Дорогой Дневник

      Итэр тоскливо сидит на крыше Ваншу и смотрит, как встаёт солнце. Позади него Паймон, она видела как ночью от Путешественника сбежал Сяо, ей очень хочется помочь ему, но она не знает чем и как.       — Итэр, я…       — Всё нормально, я в порядке, — путник вздохнул, он догадывается, что произошло вчера, но не может узнать точно, Адепт не пришёл на его зов.       Ни на второй, ни на третий, ни даже на десятый.       Итэр может расценить это как отказ, но он достаточно хорошо узнал Сяо, чтобы понять, что не он это. А Сяо.       — Сяо, ну пожалуйста. Давай поговорим, я знаю, что ты меня слышишь! Не заставляй меня спрыгнуть, — делать он этого, естественно, не собирается, но может так получится выманить беглеца.       В ответ лишь тишина.       Итэр нахмурился. Но поднялся на ноги и спустился на балкон. На Адептов он ещё не охотился.       — Паймон, идём, — Путешественник пнул камешек и развернувшись на пятках пошел прочь с Ваншу.       На балконе стояла одинокая фигура, смотрящая им в след. Естественно, он слышал его.       Сяо не желает подвергать Итэра опасности, не желает сделать ему больно, не желает, чтобы из-за его кармы он погиб.       Сяо не хочет потерять его. Сердце Адепта не унималось всю ночь, отбивая бешеный ритм.       Его любят. Его любит тот, кто плотно засел в его собственном сердце.       Сяо не выдержит его смерти.       Сяо боится.       Адепту проще отказаться от него, продолжать незримо следить, оберегать.       Естественно, он придет, если Итэр будет в опасности.       Если он будет избегать его, может Путешественник откажется от своей затеи.       До недавнего времени, Сяо не задумывался о том, как он относится к Путешественнику, пока не начал ловить себя на мысли, что ему хочется быть рядом с ним, что ему хочется касаться его. От этого Сяо до сих пор не отошёл. Навязчивое желание коснуться Путешественника, коснуться губами его шеи, сгрести в свои объятия и никому не отдавать.       Собственнические порывы Сяо пресекает на корню. Нежелание делиться Итэром кажется Яксу чем-то ненормальным. Плотские желания и вовсе кажутся ему чем-то запретным.       — Прости… — Едва слышно прошептал он, когда светловолосая фигура покинул территорию постоялого двора.       Итэр его мнения не разделял. Он начал выслеживать Якса, выспрашивать места с проявлением демонов, не оставляет попыток дозваться.       А по ночам, когда Паймон засыпает, он отходит от их костра, садится на колени и, взывая к Сяо, шепчет всё то, что хочет ему сказать.       Сяо хочется выть от этого тихого, отчаянного шепота в его голове. Но именно этот шёпот он слышит громче любых звуков.       Итэр сидит с закрытыми глазами и в этой темноте ночи, ему не разглядеть фигуру на дереве, что смотрит на его фигуру, освещаемую лишь луной.       — Прошу, Сяо, поговори со мной, я не знаю где тебя искать, — его шёпот звучит надломленно.       Ему снова нужно искать дорогого человека. Сначала он, не зная покоя, искал сестру, а теперь сбиваясь с ног ищет Адепта.       И каждый раз Сяо ускользает от него. Снова и снова.       Паймон молчит, наблюдая, как Итэр чертит карту мест, где были демоны.       Сяо больно наблюдать, как, по его же вине, страдает Итэр. Путешественника хочется беречь, а не ломать, хочется обнять, а не оттолкнуть. Но Сяо сбегает.       Снова и снова.       От чего бежит? От него? Или всё же от себя? От собственного страха, от собственных желаний.       Пытается убедить самого себя, что ничего не чувствует, что ничего ему не нужно, что так будет лучше для них обоих.       И нагло врёт самому себе.       Итэр появляется, когда Сяо уничтожал пораженных скверной хилличурлов.       — Уходи!       Но Итэр не слушает. С мечом наперевес, он бросил вызов этим существам, одного за другим бросая на землю, подбираясь всё ближе к Яксу.       Сяо не может убежать не закончив, но и к разговору он не готов. Его сердце болит от еженочных монологов Путешественника.       Сяо взмывает в воздух, разгоняется больше, чем привык, тратит больше сил, чем стоило, но справляется быстрее.       — Постой же!       Итэр не успевает коснуться его, как Якс исчезает, оставляя его снова ни с чем.       Итэр разочарованно смотрит перед собой, Паймон становится совсем грустно наблюдать за ним, она подлетает к нему со спины и обнимает.       — Я в порядке, не волнуйся.       Путешественник натянуто улыбается, но продолжает поиски.       Сяо становится плохо уже физически. Утратив покой, ему кажется, словно он сходит с ума. Тело начинает болеть, а дышать становится в разы труднее.       Это для его же безопасности. Так он заботится о Путешественнике. Ему нет места с ним рядом.       Сидя на крыше, Сяо пытается вылечить своё тело и успокоить израненную душу.       Итэр направляется в гавань. В Ли Юэ. На своём привычном месте, в «трёх чашках в порту», он находит Чжун Ли, который слушает истории, растягивая вторую чашку чая.       — Путешественник, Паймон, присаживайтесь, составьте мне компанию.       — Мы по делу, — Итэр серьезно смотрит на Чжун Ли и тот более заинтересованно смотрит в ответ.       — Чем я могу помочь?       — Мне нужно поймать Сяо, — Чжун Ли давится и хрипло смеется.       Хитрый огонёк проскальзывает во взгляде Моракса и Итэр получает надежду, что всё получится.       — Сяо избегает тебя? Кажется, ты смог затронуть его душу. Я помогу. Ты хорошо влияешь на его характер, — он допивает чай и не сильно торопясь направляется на Ваншу, — ты много для меня сделал и я буду рад отплатить тебе.       Итэра потряхивает от морального напряжения. Это всё, что у него осталось, он не может тягаться с Сяо в скорости.       Чжун Ли поднимается с ним наверх, на балкон. Разумеется, Сяо там нет. Паймон заранее оставили внизу.       — Выходи, — Моракс не просит, Моракс приказывает.       У Итэра по спине пробегают мурашки. Всё же тот, кто столько тысячелетий был архонтом, не может стать простым смертным за пару лет.       Сяо нехотя появляется перед ними, и склоняет голову.       Моракс разворачивается и отходя к лестнице огораживает Путешественника и Адепта золотым барьером.       Сяо выглядит растерянно и немного преданным. Итэр складывает руки на груди и, под звук размеренных шагов Моракса, подходит ближе сам.       Барьер Чжун Ли не пропускает ни элементальную энергию, ни физическую.       — Попался.