Грязные стёкла

Летние дни приходят внезапно, одаривая офис неимоверной духотой и спертым воздухом. Кондиционер неприятно гундит и не справляется со своими обязанностями, слабак бормочет Киёми обмахиваясь веером любезно одолженным его менеджером по продажам. В этой пустыне, босс крупнейшей компании Японии по производству робототехники, показывает удивительную работоспособность. Деятельность граничит с безумством, когда термометр показывает приличные тридцать восемь с половиной градусов. Небывалое пекло настигло мегаполис, и не хочет отпускать, из кокона пылевых бурь. В воздухе нет свежести каждый житель задыхается ходя в респираторе, непривычную погоду принесли воздушные массы. Будь они не ладны, Сакуса отодвигает кресло двигаясь в сторону панорамных окон, мутных от нашествия грязи. Открывает их пытаясь продохнуть, черные облака постепенно сходятся в массивную тучу, ливень, определенно оставит разводы. Они сильно раздражают и не дают сосредоточиться на важных контрактах, ветер с частицами пыли, залетает в кабинет, снося папки документов на пол. Кудри черноволосого быстро загрязняются и спутываются, он дышит глубже, разрядить голову может только крепкий напиток. С трудом, спасая свою рабочую обитель от капризов погоды, Киёми плюхается в кресло вызывая секретаря. — Шоё, будь добр, кофе и отчёты за прошлую неделю. На том конце провода напряжённая тишина беспокоит барабанные перепонки босса. Вроде специально нанял молодого человека, а не девицу к себе в секретари наслушавшись глупых стереотипов, а в итоге получил все в двойном размере. — У тебя две минуты иначе полетишь из окна. Сакуса падает на спинку, пальцами массируя гудящие виски. Хината входит без стука, знает, личной жизни у шефа нет. Кладет папку с документами и поднос перед начальником, воротник рубашки расстегнут, вид на молочную кожу открыт. — Хоть бы маскировался получше. Рыжий недоуменно смотрит. — А, Кагеяма ставит классные засосы. — Простите, мы случайно. — Случайно это один раз, а не сплетни по отделу второй месяц подряд. Юноша загорается румянцем. — Вроде я не открывал бордель, попрошу вас предаваться страстям на отдельной жилплощади. — Это в последний раз, Сакуса-сан. — Ладно, скажи лучше, что делать с этими панорамными окнами, весь вид испорчен, из-за этих бурь. Хината подходит, в стеклах не отражается его силуэт, следовательно причина раздражения Сакусы станет его головной болью. — Выход один нанять альпинистов и помыть окна. — Займешься этим? — Конечно, но взамен. — Можешь по пятницам уходить пораньше, уговорил. Шоё улыбается, желая успешного рабочего дня, вместе с закрытой дверью, грохочет гром. Брезгливость Сакусы не должна перерасти в нечто большее поэтому все должно быть идеально. Стеснительность босса, маленький секрет, известный секретарю. Да, он полиглот, способный поддерживать диалог с инвесторами, но ему трудно заговорить с понравившейся девушкой на корпоративе. Сразу пятна по лицу, сбитое дыхание, и ощущение показаться глупым, делают из привлекательного мужчины — одинокого волка влюбленного в свой лес. — Получил выговор?—Кагеяма возникает из ниоткуда со стаканом воды. Шоё забирает выливая на себя. — Нет, но про нас знает, чувствую захочет нас обоих уволить, если не остановимся. — Просто у него давно не было партнёра. — С чего ты взял, что он по парням? — Так он бы давно выгнал нас, а так приятно видеть хотя бы какую-то любовь. — Надо найти клининговую компанию, для окон. — А это идея. — Ты что удумал, паразит. — Наймем ему какого-нибудь альпиниста—стриптизёра, пусть соблазнит, а когда застанем его, он разрешит нам наслаждаться друг другом, даже на рабочем месте. Хината прыскает в кулак, такой подставы любимый босс никак не ожидает. Зато если расползутся слухи о романе начальника они хоть как-то перекроют их отношения от назойливых глаз. — У тебя есть контакты такого человека? — Любой парень прогнётся за дополнительную плату — ухмыляется Тобио. — Кошмар, вместо работы, мы хотим, что бы наш босс хорошенько потрахался с незнакомцем. — Заманчивое предложение, по рукам? — Я не могу тебе отказать. Сакуса договоривается о встречи с китайской делегацией на следующей неделе, выключает трансляцию в зуме. Снимает рубашку, складывая в пакет, ветер усиливается и ветки деревьев летят мимо окон, начинается ураган. — У меня очень плохое предчувствие. Киёми доверяет интуиции, уж слишком загадочным к нему пришел Кагеяма для подписания договоров о поставке запчастей. — Эти черти сведут меня с ума. Прислоняясь к холодному стеклу лбом, он даже не подразумевает, как влипнет, из-за безбашенных идей своих подопечных.

