Отель"Шанхай"

- Да, мам. Нет, мам. Пока нет. Ничего не поздно! Мне тридцать два только в апреле исполнится!! Ой, мам, не преувеличивай! И есть у тебя уже внуки! Ну, хорошо, один внук! И вообще, ты слишком молода для бабушки! И ничего я не подлизываюсь! Всё, мам, я побежал! Позвоню, когда доберусь! Мама, как всегда озабочена моей личной жизнью. Которой у меня, врача- кардиохирурга одного из медицинских центров Пекина, фактически нет. Хватаю чемодан, чуть не забываю ключи, и бегу к лифту. Такси уже должно прибыть. Очень надеюсь, что по дороге в Няньюань (1) удастся избежать пробок. Хотелось бы успеть перекусить до отлёта. На эту международную медицинскую конференцию в Шанхае я не планировал ехать. От слова «абсолютно»! Но всё изменила маленькая Ли Хуа, поступившая в наше отделение в моё дежурство. Восемь месяцев. Тетрада Фалло. (2) Тет-приступ.(3) Большущие глаза с густейшими ресницами на бледно-синем личике, и неожиданная улыбка, сияющая одним единственным зубом, когда мы купировали приступ. Если не прооперировать, то улыбки с бо'льшим количеством зубов уже никто не увидит. А медицинской страховки родителей недостаточно. Я бы сделал эту операцию бесплатно, и почти уговорил нашего главного врача, чтобы он позволил мне это. Но есть одно НО. У меня хватает опыта, но не совсем подходящая для проведения подобного оперативного вмешательства квалификация. На что и указал наш больничный юрист. А главный вспомнил про эту конференцию. Очень кстати оказалось, что в ней будет участвовать и даже проведёт несколько семинаров знаменитый русский врач, кардиохирург Лео Бокерия. И уже этого будет достаточно, если… Об этом «если» я не хочу даже думать… Через пару часов уже сижу в такси, везущим меня из Пудуна(4) в отель «Шанхай», в одном из конференц-залов которого и будут проходить все мероприятия. Ого! Руководство невероятно расщедрилось, если решило поселить меня в этом лакшери-отеле! Сплошь хром, стекло и зеркала! А уж какие постояльцы! Как, например, вот этот господин, входящий одновременно со мной, одет, как модель с обложки глянцевого журнала (небось даже шнурки от навороченного бренда), и держится с достоинством наследного принца. Топ-менеджер, а то и директор какой-нибудь крупной компании. Мельком удивляюсь себе, что уделил столько внимания незнакомцу, и иду наконец-то к стойке администратора. Оставшаяся половина сегодняшнего дня свободна, и я решаю пройтись. Мне нравится Шанхай. Нравится бродить по лунтанам(5), соединяющие шикумены(6) в районе Пуси(7), окунуться в шумный водоворот Нанкинской улицы(8), а вечером любоваться огнями набережной Вайтань(9). Прогулка определённо удалась, но вот возвращаться совсем не хочется. Когда ещё выпадет такая возможность пройтись по Шанхаю? Но завтра с утра начинаются доклады, а после обеда – первый из семинаров Бокерия. Ужинаю в крошечной уличной забегаловке самыми восхитительными вонтонами(10) что мне доводилось пробовать, с любопытством наблюдая за жизнью вечернего города. Так бы и сидел до самого закрытия, но всё-таки заставляю себя расплатиться и вызываю такси. Вхожу в лифт и уже собираюсь нажать кнопку с цифрой 16, когда слышу негромкий оклик: - Подождите, пожалуйста! Любезно придерживаю уже закрывающиеся двери. Молодой человек, в яркой куртке, запыхавшись, влетает в лифт, и чуть не падает, наступив на развязавшийся шнурок собственной кроссовки. Инстинктивно подхватываю его под локоть. - Простите, я такой неловкий. Спасибо. Он смотрит на меня, улыбаясь робко и смущённо. А я с трудом, но всё же узнаю в нём того давешнего «наследника императора», которого встретил утром. Надо же, как меняет человека всего лишь улыбка! - Вам на какой этаж ? - обращаюсь к слегка растрёпанной макушке молодого человека, присевшего завязать свой шнурок. - На шестнадцатый, - отвечает он, на секунду подняв на меня глаза. Вот это ресницы! И снова эта его улыбка. Вот далась же мне она! Отворачиваюсь и наконец-то нажимаю кнопку. Лифт со скоростью черепахи ползёт вверх. В его огромной кабине только я и мой попутчик. Наверное, из-за этого остро ощущаю его присутствие за своей спиной. Он тихонько вздыхает, шуршит чем-то в кармане куртки. Подчиняясь внезапному порыву, смотрю в зеркальную стенку и натыкаюсь на изучающий взгляд, в ту же секунду метнувшийся в сторону. Тихонько хмыкаю, и в свою очередь разглядываю знакомого незнакомца. Молодой, мой ровесник, возможно, на год или два постарше. Чуть ниже меня, ещё слегка сутулится. И да, красив, с этими его длинными ресницами, высокими скулами и яркими губами на