О любви и предательстве

      Ран уткнулся лбом в плечо Риндо, восстанавливая дыхание. Его всё ещё мелко трясло от недавнего оргазма. Он усмехнулся каким-то своим мыслям, параллельно целуя нежную кожу брата. Риндо положил ладони на шею, носом зарываясь в длинные волосы и вдыхая их запах.       Ладони старшего переместились на бёдра, приподнимая парня. Риндо грустно проскулил от ощущения пустоты, за что получил немного смазанный чмок в щёку. Младший отсел, переведя взгляд на столик, который они перетащили к кровати, наполненный закусками и нетронутым вином.       — Мы, кстати, так и не выпили ничего, — буркнул он, наблюдая за братом, что накинул халат на голое тело и ушёл куда-то. Вернулся спустя секунд сорок.       — Мы и не поели ничего, ты сразу налетел с поцелуями и стало не до этого, — лениво улыбнулся Ран, откидывая волосы назад, чтоб не лезли.       Риндо что-то пробормотал, но потом просто закутался в одеяло, подползая к краю кровати, где стоял брат. Шаловливые руки легли на грудную клетку, распахнув ткань, и стали опускаться ниже. Длинноволосый остановил их в районе талии, поставив колено на матрас, нагнулся к сидящему брату и прижался к его губам своими. Риндо отставать не стал: переложил ручки на шею, притянув старшего поближе, проталкиваясь языком.       Ран прекратил эти поцелуи, вытирая губы от выступивших капелек слюны. Перевёл взгляд на столик и потянулся к упаковке с моти.       — О, дай мне клубничную, — произнёс Риндо, заметив что взял брат.       — Я тебе его и взял, — он поднёс к его губам младшего, тот сразу открыл рот и принял угощение.       Больше всего Риндо любил такие клубничные, они были для него самые лучшие и всегда доставались ему.       Ран наблюдал за довольным братом, которые, после того как проглотил, облизнул губы и придвинулся к нему.       — Они, кажется, ещё слаще стали, — восторженно произнёс он, сразу же желая прикоснуться к губам брата, чтобы тот распробовал эти чудесные сладкие крупицы.       — Я добавил в них кое-что, зная как ты сладкое любишь, — Ран остановил его, замечая недоуменный взгляд и появившийся в нём же вопрос, — то же, что и ты в вино.       Он почувствовал как Риндо напрягся и громко сглотнул. В глазах сразу же появился испуг.       Ран не дурак, он заметил что в последние недели две с братом что-то не так. Его взгляд поменялся - если до этого он смотрел на старшего как на человека, которому доверит свою жизнь, с которым будет идти рука об руку до самого конца, как на любимого, в конце концов, то теперь этот взгляд излучал неприязнь. Риндо будто возненавидел его за долю секунду, как по щелчку. Риндо отдалился от него. Даже на касания и поцелуи реагировал не так, как раньше.       Лишь пару дней назад он вновь стал тем Риндо. Будто бы никаких изменений в нём не было, будто это всё Рану приснилось. Но не приснилось, как оказалось.       Ран наблюдательный, он заметил, как брат, после покупки презервативов в аптеке, хлопнул себя по лбу и сказал что забыл перекись с пластырем купить. Для их образа жизни ничего необычного. Вот только перекись и пластыри не должны помещаться в одну бутылку с составом яда. И потом спонтанное предложение от младшего устроить совместный вечер.       Под предлогом душа Ран ушёл, намочил волосы для вида и оставил воду включённой. В проёме кухни Ран видит то, как его младший брат выливает ту бутылочку в вино, застывая на несколько секунд. Старший думает, что Риндо обдумывает свой поступок, но тот выпрямляется и продолжает приготовления к вечеру. Ран возвращается в ванную, чтобы выключить воду и выходит к брату, не подавая виду, что всё видел и знает.       — Что тебе не угодило, скажи, — игривая нотка в голосе сменилась сталью, Ран выжидающе смотрел на Риндо.       Риндо смотрел в одну точку перед собой, его начало трясти.       — Ты… отравил меня? — он поднял взгляд на брата, в уголках глаз была влага.       — Также как и ты хотел отравить меня, — равнодушно произнёс Ран, не отводя взгляд. — У тебя есть около получаса, потом тебя разорвёт от ощущений.       Младшего теперь трясло сильно, он открыл рот, пытаясь сказать что-то, но просто не мог. По щеке скатилась слеза, Риндо часто моргал, всё ещё не веря в происходящее.       Ран взял его за подбородок, смотря в такие же фиалковые глаза как и у него самого. Из-за скопившихся слёз они казались ему светлее.       — Рин-Рин, — прошептал он, не отпуская лицо брата, — ты сам говорил когда-то, что ненавидишь предательство.       Риндо поджал губы и отвёл взгляд вниз, не в силах смотреть на Рана.       Что ему сказать? Что он хотел стать единственным королем Роппонги, чтоб больше никто не смел сказать, что он просто тень старшего брата, что один он никто и сам не справится.       Риндо всегда было плевать на то, что говорили другие про них с братом. Кто те люди, а кто Хайтани? Правильно, всего лишь жужжание мухи перед королями. Но Риндо стал зацикливаться на том, что его называют тенью, никудышным. Было бы плевать, если бы Риндо всерьёз не призадумался и сопоставил всё. Ран посильней него, Ран умеет быстро оценивать ситуацию и принимать правильные решения, которые приведут только к лучшему. Ран умеет читать людей и находить их слабые места. Ран превосходит его во всём, но правят Роппонги они вдвоём. Но Риндо тоже умеет оценивать ситуацию и здраво мыслить и приходить к хорошему исходу, но только не на ходу. Риндо может выкрутить суставы так, что последующий трёхнедельный отпуск вы проведёте в больнице.       Но Ран всё равно превосходит Риндо, и почти всегда приходит ему на подмогу. Да даже в битве за власть над Роппонги, Ран вырубил своего и тут же поспешил помочь брату. Даже верхушки банд шепчутся, что Ран работает за двух. Риндо надоело это, им завладело желание быть единственным и доказать, что он превосходнее.       Вот только сейчас, когда внутренности свернулись, перетираясь друг о друга и создавая ужасную боль, Риндо считает себя неспособным ни на что. Ран лишь наблюдает за тем, как он мечется, не понимая, что чувствует после признания.       Риндо сгибается в три погибели, но, замечая как брат встаёт и уходит куда-то, выпрямляется и хватает за ткань халата. Ран останавливается, но не поворачивает голову в его сторону.       — Останься со мной пожалуйста, — просит он, цепляясь за руку старшего, — мне… мне страшно умирать одному.       Ран хмыкает, но не сдвигается с места. Когда он всё же отцепляется от Риндо, плечи младшего опускаются. Но вскоре Ран садится рядом с ним, укладывая его голову на своё плечо.       — Я очень надеюсь, что в следующей жизни ты вновь переродишься младшим братом, — шепчет он, поглаживая светлые волосы с бирюзовыми прядками, — но уже тогда ты пойдёшь за своим старшим до конца.       Ран верит в реинкарнацию, а Риндо нет. Но сейчас, услышав эти слова от брата, Риндо не сдерживает всхлип, пряча лицо в плече Рана. Сейчас ему не по себе: его убивает яд и сама ситуация. Только сейчас он осознаёт каким идиотом оказался. Он не заслуживает вот так лежать на плече Рана, не достоин вообще находиться с ним сейчас рядом. А ещё он не достоин любить его дальше.       Чувствуя, как веки тяжелеют, Риндо осознаёт, что всё же пусть лучше он умрёт, чем продолжит жить бок о бок с братом, который знает о его проступке. Риндо бы просто не смог ужиться с ним.       Младший не может противостоять, глаза закрываются сами, в груди ноет, как и везде внутри.       Ран не сразу замечает, что Риндо больше никак не реагирует, его даже не трясёт. Он приподнимает брата, укладывая на соседнюю подушку. Одеяло скрутило его всего, поэтому Ран быстро распутал его, укрыв младшего. Сам же он встал с кровати, выходя из их комнаты.

