось в баре, когда она была без человечности. Эти секунды воспоминаний заставляли сердце бешено биться в грудную клетку, а после глухое осознание выбивало весь дух из легких: он её не любит. Ведь разве молчал бы он после её признания? Разве бы не сказал в ответ, что любит? Нет, сказал бы, если бы любил…       Знал бы кто-то, как хочет Хоуп услышать от него заветные слова. Как хочет оказаться в его объятьях и искренних поцелуях. Но этому не бывать, и девушка это прекрасно понимает.       Именно поэтому она решилась найти способ вернуться в свой мир. Здесь нет человека, за кого бы она держалась. Пришло время вернуться домой.       Хоуп остановилась и посмотрела на бункер из далека. Ей не хотелось туда идти, контактировать с кем-либо. Она бы с радостью заперлась где-то и не выходила до того момента, пока Джек не поможет ей вернуться в свой мир.       Железная дверь бункера заскрипела. Кто-то выходил оттуда. Хоуп поддалась секундному животному порыву и запрыгнула на выходящего человека. На Дина.       Мужчина смотрел удивленным взглядом прямо в глаза волчице. Она по хозяйски поставила лапы на его грудь, оставляя грязные пятна. Едва слышимый рык заставил ускорить сердцебиение Дина. Но он не двигался, продолжал молча смотреть на волчицу, пока та не слезла с него и не скрылась за деревьями.       Винчестер медленно встал, глядя в ту сторону, куда ушла волчица. Он понял, что это была Хоуп, а теперь наблюдал, куда же она делась.       Хоуп, приняв человеческое обличие, накинула на себя рубашку, скрывая голое тело. Она присела на корточки, оперевшись спиной об ствол дерева, и прикрыла глаза, до конца возвращая себе человеческий разум и убирая повадки животного из головы.       —Хотела меня покусать?—спросил Дин.       Он не смог промолчать. Точно мужчина не знал, насколько далеко сейчас Хоуп, но был уверен, что она все равно его услышит.       —Больно надо кусать старое мясо.       Майклсон как ни в чем не бывало вышла из-за деревьев, уже успев натянуть на себя джинсы. Девушка шла босиком, а в руках держала кроссовки.       —Я старше тебя всего на лет десять, —фыркнул Дин.       —Пятнадцать,—поправила его Хоуп. Она остановилась рядом с ним и повторила: —Ты старше меня на пятнадцать лет, дедуля.       Майклсон ушла в бункер, изо всех сил держа свои эмоции при себе и не подавая виду. Дин проводил её взглядом, в котором читалось непонимание, сменившееся на вину. Она злилась на него, и он прекрасно понимал причину этому. Но упрямо отдергивал от себя мысль рассказать ей о всем, что чувствует. Ему было проще отвергать свои эмоции, чем поддаться им и заключить эту девушку в свои цепкие объятья и такой же поцелуй.       Хоуп сходила в душ и освежилась. Грязь присохла к коже и стягивала её, вызывая неприятные ощущения. Девушка вышла из душа и стала вытерать волосы, а после забросила полотенце на дверь, чтобы оно высохло.       —Можно с тобой поговорить?—спросила Мэри, аккуратно проснувшись в комнату через приоткрытую дверь.       —Я не хочу говорить о своих эмоциях, о том, что делала, пока была без человечности, и какое моё состояние на данный момент. Нам все ещё есть о чем говорить?       Хоуп говорила спокойно, не показывая раздражения или других отрицательных эмоций. Она прекрасно понимала, что Мэри беспокоится за неё, потому совсем не злилась на женщину.       —Тогда что бы ты хотела на ужин?—как ни в чем не бывало спросила Мэри и неловко улыбнулась: —С меня, конечно, повар неважный, но я буду стараться.       —Я съем все, что приготовите, —пожала плечами Майклсон. —Но сначала я съезжу в больницу и возьму донорскую кровь. Начинаю чувствовать жажду.       —Я могу составить тебе компанию,—сказала женщина, на что Хоуп приподняла брови.       —Не надо ходить за мной по пятам, я не сорвусь.       