бледном лице. Да что со мной не так?! Что за непонятное внимание к чужому человеку?! Двери наконец-то остановившегося лифта плавно разъезжаются, и я поспешно выскакиваю из кабины, моля всех богов, чтобы номер моего спутника оказался не рядом с моим. Молитва, похоже, услышана, потому что, воровато оглянувшись, вижу его, удаляющегося в противоположную сторону. С облегчением захлопываю дверь номера. Всё – хватит приключений на сегодня. В душ, и спать. День пролетает незаметно. Доклады участников интересные. Семинар очень информативный. Сейчас схожу поужинать и засяду посмотреть те заметки, которые делал. Но прежде надо переодеться, не люблю я эти костюмы, а уж галстуки - тем более. Вызываю лифт. Так, а это уже становится забавным, потому что вновь слышу оклик, уже знакомым голосом: - Подождите, пожалуйста! Развлекаюсь, гадая, кто он сегодня: «наследник императора» или тот, немного неуклюжий молодой человек с милой улыбкой? Не угадал. Облачённый в строгий костюм «наследник» улыбается мне. - Добрый вечер! Едем? Нажимаю кнопку с цифрой 16. Какая-то мысль настойчиво скребётся в голове, вызывая чувство лёгкого дискомфорта. Что-то не так, не могу сообразить. Но оглянувшись, вдруг понимаю в чём дело! На шее попутчика висит бейдж на ленточке. Точь-в-точь, как у меня. Так, значит, он тоже участник конференции! Беззастенчиво всматриваюсь в иероглифы, и глаза потихоньку лезут на лоб. Чжу Илун?! Правда? Тот самый знаменитый Чжу Илун - гений биоинженерии? Разработчик технологии геномного редактирования, у которого научных званий и регалий больше, чем блох на бродячей собаке? Вот уж не думал, что он настолько молод! Ну, так я и не интересовался биографией. - Простите, а вы случайно не ученик профессора Дэн Чао? Бай Ю? Похоже, что не я один пялился на бейдж. Совсем не удивительно, что мне знакомо имя всемирно известного учёного. А вот он-то откуда знает, что я учился у Дэн-лаоши? - У нас совместный проект с профессором Дэном. И он неоднократно сетовал, что его лучший ученик предпочёл путь практикующего врача науке, - словно подслушав мои мысли, тут же, виновато улыбаясь, произносит Чжу Илун. - И что, лао Дэн и правда называет меня лучшим учеником? А мне говорил, что любая лабораторная макака в сто раз сообразительнее, чем я! Протягиваю руку: - Да, я Бай Ю. - Очень приятно. Чжу Илун. Длинные красивые пальцы осторожно смыкаются на моей ладони. Тёплые-тёплые. И почему-то совсем не хочется их отпускать. - Тот самый? – уточняю я. - Который? Замечаю, что кончики ушей собеседника стали ярко- алыми. ( а ладонь тоже не торопится отнять) - Знаменитый. И мы смеёмся. Вместе. Легко и беззаботно. И это совсем не кажется странным. - Я хочу выйти в город, перекусить. Может, составите компанию? - Собирался предложить вам то же самое. - Тогда встречаемся через полчаса внизу. И всё-таки Шанхай необыкновенный город. Переливающееся море огней, толпы туристов, поражающие воображение высотки и телебашни – всё это есть и в столице. Но вот какой-то особенный дух, атмосферу, лёгкий романтический флёр, я ощущаю именно здесь. Возможно, виноваты все те дорамы, которые мне приходилось смотреть в детстве вместе со старшими сёстрами. Их оставляли присматривать за мной, и они, вручив мне какую-нибудь игрушку, тут же усаживались к телевизору, с головой погружаясь в очередную историю о провинциальной девушке, которая после многочисленных испытаний и страданий, наконец-то встречала свою любовь именно здесь, в Шанхае. И сейчас эти ощущения сильны, как никогда. Потому что, после ужина в той самой забегаловке с вонтонами, мы с Чжу Илуном не вернулись в отель, а отправились бродить по ярко освещённым улицам. Разговаривая буквально обо всём, начиная с разборки его последних проектов и, заканчивая обсуждением ролика с забавными пандятами, выложенного в Вейбо. Потому что, полная луна волшебным фонарём, затмевающим неоновое буйство, висит над городом. Потому что звуки саксофонного блюза, исполняемого уличным музыкантом, сладко и тягуче текут по нервам. Потому что глаза Чжу Илуна словно глубокие тёплые омуты. Потому что я тону в них. Потому что, кажется, я схожу с ума. Потому что, я не страшусь этого безумия. Я жажду его. И вижу, и чувствую, что он, мой такой неожиданный спутник, готов разделить его… Похоже, что лифт отеля «Шанхай» становится особенным местом для нас. ( уже есть «мы») Встреча. Знакомство. Поцелуй. Всему этому стали свидетелями его зеркальные стены… И отпечатки ладоней на этих зеркалах… Я не помню, как мы покинули лифт. Не помню, как добрались до