FanBoy

      Для телохранителя, этот день растянулся на годы, выполняя привычную работу, приглядывая за своим подопечным, во время очередной репетиции, он пытался отвлечься от ожидания вечера, но ни о чём другом думать не мог. Для помошницы наоборот, промчался на гиперскорости, она загрузила себя работой по максимуму, и успешно справилась с графиком на целую неделю, за этот день. Именно поэтому, когда вечером Хосок с Джонни вернулись, с некоторых пор, Арми не сопровождала начальника, как раньше везде, она неприятно удивилась, тому что время пришло так быстро.             Нервозность теперь была в порядке вещей, хотя нельзя было отрицать, это приятное покалывание в ладонях, от мысли о том, что они будут спать вместе.       - я сделала лёгкий салат на ужин, мойте руки и идите кушать. - попыталась улыбнуться она, желая отпустить напряжение.       - я в душ, ужинать не буду. Жду вас у себя, как договаривались, не задерживайтесь. - устало промычал Хосок, бросая сумку со сменной одеждой на пол, перед кофейным столиком, и поднимаясь наверх.       - бэк-вокалисты его сегодня реально вывели, то один лажал, то вторая мимо нот. - Джон подошёл к подруге ближе. - Ты как, готова?       - не совсем, как к этому вообще можно быть готовым?! Так, я не хочу лишний раз говорить о том, что мы собираемся делать, давай молча поедим.       - как хочешь, но я так счастлив! - сжал большие жилистые кулаки и прижал их к своим щекам, светя параллельно улыбкой, из идеально ровных зубов.       Поужинав в полной тишине, девушка принялась монотонно прибираться, оттягивая неизбежное, Джон не мог этого вытерпеть, и решил беспардонно влезть со своей помощью. Наконец и уборка закончена, зубы почищены, душ пройден, пора и в бой, то есть в кровать к начальнику.       Мужчина так переволновался, что на всякий случай, помылся дважды, и даже чуть не побрил ноги, однако вовремя одумался, решив это слишком очевидным намёком, а кроме того откопал в своих вещах оригинальные духи от Shanel, подаренные когда-то, одной престарелой поклонницей, и надушился как следует, даже там где не следует.       И вот он во всеоружие тарабанит по двери Арми, та никак не откроет.       - ну же малышка, уже десять вечера, он наверняка нас ждёт, выходи!       - знаешь, я думаю, это была плохая идея. - раздаётся по ту сторону двери.       - такое ощущение, будто мы с тобой местами поменялись, когда это ты боялась чего-то? Это же наш шанс, другого может не быть! Это же Хосок!       - вот именно, это Хосок! - голос девушки с той стороны опустился, похоже она села на пол под дверью.       - ну если ты боишься, я тогда иду один, и не злись потом если между нами промелькнёт искра всепоглощающей страсти и беззаветной любви. - не зря Джон смотрел все эти сериалы на досуге, парочка романтических фразочек, чтобы подначить подругу сделать то, чего она не хочет. Для чего ещё нужны хорошие друзья?       - очень умно, а очко ты своё подготовил, для всепоглощающей страсти, которую я тебе в него засуну со всей своей беззаветной любовью! - это был не вопрос, а злобное змеиное шипение, раздающееся из проёма открывающейся двери.       - отлично, ты готова, пошли! - Джонни сейчас не до страха, он подхватил девушку под локоть, и рванул на второй этаж, волоча за собой бедняжку, которая спотыкаясь третий раз, прокляла счастливого раздолбая, прося у Господа для него наказание.       Стук в хозяйскую спальню, не дал реакции, из комнаты не доносилось и звука, тем не менее, ребята были уверены, что Чон никуда не ходил, после возвращения домой. Дверь оказалась не заперта, Джон приоткрыл её, и зашёл внутрь оглядеться, затащил следом и Арми.       Как и в каждой комнате, кроме кухни, плотно задёрнутые шторы, полная темнота без освещения, в которой едва различались контуры больших предметов. Мужчина включил фонарик на телефоне, чтобы найти выключатель, терпя справедливые тычки себе в спину, за такую тупую идею, полезть сюда. Только безнадёжно влюблённый идиот, мог подумать, что сумеет помочь там, где не справился психолог.       Свет включился, они стали осматриваться в просторной комнате, в поисках начальника, пока ничего не указывало на его присутствие. Джон решил заглянуть в ванную, а Арми присела на край кровати. Она заметила футболку Хосока чуть дальше, ту в которой он был сегодня, погода уже достаточно холодная, а он до сих пор ходит в тонких футболках, да шортах. Ухватив кончиками пальцев, потянула вещь к себе, оглядываясь через плечо на дверь ванной, поднесла к лицу и медленно втянула его амбре носом. Аромат кофе, какого-то фрукта, кажется виноград, и шоколада, даже резкий запах пота, отдающий мускусом кажется приятным, это же всё то, чем дышит его тело.       - в ванной его нет, зато я нашел кое-что, ты не повер..., что ты делаешь? - мужчина подозревающе уставился на привычно ссутулившуюся спину Арми.       - ничего! - она медленно повернула голову, смотря на него через левое плечо, одним сощуренным глазом.       - а можно мне тоже? - дикая улыбка чеширского кота расползлась на лице Джона. В безмолвных взглядах дург друга, они прочли полное понимание, и от того заискрились восторгом, тоже молча.       Девушка вытянула руку, протягивая футболку другу, и подвинулась дальше на кровати, уступая ему место рядом с собой. Пока Джон восхищённо вдыхал благоухание предмета одежды, глубоко обажаемого начальника, Арми не сиделось на месте спокойно. Она стала разглядывать комнату детальнее, прежде чем заявить другу, что уходит.       