Тон девушки стал серьёзнее. Забота это одно, но излишняя опека никогда не была приятной.       —Если так уж и боитесь, то я не против, если компанию мне составит Джек.       Этим она убьёт сразу двух зайцев: останется с ним наедине, чтобы никто не слышал их разговора, и никто не будет лезть ей в душу.       —Хорошо.       Мэри растроенно натянула улыбку и покинула комнату Хоуп. Та быстро переоделась и высушила волосы, после чего направилась за Джеком.       Уже через десять минут они сидели молча в машине, пока та рассекала дневную трассу.       —Почему со мной ты решила поехать?—все же спросил Джек. —Я в моральной поддержке не очень понимаю.       —В этом и плюс, ты не разбираешься и не будешь лезть с этими вопросами, —отозвалась Майклсон. —Но тебя вопросами я все же подастаю немного. Как мы все таки вернулись в этот мир? Ты смог открыть портал и Дин с Кетчем прошли через него за нами?       —Нет, они нашли другой способ с помощью благодати архангела и заклинания,—ответил Клайн.—Почему не спросила об этом у Дина или Сэма? Они точно знают, что нужно для заклинания.       —Мне сложно сейчас говорить со всеми Винчестрами. Я хочу побыть в покое, понимаешь? А они со своим беспокойством развивают во мне тревожность.       —А я думал что это из-за того, что ты призналась Дину в любви, а он промолчал.       Джек сказал эти слова совсем не со зла, до конца даже не понимая, как сильно ударил ими по Хоуп. Она поджала губы и уже пожалела, что выбрала бесцеремонного нефелима.       —Я понимаю, что дела душевные для тебя это нечто неизведанное, но когда ты говоришь кому-то, что его чувства невзаимны по отношению к другому человеку, то ему очень неприятно и даже больно,—терпеливо разъяснила Майклсон.       —Если у тебя что-то болит, то я могу это исцелить,—пожал плечами Джек.       —Ты не можешь исцелить душу своими силами,—проговорила со вздохом Хоуп.       Она мягко усмехнулась из-за непосредственности нефелима и того, как он все воспринимает буквально. Они довольно много времени провели рядом друг с другом, чтобы Майклсон это знала. Она даже немного скучала по таким фразам Клайна, пока была без человечности.       —Но если ты мне поможешь кое в чем, то это точно ослабит мою душевную боль,—проговорила Хоуп.       —Что нужно делать?—воодушевленно спросил Джек.

***

      Сэм вошёл на кухню и застал там Дина с бургером в зубах и ещё одним в руках. Младший Винчестер даже бровью не повел на это, прекрасно зная своего брата.       —Пиво, я так понимаю, уже стоит в твоей комнате?—уточнил Сэм.       —А ты рубишь фишку,—усмехнулся Дин.       Он направился к выходу, однако голос брата заставил его остановиться.       —И долго ты собираешься заедать свои чувства бургерами и заливать это все пивом?       —До завтра, потом съезжу за коньяком,—отозвался Дин и продолжил свой путь.       Он вошёл в свою комнату и уселся на кровать. Поставив ноутбук себе на ноги, Винчестер удобнее устроился и начал искать фильм, параллельно потянувшись за пивом.       —Вот это многозадачность,—хмыкнул Сэм, стоя у него в пороге.       —Если собираешься читать мне нотации, то кыш отсюда,—фыркнул Дин.       —Я тебя не понимаю. Почему ты не скажешь Хоуп, что её чувства взаимны?       —У тебя неверная информация,—отозвался старший Винчестер. Он сделал несколько глотков и внимательно уткнулся в экран ноутбука, на котором начался фильм.       —А то я не видел, как ты виновато смотришь на неё.       —Ну да, мне жаль, что чувства невзаимны,—пожал плечами Дин.       —А когда они были в другом мире, ты просто по приколу днями сидел в её комнате?       —Мне нравятся эмоциональные качели после наших ссор. Вот заскучал.       —Ты невыносим, —сказал Сэм и, махнув на брата рукой, покинул его комнату.