свежий воздух

неприятно холодный зимний день. ноющий ветер слышно из приоткрытого окна темноволосого парня, который увлечённо смотрит в монитор с целью хоть как-то себя развлечь. в голове было абсолютно пусто, лишь угнетающие мысли не давали покоя. стены квартиры давили зеленоглазого. пакеты с мусором были разбросаны по полу и начали издавать неприятный запах. выход на улицу казался для парня невыносимо тяжёлым. осуждающие взгляды окружающих, мороз до самых косточек. всё это пугало до дрожи. хотелось зарыться в теплом одеяле и дальше гнить в четырёх стенах, разлагаясь на маленькие частицы и совсем исчезнуть из памяти людей. попытки себя отвлечь были напрасны. навязчивые, до головной боли, мысли не давали покоя. любое занятие для акумы становилось тяжёлым в исполнении. вещи и действия вскоре потеряли свою цену и значимость. встав со стула, парень направился к кровати с бессилием что-либо делать со своим состоянием. переступая через пакет с мусором, случайно наступил на плюшевую игрушку. она была в виде довольной голубой птички. мягкая и невероятно милая. акума подобрал её с пола и обтряхнул скопившуюся на ней пыль. на лице выступила небольшая, но искренняя улыбка. наплыли воспоминания, связанные с давним другом. – держи, еблан, это тебе. – с нелепой улыбкой произносит кир, протягивая другу плюшевую птичку. – это мне? – с озадаченным лицом стоит темноволосый. непонимающе моргает и ждёт какого-то подвоха, что было свойственно для друга. – ты серьёзно сейчас? я же тебя зн- – да закрой ебальник, я тут тебе подарок принёс, а ты выёбываешься. купил просто так, показалось, что на тебя похожа чем-то. если не нравится - заберу себе. акума усмехнулся и всё-таки взял у курседа нелепую, но милую и безумно мягкую птичку. он рассматривал её с таким умилением и восторгом, как котёнок, которому купили новую игрушку. – спасибо, – мило улыбаясь прошетал сережа. – ты в долгу. темноволосый по-настоящему дорожил подарком. каждую ночь засыпал в обнимку с игрушкой. ему очень не хватало телесного тепла и крепких объятий перед сном. можно сказать, она какое-то время спасала его от сильной тоски и одиночества. пока он таращился на голубое чудо, экран на телефоне, лежащего на кровати, загорелся от уведомления из телеграмма. акума не расчитывал на то, что ему всерьёз кто-то напишет, ведь к тому, что он пропадал из социальных сетей неделями, уже все привыкли и знали, что волноваться не стоит. парень аккуратно отложил игрушку и медленно направился к постели, рассчитывая на очередную рассылку или сообщение от мамы. "бро привет" "заебался дома" "мб прогуляемся" [01:34] iiuiiooiyiuu – пиздец, ну и еблан, – потирая глаза от повышенной яркости на телефоне, шепчет акума.

