Воспоминания о былой любви

      Крик. Ужасный крик, разрезающий ночную тишину, и Шастун резко просыпается, прижимая к себе перепуганного Арсения, что вскочил с кровати, рыдая взахлёб.       — Какие.. у тебя отношения? Ну, с родителями.. — прошептал брюнет, успокоившись лишь минут через тридцать.       — С родителями? Ну.. нейтральные, — хмыкнул Антон. — Меня они устраивают. Мы редко созваниваемся, без надоеданий, но при этом я не чувствую, будто не нужен им.       — А детство каким было?..       — Ну, так скажем, мне разрешали почти всё, но, когда речь заходила о каких-то косяках, меня нормально так воспитывали. Не били, конечно, но разговоры были жёсткие. Поэтому я себе ничего лишнего не позволял. Насчёт внимания их.. не знаю даже.. когда совсем-совсем маленький был, они ещё там играли со мной что-то, и так далее, а, как стал старше становится, так всё просто сошло к разговорам о жизни. Но мне хватало. Я не жалуюсь. Люблю своих родителей, они всё дали, что было нужно.       Попов поджал губы, отведя взгляд в сторону.       — Хорошие родители, — кивнул парень. — Я бы даже сказал, отличные.       — А что такое?.. Почему тебе это интересно?..       Парень уже было хотел сказать что-то, но вспомнил грозное лицо женщины, что твердила каждый раз: «не выноси сор из избы». Потому брюнет улыбнулся, как ни в чём не бывало и поцеловал Антона в щёчку.       — Всё хорошо. Просто стало интересно.       — Малы-ыш, — протянул зеленоглазый, смотря на своего парня, — что не так? Ты вскочил посреди ночи, а потом спросил про родителей.. в чём дело?..       — Всё хорошо, правда, коть, — кивнул Арсений, стараясь держать улыбку на лице. — Тем более было и было.       — Было? Что было? Малыш.. я же вижу, что тебя что-то тревожит, да и ты сам сказал.       Попов мотнул головой. Сказать что-либо, даже если бы очень хотел, не может из-за животного страха.       — Всё хорошо, родной. Давай спать.       Шастун тяжело вздохнул, прикрыв глаза.       — Ладно. Доброй ночи. Значит, скрывает от меня что-то..       Парень прижался как можно ближе, утыкаясь лицом в плечо. В руках Антона он чувствует безопасность. Может, она и ложная. Но это лучше, чем ничего. Иначе Арсений бы только от одних мыслей о прошлом дрожал.       Шастун чуть отстранился, крепче натягивая одеяло, и стал постепенно засыпать, думая о том, что скрывает Арсений и почему не может рассказать.       Брюнет заснул достаточно быстро. Был ли это алкоголь, усталость моральная или физическая, но факт остаётся фактом.       Только во сне когда-то он чувствовал себя в безопасности. Правильно, ведь только проснёшься и вот она: ужасная реальность, в которой все взрослые слишком злые и строгие.       Шастун полночи молча смотрел на лицо Попова, пытаясь понять, как этот милый парень, который клянётся в любви, может не доверять Антону.       А может, он скрывает что-то, что рассказывать и не положено? Любовника?       Антон нахмурился, чувствуя, как злость медленно окутывает всё его тело, и поднял руку к шее Попова.       — Ты мой.. — шепчет он, гневно выдыхая носом, но парня не трогает.. пока не трогает.       Арсений спокойно спал до утра. Хотя и утром от всё ещё спал, но менее беспокойно.       