***

Стоит соглашаться на авантюры, когда жизнь прижимает к стенке, без надежды спокойно заснуть. Атсуму думает, что если брат не обнаружит своей заначки, то сразу примчит в клининговую компанию, где работает старший и изобьет до смерти. Ему чертовски необходимы заказы, надо отработать тот долг, который выставит Осаму. Мия-старший не мог по-другому билеты на игру стоили баснословных денег, а он истратил все на аренду квартиры и уплату коммунальных услуг. Дух транжиры никому не изгнать, это стопроцентная уверенность не греет сердце. Атсуму прожигает взглядом автобусную остановку, в любой момент готовый сорваться с места. Саму уже отправил гневные смайлики, и голосовое сообщение с нецензурной бранью. Эта единственная высота, которую блондин не хочет покорять, отвечать колкостями, не в его стиле. Он любит младшего, пускай тот ёжик с колючками, фыркающий на проколы. Осаму всегда приносит вкусняшки не важно насколько тот выводит из себя. И вот знакомый силуэт на горизонте, размахивает ножами, говорила мама, не поступать волейболисту в кулинарный. Это же целый кухонный комбайн, способный приготовить и употребить в пищу бессовестного близнеца. Атсуму срывается забегая в небольшое помещение. — Суна, доложи обстановку. — Объект зашёл в здание, в панике. — Да, он никогда не умел играть в прятки. Дурачок. Ринтаро смотрит на экран, жучок в кармане джинс светволосого спокойно приведет их к добыче. Нет Суна не шпион, просто проверяет изобретение Кенмы, которое случайно стащил Куроо. Юноши следует по красному огоньку, суматошно танцующему где-то в районе санузлов. Атсуму тем временем забегает в кабинку закрываясь на три оборота. — Тсуму, ты что задумал. — Кита-сан, не выдавайте меня, прошу вас. Шинске дышит глубоко насколько позволяет стоящее рядом ведро с разведенной бытовой химией. Наводить порядок в собственной компании, это маленький фетиш. Этого он и требует от своих работников любви к работе и никаких отношений на ней. Все пошло под откос, в момент появления Атсуму, отчаянного восходителя не сумевшего покорить Эверест. Альпинист пришел к нему с богатым опытом работы приобретенным в горах любой точки мира, но после травмы закрывшей ему путь к вершинам. Работники практикующие высотные работы могли повысить рейтинг. Фактор, сыгравший немаловажную роль, для принятия окончательного решения. — Промолчу и лишусь скидки в "Онигири Мия" — Они вам дороже чем я?—возмущению не было предела. — Осаму мой бывший кохай в Инаризаки. — А я, я, тоже играл. — Да, потом влюбившись в скалодром бросил волейбол, спасибо хоть на национальные нас привез. — Не отдавайте, я возьму сверхурочные смены. — Вряд ли тут поможет шантаж. — Тогда отдайте мне тряпки, ведра, и швабру. Кита чувствует, как в изумлении поднимаются его брови. Пытается достигнуть точки спокойствия, но она отдаляется вместе с разбитой крышкой унитаза. Шинске мирится с неуклюжестью. Остаётся лишить премии и перерывов на обед достаточное наказание для несмышлёныша. Атсуму торжественно получает швабру и ведро с грязной водой и победным шагом движется к выходу. Прислушивается — тишина. Пора действовать на опережение, вдохнув поглубже, с ноги толкнуть дверь проще простого. Облить с ног до головы водой с агрегатами пыли ещё веселе, замахнуться шваброй по лбу ещё азартней. Делая телодвижения с закрытыми глазами, Мия не имеет понятия кого отправляет в нокаут. — Передачек в местах лишения свободы не