Свободный полёт

Спустя некоторое время Скотт решил признаться отцу, что Винсент ему не друг и даже не коллега. Отец Скотта не имел никакого мнения на тему однополых союзов так как никогда их не видел и на протяжении всей жизни считал, что все вопросы брачно-семейных отношений должны решаться только при помощи юриста. Это очень пугало особенно считая его нестабильность и склонность к галлюцинациям, но узнав о настоящих взглядах отца на данную проблему Скотт испытал облегчение, а увидев его реакцию ещё большее. — Ты его любишь? А почему замуж не выходите? — спросил он прямо. Скотт покраснел, на время потерял дар речи и некоторое количество информации о психическом здоровье отца. — Я думал ты вскроешь нам животы так что такие предложения не приходили в голову. Как ни странно отец был абсолютно спокоен и сдержан в выражении чувств. — Кто из вас теоретически может быть в платье? Нарядим Винсента в фиолетовое платье? Скотт с Винсентом переглянулись и синхронно отрицательно помотали головами. — Пап он сидел и он мужчина. Мужчина! Даже не смей ему такое предлагать. Если ты воспользуешься тем что он может спать и натянешь на него платье его наверняка вырвет. Кажется это единственный факт от которого он расстроился, и к облегчению Скотта кажется на этом тема была закрыта. Винсент узнав об этом напрягся ведь, понял что рано или поздно на него наденут платье и не факт что это будет приятный сюрприз. Наконец то души обоих молодых людей были свободны от крайне личных переживаний. Чтобы отпраздновать это, они назначили праздничный ужин на вечер пятницы, при этом Винсу удалось уговорить отца отказаться от большого застолья на утро. По предложению Скотти ужин должен был быть чисто семейным, то есть Винсент с отцом, а не так как обычно — половина семьи за столом, вторая половина уже в другой комнате. Винсент забежал к нему вечером, но как обычно не нашел его и спустился в подвал. Внизу все было так же как и всегда — множество бутылок и трубок в углу, еле заметный дым, запах карамели и одеколона. Он вновь держал очередного пойманного с мешком на голове. — Ну и что же мне с тобой делать пока тебя не заберут в отделение? — спросил он очередного пленника, — Я уже и отпуск взял на две недели, вроде пока все спокойно. Что? Винсент! Какими судьбами? Винсент немного оторопел. Обычно он сразу проходил мимо, даже не глядя в его сторону, а тут его заметили. — Вы опять? Вы обещали больше так не делать! — начал говорить Винс, но в следующее мгновение он понял, что его прервали. — Я даже не притронулся! Он тут под моим присмотром пока полиция занята! Винсент вздохнул и вышел из подвала. На улице опять горели фонари и качались под ветром рекламные плакаты. Ни одного по-настоящему привлекающего внимание плаката, из тех, которые казались ему настоящими, он не заметил. Оттенки этого вечного белого цвета, который гипнотизировал и завораживал, были одинаковыми. Отпечатаны они были в рекламных агентствах, каждый день печатающих и постящих эти синие квадраты. Отец Скотта успел спрятать своего гостя в подвале сдав его полиции с рук на руки, а потом, когда приехала полиция, полез в свой шкаф за пиджаком. К приходу Скотта они сделали все чтобы он больше не переживал из-за этой встречи. Сейчас, сидя за столом и слушая их щебет, Винсенту казалось, будто по его макушке течет холодный мелкий дождь, но в душе был ясный день. Он был абсолютно спокоен и счастлив. Просто он очень устал и его сознание не цеплялось даже за мельчайшие раздражители, чтобы сохранить себя в поле остающегося после этих раздражителей света. Он принял их решение без возражений. Чувство Свободы то чего Винсент так давно хотел и наконец то обрел было теплым и мягким, как солнечный свет. Свободный полет — вот то, что должно было стать главным его ощущением. Наверно поэтому он был почти счастлив, слушая, о чем беседуют его близкие. Все хорошо, думал он. Да, в сущности, все хорошо.