***

      Риндо открывает глаза и видит ту же комнату. Что ж, для каждого будет личный ад, видимо, для него адом будет комната, где он умер на руках у любимого брата, планируя до этого также отравить его.       Хайтани прислушиваешься к ощущениям - ничего. Он не чувствует ни той боли, никаких эмоций, хотя в груди всё также ноет.       Он думает, что за ним пришёл дьявол, когда ему мерещится звук открывающейся двери, но вместо дьявола там стоит брат. Риндо широко распахивает глаза, смотря на него.       — Очнулся уже?       Младший не понимает ничего, Ран тем временем подходит к нему, всё в том же халате, и садится на кровать. Рот открывается, чтобы задать вопрос, но Ран его предугадывает.       — Ты не сдох, это было снотворное, просто доза сильная.       Риндо всё также ничего не понимает. Снотворное?       — А боли? — его голос хрипит, он его даже не узнает.       Ран пожимает плечами.       — Боли это уже твоё подсознание, когда ты решил, что отравлен.       Ран пододвигается ближе, взяв его за щёки.       — В этот раз ты остался жив, но вот дальше всё может поменяться, и вместо снотворного точно будет яд.       Старший встаёт и уходит, оставляя потрясённого Риндо одного в раздумьях.       Конечно, он не узнает, но последние слова Ран сказал, чтобы запугать его. Ран слишком сильно любит своего брата, он просто не способен навредить ему, чего не скажешь о Риндо.