Эксперимент №8

                        Вечер. 19:12.       Пик проснулся только вечером. Разлепив веки, он попытался отойти от сна. Дабы сделать это эффективнее, он решил чуть размять мышцы. И когда же он приподнялся и сел на кровати, то сразу же почувствовал боль в теле. Боль хоть и была резкая, была не настолько сильная, чтобы издать хоть какой-то звук боли. Он лишь зажмурился, обхватив одной рукой плечо второй. Больше всего боли было в спине.       Пробуждение Пика заметил и сам Феликс. Он внимательно следил за ним, и по его действиям было прекрасно понятно, он чувствует боль.       Это было хорошо. Почему хорошо? Потому что это лишь первая стадия того, чтобы свершилось задуманное.       Феликс взял телефон, чтобы позвонить директору. Он быстро нашёл его номер, моментально позвонив ему. Важно было сказать что пока всё идёт гладко.       На радость Куро ответил быстро, видимо, не сильно занят. -Слушаю. -Товарищ Куромаку! Спешу обрадовать. Пик только что проснулся, и по нему не трудно сказать, что тот ощущает физическую боль.       Даже если новость была положительная для учёных, для самого Пика же, она была не очень. Всё таки это он тут марионетка. Пик уже догадывался, что вся боль из-за вещества что ему ввёл Феликс ещё утром. Он лёг обратно на кровать, решив что до завтра вставать уж точно не будет. Тем более в теле до сих пор ощущалась слабость, как от сильно действующего снотворного. -Это хорошо. Что ж, продолжай следить за ним и записывать любые изменения. И в поведении, и во внешности. Кровь его возьмёшь только через неделю. -Так точно!-и Феликс повесил трубку.       Это был только первый день... Что ж, посмотрим, "Дальше-хуже" или "Дальше-лучше" будет с нашим подопытным.       Сейчас я вам лишь опишу как прошли две недели, и как же изменилась жизнь нашего Пикуши.

***

            День второй.       На удивление боли практически не было. Но Пик продолжал страдать от скуки. Да просто умирать! Тут совсем нечего делать! Всё что и делал Пик, так это ходил по камере. Самое «лучшее» занятие, которым можно себя занять.       Феликсу и самому не особо много работы нужно было выполнять. Он лишь поинтересовался у самого Пика о его самочувствии, и на этом всё.             День третий-четвёртый.       У Пика вновь начала болеть спина, но уже хуже, чем в первый день. И болела она так, будто её сейчас разорвёт. Феликс же ели как добивался ответа от самого подопытного, ведь тот и так отвечал с неохотой и злостью. Ему не нравилось что его тут держат как крысу подопытную. Хотя в какой-то степени так оно и есть.       На четвертый день волосы начали потихоньку приобретать фиолетовый цвет, и две пряди волос вытаращились вверх, став плотнее. Выглядели они совсем как рога, только из волос.             День пятый.       Наконец произошло нечто более значимое. На спине Пика прорезались крылья. Этого только все и ждали. У него появились небольшие крылья, пока ещё только покрытые небольшим пухом. Феликс моментально позвонил Куромаку и сообщил об этом, на что тот уже скоро оказался на месте. Куромаку был доволен. Отныне Пик достоин получить свой номер, в знак того, что он подопытный этой лаборатории. Он больше не имеет своего имени.       Теперь он только "008". У него больше нет собственного имени. К нему больше не будут обращаться как к "Пику", только как к "008". Но об этом же он и сам должен знать, верно? Поэтому Куро лишь ради его реакции и ответа зайдёт в камеру, чтобы сказать о лишении его имени.       Вот дверь камеры распахнулась. Куромаку спокойно прошёл в глубь, сразу обращая внимание на подопытного. Тот в свою очередь сидел на кровате, обхватив руками плечи. Всё же Пик чувствовал себя хреново и морально, и физически. Какие тут плюсы? -Здравствуй, для тебя новость. У тебя больше нет имени,-на этой фразе Куро сделал совсем небольшую паузу, дабы посмотреть на реакцию подростка. Тот в свою очередь удивлённо посмотрел на директора лаборатории, не понимая, как же так-но, у тебя есть номер. Отныне ты "008". Это всё что я хотел сказать. -Что!? Как?! Почему Вы лишаете меня имени?! Почему какой-то номер - это моё новое имя?!       Но на вопросы "008" Куро не стал отвечать. Он лишь высокомерно посмотрел на испытуемого, показывая, что как бы это он тут главный. Пику ничего не оставалось как смириться с этим. Он не мог сделать ни-че-го. И это огорчало.       Куромаку удалился из камеры, а после отправился обратно к себе в кабинет, приказав Феликсу продолжить работу.             День шестой-седьмой.       С каждым новым днём 008 всё больше ужасался, осознавая, во что он превращается. Крылья росли всё больше, причём достаточно быстро. С ними было неудобно, и он пытался к ним привыкнуть, честно, но они и спать мешали. Он не мог спать на спине, на боку, только на груди, и то, это не так уж и удобно. Но выбора не много. Да даже банально прислониться к стенке, крылья ничего не дают сделать.       