жди, братец. Распахнув ресницы и увидев перед собой распластавшегося звёздочкой будущего клиента — Атсуму теряется. Осаму прощупывает пульс на запястье. Кита выглядывает из-за спины своего работника. — Твою мать, Атсуму Мия. — Спокойно, Кита-сан, парнишка крепкий — Саму поднимает с пола пропуск, принадлежащий жертве—Кагеяма Тобио, один из ведущих инженеров технического отдела крупнейшей компании Японии. — Это ещё и клиент, я вычту из твоей зарплаты его заказ. Кагеяма морщит лоб, Осаму приподнимает голову и столкнувшись с нашатырным спиртом, взятым с аптечки Ринтаро пробуждается. — Вы помните, как вас зовут и где находитесь. — Да, я шел оформить заказ на мойку окон нашего офисного здания и за одним предложением к человеку, который согласится на определенные условия. — Прошу, примите извинения, за удар шваброй по лбу, наш альпинист готов заключить договор. — Всё в порядке, разрешите поговорить наедине с вашим сотрудником. — Да-да проходите в кабинет, Атсуму сейчас подойдёт. Тобио двигается в сторону дубовой двери, поправляя галстук, приглаживая волосы. Кита хватает за ухо и тянет до красноты, Тсуму скулит, а брат смеётся звонко до мурашек по позвоночному столбу. — Слушай сюда, ты примешь этот заказ, даже если тебе предложат выполнить работу в обнажённом виде. — В каком смысле? — В переносном естественно, суть понял? — Да, выполнить заказ, даже если меня сдует в сторону Йокогамы. — Часть суммы отдашь мне, братик. — Это с какой стати. — Атсуму за молчание Осаму надо платить. Ответить не дали, а пинком под пятую точку отправили к клиенту. Мия начал дуться на близких людей, но понял, что любые изменения в характере могут лишить его крупной денежной суммы, поэтому надо терпеть. Может чуть позже ему повезёт. Кто-нибудь притянется к его неудачам и разрешит их одним лёгким движением руки выбив глупость в голове. Кагеяма сидит по струнке, сверкая голубыми очами по сторонам. — Заприте дверь, разговор не для посторонних. — Ура, меня похитят и привезут к боссу Токийской мафии? — Не паясничай, сладенький мальчик. — Мама, я в одной комнате с голубым. Мия вспоминает моменты из кино, где герои легко пролезают по вентиляции, но потом вспоминает свои размеры и расстраивается ещё больше. — А ты разве не такой же? — Все люди от рождения бисексуальны, в ваших словах есть доля правды. — Если я заплачу в два раза больше, ты сможешь соблазнить моего начальника? — Вы хотите, что бы я как в дешёвом порнофильме мыл окна, при наклоне выпячивая зад? — Сообразительный, так каков ответ. — Деньги вперёд. — Твоя воля. Кагеяма открывает барсетку доставая пачку купюр, небрежно кидает на стол, резинка лопается и часть денег разлетается по углам. Атсуму нервно сглатывает, а этот парень не шутил, что ли? Ему придется в нижнем белье танцевать для незнакомца с тряпкой, на виду у тысячи глаз, на протяжении сотни этажей. Отказаться не получится, за стенкой готовы сорваться с повадка голодные церберы. — Сейчас распечатаю договор, к работе приступлю в восемь часов утра, пойдет? — Лучше и не придумать, надеюсь на тебя, Атсуму. Мия начинает подозревать у Шинске сверхъестественные способности. От этого кровь стынет в жилах, естественно раскрывать подробности в полной красе альпинист не будет. Возможно этот начальник просто подрочит на него и этот Кагеяма успокоится, определенно ложится под парня он не станет. Подпись решает за него все, придавая жизни огня, которого так давно не хватало.

