Неприкрытая жестокость

- … после чего я потеряла сознание. – слабым голосом сказала Илен, лёжа на операционном столе в комнате два. - Понятненько. – преувеличенно-бодрым голосом сказал я, хотя был далеко не рад и нихрена не бодр. Чёрное пламя… можно сказать, ответвление от навыка «Тёмное пламя», что было чуть слабее моей «усиленной» магии огня, но сильнее обычной. Если говорить грубо – мой поглощающий огонь на минималках, что почти невозможно затушить и что блокирует регенерацию, подпитываясь от неё же. Но не это важно. Этот навык «черное пламя» имеет очень поганое свойство – «заражать» маглименты, ману и тело, оперативно усиливаясь, путём поглощения внешних источников магии. Так вот. Илен заражена этим чёрным пламенем. - В общем-то, Илен, ты скоро умрёшь. – спокойно сказал я, натягивая перчатки и одевая маску. – Я постараюсь сделать всё, чтобы хотя бы отсрочить это, но ничего не обещаю. – открывая полку и доставая уже подготовленные пару медицинских шприцов с миорелаксантом, и шприц с убойной дозой местного наркотика для обезболивания. Положив всё это на стол, я начал искать в шкафчике ещё один препарат. - Так… Кетамин… М-м… пентан, что он здесь вообще делает..? – начал по привычке бормотать себе под нос, читая мелкий почерк на баночках. – Так… Ага… Вот он. Тиопентал-натрий. – Взяв шприц и вобрав препарат. – Так, мой дорогой ассистент, возьми его. – один из гоблинов, которых я учил хирургии, подойдя ко мне, взял шприц, сразу же отойдя на положенное место – возле стола. Зачем вообще проводить хирургическое вмешательство, если заражены маглименты, а не тело? Дело в том, что заражено, как раз таки, тело, а не маглименты. А вот маглименты, которыми напитано тело, заражаются и заново запитывают тело, делая участок пропитанным злокачественной опухолью, если это можно так назвать. Навряд ли, конечно, вырезка опухоли вылечит окончательно, но это позволит мне сделать очень многое, начиная от поиска лекарства и лечения, заканчивая дальнейшим использованием в своё благо. Вообще, хорошо было бы понаблюдать за дальнейшим развитием этой "опухоли", но риск... Не оправдан, так скажем. Подойдя к Илен и положив, на всякий случай, нужные препараты на стол, я начал говорить. - Тиопентал-натрий. – просто сказал я, уже зная, что меня поймут. – Миорелаксант и наркотик. В какой последовательности – вы знаете. Начинаем. *** - Скальпель. – протянув руку, в которую мгновенно был вложен остроконечный скальпель, сказал я. - Лезвиедержатель. – скороговоркой сказал я, вновь протягивая руку. - Сосудистый зажим здесь. – слегка двинув головой в сторону, зная, что «ассистенты» меня поймут, я методично вырезал заражённый участок. - Ранорасширитель. – уже зашив первый надрез, я начал делать второй, что был необходим для полной вырезки опухоли. Хорошо хоть, что она не совсем человек, а так же имеет регенерацию. *** - Так. Вроде, всё. – внимательно смотря на зашитую рану. – Увести её в… - я резко замолчал. А куда её вести? Эта мысль, казалось, набатом прозвучала в моей голове. В убежище нет ни спален, ни лечебниц, ни больниц. Первая временная лечебница была на месте второй комнаты, на данный момент здесь некое подобие лаборатории и операционной в одном лице. Строить..? Я посмотрел на Илен магическим чутьём. Впрочем, чего это я? Организм местных… кхм, людей гораздо выносливей обычных хомосапиенс с моего мира. А если этот человек ещё и модифицирован, то живучесть напополам с выносливостью достигают огромных значений. - Переложить на кровать и отодвинуть к стене. – кивком головы показав на металлическую кровать, на которой небыло ничего, кроме матраца и постеленной, но немного мятой, простынёй. Ещё один мой небольшой эксперимент по поводу сна. Дело в том, что спать мне не нужно – даже более