Королевские секреты

На часах перевалило за полночь, жёлтый месяц висит на черном небе, скрываясь за облаками. Звёзд практически не видно, стоит мертвая тишина. Юноша пробирается сквозь траву и деревья, хрустя под ногами ветками и спотыкаясь о еле заметные пеньки. Он слепо идёт по направлению сада, выставя вперёд руки, чтобы не наткнуться носом на дерево. Непроглядная тьма делает своё и через пятнадцать минут, приспособившись к прогулке в темноте, глаза юноши привыкают. Различать дорогу становится не так трудно, из-за чего парень ускоряет шаги. Он торопится, потому что его ждут. Сегодня одеваясь на ужин, принц прошептал, что будет ждать в двенадцать ровно, в вишнёвых садах. Эти слова были сказаны в самое ухо, от чего уши предательски покраснели, румянец перешёл на скулы и шею, а по спине пробежала толпа мурашек. Он не смог ослушаться. Он не хотел ослушиваться. Камердинер* еле слышно шагает по сухим веткам и практически не дышит. До входа в сад осталось буквально чуть-чуть. Для такого статуса парень очень даже молод, но принц Хван захотел в личные слуги именно его, они практически одногодки, из-за чего молодому господину очень комфортно с таким же молодым слугой. Принц разговаривает с ним без приказного и серьезного тона, постоянно улыбается и до боли в сердце обожает телесный контакт. Ему нравится закидывать на него руки, виснуть на хрупких плечах слуги, пока тот выбирает в чем господину пойти на прогулку. Принц так же любит запах придворного, аромат его до одури пьянящей шеи, свежий запах каждодневно мытых волос, идеально выглаженная рубашка и ливрея* слуги, так же хорошо пахнут. В данный момент времени ливрея распахнута, а рубашка неровно застегнута. Слуга так торопился, что сейчас выглядит до дрожи в коленях мило, из-за своей небрежности. И все же он натыкается лицом на ветку, которую по невнимательности упустил из вида. Она мажет ему прямо по щеке, царапая нежную кожу, но из-за листвы это получается гораздо мягче. Парня это немного пугает, из-за чего он делает осторожный шаг назад, разглядывая преграду и в следующий момент, отодвигая ее рукой. Он продолжает так же быстро идти, пока не натыкается на неяркий свет в густоте деревьев и светлую макушку длинных волос. Придворный замедляется, задерживая дыхание и стараясь идти как можно тише. Он тихо наблюдает за своим господином. Как тот вытягиваясь на носочках, тянет худую руку к веткам и цепляет с них ягоды, параллельно задевая листья и срывая их. Своими длинными пальцами он кладет спелые ягоды себе в рот. Губы кривятся от кислоты, но он продолжает ходить вокруг дерева, срывая самые спелые плоды. Подбородок принца медленно пережевывает ягоду, а брови сведены к переносице, он так сосредоточен, что слуга невольно улыбается, приоткрывая рот. Камерденеру явно нравится такой вид его высочества. Парень выглядит по-своему, по-домашнему. Волосы на светлой макушке растрепались и создают некий беспорядок, рубашка по-видимому застегнута так же наспех, потому что край одной стороны висит намного длиннее, чем край другой. Полупрозрачная рубашка съехала с левого плеча, открывая вид на ключицу и верхнюю часть груди. Единственное, что выглядит аккуратно, это брюки его высочества, на которых нету ни одной складочки. Сам же принц ходит вокруг дерева босиком, оставив туфли под фонарем, который висит на ближайшей к нему ветке. Он так увлечен ягодами, что даже не замечает чужого присутствия. Или же просто делает вид, что не замечает. - Если вы захотели вишни по среди ночи, могли бы попросить меня. Я бы вам ее сам нарвал. - светлая макушка оборачивается на голос и их глаза встречаются. Хенджин опускает руку с ветки и ставит пятки на траву, его глаза изучает вид придворного. - Вообще-то я ждал тебя. Мне не нужна вишня. - он отряхивает руки, поправляя волосы.- Ты так долго шел, что я не знал чем себя занять. Принц Хван смотрит выпытывающе. Он чего-то ждёт, но чего? Непонятно. Вопрос слуги утопает в глазах напротив и он действительно не знает, что сказать. - Я думал ты уже не придёшь.