***
—Думаешь, сработает?—уточнил Джек, потерев глаза. Они уже давно слипались, но спать было некогда. Хоуп и Джек не знали, когда вернуться обитатели бункера, потому действовали быстро и без отдыха. —На крайний случай это вряд ли меня убьет,—пожала плечами Майклсон и обвела взглядом найденные ингредиенты. Они перекопали все книги, имеющиеся в бункере. Для Хоуп это было не так сложно, имея суперскорость. Она прочитала все быстро, но ушло время на обдумывание полученной информации. Собрав все найденные данные воедино, они создали заклинание для перехода в другой мир. По крайней мере надеялись, что оно сработает. —Осталось понять, каким образом мы добавим твой вампиризм сюда. Божья благодать более чем осязаема, в отличии от твоей вампирской сущности, которая просто является частью тебя. Хоуп задумалась на слова нефелима. Это оставалось единственным вопросом в их заклинании. —Для каждого вампира важен их синий лазурит — камень, что защищает их от солнца. Я же являюсь трибридом, и солнце меня не обжигает. Если бы это было не так, можно было бы его попробовать, как символ моего вампиризма,—Майклсон начала рассуждать, пытаясь найти ответ, но уже давно думала об этом, так ничего и не решив. —Больше я не представляю, что может подойти. Не вырывать же мне свои клыки,—нервно усмехнулась она. Джек усмехнулся, но сказать было нечего. Это тупик. —Давай просто попробуем добавить мою кровь и посмотрим, получится ли,—вздохнула Майклсон после нескольких минут раздумий. —Это не опасно?—уточнил Джек. —Кто знает, — Хоуп пожала плечами, а после подмигнула Клайну:—Но нас с тобой ведь не так просто убить. Хоуп порезала свое запястье над чашей. Прежде, чем рана успела зажить, немного крови капнуло на прочие ингредиенты. Взяв чашу в правую руку, Майклсон отошла чуть дальше от стола, захватив листок с написанным заклинанием. —Прежде, чем мы попробуем, я хочу сказать, что была рада познакомиться с тобой. Рада познакомиться со всеми вами, —произнесла девушка, чувствуя влагу в глазах. Она поглубже втянула воздух в лёгкие и выдохнула. —Если все получится, то возьми в моей комнате на столе письмо. Зачитай при всех, это мои прощальные слова. Джек кивнул, чувствуя в груди необъяснимую тяжесть. Ему было трудно определить, что именно это такое. Прежде, Джек чувствовал такое, когда узнал о смерти матери. Это что-то сродни боли, но иной. Не от ран. Это горечь предстоящей утраты… Хоуп посмотрела на лист и начала читать заклинание. Она сделала его подобным тем, что есть в её мире для лучшего контакта с собственной магией, однако ингредиенты для открытия разлома были из этого мира. Таким образом она соединила все, что знала и не знала, надеясь, что не сделает хуже и её знаний достаточно. Её волосы стал отбрасывать ветер, вызванный заклинанием. Хоуп продолжала читать, чувствуя слабость внутри. Внезапно перед ней пространство начало медленно расходиться, словно ткань мироздания раскрывает перед ней свои руки. —Получается,—пробормотал Джек, стоя недалеко и наблюдая за всем этим. Когда разлом был достаточным, Хоуп отставила опустевшую во время заклинания чашу и быстро подошла к Джеку, бегло его обнимая. —Спасибо, —проговорила она и отстранилась, возвращаясь к разлому. —Я буду о тебе думать. —И я… —Что происходит?—спросил Дин, стоя в пороге бункера. Хоуп на секунду обернулась на него и поджала губы. Не существовало трех слов, чтобы описать все, что она бы хотела. Вернув свое внимание к разлому, девушка заметила, как оно начинает тускнеть, словно вот-вот закроется. —Нет-нет-нет!—закричал Дин и быстро преодолел расстояние, хватая Хоуп за руку. Но Майклсон уже сделала шаг и частично вошла в разлом, потянув невольно за собой и Дина. Когда они оба исчезли, разлом закрылся, а Джек перевёл удивленный взгляд на Мэри и Сэма, что стояли в дверях бункера и все это видели. —Что вы наделали?—спросил Сэм, крепче хватаясь за поручень, чтобы все переварить. —Хоуп хотела вернуться домой, и мы сделали подходящее заклинание, чтобы заменить благодать архангела на её вампиризм, —ответил Джек. —Но Дина в нашем плане не было, он не должен был попасть туда. Мэри, присев на ступеньки лестницы, запустила руки в волосы и опустила голову, не представляя, что делать дальше.***
На обдумывание сложившейся ситуации понадобилось время. Сэм сидел за столом с Мэри и разговаривал о том, что делать дальше. Джек пришёл к ним, держа в руках бумажку, сложенную в несколько слоев. —Хоуп просила зачитать это, когда уйдёт, —проговорил Клайн и развернул бумагу:—Знаю, что прощаться вот так через письмо, это как минимум нечестно по отношению к вам. Но боюсь, что этих слов я не решусь сказать в слух, просто духу не хватит. Я всех вас люблю, вы стали мне семьёй, и я безумно благодарна, что попала в этот мир и именно к вам. Вы все заботились обо мне по-своему и я пыталась делать это взамен. Мне горько прощаться с вами, но у меня есть и другая семья. Я уже слишком долго не была дома и должна была вернуться туда, откуда пришла. Глядя на прошлое, на то, что мы преодолели вместе, у меня наворачиваются слезы счастья. Я была счастлива рядом с вами не смотря на пройденные ужасы, ведь вы были рядом и поддерживали. Люблю вас всех. И, Дин, я уже говорила это, когда только вернула человечность, тебя я люблю совсем по-другому и не могу находиться рядом с тобой, зная, что это невзаимно. Простите меня все за этот уход и не пытайтесь вернуть. Ваша Хоуп. Мэри, тихо всхлипнув, закрыла лицо ладонями, пряча свои слезы. Сэм поджал губы и смахнул слезу, стекающую по его щеке. —С Хоуп понятно, но что делать с Дином?—спросил Джек, аккуратно складывая бумагу и кладя её на стол. —Я не знаю…—прошептал Сэм и посмотрела сначала на Джека, а после на маму. —Не знаю…