Treffen am Vormittag.

Андрей слишком часто стал есть масло. Не то чтобы участники чата Лисов и его семья была против, но они не понимали его любовь к маслу. Слишком уж много времени он проводит на кухне, слишком часто в его руках замечают нож, а рядом - масло. — Андрей, — тихо позвала его мать. — Всё ли в порядке? Ты зачастил кушать масло. В ответ лишь прилетало давно заученое: — Оно просто вкусное. — Пожал плечами он и забросил в рот кусочек. И, странно, все верили и не спорили с ним. Были попытки отучить Андрея от приёма масла вместо нормальной пищи, которые резко заканчивались, словно и не начинались. Так в чем же секрет обожания Андрея к данному предмету?...

***

Ранее утро для него и поздняя ночь для участников чата Лисов. В чате висит непрочитанное сообщение, видимо, Лисы уже уснули. Из зашторенного окна на кухне светит ранее солнце, его лучи проникают в комнату и падают на сонную фигуру в пижаме, что стоит у столешницы. Андрей мельком поглядывает на лежащий рядом телефон, все ещё думая, что кто-нибудь да ответит. Но гаджет молчит, никто не в сети. Масло лежит на столешнице перед ним, завернутое в упаковку. Парню не терпится развернуть её. Руки Андрея мелко дрожат, когда он в спешке разворачивает упаковку. Перед ним все то же масло, слегка надрезанное после вечернего поедания. Андрей отходит чуть назад и ожидающе смотрит на предмет. И стоило лучам солнца упасть на предмет, как оно начало медленно таять под действием теплых лучей. Из маленькой лужицы сформировалась фигура парня - привычная, любимая Андрею. Приглаженные белоснежные волосы, ужасно бледная кожа и белые глаза смотрят на парня в пижаме. Одежда все та же - белая рубашка с закатанными у локтей рукавами и белые шорты. Парень сидит на столешнице, на его лице появилась улыбка, а сам он болтает ножками. — Öl.. Оуи. — Тихо называет его по имени Андрей. Оуи кивает, и парень бросается к нему. Андрей сковывает свои руки у него за спиной и притягивает ближе, крепко обнимает. Оуи стучит его по спине в дружеском приветствии, а после чуть отодвигается. Андрей послушно перестаёт обниматься и поднимает голову. Он тут же встречается своими глазами с белыми очами, смотрит в них так восторженно, словно те драгоценные камни. Оуи хватает ладонями его щеки и разводит ноги в стороны, чтобы Андрей уместился между ними. Тот, в свою очередь, быстро придвигается ближе и опускает руки на его колени и немного сжимает, сближая лица. Губы находятся на малом расстоянии, их разделяют жалкие пара сантиметров, и Андрей, не выдержич, сокращает их, впиваясь мягким и быстрым поцелуем. Оуи прикусывает его губу, парень непроизвольно выдыхает в поцелуй, но замедляется. Они целуются мокро и скользко, так, как им нравится. Поцелуи медленные и нежные со стороны Андрея, тягучие, но стоит Оуи взять инициативу, как они становятся грубее и жёстче, что заставляет Андрея трястись. Его руки блуждают по телу парня, сжимают его лодыжки и оставляют приятные поглаживания на бёдрах, от чего Оуи становится труднее сдерживаться. Он запускает руки под ночную рубашку Андрея и обхватывает его талию, притягивая все ближе и ближе, пока между ними не остаётся ни миллиметра. Одна его рука скользит по мягкому животику, а вторая пересчитывает его позвонки. По телу Андрея пробегают мурашки, и он отстраняется, чтобы вдохнуть. Оуи тоже делает вдох и поднимает руки, касается холодными пальцами груди, а разгоряченный Андрей стонет. Они снова сливаются в поцелуе, пока свет на кухне не включается. — Андрей? — Мама стоит в дверях и смотрит на покрасневшего парня, а после на масло. — Опять хомячишь? – Ага. — Отрежь и мне.