- они молчали ровно с минуту, а затем господин вернулся к обдиранию дерева. Слуга все продолжает наблюдать, его глаза бегают от одной части тела господина к другой. Он прочищает горло: - Вас будут искать, ваше высочество. Хенджин поворачивается на камерденера с осуждающим взглядом, в какой-то момент он просто останавливается и ничего не делает, лишь выпытывающе смотрит. Его глаза полны осуждения и недовольства. - Я не это от тебя хотел услышать.- голос по-прежнему спокойный и ровный, он снова принимается за свое занятие, больше не поворачивая головы. Они снова молчат и эта тишина, разбавляемая порывами теплого летнего ветра, неописуемо давит. - Осенью, когда вы женитесь, вас будет обслуживать другой слуга. - Чонин говорит это легко и непринужденно, но голова отвернута, а горло сдавливает ком на уровне кадыка. Хенджин медленно поворачивает голову, переставая жевать. В его глазах плещет злость и обида, сейчас он готов либо озвереть, либо заплакать. - С чего это?- в голосе нотки иронии и веселья, принц хороший актер. Он даже бровью не ведёт, когда слуга поворачивает на него голову. - Я договорился об этом с вашим величеством. - Чонин опускает голову, разглядывая капли на траве и слушая сверчков. - Кто разрешал.- в голосе нету дажи нотки вопроса. Ян поднимает голову и видит в нескольких шагах перед собой принца. Волосы его высочества развиваются на ветру, одна сторона из которых падает на лицо. В глазах принца стоят слезы, он смотрит куда-то сквозь и по лицу не понятно, он злится или же отчаялся. Этот брак никогда не будет желанным, Хван его не хотел, не хочет и никогда не будет хотеть. Их родители договорились обо всем заранее, поэтому ни слово принца, ни капризы принцессы, ничего не смогут изменить. Сейчас начало августа, в конце сентября принц женится на принцессе с соседнего государства. У них так мало времени, что хочется выть. - Я спросил, кто тебе разрешал? - принц Хван начинает закипать. - Простите.- слуга кланяется, продолжая пялится в землю. У него нет сил посмотреть в глаза. - Это не ответ.- в голосе принца не прикрытая обида, но он говорит это как можно тише, так что ветер гоняет эту фразу вокруг пространства, окружённого деревьями. Чонин видит как на босую ступню упала капля, затем вторая летит на траву. Слуга испуганно поднимает глаза и видит, что принц виновато опустив голову, роняет крупные капли слёз. Его руки сжаты в кулаки, комкая ткань свободных брюк. Чонин продолжает просто смотреть, как дурак, не знающий, что делать. Из груди господина вырывается всхлип и он начинает шмыгать носом. - Тогда в поле, единственное о чем я тебя попросил, это оставаться рядом! Ты даже этого сделать не можешь? Я настолько тебя обременяю, что ты решил таким образом сбежать от меня?- принц кричит, параллельно вытирая слезы рукавом рубашки. Он не боится, что их кто-то услышит или найдет, он ужасно зол, он чувствует предательство. - Вы не обременяете меня. Просто...- ему не дают закончить. - Ты жалеешь о том, что было в поле с васильками? - Хенджин уже не плачет, его голос снова тихий, а лицо не мокрое от слёз. - Нет. Я жалею лишь о том, что поцеловав вас, я начал чувствовать то, что не должен. - взгляд Чонина направлен точно на господина, он не отводит взгляд, смотря в чужое лицо. Вот только теперь принц глаз не показывает. - Но я никогда не жалел о том, что узнал вкус ваших губ... И уж поверьте мне, если этот момент можно было бы перемотать назад, я бы сделать все тоже самое. - Тогда что не так?!