номера. Но помню жаркие губы и жадные руки, нежный шёпот и низкие стоны, знойное зыбкое марево, затопившее разум и калейдоскоп звёзд под веками…. И просыпаюсь с этими воспоминаниями… Воспоминания, или всё-таки сон, морок, наваждение? Потому что то, что произошло ночью, сейчас, утром, кажется иллюзорным, призрачным, ненастоящим. Но вот сладкая боль в растянутых мышцах вполне реальна. Как и саднящие, припухшие губы. Как и лежащий рядом, растрёпанный и уютно сопящий Чжу Илун, с его невозможными веерами ресниц, и приоткрытым ртом. Чуть вьющаяся прядка щекочет ему нос, и он смешно морщится. Тянусь поправить её, но внезапно промелькнувшая мысль заставляет замереть мою руку. Это для меня прошедшая ночь стала особенной. Это мой разум сдался под наплывом небывалых эмоций и ощущений. И пусть это звучит, как в дешёвых бульварных новеллах, но это я, кажется, влюбился. Хоть и не с первого взгляда, но с первого разговора, с первого прикосновения, с первого поцелуя. Я, а не он. И сейчас, проснувшись, и увидев меня рядом с собой, он, возможно, скажет что-то пошловато-игривое и неискреннее. Или в неловком молчании просто встанет и уйдёт. Или… - Привет! Тёплая сонная улыбка и сияющий взгляд. - Хвала богам, ты мне не приснился! - шепчет он прямо в мои губы. И утро становится похожим на прошедшую ночь… Оставшиеся дни мелькают пёстрым калейдоскопом докладов, дискуссий, семинаров, прогулок, посиделок в «нашей» забегаловке, и разговоров, разговоров, разговоров… И безумием ночей, когда тёмная первобытная страсть сменяется щемящей сердце нежностью. Но время так неумолимо скоротечно. И я стою у дверей номера, уцепившись за ручку чемодана, как за последнюю опору в моём, рушащемся сейчас мире. Мире, в котором я жил последние три дня. Мире, который придумал. Мире, в котором мы с Илуном были вместе. Вдвоём. Потому что в реальности он сейчас уедет в Хунцяо(11), а я в Пудун. Он улетит в Шэньчжэнь, а я в Пекин. У него его новые разработки, научные статьи и лекции в одном из университетов. А у меня мои пациенты, дежурства и неустанные мамины попытки устроить мою личную жизнь. Не в силах больше выносить молчание и горькую нежность во взгляде Илуна, на короткий миг прижимаюсь к его губам… И сбегаю. Не оглядываясь. Первое время по возвращении домой всё, буквально любая мелочь напоминает мне о моём шанхайском наваждении. На еженедельной планёрке обращаю внимание, что галстук у главврача точно такой же, как и тот, что обвивал мои запястья, когда Илун… (гоню от себя жаркие воспоминания) Что ресницы маленькой Ли Хуа, с которой всё и началось, похожи на ресницы моего (уже нет) Илуна. И что девушка, с которой всё-таки знакомит меня моя неугомонная матушка, при первой встрече сообщает, что её семья родом их Шанхая. (стереть бы из моей памяти этот город!) Время жестоко. Но и милосердно. И, познакомившись ближе с Ян Ши, я узнаю, что она умная, забавная, и мне с ней легко. И что, возможно, я смогу быть ей не только другом. И наш главный больше не надевает тот галстук. А маленькая Ли Хуа при очередном осмотре, чего-то испугавшись, громко плачет, краснея (краснея, а не синея!) А вернувшись домой после дежурства, и решив проверить сообщения, натыкаюсь на незнакомый номер. Хочу удалить, не читая, но что-то заставляет открыть его. «Хотел забыть. Не могу. Жду в нашем отеле. В нашем номере. Если сможешь, если хочешь – приезжай. Лун.» Одной рукой тру отчего-то заслезившиеся глаза, а другой набираю в поисковике расписание ближайших рейсов до Шанхая. 1) Няньюань - один из аэропортов Пекина. 2) Тетрада Фалло - серьёзная проблема кровообращения, так как происходит ограничение поступления крови в легкие. При этом, обычно, у ребенка синеватая окраска кожи. 3) Тет-приступ- у некоторых детей с тетрадой Фалло, чаще всего возрастом от нескольких месяцев до 2 лет, могут случиться внезапные приступы тяжёлые одышечно-цианотические или тет-приступы, что может привести к летальному исходу. 4) Пудун - один из аэропортов Шанхая. 5) Лунтаны -прямые аллеи-переулки, соединяющие дома в шикуменах. 6) Шикумены - двух-или трёхэтажные городские усадьбы, обнесённые высокой кирпичной стеной. 7) Исторический район Шанхая. 8) Нанкинская улица - главная торговая улица Шанхая и одна из самых оживлённых торговых улиц в мире. 9) Набережная Вайтань -участок улицы Сунь Ятсена в Шанхае. Он располагается в границах бывшего международного сеттльмента вдоль реки Хуанпу в восточной части района Хуанпу. 10) Вонтоны - разновидность пельменей в китайской кухне. 11) Хунцяо - один из аэропортов в Шанхае.