***

Асфальт плавится под ногами несмотря на ранний час, ещё чуть-чуть и разум вообразит зыбучие пески в которых так надеется утонуть Атсуму. От стыда его щеки пылают, коллега неотрывно смотрит на прикид: облегающие штаны и белая майка с открытыми плечами и грудной клеткой. Бокуто так интересно спросить от чего такие глобальные перемены, неужто решил устроить личную жизнь? — Новая униформа, не обращай внимания, Котаро. — А чего сразу в плавках не пришел, быстрее бы дело пошло. — Я тебя придушу. — Ой как страшно мне угрожает совратитель на минималках. — Просто надо отработать долг. — Деньги страшная сила опускают до разврата в течение одного дня. Никогда не буду брать взаймы, что бы не оказаться в таком положении. Атсуму проверяет тросс, который спустит вниз к панорамному окну, проверяет наличие оборудования и кивает о своей готовности. Бокуто стоя на крыше в опасный момент должен будет вытянуть альпиниста, для этого предусмотрена страховка закреплённая на пояснице. — Принц готов спускаться к принцессе? — Скорее к птичьим экскрементам. Кареглазый пожимает плечами. Мия не дожидаясь команды цепляется за верёвку и чувствует, как тело падает ниже, с каждым метром приближая к позору. Считает судорожно этажи, необходимо по достижению пункта назначения дёрнуть и остановить напарника. Майка предательски намокает волнение от встречи с человеком, которого он отвлечет от важной работы, перебарывает спокойствие с преимуществом. Голубое небо накрывает маленький мир смелого альпиниста. Главное, чтобы не смыло вниз на гудящие автострады. Окна без трещин отражают офисных воротничков и их заинтересованные взгляды направленные в мониторы. Это неправильно— когда глаз горит не при виде любимых, а отдает свои искры бездушной машине, способной перегреться и отключиться. Скажите, люди могут тоже перегореть, да, но находятся те кто всегда носят в своих карманах спички. Так на всякий пожарный. За время подготовки к рабочему дню, Мия заметил: никто не открывал форточки настежь. Словно из-за боязни, потерять только пришедшею в голову важную идею, которую не составит труда сдуть ветру. У всех есть возможность закрыться от свершений, придумывать на ходу идеи, несмотря на то, как меняется цивилизация. Атсуму на такое не способен, жить без приключений подобно увяданию цветка. Поэтому решение оставить горы не было настолько душераздирающим. Светловолосый всегда умел находить то, что увлечет и не отпустит. Вдали от подножий восходитель не жалеет о выборе чувствовать под ногами пустоту. Закипающий адреналин вместе с ним вырабатывается лишь при малейшей возможности болтать суматошно руками по грязным стёклам. Нарушитель спокойствия подносит тряпку начиная с характерным скрипом оттирать пыль, грязь, чихает от клубов дисперсных частиц. За преградой кто-то подскакивает на месте, видимо его цель. Сакуса поворачивает голову отрываясь от рукописей. В планах на сегодня: забрать костюм из химчистки, провести конференции по зуму, изучить пару новых словечек из чешского языка, забыть про перерыв на обед. Сакуса клеит яркие стикеры на доску по очередности выполнения, организованность — второе "я". Сейчас подружка-пунктуальность, отвлекается и ее друг смотрит на яркую улыбку юноши. В офисе, как то мгновенно становится холоднее приходится сбавить обороты у вентилятора. Лучи исходящие от альпиниста прогревают сквозь слои безумия на стеклах. Атсуму машет рукой. Сакуса вдыхает жизнь. — Кто он такой. Пункт "пообедать не в одиночку" закрадывается в подсознание. Входящее сообщение—напоминание сигнализирует о начале конференции. Киёми откладывает красный маркер и затею познакомиться, присаживаясь в огромное кресло. На высоте давление падает, сталкиваться с кислородным голоданием