- Хенджин действительно не понимает. После того как они около четырех часов валялись на покрывале около старого клёна, обмениваясь тягучими поцелуями, жаркими, но такими приятными объятиями и действительно серьёзными словами, все было хорошо. Они вернулись к обеду, в покоях принца, его высочество не хотел отпускать слугу, продолжая теплым дыханием над ухом, вырисовывать страстные словечки. Все было действительно прекрасно, незаметные касания рук, частота говорящих взглядов, невесомые поцелуи, пока никто не видит и конечно же тайные ночи в покоях господина. Но не долго счастье длилось. Точнее счастье хватило на три недели. В роковую пятницу за завтраком слуга узнаёт, что принц женится буквально через три месяца. Ещё бы чуть-чуть и фужер для принца выпал бы из рук прислуги. Но самое обидно, что на лице господина, не дрогнул даже мускул. Он знал. Знал и даже ничего не сказал. После этой новости, слуга стал отстранён и неразговорчив. На прогулки не было времени из-за откуда-то взявшихся дел, ночью в покои он не приходил из-за усталости, улыбался гораздо реже и избегал частых прикосновений. Но самое больное это то, что они больше не целовались. Слуга максимально этого избегал. Так прошел порядком месяц. Но принц больше не смог, он не выдержал и позвал в полночь в сад. "Хотелось бы мечтать, что сегодня в ночь он предложить сбежать с ним или хотя бы скажет, что свадьба не состоится."- думал Чонин, собираясь на ночное свидание. Чонин смотрит на собеседника, ссощурив глаза. - Сколько мы уже друг друга знаем? 13 лет? - Чонин не ждёт ответа, принц наверное даже и не помнит таких вещей.- Думаю да. Я знаю вас уже 13 лет и мне кажется вы совсем не изменились. Вы все такой же плаксивый.- камерденер грустно улыбается, делая шаг назад. Они стоят слишком близко и Ян боится, что посмотрев ещё раз на такого маленького принца, просто не сдержится и кинется в желынные объятия. - Вы хотите узнать, что не так? Я так сильно люблю тебя Хенджин, что не знаю, что мне делать. - Чонин может позволить себе такую наглость как неформальность. Он знает, что ему можно все. И он этим пользуется. - Находясь с вами постоянно рядом, ухаживая за вами, слушая ваш сладкий голос, подбирая вам наряды, поднимая вас по утрам, да даже гуляя с вами, я не могу себя сдерживать. Хочу касаться тебя, целовать твои вечно холодные пальцы, видеть твою худую спину, когда просыпаюсь на соседней подушке. Хочу чтобы только я видел тебя уязвимым, улыбающимся, плачущим или же расслабленным. И неужели ты действительно думаешь, что я готов отдать все это той, которая тебя даже не знает. На этот раз слезы в уголках глаз скопились уже не у принца, а у самого Чонина. - Поэтому, я просто не могу. Не хочу наблюдать во время службы, как вы будете любезничать с новой женой.- Хенджин поднимает голову и смотрит укоризненно. Слуга же головы не поворачивает, он не может смотреть ему в глаза. - На сколько низко я ещё должен пасть, чтобы ты остался? Попросить? Нет. Умолять? Нет. Может мне встать на колени и зарыдать? Тогда это сработает?- по щекам кататься градом слезы, принц всегда был ранимым, но сейчас Чонин понимает, что эта рана на сердце, как раз таки его вина. Хван устало вздыхает, шмыгая носом. Он опускает голову и отодвигает назад правую ногу. Чонин прекрасно понимает, что собирается сделать принц. - Перестань. - Хенджин поднимает красные от слёз глаза, оставаясь на месте. Они молчат очень долго и будь такая возможность, один из них бы точно сбежал. Но уже слишком поздно. Точка не возврата. И только испуганные до невозможности глаза направлены на происходящее. Хенджин понимает, что если слуга сейчас уйдет, то он просто зарыдает в голос. Но в то же время ничего не может с собой поделать, потому что очень хочет, чтобы тот не уходил. А ведь раньше он никогда не плакал из-за того, что его отвергают. Потому что ему никогда не отказывали. Принц всегда получает что хочет, но сейчас все иначе, то чего он так отчаянно и капризно желает, слуга по-просту ему не даёт. Хван отмирает и сокращает между ними расстояние, тянет руки к ливреи, впутывая в нее пальцы. Он сильно сжимает ее в руках, опуская голову на плечо Чонина. Слуга замирает с широко распахнутыми глазами, он ещё способен контролировать свои руки, поэтому те ещё пока что не тянутся в объятия. - Если дело только в помолвке, ее не будет. Я сделаю все, чтобы ее не было. - ветер начинает усиливаться и принц начинает дрожать, правда Чонину не понятно, от слёз или же от холода. - Только не уходи от меня. Ты мне нужен. Оставайся всегда подле меня, будь тем, кто постоянно в поле моего зрения. Я хочу засыпать и просыпаться только