Парень видел сон, как он беззаботно бежит по бескрайнему полю с высокой травой. Он один наедине с природой. Здесь его точно никто не достанет, потому позволяет веселиться, прыгать, казалось, выше этой травы и бегать и падать. Но в этом сне каждый раз сгущались тучи на голубом небе, а потом уже не до шуток. Трава уже не была такой манящей. Скорее, наоборот. Вокруг поля откуда-то вырастал лес.. и ужасный дядя. Он начинал бежать за сорванцом, но тот убегал, стараясь спасти жизнь. Убегал и попадал в объятия мамы, напрасно думая, что так будет безопаснее. Но женщина каждый раз отталкивала парнишку, оставляя один на один с маньяком.       — Мама!.. — кричал во сне (и сквозь сон, но менее громко) парнишка и старался отчаянно схватиться за её платье. Но оно лишь отдалялось дальше. А дядя каждый раз со спины хватал за горло так, что в глазах темнело, и уносил в неизвестность.       Попов резко проснулся. И так всегда. Холодный пот, одышка, словно он действительно только что бежал прочь от маньяка, и слёзы. Кинув взгляд на спящего Антона, парень встал и пошёл в ванную. Это сон. Просто сон. Кошмар.. который всё никак не может закончиться.       Шастун раскрыл глаза, чувствуя какие-то шорохи рядом, и привстал с кровати.       — Арс? — удивлённо спросил он, когда не заметил рядом парня.       Антон встал с кровати, оглядываясь по сторонам, и вышел из спальни, рассматривая квартиру.       — Арс?       В ванной парень шумел водой, стараясь отойти от сна. Этого ведь всего не было. Это дурацкий сон, повторяющийся каждый раз. Но почему-то сквозь шум воды Арсений всхлипывает. Ужасные.. ужасные воспоминания.       Шастун заходит в ванную комнату и широко раскрывает глаза, подлетая к Попову.       — Малыш! Малыш, Арсюш, ты чего?! Что случилось?!       Попов взглянул на Антона заплаканными глазами и тут же прижался к нему, пытаясь успокоиться.       — Сон.. это просто был сон.. это неправда..       Шастун поджал губы, зажмуривая глаза, и крепко прижал к себе мальчика, поглаживая по спинке. Как тяжело смотреть, когда любимый страдает. Второй раз за ночь просыпаться от кошмара.. слишком тяжело.       — Тише-тише, малыш, просто сон, обычный сон, я здесь, я рядом, ничего не бойся.       Арсений крепко обнял шатена, постепенно начиная успокаиваться в объятиях любимого человека. Это был сон. Сейчас он в безопасности, рядом с Антоном, своим любимым парнем.       — Вот так, мальчик мой, тише, успокаивайся, всё хорошо, я рядом, тебе нечего бояться, это был просто кошмар.       Окончательно успокоившись в руках Шастуна, парень всё ещё какое-то время крепко обнимал его.       — Прости.. я тебя напугал..       — Не думай об этом, малыш, всё в порядке. Ты как? Что случилось? Тебе приснился кошмар?       — Да, — слабо кивнул Попов, — кошмар.. он уже довольно давно мне снится. Ну, примерно всегда один сюжет.       — О чём он?.. Расскажешь мне или пока не можешь?..       — Так.. я.. — пытался нормально пересказать Арсений, но выходили только просто одинокие слова. — Поле.. трава.. небо.. м-маньяк.. ма-мама.. т-темнота..       — Маньяк?.. Господи, малыш.. ты так испугался.. пойдём в кровать, малыш, пойдём полежим ещё. Хочешь, сделаю тебе чай зелёный? Или синий..       — Не надо.. только рядом будь.. пожалуйста.. ты же не бросишь меня? — вновь напуганно произнёс брюнет, подняв взгляд на возлюбленного.       — Конечно, малыш, ты чего? Никогда не брошу, никогда на свете!       — Никогда.. — повторил для себя парень, ещё больше успокаиваясь. — И никакой маньяк меня не тронет, — мотнул головой студент, прижавшись крепче.       — Спасибо, что ты рядом, — прошептал Арсений, — я люблю тебя.       — И я люблю тебя, маленький мой, и я тебя, — кивнул Антон, поднимая гитариста на руки и унося его в спальню.       Попов крепко обнял парня за шею, чтобы не свалиться, вовсе забывая про этот ужасный сон. Был и был. В реальности рядом с ним Антон, он его в обиду не даст.       Шастун уложил парня на кровать, укрывая одеялом, и крепко обнял, целуя в щёчки, губы и носик.       — Малыш мой.. испугался..       — Просто во сне не было тебя, — вздохнул парень, улыбнувшись и прижавшись крепче.       — Зато наяву я всегда рядом, мальчик мой, всегда..       — Спасибо тебе.. рано или поздно, ведь всё равно пришлось бы рассказать..       — О кошмарах-то?       — Ну-у.. — неуверенно протянул парень, — ну да-да. О кошмарах.       Шастун нахмурился, смотря на парня.       — О чем ты говоришь, Арсений?       — В смысле? — чуть удивился Арсений. — О кошмарах же.       — Ты что-то скрываешь от меня, Арсений, — устало выдохнул Шастун, покачав головой.       — Ничего.. — растерянно сказал брюнет, отведя взгляд, боясь, что парень что-то заподозрил.       — Ясно. Не доверяешь мне. Либо скрываешь что-то, чего я знать не должен! Любовника, да?! — прикинул Антон, сжимая ладони в кулаки.       Попов аж вздрогнул, чуть отодвинувшись от Антона.       — Что?.. — недоуменно спросил парень, взглянув в глаза Шастуну. — Какого ещё любовника?       — Пошёл ты, — рыкнул Антон, поднимаясь с кровати. — Всё с тобой ясно.       Парень встревоженно стал смотреть на Антона, качая головой.       — То есть.. то есть ты думаешь.. что я тебе.. после всего этого? — пытался понять Арсений.       Тяжело вздохнув, сделав вид будто вообще небольно, парень скрылся под одеялом, под которым позволил себе скрючиться от боли в груди. То есть вот так он с ним?       — А как мне ещё понимать то, что ты скрываешь что-то от меня?! Либо не доверяешь, либо любовника завёл!       — Я доверяю.. — тихо сказал Попов из-под одеяла. — Я просто.. Тош.. мне трудно..       Не может парень просто сказать, что страшно, что есть то, что ему запретили говорить и теперь страшно сознаться во всём.       — Что тебе трудно?! Трудно в измене сознаться?! Понимаю! И где ты был вчера, после того, как из дома ушёл, м?!       — Я не изменял.. я был в парке.. — тихо отвечал Арсений, прижав колени к груди. Теперь страшно и наяву. Таким Антон был именно в тот момент, когда поднял руку..       — Тогда чего ты мне рассказать не можешь?! Почему ты мне не доверяешь?! После всего, что было! — кричал Антон.       Попов сжался, крепче обняв свои колени. Из глаз от стресса снова пошли слёзы, а дыхание постепенно начало сбиваться. Страшно. Слишком страшно. Что сейчас ударят, ещё сильнее накричат, сломают и так сломанного.       Не так уж и плохо одиночество. Особенно когда с людьми поблизости ты вынужден жить с страхом и тревогой.       — ПОЧЕМУ ТЫ НЕ МОЖЕШЬ ПРОСТО РАССКАЗАТЬ МНЕ?! НЕУЖЕЛИ Я ТАКОЙ МОРАЛЬНЫЙ УРОД!? НЕУЖЕЛИ У ТЕБЯ ЕСТЬ КТО-ТО БЛИЖЕ МЕНЯ?! — всё кричит Антон, стягивая с Арсения одеяло.       Почувствовав, как одеяло пропало, парень зажмурился, ожидая удар, и сильнее обнял колени. Ударят. Точно ударят. За молчание не гладят по голове. Никогда не гладят. И сейчас не погладят.       — Ну чего ты молчишь?! Чего?! Неужели я прав?! Всё так?! У тебя кто-то есть?!       Попов сильнее зажмурился, пустив больше слёз, но нашёл в себе силы, чтобы мотнуть головой.       Даже страшно взглянуть на Антона. Он такой же, как его отец с ремнём? Или мать с шнуром или выбивалкой для ковров? Или у Антона что-то своё? Скейт?       