"ку" "го только куда пойдём" [01:35] whoamwhoam

"есть один варик" "скажу как приеду" "жди сладкий ) ) " [01:37] iiuiiooiyiuu у зеленоглазого прошлась небольшая дрожь по телу, но уже не такая, как раньше. она была скорее приятная, наполненная волнением и предвкушением. за всё время, просиженное за игровым креслом, акума не раз убеждался, что люди в нём не нуждаются. убеждался в том, что чем дальше он отстраняется от других, тем больше им становится плевать. убеждался в том, что человеческие отношения построены на сплошной выгоде и режущей слух лести. курсед был один из немногих людей, который понимал его мысли и мировозрение. они не общались каждый день и не требовали друг от друга отдачи. им достаточно было находиться рядом в трудные моменты, делиться проблемами, смеяться с глупых поступков. они часто выпивали вместе и действительно становилось лучше. курсед и акума были безумно близкими, но и одновременно такими далёкими. звонок в дверь. сережа, с огромными синяками под глазами и сонной походкой, неспеша идёт открывать дверь. из-за состояния он пару раз промахнулся ключём, но с третьей попытки успешно её открыл. напротив акумы стоял парень со красно-чёрным сплитом. на первый взгляд может показаться, что кир тяжёлый человек, довольно грубый. постоянно ходит в чёрных вещах, да ещё и такой высокий. но на деле кареглазый такой же обычный, как и все люди, только умело самовыражается, что вызывает недопонимание у общества. курсед имеет недостатки и за спиной огромное количество ошибок, что свойственно каждому человеку. несмотря на всё это, он старается помочь и поддержать в любой хуйне, что и делает его таким особенным и желанным. – ну, привет. – привет, что ты так поздно решил куда-то пойти? может лучше у меня посидим?, – акума всеми способами старается не подавать вид, что не хочет на улицу, невыносимый холод и снег, тающий на лице. кареглазый переходит порог и берет за плечо серёжу, который в свою очередь всячески отводит взгляд, лишь бы не встретиться им с глазами друга. паралельно кир обследует квартиру, пол которой был в мусоре и нестиранных вещах. – перестань. думаешь я не понимаю, что с тобой? сын говна. – фыркает курсед и убирает руку. – давай-ка, пойдём выветримся и потом уберёмся в хате. с меня нежный секс и шоколадка. но второе если будешь послушным. пойдёт? серёжа тяжело вздыхает и не может сдержать улыбку. – хорошо, пусть так. и куда пойдём? – давай одевайся, я отвезу. пиздец хочу туда, а с тобой будет не так уныло хихи. – в привычной для курседа манере он похихикал и начал ждать темноволосого, который в свою очередь так забавно суетится, выбирая что же надеть, чтобы было не так холодно. спустя пять минут они уже грелись в машине и слушали ненавязчивый плейлист. по дороге разговаривали о том, что делали всё время, которое не посвящали друг другу. на удивление, их жизнь в последнее время не особо отличалась. они не могли это признать, но им действительно лучше быть вдвоём. – приехали, – зевает и потягивается кир, –давай, выходи, еблан. акума выходит из машины. оказывается воздух не такой тяжёлый и снегопада совсем нет. приятно ощущать хрустящий снег под ногами. центральная площадь украшена множеством различных гирлянд. парень оглядывается по сторонам и его страхи насчёт улицы мгновенно уходят. никого нет. лишь приятные звуки снега и стоящий слева парень, который старается сдержать улыбку. слишком уж это приятно. сам собой пиздец гордится. – а... чего ты сразу не мог сказать, что приедем на площадь? знаешь же, что люблю это место и по-любому не отказался бы, – сережа решил нарушить образовавшуюся тишину. – эээ, нууу, мы не совсем на площадь приехали. пошли, только закрой глаза, я буду вести. акума недовольно кивнул, но всё-таки закрыл глаза в предвкушении того, куда же приведёт друг. – пришли. можешь открывать. перед глазами красовалась разноцветная надпись "каток". то, чего сережа боялся больше жизни. в далёком детстве он пытался вставать на лёд, но попытки были безуспешны. он боялся даже не сколько упасть, а сколько быть неопытным в глазах курседа. стыдно показывать свои слабости. невыносимо стыдно. – ты шутишь? –жалобно, как щенок, смотрит акума на приятеля в надежде на положительный ответ. тот вертит головой. – бро, я кататься не умею от слова совсе- – давай ради меня разок, посмотри, людей почти нет, ну, не жмись. я помогу чем смогу. – перебивает курсед акуму, знает ведь, что будет давить на жалость всячески. – я сам не особо умею хыхы, просто развеяться, почему нет. акума тяжело вздыхает. знает, идти всё равно некуда, домой тем более уже не хочется. сколько бы не притворялся, нравится ему и на улице, и с курседом. парни взяли коньки своего размера, как-то зашнуровались и стали идти навстречу ко льду. они много смеялись, шутили, что разобьются к хуям, зато вдвоём. это успокаивало. кое как они зашли на лёд. пламенные чувства переполняли обоих. что-то новое, так здорово. неужели есть что-то помимо монитора, кровати и пустого холодильника? неужели такие моменты и называется жить? тепло чужих рук так успокаивало. не было скованности, смущения. как будто и не было того перерыва в дружбе. простые разговоры ни о чëм. оказывается, так много может сделать лишь присутствие одного человека. всю жизнь для акумы были непонятными человеческие отношения. он избегал близкого контакта с людьми, ведь знал, что это способно сильно повлиять на его моральное состояние, которое и так было не в порядке из-за сложившихся обстоятельств по жизни. как бы он себе не навязывал эту мысль, акума как и все желал найти близкого, по-настоящему близкого человека. и вот. и вот он так рядом. такой открытый, совсем не как с остальными. носик красный, губы потресканные, но такие красивые, особенно на морозе. темноволосый заметно краснеет и вовсе не из-за погоды, отпускает руку и подъезжает к бортику. в голове каша. много самых разных эмоций, которые не способен контролировать. не хочет он признавать, что почувствовал такие тёплые чувства к другу. привлекает в курседе не только его схожесть с сережей, но и внешность, поведение, даже его нелепая походка. акума глаза руками от стыда закрывает и спускается вниз по бортику. стыдно осознавать. что же делать? другой же просто смотрит вопросительным взглядом. сразу всплывают неприятные мысли. думает, может он сделал что-то не то. стало тревожно. всё же кареглазый подъезжает и садится к другу, старается посмотреть в глаза, которые тот тщательно скрывает, хотя пару минут назад всё было в порядке. – че ты тут сел, ничего не сказал, плохо стало? мейби персонал позвать? – всё правда хорошо, бро, только надо сделать кое что. – серёжа опустил руки, успокоился и достал телефон из кармана куртки. возможно он об этом будет жалеть, дружбе может придти конец. голова из-за холода отказывается думать, поэтому способен в таком состоянии делать импульсивные поступки. открывает диалог с курседом. руки трясутся, как и всё тело. – не пялься в мой телефон, я кое-что сделаю и будем дальше кататься. – ладно, только хуй не застуди, а то на льду сидишь. я тебя лечить не буду. ни о чем не думая, сережа отправляет сообщение, посвящённое приятелю. звук уведомления. – стой, не проверяй пока. – акума отводит взгляд, всё ещё стыдится, но выглядит намного увереннее. – сядь напротив меня, на секунду. курсед причиняется. смотрим прям в глаза акумы, а глаза у него бешенные, скачут из стороны в сторону. – закрой глаза. выглядит так красиво. розовые щеки, взъерошенные волосы. темноволосый двигается чуть ближе. так боится сделать лишнего. закрывает глаза. тишина. такие холодные губы у обоих, но от прикосновения стало гораздо теплее. поцелуй неловкий, как будто первый. от неожиданности со сплитом парень дёрнулся. даже после того, как тот прекратил, он решил взять инициативу в свои руки. аккуратно приблизился к серёже и начал обвивать языком каждую его частичку. слышались неловкие вздохи из-за неопытности. было ощущение что лёд под ними сейчас растает, ведь то, что они испытывали, было горячее кипятка. они оторвались друг от друга и смотрели отдышавшись. – можно считать, что я теперь не в долгу?, – говорит акума и смотрит внимательно на парня. – какой долг? – голубая птичка. неловкую тишину прерывает смех с обеих сторон. теперь они уверены, что кроме друг друга им никто не нужен.

"люблю тебя пиздец" [03:13] whoamwhoam