с тобой, ходить с тобой на прогулки и прятаться от других обитателей замка, ловя твои поцелуй. Не бросай меня. Хенджин поднимает голову, ведь все это он не смог бы сказать в глаза. Ещё никого он так не умолял. Но опять-таки, Чонин - исключение. Принц закидывает бледные руки слуге на плечи, от Хвана пахнет вином и корицей. Волосы растрепал уже сильно-бушующий ветер. Чонин аккуратно и тягуче медленно тянет руку к лицу его высочества. Но останавливается на подходе к щеке, пару мгновений камерденер медлит и они встречаются глазами. Чонин смотрит в карие глаза напротив и его мозг мгновенно затуманивается, он тянет руки к щекам, вытирая дорожки слёз, которые текут уже не так быстро. - Хенджин, я люблю тебя. - он тянется губами к родинке у глаза, оставляя поцелуй, от чего губы ловят солоноватый вкус, слезы на ресницах ещё не высохли. - Я знаю. - принц расплывается в расслабленной улыбке, хватая чужие запястья и оставляя теплые ладони у себя на лице. - Я тоже тебя люблю, Чонин. Ветер начинает раскачивать верхушки деревьев и Хенджина в сотый раз пробивает дрожь, на этот раз действительно из-за холода. Месяц закрыли томные тучи, от чего свет исходит лишь от фонаря на ветке, который так и наровит снести ветер. Ягоды начинают падать на землю, прям под ноги парням. Хенджин резко отрывается от слуги, подходит к своей обуви, быстро ее надевает и срывает с ветви фонарь. Он быстро поворачивается к Чонину, хватает его за руку и начинает бежать по направлению замка. Чонин ничего не видит и полагается только на принца, который держит фонарь над головой, заливаясь счастливым и таким заразительным смехом. Если бы сад находился под покоями короля и королевы, их бы явно разбудили смех и топот ног двух влюбленных парней. Но по счастливой случайности на сад выходят покои самого принца, а этажом выше находятся покои его младшего брата, который обо всем прекрасно знает. Ведь и у самого Джисона прямо сейчас в комнате находится его лакей*. Они закрыли шторы, но по тени видно, как растегивается форма Минхо и как Джисон крепко его обнимает. Но Чонину с Хенджином не до этого, они пару раз переглядываются глазами и начинают смеяться. Они добегают до замка и останавливаются, чтобы отдышаться, но при этом продалжают держаться за руки. Постояв около пары минут, Хенджин тянет Чонина за собой, поднимаясь в свои покои. Время два часа ночи, когда раздается хлопок двери. Как только слуга закрывает за собой дверь, Хенджин сразу же припадает к его губам, прижимая к стене. Он целует жадно, отчаянно, но до одури пьяняще и сладко. Чонин начинает вести их к кровати, опрокидывая принца спиной на мягкую перину. С падение на спину, у Хенджина выбивается воздух из груди, а после следует не сдержанный стон. Он водит руками по спине Чонина, шепча как в бреду слова любви. - Четырнадцать. - слуга замирает, округляя глаза. Хван лишь улыбается, смотря влюблёнными глазами на слугу и убирая челку за ухо. - Ты ошибся. Мы знает друг друга 14 лет. Чонина вводит это в ступор, он и предположить не мог, что господин помнит такое. - Этой ночью я хочу слышать только слова любви. - Хенджин ведёт носом по линии челюсти и прикусывает ухо, после мокро целуя. - А завтра я поговорю по поводу помолвки. - Как скажите, ваше высочество. - Чонин целует шею, снимая рубашку, но чувствует как его начинают оттаскивать за волосы. Он поднимает голову и видит укоризненный взгляд Хвана. - Ты забываешь о нашем правиле. - принц обиженно дует и без того пухлые губы, закидывая ноги на бедра Чонину. - Хорошо, Джинни. - Чонин тепло улыбается, поглаживая второго по щеке, переходя на мягкие волосы. - Я всегда буду рядом, обещаю. - они сплетают мизинцы. Оба тепло улыбаются, у обоих трепет в области грудной клетки, дышится слишком легко. Закрепляя своё обещание, они сплетают языки в тягучем поцелуе, продолжая снимать одежду. А на следующее утро король не найдет на своих постах камерденера и лакея, которые по счастливой случайности проснулись в объятиях своих любимых, проспав момент, когда надо было улизнуть из королевских покоев.