привычная обыденность путешественника. Узнать о голоде по отношению к телу скрытому за прозрачной белой рубашкой нечто запретное, рефлекторно облизнув губы, Атсуму мучает пятнышко скребком. Старается не обращать внимания на то, как начальник кладет ногу на ногу, поправляя чуть сползшие очки на нос. — Это преступление быть таким идеальным. Просто отвлеклись и не пялься в открытую, это выглядит стрёмно. Не получается. Спасибо, что его держат, иначе он бы давно перерезал верёвку лишь бы быстрее столкнуться с ним будучи не разделенным стеклянной стеной. Закончив оттирать участок, Мия видит идеал мокрых фантазий намного лучше. Сакуса кусает нижнюю губу, видимо задали вопрос вогнавший в тупик. Резкое волнение импульсами бьёт по пальцам и альпинист чуть ли не роняет средство очистки. Хотел скрыть чувства от подопечных, мира, закрывшись от грязных сплетен. Атсуму хочет разбить кривые зеркала и показать удивительную красоту покорившую с первого взгляда. Объяснить,что не стоит оставаться допоздна в бетонном здании и делать только одно — зарабатывать миллионы. Время невозобновляемый ресурс пустая трата закончится катастрофой. Если днём ранее Атсуму мог послать голубоглазого парня с просьбой соблазнить его начальника куда подальше. То сейчас в нем заиграл азарт. На страх и риск Мия снимает футболку, привязывая к бёдрам. Киёми до этого отвечавший на вопросы коллег позволил себе перерыв. Ой как вовремя, думает Атсуму дотрагиваясь до собственных сосков начиная их сминать прямо перед ничего не понимающим начальником. Черноволосый сглатывает густую слюну, у него давно не было секса, примерно полгода. И он не вправе осуждать альпиниста, погодка выдаётся жаркой, так ещё и работа на открытом воздухе. С какой только стати надо проходиться взглядом по кубикам пресса? Атсуму открывает рот, только дурак не догадается, что он стонет срывая голос. Ловит ошарашенный взгляд прерывая наслаждение, поворачивается боком, находя новые участки для щетки. Выпячивает зад, штаны обтягивают упругие половинки. Ткань хочется разорвать на части, Киёми понимает замысел, альпиниста и разворачивает кресло, совратитель должен видеть все. Сакуса бесстыдно растегивает ширинку начиная поглаживать вставший бугорок. Мия краснеет, но продолжает спектакль. Кладет ладонь на пятую точку и бьёт. Тормоза слетают у обоих. Сакуса расстёгивает пуговицы, закатывает рукава и чувствует напряжение в паховой области. Мия поворачивается лицом, сдувает челку и делает движения корпусом назад и вперёд передвигая бедрами. Показывает ровные зубы кусающие губы от удовольствия капля крови падает на белую майку. Киёми чуть ли не включает папочку, ему срочно надо застирать этот элемент одежды и заодно брюки, которые вскоре испачкаются. Монитор горит красным огоньком, надо продолжать конференцию. А у него встал на парня, что приводит в порядок эти грязные стекла. Время успокоиться и незаметно подрочить у него нет. Приходится нажать на кнопку камеры и увидеть возбуждение на маленькой иконке. Партнёры начинают перешептываться, а заместитель Киёми аккуратно спрашивает нет ли температуры. Вдруг экран заполняется сочувствующими взглядами, и босс нагло врёт, что его настигла ангина из-за неисправного кондиционера. Шимидзу докладывает, что все документы подпишет сама, и Сакуса благодарит заместительница за ее труд после чего отключается. Встав с кресла и ощутив крепкий стояк, мужчина ожидает реакции со стороны. Атсуму всем видом показывает, что уже получил сильный оргазм, Киёми подходит к панорамному окну и показывает на циферблат. Через двадцать минут на этом же месте. Затем плотная дверь закрывается, в офисе становится одиноко, блондин дёргает за канат и Бокуто подымает его навверх для смены штанов и ланча.