Шторы чёрного цвета, постельное бельё - серого, тумбочки в цвет штор, огромное антикварное зеркало в полный рост, которое вписывалось в интерьер идеально, и такие же подходящие под стиль комнаты, стены, тёмнокровавого цвета, с бордовыми переливами.       - "до чего же мрачно, не удивительно, что тебе снятся кошмары!" - пронеслось в голове, с тоскливым сочувствием.       Чтобы хоть как-то, отвлечь себя от мысли, о тяжких ночах недоступного возлюбленного, Арми решила заправить смятую постель, ругаться за это он не сможет, так как сам пригласил их сюда. У самых подушек, поправляя одеяло, она заметила прядку тёмных волос, выглядывающих из-под него, и оттянула край одеяла, сглотнув комочек страха и некоего предвкушения.       Вот уже показался напряжённый лоб, сведённые в переносице брови, редко подрагивающие веки, порозовевшие от жара щёки, приоткрытый рот, из которого стало вырываться частое дыхание. Затем тонкая шея, голые плечи и пленительные острые ключицы, вот сейчас она поняла, что пора остановиться, иначе это будет расцениваться как сексуальное домогательство.       Поглощённый обнюхиванием футболки, Джон не замечал то, чем занята Арми. А она между тем, стояла перед сложным выбором: продолжить смотреть, на то как спит Хосок и насладиться им сполна, без дрязг и недовольства с его стороны, наблюдая при этом и его душевные страдания в очевидно кошмарном сне, или разбудить Хосока, и прекратить их, обрывая тем самым, вероятно единственную возможность, быть так близко.       - Хоби, просыпайся... - произнесла она негромко, касаясь пальчиками его щеки.       Джон вышел из своей прострации, услышав заветное имя, и посмотрел что делает девушка. Этот нежный взгляд, осторожность и боязливость в движениях, полуулыбка на уголке губ. Он понял всё, молниеносно вскочил с кровати и отбросив в сторону футболку, сделал два шага ближе в Арми, ясно наблюдая за тем, как медленно раскрываются свинцовые веки Хосока.       Нескончаемая дорога устланная стеклом, пролегающая в знойной пустыне, с которой по не понятной причине, он никак не мог свернуть. Хосок был очень рад проснуться, и выбраться из этого кошмара, хотя это и не был худший из них.       - вы опоздали! - сонно буркнул он, облизывая иссохшие губы и приподнимаясь на локтях.       - извини. - Арми не желала спорить с ним, невыносимо было осознавать, что он мучился так долго, не признаваясь в этом и не прося помощи или совета. Она сделала бы всё для него, просто чтобы Хоби мог спокойно спать, всё, и даже больше. Немного обидно, самую капельку, ведь зная её вдоль и поперёк, зная больше года, Хосок не сказал ей, но рассказал Джону, которого знает чуть больше месяца. С другой стороны, она была рада, ведь теперь был шанс помочь ему, пусть и призрачный, в крайнем случае, оказать поддержку.       - ладно черти, надеюсь вы помыли свои вонючие тушки. Ложитесь, можете даже не спать, мне пофиг, но всякие извращения, наподобие: пялиться как я сплю, дрочить рядом со мной или трахаться, запрещено. Хватит таращиться, шевелитесь! - сонный голос Хосока ещё более секси, чем хриплый.       - хорошо, да, ладно. - Джон начал нервно топтаться вокруг кровати, не зная, как ему лучше пристроиться на ней.       - я не буду спать по середине! - заявила девушка. Сострадание никуда не ушло, но обыкновенная грубость, чуть убавила решимость, на одну малюсенькую крупицу.       Джонни наконец остановился, и облегчённо вздохнул, ему придётся лечь между этими двумя, самому большому, прямо посередине, очень неосмотрительно с их стороны, скоро они это поймут, но хотя бы определились с позицией, и ему не пришлось дальше ломать голову самому.       Итак, Хосок в одних шортах, плевать он хотел на комфорт товарищей по сну, расположился с правой стороны кровати, проще говоря, остался там где и был. Арми в пижамном комбинезоне, солнечного цвета, на левой стороне. А прямо по середине, выключив предварительно свет в комнате, аккуратно влез Джонни, удосужившийся ради приличия, надеть белую майку и серые спортивные штаны.       Хосок мог говорить, что угодно вслух, но себе врать он не мог. От разума не уходил тот факт, что в прошлый раз, он был под действием алкоголя, а сейчас абсолютно трезв. Не говоря уже о том, что за исключением того раза с этими двумя, он уже три года просыпался по утрам один. Все связи, были короткими, ничего не значащими, расставания безболезненными. Даже с учётом того, что он был должен как-то заплатить Арми и Джону, за эту услугу, происходящее было до ужаса волнительно, настолько что он сам чувствовал биение своего сердца в ушах.       - что за вонь? - наморщился вдруг Чон, перед тем как отвернуться в сторону окна.       - а, это мой шампунь. - промямлил Джон, опуская голову от фиаско с духами.       - а мне нравится. - нарочно заключила Арми, лишь бы поперёк Хоби слово вставить, хотя в душе она была согласна с ним, Джонни переборщил с количеством явно.       Несмотря на все переживания, спустя пол часа, Хосок провалился в крепкий сон. Ближе к полуночи, заснула наконец и Арми, испробовав общепринятый метод, счёта овечек, только вместо овец, через забор перепрыгивали Хосок и Джонни, ей показалась забавной эта фантазия. Но даже через час, и даже через полтора, по середине кровати, светились два фонарика глаз, большого человека, который не мог уснуть.