Сияние Джинкс

Аккуратно повернув нож в сломанном дверном замке, я придерживая дверь, в которой была дырень, размером с голову человека, открыла ее. Та, на наше удивление, даже не пискнула. Значит была новой. Если по тому что происходит, можно назвать её новой. — Ну? Спросил знакомый мне женский голос, шепотом, за моей спиной, я двумя пальцами в перчатках показала жест «Заходим». И мы молча зашли в пока еще неизведанную территорию. Запах был как обычно. Не из приятных. В коридоре стояла собачья лежанка, а на ней, мертвая собака с пробитой черепной коробкой. На шее был отчётливо виден укус. «Ясно. Другая бешеная собака заразила. Или возможно один из ходунов» — Как на свалке, — Дельно заметила моя напарница, и я кивнула соглашаясь с ее словами. — что мы ищем на этот раз? — Лекарства. Прокладки, тампоны. Более менее чистую зимнюю одежду. Твоя косуха уже прохудилась Хлор. Ответила я, напоминая за дырявую кожанку подруги. Та лишь промолчала, и пройдя мимо, шлепнула меня по заднице. Зараза. — Сама та. Твоим джинсам уже пора пойти на бинты да тряпки давно. Я хмыкнула. Что правда то правда. Хотя, если бы она держала свои руки при себе, то и джинсы можно было бы проносить на года два больше. В настоящее время, любая одежда будет в радость. Тем более, если она удобная. — Давай молча искать нужное. — Устаканила я ее, напоминая о нашей миссии. — Про еду и воду ты и сама знаешь. Не надо напоминать, все. Разделяемся. И если что. Стреляем в крайнем случае. Я тебе напоминаю, не первый этаж. Прыгать высоко придётся, а сугробы уже начали таить. Мы разделились. Привычное для нас занятие. Все с нашей «маленькой» общины до сих пор удивляются, как это мы с таким планом живы все ещё. На что я им отвечаю что «У нас сильная выдержка». Хотя на самом деле. Мы любым из них фору дадим! Ха. Да. Лиза даже в русскую рулетку с ними играет по 13 числам. До первого трупа. Меня не пускают, потому что я неплохо стреляю, и будет жаль терять такого стрелка, а ее… А её все боятся. После того как она той суке с каре, ухо отгрызла, да пальцы отрубила. Хотя если так подумать, то так ей и надо. Не хер лезть к ней. Я бы сама её пристрелила, да на тот момент, она была шавкой одного из тех уебков что ходили со мной за провизией и играли с Хлор в рулетку. Доигрались. Поцык словил пулю сразу после очереди Лизы. Я была там. Я всегда там. Своей удачей, и аурой защищаю ее. Охраняю. И похоже… Так оно и есть. Когда весь это пиздец начался, нам было не больше 20. Мы то думали что это будет просто очередной карантин. Так нет же. Не будет. Вот уже второй год подряд, мы шашкаемся в одной общине, и обитаем в старой никому ненужной заброшенной школе. Место много. Есть где поспать, где пострелять. И периметр прекрасный. Короче можно жить. Да и по ночам вид открывается очаровательный. На ночное небо особенно. Черт. Мне 22 года, скоро 23, но все равно никак не могу выкинуть эту всю звёздную романтику из головы. Мне слишком нравится звёзды. Да и вообще. Должно же в этой ебанной жизни, остаться хоть что то хорошее? Даже в такое ебанутое время?! — Нихера, — Шепчу себе под нос заканчивая проверять кухню, она огромная. Да ещё и с балконом. Стоп. — так, а что тут у нас? Заглядываю туда, и вижу консервацию! Господи. Когда я была моложе, я вовсе не ценила её. А ведь ахуенный вариант пищи! Особенно если вы умеете готовить! Перелажу через разбитую оконную раму, оно и так разбито. Снимаю с себя походный рюкзак, и между ватой и бумагой, кладу все банки что только могу уместить. Делаю быстрый взгляд из окна. Проверяя чтобы выход с подъезда был чистым. Но во дворе ни души, ни мертвяков, ни ходячих. Лишь белый снег. Не такой белый как его обычно все видели раньше, теперь, без машин, работающих заводов и песка, он по настоящему белый. Единственный минус, сугробы. Через них пробираться можно только на нашем общинским внедорожнике с приваренными с спереди и сзади караванами. А если по