*

Кагеяма смотрит по сторонам держа в руках маленькую камеру. Хината в перчатках открывает кабинет, который Сакуса второпях забыл затворить. Шалунишки проходят в ничем не примечательный кабинет и ищут место для прикрепления камеры. Соитие надо запечатлеть, как доказательство, иначе план с треском провалится. Нужный ракурс парни находят над кондиционером издающим урчащие звуки, Тобио быстро подсаживает рыжеволосого. Шоё оставляет подставку с камерой, где объектив направлен на стол и пространство перед панорамным окном. Хихикает с неким злорадством, после чего его опускают на землю и целуют в макушку. — Теперь незаметно покидаем место преступления. Юноши испаряются свидетели их поступка — пролетающие мимо черные вороны.

***

Атсуму снимает майку она взмокла от жаркого приватного танца на высоте неподдающейся любви. Бокуто спокойно чуть не давится бутербродом, сглатывая, куски пролетающие по пищеводу. — Лови сменную одежду.—кидает прозрачный пакет прямо в руки. — Бокуто, а можно ли отправиться вниз не по служебной причине? — Влюбился? Сообщу Ките, об отлынивании от работы. — Пускай мне сделают выговор, я хочу по собственной воле, а не по просьбе, переспать с незнакомцем. — Мия, ты перегрелся на солнце. Звезда палит нещадно пыльный ветер вздымает майку до груди лучи касаются торса. Прикрывая рукой глаза молодым и прекрасным надо делать все на свой страх и риск, вспоминая пожилым приключения на всю больную голову. — Не исключено. — Перекусывай, домывай окна и поедем пропустим по бокальчику пива. — Возможно. — От жары совсем мозги поплыли. Котаро умывается водой из бутылки, когда юноша стоит на краю крыши вглядываясь в облака рассеченные самолётами. Идиллию нарушает сок персика стекающий по пальцам на расскаленную площадь, светволосый облизывает. Даёт слово, соглашаться на авантюры черноволосого красавца за стеклом. Не жалеет о решении взяться за такой интересный заказ, закусывая онигири, Атсуму вытирает руки и рисинки с лица. Партнёр закрепляет пояс на бедрах. В этот раз альпинист не надевает майки, всё равно станет мокрой. — Готов? Вопросительная интонация предостерегает от поспешных выводов. — Всегда и во всем. — Безумец, береги себя. Трос спускает медленно. Сакуса мучается от мысли, что его ненаглядный опаздывает. Двадцать минут подходит к концу, секунда в секунду кареглазый укротитель щеток и моющих средств стучит в окна. Киёми подходит с запиской и приклеивает к противоположной от парня стороне. Атсуму не удивляется, аккуратным почерком выведено: переспим? ты мне неравнодушен. Полоса солнца разделяет лицо начальника, одна сторона ангельская, вторая дьявольская, какая попадется? Известно только на небесах отпускающих прошлое с глупыми письмами бывшим, написанными парнями в порыве гнева. Атсуму кивает дотрагиваясь до стекла ладонью, Киёми отвечает. На втором стикере время, этаж, кабинет. Сакуса наслаждается телом, вспоминая про встречу на другом конце Токио. Тяжело вздыхает во взгляде Мие читается — я понимаю, можешь идти. Встретимся? Непременно.