Феликс с восторгом наблюдал за экспериментом. 008 теперь нечто уникальное, запертое от чужих глаз. Его лико было чисто, и кажется, стало только чище от использованного препарата. Куромаку так же был доволен тем, что они создали.       Совсем недавно, команда от их лаборатории зачистила одну из старых, заброшенных советских лабораторий, что находилась в дали от глаз человеческих. Хорошо изучив это место, исследователи нашли старые препараты, которые по правде говоря, за такое время стали ядовиты. Но учёные не теряли надежды, и изучив состав тех элементов что ещё как-то сохранили своё свойство, воссоздали этот препарат. Мучались над ним они два месяца, испытав на некоторых животных. Но некоторые вещества, что были добавлены в старый препарат, просто напросто превратились в яд, из-за чего их было не возможным опознать. В описании в этой лаборатории говорилось, что этот препарат создаёт огромного монстра. У него отрастают когти, клыки, огромные крылья чёрного цвета, при чём именно чёрного. Волосы подопытного приобретают синий оттенок, а само лицо искажается. Появляется больше морщин, хотя подопытному было лет 20. Он вытягивает в росте, что только больше ужасало. По характеру он становится агрессивней, а регенерация улучшается. Он очень быстро мог восстанавливать утраченный клетки тела, кровь, органы жизнедеятельности.       Всё внимательно просмотрев, Куромаку пришёл к выводу, что их вариант препарата будет получше. Подопытный не ухудшил свой внешний вид, оставаясь привлекательным человеком, и только крылья выдавали в нём не того самого человека. Но когти так же росли быстро, и сам испытуемый не давал их стричь. Но выросли они до определённого уровня. Проверив ротовую полость, ученые убедились что и клыки подросли. Но на счет генерации стоило подождать, рано пока проверять на нем это.       Но объект стал всё больше сопротивляться, и нужно было это исправить. Куромаку важно подчинение, чего отказывался делать 008. Есть такое, что некоторым испытуемым, вешали на шею электрический ошейник, или же просто электрошокер. Удар достаточно сильный для обычного человека, но для такого как 008, он легче переносится, хоть и больно так же было. И только ради подчинения Куромаку нацепил на объекта электрошокер. В любом случае, он сделает всё что угодно, лишь бы боль прекратилась. Это то и нужно ученому. Возможно, пока он точно подчиняется, потому что знает о последствиях, и крайне не хочет их.             День седьмой. Прошла неделя.       Объект 008 уже неделю находится в этой лаборатории, этой камере, этих условиях. Пора было бы и кровь сдать. Но вот возникла такая проблема, что 008 наотказ не хотел её сдавать. Феликс просил его по хорошему, но объект никак не соглашался. Он размахивал уже не маленькими крыльями, полностью покрытыми перьями. Но Куро отдал пульт от электрошокера Феликсу, и тот видимо сильно разозлился на 008. Он быстро достал пульт, а заметив его, объект хотел что-то было сказать, но только вот не успел, ощутив резкую боль. Он надеялся что её будет меньше, но Феликс его и не жалел. 008 упал на колени, уже захлёбываясь в боли, прося прекратить эту боль. Феликс сжалился, опустив кнопку. У объекта дыхание участилось, и он поднял лишь раздраженный взгляд на ученого. Всё таки ему не оставалось ничего кроме как подчиниться и сдать свою кровь на эти жалкие анализы.       Куромаку, узнав об этом, лишь только похвалил Феликса за смелость, ведь не каждый захочет так жестоко обращаться с живыми существами. В этой лаборатории всё достаточно строго, и учёным не важны чувства испытуемого. Им важен сам результат того или иного действия/эксперимента. Сюда ведь устраивают не абы кого.       А что насчёт самого 008, то тот чувствовал себя обиженным. Его начали использовать как куклу. Будто учёные - это злые подростки, что так отчаянно хотят изуродовать тело бедной, потрёпанной куклы. Но тут ситуация обстоит немного иначе. Учёные не будут добивать его, они будут его испытывать на протяжении долгого времени, может, и вечности.             Неделя и один день.       Первая неделя - это ещё не всё, но осталось совсем немного. Но казалось бы... Что ещё нужно? А вот сейчас и узнаете.       Феликс уже обсуждал с каким-то другим работником о том, что же они будут делать с 008, когда нужно будет проводить опыты. И ничего не предвещало беды, как вдруг объект закричал от боли, схватившись за глаза. Феликс моментально подбежал к сидящему на своей кровати испытуемому, попытавшись выяснить, что же произошло. 008 сидел полностью сжавшись и дрожа от боли, "обмотавшись" своими крыльями. Он никак не хотел убирать руки от глаз, сопротивляясь на любые просьбы и действия Феликса. Единственное что что понял из этого сам учёный, так это то, что у объекта болят глаза. Феликс рванул в кабинет, там уже вызывая Куромаку на помощь, ведь не понимал что делать. У него ничего с глазами происходить не должно было. Но тогда что такое?       