того, мне этого не требуется. Вот и решил проверить – смогу ли я вообще уснуть? Ответ на это – да, но для меня это будет, как моргнуть. Секунда – и я уже открываю глаза ровно через два часа. Четверо гибридов, аккуратно взяв Илен, переложили её на кровать. - Свободны. – вновь кивком головы указав на дверь, холодно сказал я. По моим ощущениям прошло примерно часа три с начала операции. Авантюристы должны прибыть примерно через дней пять-шесть. Время на урегулирование проблем убежища, в принципе, есть. Надо будет дать достаточно много указаний и приказов к началу исследований. Хорошо, что мои ремесленники научились создавать бумагу, и не придётся всё пытаться запоминать и к каждому гибриду подходить отдельно. Оперившись ладонями о операционный стол, я резко повернулся вправо и пошёл в комнату три. Нужно очень много сделать. И на это «много» у меня есть только пять дней. День прибытия авантюристов и Шидзу. - Барьер полностью исправен, мой Господин. - Трупы? – откинувшись на кресле, я потер пальцами глаза. Требовался полный ремонт стен. Но там, скорее, нужно было просто вправить вмятины и отполировать их, с чем мои рабочие успешно справились. Барьер… было делом времени, когда я смогу полностью снять с него бо́льшую нагрузку. Уничтоженный интерьер тоже не является такой уж большой проблемой – ремесленники довольно быстро и оперативно всё создали и расставили по местам. Раскалённый воздух был быстро поглощён ещё вначале ремонта. Единственное, что до сих пор оставалось проблемой – различные металлы, что после напитки моими маглиментами, с чего-то приобрели металлически-серебристый окрас. - Сожжены. – коротко сказала Илен - Прикажи кому-нибудь, чтобы прочёл речь против безумия. – поморщившись от навалившегося «непонятного» и неизученного, сказал я. - Как скажете. – покорно ответила она. - Примерный срок жизни гибридов выяснили? – дописав, спустя несколько секунд спросил я заинтересованно. - От четырёх до шести лет. – мгновенно и будто ожидая этого вопроса, ответила она. - Что насчёт образца? - Образец имеет псевдо сознание и также способен к примитивным размышлениям. Способность к эволюции утрачена, но заменена на очень ослабленную способность к поглощению и заражению энергий. При касании подопытного проявил паразитические повадки. Через пять часов сорок три минуты, сознание подопытного было полностью перестроено под сознание образца. У подопытного обнаружена слабая склонность к метаморфизму, и заражению. При убийстве подопытного до замены сознания, процесс заражения ускоряется и сознание всё равно заменяется на сознание образца. - Ядро? – полу удивлённо посмотрел я на неё. - Да, мой Господин. Мужская особь не модифицированного гоблина с полным ядром в шестьсот маглиментов эволюционировали в неизвестное существо с полным ядром в двадцать тысяч маглиментов с шансом поглощения ещё, в среднем десяти тысяч. - Боевой потенциал? – отодвинув стопу бумаг и положив голову на скрещенные пальцы, аля Гендо, спросил я. - Высок. Имеет средний навык регенерации. Кроме того, получившееся существо бессмертно. При разрезании на две половины, оно продолжало жить. Через четыре часа оно полностью восстановилось. При битве со вторым подопытным – демоном – смогло разрушить источник одержимого и развоплотить его тело семью ударами. При разрезании плоти подопытного и дальнейшего приживления другим подопытным получил неизвестный навык коммуникации. - Всё страньше и страньше. Что дальше? - Возможен коллективный разум между особями одного вида. Очень уязвимы к маглиментальному огню. Физический и магический огонь эффективен, но менее, чем маглиментальный. - Хм… планы придется менять. – отхлебнув кофе из чашки, пробормотал я, постепенно откидываясь в кресло. – Да… определенно надо менять…