***

Галстук, красная клетчатая рубашка, одеколон с запахом мяты, Атсуму проходит в холл огромного офисного здания, задыхаясь от масштабов. Милая администратор предлагает леденцы или кофе, культурно отказавшись альпинист спрашивает на месте ли ее босс. Поправляя блондинистую прядь, Хитока кивает указывая рукой в сторону лифта. Атсуму сглатывает подходя к кабине, проникает вовнутрь и нажимает кнопку по контуру ставшую красной. — Это точно конец. Дверь открыта Сакуса в нижнем белье сидит в кресле, наблюдая, как стесняется парнишка. — Смелее, я не кусаюсь. — Назовешь имя, которое я буду стонать срывая голос? — Сакуса Киёми, но стонать, будешь папочка. — Мия Атсуму. Атсуму преодолевает ничтожное расстояние между ними. Киёми покидает кресло и целует по-настоящему, светловолосый покорно открывает рот, позволяя скользнуть языком внутрь. Они знакомы один день, могли наброситься друг на друга и обглодать до костей, но сумасшествия здесь не наблюдается. В кабинете перемешивается запах черники и мяты. Сакуса теснит альпиниста тот опирается на рабочий стол. Отрывается от губ — спуская к шее, прикусывая нежные участки кожи. На коже ощущается дыхание черноволосого, резкие вдохи, мята успокаивает. Киёми встаёт между разведенных ног, проводит ладонью по чужому бедру — жар чувствуется через ткань облегающих джинс. —Обойдемся без прелюдий?—Атсуму тяжело дышит, кусая губы. — Сложно терпеть, когда на тебя бросили несколько часов назад. — Тсуму, у тебя прекрасная выдержка. Атсуму цокает и раздражённо "Хватит возиться с джинсами" дёргает язычок ширинки. Босс шикает, берет его руки за запястья и прижимает к столу. — Ты слишком красив. — Слишком медленный Странно, но это возбуждает сильнее. Сакуса поднимает одну ногу за щиколотку, проделывает тоже самое со второй, в одно движение стаскивает брюки — член падает на живот. — Довольно большой. — Сочту за комплимент — стонет Мия. Киёми не может больше терпеть, вытаскивает из кармана презерватив, расстёгивает собственные брюки, они падают к лодыжкам с характерным звоном ремня. — Ты довольно мокрый, войду сразу? Искры в глазах Мии дают согласие на любые махинации с телом. Сакуса снимает боксеры до колен, надрывает упаковку презерватива острыми зубами, вытаскивает его. Улыбается в одно движение раскатывая по члену, проводит пару раз по стволу, тянет голову для поцелуя. Атсуму дотягивается, накрывая уста горячего парня. Черноволосый надавливает на грудь, снова укладывая на холодную поверхность. Альпинист закидывает ноги на плечи подтягивая бедра ближе. Раздвинув пальцами ягодицы, босс толкается — плавно скользя по стенкам. Жар вырывается с каждым толчком, бьёт дрожью. Атсуму подмахивает бедрами, вскрикивает сжимая рубашку на себе. Пассив смотрит, ресницы бросают тени в свете огней огромного Токио. Сакуса сжимает бедра до синяков, рычит, готовясь кончить. Мия выгибается дугой, мышцы напрягаются — рельеф четкий. Кончает: рот открывается в стоне, заливает каплями спермы оголенные участки кожи партнёра. Киёми нагибается и целует его — и кончает тоже. Ноги дрожат, сердце бьется быстрее, чем при восхождении на Эверест. Падает на блондина, обнимает за плечи, гладит по спине, дотрагиваясь ягодиц, хулиганисто их сжимает. — Любишь? — С первого скребка по моим грязным стёклам. Мия смеётся. Они встают не размыкая рук, подходят к окнам, начиная обнимать друг друга находя мимолетно-долгое счастье, благодаря двум таким же романтикам.

***

Погода решает помиловать людишек, на метеорологических станциях обещают облачность без дождя. Сакуса любуется чистыми стеклами и пишет сообщение, приглашая Атсуму на свидание в парк. Тот отвечает, что согласен, только закончит помогать Саму в ресторане. Братец долг простил, Атсуму отработал грузчиком и помощником повара неделю, получив поцелуй в макушку от владельца "Онигири Мия". Сакуса заканчивает читать отчёты, когда без стука заходит самая сексуальная парочка в его компании. — Какие люди, проходим, чем могу помочь. — Мы требуем равных прав.— Хината кладет диск на стол — Вставляйте. Киёми повинуется настойчивости рыжеволосого. Реакции, которую ожидают Кагеяма и Хината не наблюдается. Подумаешь, подсунуть порно с начальником своему же начальнику, велика ли беда? — Что ж, вижу если лишитесь работы, как заработать деньги способ найдете. — Сакуса-сан, вы нарушили устав об отношениях на работе!—выпаливает Кагеяма, не отрывая взгляда. — Тоже мне открытие века. — Мы требуем с вас штраф. — За распространение порнографии вас повяжут быстрее, но мне нравится идея. — Разойдемся мирно? Киёми достает два листа А4 и двигает к подопечным. — Вы нас увольняете?— дрожит Кагеяма. — Нет дурашки, спасибо, я смог найти любовь, так что пишите, прошу дать мне отплачиваемый отпуск сроком на месяц. Они бы станцевали фламенко, если бы умели. — На Багамы или Мальдивы решите сами, но чтобы вас через час не было в Японии. — Слушаемся, Сакуса-сан. Парочка убегает из кабинета собирать чемоданы, вместе с купюрами. Атсуму вернул Тобио все до копейки. Киёми впервые в своей жизни, благодарен грязи, за то, что она преподнесла ему величайший подарок в жизни.