Юность

***

Апрель

      Прошёл уже месяц с начала нового учебного года. Занятия становились всё сложнее и сложнее, как и домашние задания. Их объём увеличивался с каждым днём, из-за чего приходилось сидеть часами, а иногда и ночами, чтобы понять материал и хотя бы попытаться выполнить хоть что-то. С этим сталкивалась не только Сора, но и все остальные ребята.       Казалось, что в департаменте образования все просто с ума посходили с этой сложной программой. Ну для чего, скажите пожалуйста, пригодятся эти формулы в жизни?       Сегодня был достаточно сложный день в плане учёбы. И, как назло, была прекрасная погода, в которую можно было бы погулять где-нибудь в районе пляжа. Однако ребята веселились и развлекали себя, как могли в стенах школы, стараясь хоть как-то отвлечься от повседневной рутины.       — Эй-эй, смотрите, я выучил новый танец. — Хосок принялся размахивать руками в разные стороны, при этом напевая какую-то дурацкую песенку. Со стороны это больше было похоже на конвульсии кальмара, которого неожиданно выловили из своей естественной среды.       — Боже, что это такое? — Сора приложила ладошку к губам, едва ли сдерживая смех. Выглядело это на самом деле очень смешно, хоть и по-дурацки.       — Ага-а-а, — Бэкхён подскочил со своего места, указывая пальцем на девушку. — Ты улыбнулась, я видел!       — Не было такого! — Запротестовала Накамото, покачав головой.       — Было-было, не отнекивайся. Так и скажи, что ты, наконец, влилась в нашу прекрасную компашку и теперь тоже понимаешь наши шуточки. — Не унимался Бён.       По правде говоря, он был прав. За этот месяц вся компания неплохо сблизилась. Ребята чаще ходили гулять на выходных, а иногда даже делали вместе домашнее задание в библиотеке. Удивительно, почему это произошло именно в последний год учёбы? Ведь ещё год назад Сора ни за что в жизни не стала бы проводить время вместе с бестолковой компашкой.       — Вы уже думали о поступлении, ребят? — Вдруг поинтересовался Чимин, листая какую-то книгу по математике.       — Экзамены бы сначала сдать. — Проворчала Йерим, смотрясь в зеркальце. В последнее время ей почему-то не нравился собственный внешний вид. Девушке вдруг захотелось отрастить длинные волосы и, наконец, научиться нормально краситься, потому что с этим у неё были проблемки.       — Да сдадим, — воскликнул Бён, махнув рукой. — Куда мы денемся?       — Ну не знаю, говорят экзамен очень сложно сдать. — Сора скрестила руки на груди и, подойдя поближе к брату, положила голову ему на плечо.       — В таком случае работа официанта и грузчика актуальна всегда. — Хосок пожал плечами, продолжая вытанцовывать что-то непонятное.       — Эй, ну хватит вгонять меня в стресс, а то я в себя верить уже перестаю! — Возмутился Бэкхён.       — Правда глаза режет? — С сарказмом заметила Накамото.       Их дискуссию вдруг прервал Юта.       — Ребят, звонок скоро, идти уже надо. Иначе учитель Чхве не пустит нас в кабинет, вы же его знаете. — Посмотрев на часы, парень указал в сторону кабинета и вся компания нехотя пошла на урок.       Учитель Чхве — ещё один человек, который всячески старался закрывать глаза на издевательства в школе, так как сам был не против телесных наказаний, даже несмотря на то, что в Корее они были запрещены законом ещё в 2011 году.       А ещё он никогда абсолютно НИ-КОГ-ДА не опаздывал на свои уроки. Серьёзно, не было ни одного такого случая за всё то время, пока ребята учились в старшей школе. Проще говоря, учитель корейского был человеком исключительно старых взглядов и правил. И выглядел также: строгий костюмчик, круглые очки и до маразма аккуратно зачёсанные волосы на затылке, которых осталось-то совсем немного.       Кстати, он неплохо смотрелся бы вместе с учителем по математике — старухой Кан, как называл её Чимин. Прямо идеальная пара, оба до ужаса педантичные и столь же противные.       