Сердцебиение не в счет

– Свободно? Антон кивнул и мельком оглядел парня, задавшего вопрос. Черные, наверняка крашеные волосы, растянутая серая футболка, темные джинсы и темно-синий рюкзак «Адидас». Да, такие на первые парты не рвутся, неудивительно, что он подсел к нему, сидящему в самом конце аудитории, в первый учебный день в университете. – А куда ты хотел поступить до того, как попал сюда? – спросил парень после непродолжительного молчания, пока две девушки, сидящие на третьих партах, но в разных рядах, изображали бурную деятельность, что-то рисуя в своих тетрадках, тем самым откладывая знакомство с людьми, с которыми им предстоит учиться несколько лет. Антон поднял глаза от экрана монитора и повернулся к соседу: – Странная формулировка вопроса, не находишь? Может, я и хотел сюда попасть? – Нет, сюда не поступают по доброй воле. У тебя денег нет или ты слишком самоуверенный? – А самоуверенность тут при чем? – Антон не планировал завязывать тесного общения с кем-либо из новых однокурсников, но этот парень, похоже, был ничего. – Ну, есть те, которые точно уверены, что поступят на выбранную программу, и даже документы в остальные вузы не подают, а потом – бабах! – и не поступают. Это одно из немногих мест, куда берут и после истечения сроков подачи, – тут же разъяснил парень. – А, понятно. Да нет, ни то и ни другое. Я хочу, чтобы до меня не докапывались и не требовали сидения за учебниками ночи напролет. Мне все равно, получать образование здесь или где-нибудь еще, все, что мне нужно, – это корочка. – Да? Необычно. Первые две-три недели все обещают себе прилежно учиться и достичь высот в выбранной профессии. – Еще в школе мне стало понятно, что учеба – не мое, а потому я перестал тешить себя надеждами, что со следующего года я начну учиться хорошо. Я, кстати, Антон. – Игорь, – и парень пожал протянутую руку. – Ну а ты? Из какой ты категории? – Из «мои родители столько не зарабатывают». А кредит мне уже не дадут, – усмехнулся Игорь. – Успел уже долгов набрать? – Ага. Бурная молодость, что поделаешь. Они сидели и разговаривали, пока аудитория постепенно заполнялась. Люди заходили и молча садились на места, так и не набравшись смелости заговорить с кем-нибудь. – Всем привет, – это зашла невысокая блондинка в черных джинсах, белых кедах и красной футболке с белой надписью «Create» на спине. Люди в аудитории сдержанно кивнули, а Игорь сказал: – Вау, это просто невероятно. – Что невероятно? – спросила девушка, подходя к их парте. – Вы с нами заговорили. Здесь просто все заходят молча. Я уже было подумал, что так и надо. – Да? Может, так действительно надо? – улыбнулась девушка и села на парту перед ними, сразу же повернувшись к ним лицом. – А мы втроем не знали этого правила и теперь до конца нашей учебы будем изгоями, – ужаснулся Игорь, но тут же рассмеялся. – Тогда давайте знакомиться, изгои должны держаться вместе. Меня Настя зовут. – Меня Игорь, а этот молодой человек… – Антон. Очень приятно. И они уже втроем болтали о всякой ерунде вроде организации революции в их университете, чтобы все друг с другом здоровались. И Антон поймал себя на том, что после расставания с Сашей он улыбается искренне. Когда началась лекция, он даже поверил, что однажды сможет забыть свое прошлое. *** Прошло немного более полугода, и Игорь в больнице говорит Насте заветные три слова. – Послушай, Игорь, я тебе не хочу врать, поэтому говорю прямо – я к тебе ничего не чувствую. – А к Саше чувствуешь? – Игорь посмотрел на девушку исподлобья. – К Саше? Нет, – покачала головой девушка, действительно не понимая, о чем он говорит. – Ладно, забыли. – Уверен? – Да. – Игорь тогда и вправду был уверен. Стало легче оттого, что Настя не влюблена в Сашу, а чувства – они пройдут. Прошли же его чувства к Рите. *** Все оказалось непросто. – Настя, давай поговорим? – Игорь, сейчас три часа ночи. Давай завтра? – девушка пыталась казаться вежливой. – Не называй меня