другому… считай ты уже труп. Либо замерзнешь до смерти, либо будешь сожран ходячими трупами. Слышу свист, это сигнал. Закрываю рюкзак. Пара баночек осталась. Нечего. Квартиру мы запомнили, завтра следующая группа заберёт. Иду прямо на звук. Лиза стоит в детской. В ее руках топорик для мяса, что давно уже используется не для животного и свежего мяса, во взгляде вижу сожаление. Захожу в комнату полностью. Под окном, в импровизированном домике из стульев и одеял, сидит ребенок. Маленькая девочка. Кожа белая, волосы черные, а глаза, голубые. Красивая. Видимо гены родителей сложились правильно. Смотрю на напарницу, вижу сомнения в ее глазах. Я тоже не знаю что нам с ней делать. Как она вообще прожила одна так долго? Или не одна? — Где взрослые? Да. Я прихожу к единому мнению что она здесь не одна. Светлые глаза кидаются в сторону, прямо на диван, там. Прикованный к железному вытьэватому светильнику, сидит мертвяк. По иронии, мертвый. Его голова прострелена. Причем, с такого угла, что это сделал явно не он. И уж тем более не она. — Похоже, те кто были с ней, сбежали, оставив ее на произвол судьбы, — Произносит Лиза подходя к телу, на всякий случай поднимает руку с холодным оружием — эй, маленькая, это был твой отец? — Интересуется девушка обшаривая карманы трупа. — Какая уже разница? Он мертв. — Я подхожу к ребенку — Хэй. Не бойся. Мы отведем тебя в хорошее место. Мы сами оттуда. Там тебя никто не тронет. — А если тронут, то Лия им мозги вышибет. Она в беде не бросит, ты уж можешь в этом на нее рассчитывать. Хлориду это похоже веселило, а я же, наблюдала как взгляд ребёнка становится менее напуганным. Но она все равно отстраняется когда я тяну к ней руку. Не доверяет, боится. — Не бойся. Я убиваю только плохих. Ты же хорошая девочка? — Тяну руку, понимаю, что совсем не эти слова мне нужны, но других просто не нахожу. Я не умею общаться с детьми. Более того, я их терпеть не могу. Но кто меня будет спрашивать? — У него кроме бумажника, и не использованных батареек ничего нет. Сдается мне, что его убили. И скорее всего обчистили Юи. При слове «убили», девочка сжалась и со страхом в глазах на нас посмотрела. Неужели и правда? Вот же мрази. — Так. Ладно. Лиза, ты нашла что то? — Аптечка, пустая. Кроме жгута и тампонов ничего нет. А у тебя как улов? — Несколько банок консервации. Раз у тебя пустой рюкзак, забери остатки, они на кухне, там где балкон. — А что нам с ней делать? Девушка указала на напугано ребенка в халабуде. — Хм, — Я взглянула на девочку — как тебя зовут? Но она молчала. Боялась или вообще не могла говорить, это нам лишь предстояло узнать. — Ну же, мы не такие плохие как может показаться. Ребенок обвел нас взглядом, а после покрепче обнял своего розового плюшевого зайца. Хм. Хорошо. — Ладно. Скажи, а ты голодная? У нас есть еда, вода, даже шоколад. Скажи ты любишь шоколад? — Она кивнула — Вот. Если ты хочешь здесь оставаться, мы тебя не будем насильно тащить. Но сама ты вряд ли выживешь. А у нас есть еда, вода, тепло и… шоколад. И кажется это сработало. Девочка вылезла из своего укрытия, не забыв прихватить зайца. Она взяла меня за руку. Какого то хера. Так как без балаклавы была Лиза, и если честно говорить, я вообще не внушаю доверие. Так почему это создание подошло ко мне?! — Так, я за банками, а ты пока одень её. Лиза ушла оставив нас одних. Блестяще! Я посмотрела на нее, она и правда была достаточно красива. Юна и беспомощна. На вскидку, я могла дать ей не больше пяти лет, а значит нас ожидал долгий процесс ее взросления. Пока я снимала с нее потную, от того малоприятную одежду, я заодно проверила нет ли укусов. Их не было. И обратила внимание на ее кулон, на нем было написано «Эва», по форме он был банального вида сердце, а внутри было лишь фотка с отцом и ребенком на руках. Да, таки этот мертвяк был ее отцом. «Так значит тебя зовут Эва, смешно просто» Эва в апокалипсис? Ха. У бога точно чувства юмора на месте.