За секунду до звонка мужчина вошёл в кабинет и с неким презрением оглядел всех учеников. Ну, как всегда, собственно.       — Итак, начнём урок, — противно кашлянув, он открыл журнал и прошёлся взглядом по классу. — Где Мин Юнги и Ким Намджун?       — Не имеем ни малейшего понятия, учитель. — Ответил ему Бён.       И в этот же самый момент в класс вбежали эти двое, растрёпанные и запыхавшиеся.       — Извините за опоздание, учитель. — Юнги поклонился, не переставая тяжело дышать. В отличие от Джуна, Мин был более или менее нормальным. По крайней мере, так казалось, потому что сейчас парень хотя бы проявил уважение к старшему, чего не сделал Ким. Намджун так и продолжал стоять, делая вид, что ничего не произошло. Ему было попросту плевать.       — Я жду. — Учитель посмотрел на Джуна.       — Чего вы ждёте? Мы опоздали на пару секунд и вполне имеем право войти в класс. — Огрызнулся школьник.       — Правда? А правила в школе для кого пишутся? Для учителей или для учеников? — мужчина уже давно привык к этим выходкам, поэтому не придавал этому особого значения, а просто наказывал. — Юнги, ты можешь сесть на своё место. А Намджун сейчас принимает упор лёжа и стоит так до тех пор, пока я не скажу ему встать.       — Вот ещё. — Ким ухмыльнулся и было уже хотел пойти вслед за своим другом, как вдруг ему в спину прилетел удар указкой.       — Упор лёжа или идём к директору ставить вопрос о твоём отчислении, сопляк. — Учитель Чхве ударил парня ещё раз, заставляя буквально согнуться пополам. Хоть со стороны удары и выглядели не такими болезненными, на самом же деле это было очень больно.       Буквально переступая через собственную гордость, Ким принял упор лёжа. А затем послышался ещё один удар и ещё.       — Так будет с каждым, кто опоздает на урок или посмеет мне перечить и грубить. — Обведя взглядом всех учеников, учитель снова вернулся к своему столу и, наконец, начал урок.       Тэхён почти всё занятие неотрывно наблюдал за Намджуном. Если поначалу тот и пытался казаться невозмутимыми, то уже спустя некоторое время его руки начали дрожать от напряжения и от жуткой боли в спине. Но он даже и не думал падать и уж тем более сдаваться.       Возможно, нельзя так делать, но в душе Тэ радовался тому, что Ким-бандит испытывает сейчас. Возможно, телесные наказания следовало бы применять к таким, как он?       Ухмыльнувшись, Тэхён принялся что-то писать в тетрадке.       И именно эту ухмылку и заметил Намджун…

***

      — Йерим, помоги мне. — Нарезав лук, мама девушки указала в сторону закрытой кастрюли, в которой уже вовсю кипел мясной бульон.       Пак тут же сняла крышку, а затем снова вернулась к нарезке овощей для другого блюда.       К слову, мама и отчим не так давно вернулись из командировки, но в скором времени должны были уехать снова, так как проект в Сеуле ещё не был закончен. Конечно же, Йерим очень не хотелось этого, так как ей снова придётся остаться с Чонгуком наедине. А в последнее время это стало проблемой для неё. Почти весь месяц она изо всех сил старалась избегать его и вообще забыть обо всей этой идиотской ситуации.       Но, чёрт, как же это было тяжело.       Судьба, будто бы издеваясь, специально сталкивала их в самых неожиданных местах. Даже когда Пак уходила гулять с друзьями, она не раз встречала Чона на улицах города. И даже в доме они умудрялись сталкиваться лицом к лицу, когда, казалось бы, такого не должно было происходить. Дом-то вроде не маленький, места много.       Издёвки судьбы, не иначе.       Конечно же, заметив странный настрой сестры, Чонгук стал игнорировать её в ответ и всячески делал вид, что не замечал девушку даже во время завтраков и ужинов, когда они сидели лицом к лицу за одним столом.       «Детский сад» — скажете вы и будете совершенно правы.       Неожиданно послышался хлопок входной двери, а в следующее мгновение на кухне появился Чон.       — Добрый вечер. — Он поклонился маме Йерим, при этом делая вид, что сестры здесь нет.       «Надо же, как старательно ты делаешь вид, что не замечаешь меня, Чон Чонгук».       Ухмыльнувшись, школьница продолжила нарезать овощи.       — Добрый вечер, Чонгук, — весело проговорила женщина, приветливо улыбнувшись. — Ужин ещё не готов, ты можешь пока отдохнуть в своей комнате.       Чонгук порой удивлялся тому, как хорошо мама Йерим относилась к нему. Он ведь вроде как чужой ребёнок. Но, тем не менее, женщина всегда была мила и приветлива с ним. И это нельзя было назвать притворством или фальшей.       — Нет, я тоже хочу помочь. — Возразил парень, снимая свою кожаную куртку.       — Уверен? — женщина улыбнулась. — Тогда, если не сложно, можешь вымыть всю посуду?       — Конечно. — С совершенно невозмутимым выражением лица, Гук прошёл мимо сестры к раковине, оставляя за собой головокружительный шлейф мужского парфюма.       «Так, отставить эти сопли, Пак Йерим».       — Как продвигается работа, мам? Ты совсем ничего не рассказываешь. — Взяв в руки очередную морковку, Пак откусила часть и принялась жевать её с аппетитным хрустом.       — Да нечего рассказывать. Работы много, куча бумажек и всего такого прочего, — она улыбнулась дочери. — Лучше ты расскажи мне, как в школе дела? Никто тебя не обижает?       Чонгук всё это время стоял к ним спиной и особо не вникал в «девчачьи» разговоры. Но именно после этого вопроса почему-то вдруг неосознанно стал вслушиваться в то, что говорила Йерим.       — Ничего нового. Происходят всё те же события, как и в прошлом году. Над моим одноклассником Тэхёном издевается другой мой одноклассник — Намджун. Мы с ребятами пытались помочь Тэ, старались как-то незаметно защищать его, но всё впустую. Учителя закрывают на всё глаза и не хотят ничего делать. А сегодня учитель корейского бил Намджуна за то, что он опоздал на урок, — Йерим тяжело вздохнула. — Хоть какое-то наказание для этого засранца.       — Мне это очень не нравится. Телесные наказания запрещены, пусть даже этот Намджун плохой парень, но он не заслуживает подобного отношения к себе со стороны учителя, — мама вдруг напряглась, даже нож отложила в сторону. — Этот учитель, он не трогал тебя?       — Нет, только полы заставлял мыть и всё, — пожав плечами, школьница взяла грязную тарелку и уже было хотела направиться в сторону раковины, но вдруг остановилась, вспомнив, что там Чонгук и вернулась назад. — В общем, не важно, всё хорошо. Я подружилась с хорошими ребятами. Сора называет их «бестолковая компашка», но на самом деле они хорошие парни.       — Если что-то будет не так, говори мне сразу, Йерим…, — но не успела женщина договорить, как её телефон зазвонил. — Да, Джихван? Сейчас? А это не может подождать?       Звонил отец Чонгука и уже по разговору Пак поняла, что сейчас мама уедет в офис. Школьница почему-то уже научилась предчувствовать такие моменты. Так и получилось, женщина схватила какие-то важные документы и, рассказав вкратце дочери рецепт блюда, которое они готовили, тут же уехала, оставляя молодых людей наедине.       К тому моменту Чон уже закончил мыть посуду и спокойно себе сидел за кухонным столом, наблюдая за процессом приготовления.       — Чего не уходишь? — Проворчала девушка, нарезая очередную партию овощей.       — А должен? Я тоже тут живу и имею право находиться, где захочу. — Он скрестил руки на груди и с ухмылкой посмотрел на сестру.       — Ты мне мешаешь, уходи. Продолжай и дальше избегать меня, как ты делал это весь прошлый месяц.       «Блин, зачем я вообще с ним заговорила об этом?»       — А не ты ли меня избегаешь всё это время? Причём по совершенно непонятным мне причинам. — Предположил Гук.       — Я не избегаю, просто дел много, — соврала школьница. — Именно поэтому после отъезда родителей у тебя снова будет возможность водить своих подружек, сладкий. Дом будет полностью свободен с утра и до са-а-амого вечера.       — Я, кажется, покоя тебе не даю, Йерим? — Заметил парень, рассмеявшись.       — Уходи, пожалуйста, — Пак понимала, что начинает злиться. Это можно было заметить по выражению её лица и по тому, как яростно она нарезает овощи. Собственно, это привело к тому, что девушка порезалась и причём неслабо. — Чёрт!       — Довыделывалась? — несмотря на ситуацию, парню было почему-то смешно. Она вела себя, как маленькая девочка сейчас и он прекрасно понимал почему. — Иди обмотайся пластырем, а я пока послежу за супом.       Йерим быстро ушла в ванную, так как именно там находилась аптечка, но ни через пять, ни через десять и даже пятнадцать минут девушка не вернулась. К тому времени суп уже давно был готов.       Отключив плиту, Чонгук направился в сторону ванной, слыша оттуда тихие всхлипы.       — Эй, ты чего там застряла? — Особо не церемонясь, парень открыл дверь и вошёл внутрь.       Возле раковины с трясущимися руками стояла Йерим. Она пыталась остановить кровотечение, но из-за плохой свёртываемости крови и глубокого пореза не могла сделать этого. Красные капли продолжали медленно стекать в раковину, смешиваясь с водой.       — Не могу остановить её. У меня с детства плохая свёртываемость. — Пробормотала она, подставив руку под струю воды.       — Стой, так нельзя делать, — Чонгук тут же взял чистое полотенце из ящика и немного смочив его в воде, приложил к ране. — Почему не позвала меня?       — Зачем? Это бы что-то изменило? — Пак ухмыльнулась, пытаясь унять дрожь в руках.       — Подними руку вверх, так кровь остановится быстрее, а я пока достану антисептик и бинты, — скомандовал он, не обращая внимание на её ответ. Но когда понял, что девушка сейчас попросту не слышит его, то повысил голос, чтобы привлечь её внимание. — Эй, слышишь меня? Держи, я сказал!       Йерим и правда почти даже не слышала его, задумавшись о том, насколько близко они стоят друг к другу сейчас. И почему она вообще думает об этом?       — Да держу я, держу! Чего разорался? — Опомнившись, возмутилась она.       Присев на краешек ванной, Пак наблюдала за тем, как парень копался в аптечке, в поисках нужных «атрибутов».       — Не язви, иначе по лбу получишь, — вернувшись с бинтом и антисептиком, Чон осторожно взял её руку и, убрав полотенце, откинул его в сторону раковины. А Йерим в этот момент показала ему язык, за что и получила обещанный щелчок по лбу. — Я предупреждал.       — Эй, ты совсем сбрендил? Я вообще-то тут жертва, меня жалеть надо. — Возмутилась школьница, приложив ладошку ко лбу, а затем закричала от боли, когда антисептик попал на рану.       — Дурочка, чуть полпальца себе не отрезала. — Прокомментировал Гук, продолжая обрабатывать рану. Выглядела она, кстати, не очень хорошо. Ещё немного и эта выпендрёжница и правда могла бы остаться без пальца.       — Сам дурак! И вообще, это ты виноват. Я говорила тебе уйти и не мешать мне. — Конечно же, это был слабый аргумент, но Йерим не будет молчать, ещё чего.       — Уж прости, что мне захотелось немного посидеть с тобой, — сказал он это настолько непринуждённо и спокойно, что школьница даже опешила немного, удивлённо уставившись на него. — Чего уставилась? Нравлюсь?       — Мечтай больше, сладкий, — и, сама не зная почему, Пак взяла и легонько щёлкнула его по лбу. На что получила в ответ вопросительный взгляд. — Что? Тебе можно, а мне нельзя? Считай, что это моя месть, сладенький.       К этому моменту Гук уже наложил нетугую повязку и внимательно осмотрел замотанный палец, а затем поднял взгляд на девушку, сталкиваясь с ней почти лоб в лоб. Нервно сглотнув, парень только сейчас заметил, насколько же близко они друг к другу.       И почему он думает об этом сейчас?       Что за странное чувство?       Тяжело выдохнув, Чонгук вдруг резко отстранился и тут же вышел из ванной, оставляя удивлённую Йерим наедине со своими мыслями…