так, – попросил парень, и Настя теперь точно поняла, что он пьян. – В смысле? – Ну, Игорем не называй. – А как называть? – Настя взвешивала каждое слово, никогда еще при ней Игорь не напивался. Долгое молчание в трубку, а потом: – Я тебя люблю. Что мне сделать? – Прости, ладно. Но я тебе тогда все сказала. Настя положила трубку и накрылась одеялом с головой. Как она ни старалась, она не могла заставить себя почувствовать что-либо к Игорю. *** – Прошу тебя! – Игорь встал на колени. Настя отступила назад. Она не могла понять, чем именно привлекла друга, что он перед ней так унижается. – Не надо, пожалуйста, – жалобно попросила девушка. Многим девушкам наверняка было бы приятно такое отношение, они бы даже помучили человека для приличия. Но не Насте. Все, что она видела перед собой, это трагедия человека, в которой она могла бы помочь, но была не в силах заставить себя притворяться. Из уважения не только к Игорю, но и к самой себе. Она его не любила. *** В дверь позвонили. Настя решила не брать костыли, а дойти, придерживаясь за предметы мебели. – Игорь? Привет. Почему тебя сегодня в университете не было? – сказала Настя, увидев на пороге Игоря. Он не ответил, просто толкнул девушку на диванчик, стоявший в коридоре и сказал: – Я же просил не называть меня так. – Ты… – Настя подняла глаза на Игоря и вдруг поняла, что не сможет сказать ни слова. Перед ней был уже не ее друг. – Вам девушкам доставляет удовольствие смеяться над нами, да? Сначала Рита, потом ты. И во всем замешан этот Саша. Знаешь, я даже ему завидую. Скажи, где справедливость? Он ведет себя как последняя сволочь и в результате получает любовь такого человека, как Антон. – Я не понимаю… – сказала девушка почти шепотом. Все происходящее казалось дурным сном. – Конечно, не понимаешь. Не понимаешь, что делаешь мне больно, не понимаешь… Игорь сел на диван рядом с Настей, девушка отодвинулась как можно дальше. – Боишься меня? – спросил Игорь, окидывая взглядом фигуру девушки. Этот изучающий взгляд хорошо знаком каждой девушке, но если в клубе или на улице приятно ощущать себя желанной, то один на один, в пустой квартире, когда нога еще в гипсе, становится страшно. Настя покачала головой, незаметно пытаясь протянуть руку к столику у себя за спиной, чтобы схватить что-нибудь тяжелое, но там лежали только рекламные буклеты. Игорь перевел взгляд на ее руку и усмехнулся. – Просто сиди тихо, тогда даже удовольствие получишь, – сказал он и ласково погладил ее по плечу, потом резко развернул к себе спиной и повалил на пол. К горлу девушки подкатил комок, и она судорожно пыталась глотнуть хоть немного воздуха, но получалось плохо. В глазах потемнело, а Игорь в это время расстегивал ее джинсы, пока она лежала, уткнувшись лицом в холодную плитку. Настя попыталась сопротивляться уже, скорее, на уровне инстинктов, но Игорь тут же перехватил ее руки, прижав к спине. Ему уже было плевать, насколько ей больно или противно. В ней он видел только вещь, разбив которую можно отомстить за все свое унижение. Сейчас она в его глазах была виновата во всех неприятностях. Она не заслужила другого обращения. Пускай кричит, вырывается, ему все равно. Он покажет ей, что чувствовал тогда, когда стоял на пороге того дома и видел Риту с Сашей, даст ей понять, каково было ему, когда все люди, у которых он одалживал деньги, унижали его, когда он умолял дать ему время… Она ответит за все, это она во всем виновата, она ведь могла дать ему шанс – хотя бы раз в его жизни кто-то должен был дать ему шанс… Несколько толчков… ей больно, пускай! А ведь она могла ему ответить, но предпочла Сашу. Пусть и не в том же смысле, что и Рита, но она против него, а все, кто были против него, автоматически вставали на сторону трех парней на крутых тачках. – Видишь, не так уж и плохо, правда? – спросил Игорь, застегивая брюки. Но Настя, все еще лежавшая на полу, уже не слышала слов. Слез уже не было, чувств тоже. Было уже все равно.