Шастун нахмурился ещё сильнее, смотря на парня.       — В чём дело?! Почему ты плачешь?!       Парень попытался успокоиться, но только сильнее заплакал, пуская слёзы.       — Не бей.. — тихо взмолился Арсений, уткнувшись в свои колени. — Пожалуйста.. пожалуйста.. я буду хорошим.. пожалуйста..       Шастун замер, смотря на парня.       — Малыш.. Арсюшенька, ну чего же ты.. я не буду бить тебя, малыш.. — медленно подошёл к Попову шатен, осторожно обнимая его.       Попов легонько дрожал от страха, продолжая обнимать колени.       — Они.. они всегда били.. не жалели.. малейший косяк.. — тихо шептал парень, пытаясь оправиться от истерики.       — Родители?.. — прошептал Антон, поджимая губы, и крепче прижал к себе Арсения. — Ты мой маленький..       Арсений отпустил свои колени и тут же крепко обнял Антона, продолжая всхлипывать, пытаясь говорить.       — Я не должен.. не должен был.. говорить этого.. она.. она всегда ругала.. гро-грозила, что.. то если об этом узнают.. то она меня убьёт..       — Малыш, тише, малыш.. её здесь нет.. она никогда об этом не узнает.. а я смогу защитить тебя.. всё будет хорошо, малыш.. тебя никто не тронет, тише..       — Я.. я сбежал от них в другой город.. но страх... Антон, я жалок... как и говорили они.. — снова зашёлся в рыданиях Попов.       И пусть он говорит без уточнений, кто именно, как именно. В память всё равно всё вертится каждый раз во всех красках.       — Это не так, малыш, ты не жалок. Ты самый прекрасный. И мы в другом городе, они не рядом, они тебя никогда не найдут. Я никогда не отдам тебя им, ты всегда будешь со мной. Я защищу тебя ото всех, родной мой..       Арсений поднял голову и взглянул на Антона заплаканными глазами. Он всё ещё дрожит, прижимаясь к парню, тихо всхлипывает, еле отходя от истерики. Мозг понимает всё.. Что ведь только что этот же человек так громко кричал на него, затягивая родительские верёвки на шее ещё туже, добавляя свою. Но верит, смотря в глаза. Верит. На что-то надеется.       — Мальчик мой, верь мне, я никогда не причиню тебе вреда.. мы всегда будем вместе, никто никогда не посмеет тебя у меня забрать, никто никогда не посмеет даже коснуться тебя, маленький мой.. малыш.. тише..       Шастун снова крепко прижал к себе Арсения, поглаживая по спине и голове.       Попов прижался, зажмурив глаза. Может ли быть, если Антон снова ударит, то Арсений действительно заслужит этого? Или.. Он действительно больше не поднимет на него руку?       Постепенно, Арсений стал успокаиваться, всё реже всхлипывая и тяжело вздыхая, чуть дрожа, отходя от истерики.       — Вот так, малыш, успокаивайся, всё хорошо, счастье моё, все хорошо, никто не тронет тебя кроме меня, никто, малыш, я всегда буду рядом. Мы можем совсем уехать ото всех далеко-далеко, хочешь, малыш? Чтобы нас никто никогда не нашёл?       — Подальше от всех людей? — тихо спросил парень. — А как же институт?       — Можем бросить. Можем первый курс доучиться и бросить. Там нам никакие дипломы не понадобятся, малыш, — улыбнулся Антон.       — Но.. деньги? — чуть растерянно спросил Арсений. — Мы же должны будем на что-то выживать, на что-то доехать..       — Я найду деньги, малыш. У нас ещё есть время до конца курса, а потом мы уедем.. туда, где будет только ты и я.. и наша любовь..       — Мы можем начать копить.. откладывать со стипендии, зарплаты...       — Конечно, малыш, мы так и сделаем. А потом уедем. Далеко-далеко, где нас никто не найдёт.. — шепчет Антон, крепко прижимая к себе парня.       — Нас не догонят, — прошептал Попов и окончательно успокоился в руках Антона.       — Не догонят, — улыбнулся Шастун, сходя с ума от идеи о том, что скоро будут лишь они вдвоём и никого вокруг. Никого.       — Небо уронит ночь на ладони, — тихо хихикнул парень, не подозревая совершенно ничего. — Спасибо тебе.       — Не за что, малыш.. не за что.. — прошептал Антон, крепко обнимая юношу.       — Я люблю тебя, — прошептал Арсений. — Только тебя.       — И я тебя, малыш, одного единственного.. — кивнул Шастун, крепче прижимая к себе Попова.       Небольшой домик. Лес. Речка. И никого вокруг в радиусе десяти километров. Только они и их любовь. Что может быть лучше?       Брюнет прижался чуть ближе, закрыв глаза.       — А куда уедем?       — Ну, у моей бабушки есть дача под Тулой. Вернее, была. Ну, бабушка. Бабушка была, а дача есть, — чуть запнулся Шастун. — Родители про это место то ли не знали, то ли забыли. Только бабушка мне ключи от дома отдала, — улыбнулся он чуть грустно. — Там так красиво, малыш, такой красивый дом, лес кругом, речка рядом.       — Ничего себе, — искренне удивился Попов. — Значит, нам бы доехать до Тулы и обустроить наше гнёздышко.       — Всё верно, малыш, — улыбнулся Антон, целуя парня в висок. — Там нас точно никто никогда не найдёт..       Попов прижался крепче, удобнее улёгшись под боком Антона, и быстро стал закрывать глаза. Слишком много стресса в последнее время, из-за которого восстанавливаться во сне он будет долго.       Шастун, продолжая улыбаться, поцеловал парня в лобик, и прикрыл глаза.       — Сладких снов, счастье.       Арсений же ответить уже не мог. По крайней мере, внятно, ведь брюнета уже утянуло в сон. Вроде пробурчал что-то своему парню перед сном, но уже не уверен, ибо сон окутал его полностью.       Попов заснул на этот раз спокойным сном и спокойно проспал вплоть до обеда, сквозь сон прижимаясь к Антону.       Антон также не просыпался до тех пор, пока не проснулся Арсений, и крепко обнимал его, довольствуясь сном, в котором они с парнем уже живут вдвоём в далёкой глуши.       Проснувшись, парень всё же чуть отстранился от Антона, чтобы, хотя бы, вздохнуть свежего воздуха. Всё же крепкие объятия заставляют дышать только запахом человека.. это всё мило, конечно, но ведь и кислорода становится меньше.       Шастун слегка нахмурился, не чувствую Арсения так близко, как прежде, и покрепче обхватил его рукой за талию, прижимая к себе.       Арсений прерывисто вздохнул, ощутив крепкую хватку на талии. Решив это никак не связывать, парень посмотрел на Антона.       — Тош..? — тихо прошептал Попов. Ну мало ли не спит.       — М-м-м.. — лишь промычал Антон в ответ, кладя голову на плечо Попова, и легко целует в шею.       — Ты спишь? — ещё тише попытался спросить парень, не двигаясь в объятьях Антона.       Сейчас же Шастун ни одного звука не издал, кроме размеренного спокойного дыхания.       Попов легонько вздохнул. Спит. Но это ж надо.. так крепко сжимает.. а если в туалет захочется?       Антон глубоко вдыхает, водя кончиком носа по шее парня, и слегка улыбается, закидывая одну ногу на бедра Арсения.       Брюнет покраснел немного от такого и искренне не знал: ему наслаждаться этим или всё же попытаться вылезти, чтобы приготовить им завтрак. Приняв решение, Арсений всё же снова попытался вылезти из таких крепких объятий.       