Когда же Куромаку прибыл на место, 008 просто сидел и дрожал, больше не издавая звуков. Неужто голос сорвал? А ведь и вправду, горло у него заболело. Он всё так же скрывал своё лицо в ладонях, из-за чего не было видно ничего что сейчас нужно было Куромаку. Это только больше не понравилось директору, и тот насильно раздвинул руки подопытного. 008 сильно зажмурил глаза, из них же текли реки слёз. Он чувствовал обжигающую боль в своих глазах. Этого Куромаку не предвидел, ведь в описании старой и бывшей лаборатории ничего не писалось про глаза.       Куромаку стоял рядом с объектом, и спустя небольшое время он начал потихоньку успокаиваться. Наконец можно у него поинтересоваться, вдруг может это он с собой что-то сделал? Куромаку встал прямо перед подопытным, и приподняв его лицо за подбородок, попытался взглянуть в его глаза, которые он так усердно скрывал веками. Лицо всё ещё было мокрое от слёз, мокрые дорожки от них всё ещё были видны. -008, можешь сказать, ты что-то сделал с собой ?       Объект лишь всхлипывал, не в силах что-либо сказать. Он приоткрыл рот, он пытался хоть что-то сказать, но не получалось. Куромаку это понял, и отпустив объекта, попросил Феликса за ним присмотреть, а сам отправился в свой кабинет. Сам Феликс не знал куда и зачем отправился Куромаку прочь от камеры, но с объектом остался.       Ждать долго не пришлось. Куромаку уходил в свой кабинет, и когда вернулся, сразу же открыл рот не сопротивляющегося объекта. Осмотрев его горло с помощью небольшого фонарика, понял что тот сорвал голос. Директор устало вздохнул, и отойдя от 008, приказал Феликсу надеть на объекта повязку на глаза, после чего удалился обратно в свой кабинет. Феликс приказ выполнил, после уходя заниматься своими делами. Они решили подождать, может, испытуемый сам почувствует когда нужно снять эту повязку с глаз.             Неделя и четыре дня.       Всё это время 008 ничего не говорил, и ничего не делал. В основном он только спал или сидел на кровати. О чём он думал, даже близко не понятно. И кормил его Феликс, сам то он не видел, и не мог поесть самостоятельно. Выглядел он более опустошенно чем раньше. Он конечно раньше тоже выглядел не особо радостным, но сейчас уж совсем смысла жизни лишился.       Новый день, а Феликс всё ждал, когда же 008 снимет повязку. Казалось, это у него сейчас терпение лопнет, и он сам пойдёт и стянет эту чёртову повязку с лица крылатого, но наконец он заметил движение в нём. Он поднял голову, внимательно всматриваясь в действия испытуемого. Он же, наконец снимал повязку. Феликс не сводил взгляд. И когда же объект снял повязку и повернулся на учёного, тот слегка прифигел. На него смотрела пара жёлтых глаз. Ну, это немного из далека кажется что прям жёлтых. Жёлтым лишь стал белок глаз испытуемого, а вот радушка, оставалась чёрной. Завидев это, Феликс позвонил директору, сразу начав рассказывать о произошедшем. А ведь они не прогадали : испытуемый сам снял повязку.       Куромаку пришёл к Феликсу наведать подопытного. На тот момент он сидел на своей кровати и просто изучал свои крылья, и делал это уже не в первый раз. Он часто так делал от скуки. Директор прошёл в камеру, и подойдя к 008, внимательно глянул в его глаза, подняв его лицо за подбородок. Сейчас на это действие объект отреагировал иначе, не так как четыре дня назад. Он сразу отмахнул своей рукой руку учёного, слегка раздражённого на того смотря. Куро же не особо ярко отреагировал, всё же, с этим препаратом он и должен был стать агрессивней по характеру. -Я даже и не думал что глаза так же приобретут новый вид-начал Куромаку, отходя чуть дальше от подопытного-что ж, теперь я полагаю, на этом всё. Приходи завтра ко мне в кабинет в часов так 12. Обсудим кое-что связанное с "008".       После своих слов с обращением к Феликсу Куромаку снова удалился. Уже вечерело. Феликсу так же стоило заканчивать работу. И к счастью её оставалось не много, лишь заполнить небольшой бланк объекта "008" и пополнить журнал.       При уходе из своего кабинета, Феликс на последок взглянул на нашего крылатого, что находился за толстым слоем стекла. Тот в свою очередь спокойно сидел на кровати, вдупляя в стену, с таким же безразличным лицом. Было его жалко, да. Но он больше не являлся человеком, и здесь, сострадания он больше не будет получать в таком количестве, как тогда, когда ещё был на свободе.       Феликс выключил свет в кабинете, и приглушил его и в камере, намекая испытуемому что пора бы уже и спать ложиться. Он это понял, и лишь немного оглядевшись, лёг на кровать. Теперь он обездвижено лежал, совсем как мертвец, хоть таком и не являлся. Наконец очередной день ада закончился.