Шастун разочарованно заскулил, раскрывая глаза, и затуманенным взглядом смотрит на Попова.       — Ну куда ты всё убежать пытаешься?       Парень удивился, глянув на проснувшегося Антона.       — Я просто хотел пойти, может, завтрак приготовить нам.. а ты меня так схватил крепко.       — Чтобы ты не убежал от меня, пока я сплю, — прошептал Антон и снова закрыл глаза, прижимая к себе парня.       — Тош.. ну куда я убегу? Только если в квартире где пошуршу..       — А вот полежи лучше со мной рядом, — улыбнулся парень.       Попов чуть смутился.       — Ну.. ладно?..       Шастун нахмурился, приподнимаясь на локте, и посмотрел на Попова, убирая от него руки.       — Не хочешь, не надо, — фыркнул он и отвернулся.       Арсений ещё больше смутился. Антон же не обиделся?..       — Тош, не обижайся только.. — тихо сказал парень и начал подниматься, разминая затёкшие конечности.       Шастун молча залез под одеяло, закрыв глаза.       Попов вздохнул, всё же встал, подошёл к шкафу, выбрал домашнюю одежду и ушёл в ванную.       Антон вылез из-под одеяла, посмотрев на уходящего Попова, и зарычал, снова заваливаясь под одеяло.       — Ну и ладно.       Брюнет остановился на середине пути. А если Антон сильно разозлится? Злить его снова не хотелось от слова совсем, поэтому парень вернулся обратно, положил одежду на место и аккуратно лёг рядом с Антоном, чуть прижимаясь.       Шастун нахмурился, вылезая из под своего «укрытия»‎ и посмотрел на Попова.       — Чего пришёл? Иди.       Попов виновато опустил взгляд.       — Прости.. я не хотел тебя обидеть..       — Иди уже, делай, что хочешь. Там же всё важнее, чем со мной полежать, — буркнул Антон.       — Не важнее.. я просто завтрак нам хотел сделать.. — виновато говорил гитарист.       — Ну и иди делай, — снова фыркнул парень, укрываясь одеялом с головой.       — Ну.. просто.. завтрак в постель это же мило.. я хотел тебе так сделать, а ты обижаешься..       — Мне было бы приятнее, если бы ты просто лежал рядом со мной.       — Ну.. потому я и вернулся.. я же, ну, не знал..       — Ты вернулся, потому что я начал обижаться, если бы я промолчал, ты бы не вернулся.       — Потому что думал, что сделаю тебе приятно, если принесу тебе завтрак в постель..       Шастун нахмурился, снова смотря на парня.       — Иди, иди, всё нормально.       — Точно всё нормально? — спросил парень и поднял на Антона взгляд.       — Все хорошо, Арсюш, правда, иди, — кивнул Шастун, чуть улыбнувшись.       Арсений чуть улыбнулся и, приблизившись, поцеловал Антона в щёчку.       — А что ты хочешь на завтрак? Ну, чтобы я приготовил что-то, что ты хочешь.       — Сделай мне сюрприз, малыш, я съем любой твой кулинарный шедевр, — слабо улыбнулся Антон.       — Хорошо, — с довольной улыбкой прошептал Попов, снова поцеловал Антона в щёчку и встал с кровати.       Шастун улыбнулся и снова хорошо укрылся одеялом, закрывая глаза: спать хочется жутко.       Арсений тихонько ушёл в ванную, чтобы привести себя в порядок. На одежду, в принципе, плевать. А вот что приготовить для своего парня очень даже важно. Брюнет задумался, что же он может приготовить чего-то необычного.       Антон крепко обнял подушку, представляя, что это Попов, и довольно улыбнулся, снова рассматривая сон, где они вдвоём живут в домике в лесной глуши.       Попов, приведя себя в порядок, умывшись, причесавшись, пошёл на кухню и надел хотя бы фартук, который, вообще-то, был, а после стал искать в интернете интересные рецепты. Может, есть что.       Всё же решив, парень разбил пару яиц на раскалённую сковородку, поджарив до этого ломтики хлеба, нарезая на него помидоры и огурцы. Также Арсений добавил лист салата, мысленно поблагодарив себя за любовь к разным овощам и зелени.       Когда яйца приготовились, брюнет аккуратно лопаткой уложил их на бутерброды. Приготовив к этому кофе, он пока что оставил это на кухне и пошёл быстро в спальню, чтобы проверить Антона.       Аккуратно подойдя ближе к спящему парню, Попов чуть склонился над ним, поцеловав в макушку.       Антон тут же умолк, разглаживая хмурое лицо, и легко улыбнулся, слегка ослабляя хватку подушки.       Парень заулыбался, начав нежно гладить Антона по голове, перебирая волосы. Такой котёнок, когда спит.       Шастун снова улыбнулся, чуть передвигаясь на кровати, и прижался к Попову, беря его за руку.       Арсений умилённо улыбался.       — Котёнок мой, — прошептал парень, поцеловав Шастуна в макушку.       — Тво-ой.. — прошептал он, медленно раскрывая глаза, хлопая ими пару раз, а после улыбнулся.       — Котёнок кушать будет?       — Будет, — улыбнулся Антон, крепче обнимая парня за торс.       — Тогда, если котёнок меня отпустит, то я принесу ему завтрак, — с улыбкой сказал парень.       — Ну ла-адно, — охнул Шастун, быстро целуя парня куда-то в живот, и отпустил.       Арсений чуть хихикнул и убежал на кухню, вскоре вернувшись с тарелкой с двумя бутербродами и кружкой кофе.       — Надеюсь, вкусно хоть, — сказал парень, прикусив губу и аккуратно поставив это всё на тумбочку у кровати со стороны Антона.       — Ух.. как аппетитно выглядит, — улыбнулся Шастун, принимая сидячее положение, и вытянул руки, забирая у парня тарелкой и кружкой.       — Кушай, котёнок, — с улыбкой сказал Арсений, аккуратно сев на край кровати.       Шастун улыбнулся и начал с аппетитом кушать бутерброды, запивая кофе.       — М-м-м.. малыш, как вкусно!       — Правда? — чуть удивился Попов, просияв. — Я думал, бурда какая-то получится...       — Нет-нет, малыш, очень вкусно! — заулыбался Шастун, продолжая кушать бутерброды. — М-м-м..       Парень влюблённым взглядом смотрел на Антона, кушающего с аппетитом его стряпню.       — Кушай на здоровье.       — Спасибо, малыш, большое, — Улыбнулся скейтер, делая глоток кофе. — Прости, что разозлился утром..       — Да ладно.. Я сам виноват.. — Арсений опустил взгляд, поджав губы.       Шастун довольно улыбнулся, чуть кивнув, и поцеловал парня в губы.       — А ты чего не кушаешь, малыш?       — Я поел, не волнуйся, — улыбнулся парень.       Арсений взял телефон, чуть придвинувшись к краю.       — Интересно, что хотела.. — удивился брюнет, увидев пропущенный от старосты, и набрал её номер.       Шастун вздохнул, немного напрягаясь, и перевёл всё свое внимание на телефонный разговор.       — Привет, Арс! — тут же затараторила девушка. — Куда пропал? Как дела? Что делаешь на выходных? А то решили собраться группой.       — Ох, привет, Окс.. да не пропадал я, всё хорошо, — улыбнулся он, чуть опешив. — Блин, честно, не знаю. У меня работа.       Шастун нахмурился, сжимая в руках кулаки, и как бы невзначай прижался к Попову, чтобы чётче слышать разговор.       Какого хера она за Арсения переживает?! Только Антону это можно! Как и звать его куда-то!       — Ладно, Арс. Я тебе скину всё равно время и место, может, захочешь, — вздохнув, сказала девушка.       — Спасибо больше, Окс.       Закончив разговор, Арсений сбросил вызов и отложил телефон на тумбочку.       Шастун же склонил голову вбок, смотря на парня серьёзным хмурым взглядом.       — Спишь с ней?       Попов удивился, посмотрев на парня, как на дурака.       — Антон, я гей.       — А какого хера она тогда тут лезет к тебе? М? Что у вас?       — Она просто староста моей группы, — непонимающе нахмурился брюнет. — То же самое, как к старшей сестре ревновать.       — А чего же эту твою старосту так волнует, где ты был? И на выходных зовет тебя куда-то.       — Не одного меня, а всю группу, — пожал плечами брюнет. — Антон, пожалуйста, прекрати.       — Она слишком мило общалась с тобой для старосты!       — Она со всеми так общается, — вздохнул парень. — У неё манера такая.       — А меня все не интересуют. Мне главное, что она конкретно к тебе лезет.       — Такое ощущение, будто она не просто по-дружески пригласила меня встретиться с группой, а пыталась уговорить на секс по телефону, — фыркнул Попов и встал с кровати. Опять ревнует.       — Они слишком мило приглашала тебя. Почему ты не видишь того, как все вокруг пытаются тебя склеить?!       — Да никто не пытается меня склеить, — вздохнул Арсений. — Просто проявляют дружелюбие.       — Дохуя дружелюбных вокруг развелось, — Шастун нахмурился, смотря на Попова.       Нельзя делать больно,‎ — повторяет он себе как мантру и тяжело выдыхает.‎ — Значит, найдём другой способ влияния.       Антон поджал губы и отвернулся, тихо всхлипывая.       Арсений удивился и посмотрел на Антона. Плачет?       — Тош?       Шастун обнял себя руками, выдавливая слезы, чтобы быть ещё более жалким, более обиженным..       Брюнет сел на кровать и подполз ближе к Шастуну, обняв его со спины.       — Ты чего, Тош?       — Почему ты не видишь этого, Арсюш.. — всхлипывает Антон. — Они все нам зла желают.. хотят поссорить..       — Что? — растерянно спросил он. — Тош, она даже не знает, что у меня кто-то есть.. это же не её дело..       — И всё равно все просто.. просто лицемеры.. вдруг она видела, как мы целовались в институте.. кто угодно мог увидеть.. вот она и решила нас поссорить, Арсюш..       — Но.. ей же это не за чем.. — всё никак не мог понять Антона брюнет.       — Откуда ты знаешь, что у неё в голове.. может, ты ей просто понравился и она хочет быть с тобой.. — сильнее заплакал Антон. — Она хочет разрушить наши отношения, малыш..       — Тош.. но мне плевать, что она хочет или не хочет.. я твой и только.. — шептал Арсений, болезненно сжимая футболку в районе груди.. снова обидел своего любимого..       — Она.. она.. она плохая.. мне плохо из-за неё..       — Ну.. Тош.. мы с ней даже не друзья..       — И не надо.. пожалуйста.. и не ходи с ними никуда.. мало ли, что она может сделать..       — Я и не собирался.. — прошептал Арсений, часто кивая, и прижался крепче к спине парня. — Мне никто не нужен, кроме тебя..       — Хорошо.. — кивнул Шастун, вытирая слезы, и крепко обнял парня. — Хорошо, малыш.. ведь ты не хочешь разрушить наши отношения..       — Их никто не разрушит, — мотнул головой Попов, прижавшись ближе к парню. — Никто и никогда.       Шастун вновь довольно улыбнулся, крепче прижимая к себе Арсения.       — Хорошо, малыш.. Хорошо, — произнёс он, мысленно ликуя своей небольшой хитрости.       Ну это же им на благо..