Никогда не оставлю.

      На что вы готовы ради любимого человека?       Готовы ли вы прожить с ним вечность? Или, может быть, и ее не хватит для воплощения, всего задуманного вами?       А, может, наоборот — лишь вечность погубит все, что вы строили годами…?       Кропотливо выстраивая наше будущее, планируя все до мелочей, не нужно забывать о непредвиденных обстоятельствах, ведь Вы не Всевышний. Вы не знаете, что ждет Вас завтра, через месяц или год.       Живите здесь и сейчас…       Ночная Италия зажигалась яркими вспышками разных цветов, освещая темные дороги города. После заката испепеляющего солнца становилось более прохладно, несмотря на то, что стоял жаркий июль. Поэтому в машине, с громко играющей музыкой, на заднем сидении лежала кожаная куртка.       Черное платье с разрезом и открытой спиной привлекало внимание всех: и женщин, и мужчин. Но только для него она сияла изнутри в тот вечер.       Парень, сидящий рядом, излучал харизму и неподдельное удовольствие в компании чарующей его сердце дамы, которая из раза в раз давала понять, что он — единственный. Единственный во всем.       Открытая крыша автомобиля давала волю эмоциям, адреналин и жар поглощали тела молодых людей, поэтому, прибавляя громкость, слова сами вылетали откуда-то из глубины души, наделяя проезжающих мимо пассажиров в машинах прекрасным настроением.       А внутри все было тихо и спокойно, будто в ней существовал тихий лес с массивными дубами, и только шелест листьев нарушал покой. Тонкие белые пальчики выглядывали из салона дорогого автомобиля, подбивая в такт музыке и заставляя все тело двигаться в том же ритме.       Это ему в ней и нравилось. Такая многогранная и разностороння, нежная и страстная, с ним милая и податливая, а на людях словно кремень.       Он тоже был таким: в обществе — не пробиваемый, холодный человек, а с ней — внимательный, заботливый мужчина, готовый оградить от всего ужасного в этом черством мире. Они сцепились узами симпатии, перерастающими в крепкую, ничем и никем не заменимую, любовь.       Приглашение на музыкальное мероприятие пришло еще несколько недель назад, и с той минуты началось приготовление к незабываемому празднику, который подарит новые ощущения и эмоции.       Ежедневный шоппинг, подборка образа, и даже не одного, под атмосферу и дресс-код на празднике, приготовления за несколько часов до самого события никак не укладывались в голове у вокалиста. Зачем такая суматоха, если можно собраться за сорок минут?       Девушка бегала из угла в угол, примеряя на себя различные платья и деловые костюмы, постоянно закидывая молодого человека вопросами и донимая по мелочам: «Лучше в этом пойти? А может быть вот в этом? Ну чего ты уставился на меня? Помоги, пожалуйста, я не знаю, что мне надеть.»       Ему было не столь важно то, в чем она пойдет и как будет выглядеть. Главное — пойдет под руку с ним, зайдет в здание с гордо поднятой головой и будет прижиматься к его плечу, пока он будет шептать ей на ухо нежные слова. Подойдя вплотную, руки опустились на скулы девушки, трепетно поглаживая большими пальцами. — Ты у меня самая лучшая, и неважно в чем ты пойдешь на этот вечер, — шепотом произнес парень возле ее губ, а после — нежно коснулся их, пока она медленно, но верно обмякала под силой его любви.       Машина остановилась возле большого здания Римского оперного театра, где сегодня, на огромной сцене, будут показывать себя танцоры балета, крутить пируэты и отдавать всю энергию зрителям.       Он подставил свой локоть, миловидная девушка просунула руку, и пара вошла в величественную постройку конца девятнадцатого века.       Внутри все было намного изящнее, чем снаружи: мраморные колонны, расписной холл и хрустальная люстра с имитацией свеч придавали месту великолепия и торжественности. По этому холлу расхаживали и говорили о каких-то вещах важные персоны, от чего моментально создавалась картина довольно непростого контингента.       Сдав верхнюю одежду в гардероб, молодые люди прошли дальше по первому этажу. Едва слышимая классическая музыка разрезала внутреннее спокойствие и тишину, шпильки стучали о пол, издавая характерный звук, а скулы вокалиста незаметно рассекали воздух.       Они подошли к циклу картин чуть поодаль от всех, рассматривая и восхищаясь талантом художников. На одной из них изображалась завуалированная агония страсти и похоти. На другой — смесь серых оттенков, передающих нагнетающую атмосферу боли и переживаний.       Самая последняя словно отражала саму пару и их внутренний мир: две, казалось бы, незамысловатые тени описывали элементы чего-то скучного и умиротворенного, но это была лишь вершина айсберга, за которой скрывалось множество ярких красок и эмоций, вложенных автором. — Спасибо, что рассказала об этом месте. Оно волшебно, — произнес парень девушке на ухо, пока она, прижимаясь спиной к своему мужчине, чувствовала, что за ним будет, как за каменной стеной. Здесь они были в первый раз, но только один из них понимал, что в последний.       Прогремел первый звонок. Все присутствующие начинали двигаться более оживленно, проходя в зал, продолжая обсуждать что-то на ходу.       И только они никак не могли напитаться этим сладостным моментом. Стоя вдвоем возле художеств, молодые люди наслаждались уединением, принимали каждую частицу того, что дарило им это место, а дарило оно много всего.       От бушующего урагана различных эмоций, до неземного спокойствия и тишины. Держа свои руки на ее талии, парень вдыхал аромат волос своей дамы, медленно утопая в ней полностью. Она была для него всем, чем только можно быть.       Второй звонок. Теперь уже и они оторвались друг от друга и пошли любоваться очагом классического танца и искусства. Для них все было искусством. Начиная с обычных завтраков в постель, заканчивая страстной ночью и сбитым дыханием в унисон.       Занимая свои места по приглашениям, пара разместилась на одном из маленьких балкончиков сверху. Внизу суетились гости, работники и даже сами выступающие, перебегая из одного места в другое, что-то оживленно рассказывая и жестикулируя.       Для них все были там — внизу, и только они, смотря друг другу в глаза, оказывались где-то далеко-далеко от этого места, где-то на вершине всего возможного, оставаясь в своем маленьком мире только вдвоем.       Лишь ты и я…       Раздался третий звонок, оповещающий о том, что теперь все присутствующие будут наслаждаться местной итальянской классикой, рассматривая из зала танцующих на сцене людей.       В миг весь свет погас, оставляя яркой только сцену, заиграла композиция Ludovico Einaudi — Experience и все окунулось в неимоверно чарующую пропасть.       Пара все равно была только вдвоем, никого вокруг не существовало, ничто не могло повлиять на нынешнее восприятие передаваемых эмоций. Закрывая ключом дверь в мыльный пузырь любви и нежности, вокалист с его дамой оставались только друг с другом, один на один.       В голове секвенцией проносились последние ноты композитора и живой музыки, поглощая и наделяя одновременно спокойствием и хаотичной бурей всего вместе взятого.       Не спеша, по щекам девушки лились соленые дорожки, собираясь в районе подбородка и капая на с трудом выбранное платье для этого волшебного, незабываемого и такого значимого вечера. Она все понимала, она уже все знала… Только он не был в курсе того, что ведала она…       Жаль, что это был последний их вечер…       Страшно?       А ему было еще страшнее, когда он узнал обо всем…       Когда после тяжелого разговора с истериками, слезами и паникой он лежал, прижимая ее к себе, вдыхал ее родной запах и понимал, что это конец…       Утром, не так давно уже ничем не отличающимся от других, он поднял свое тело с кровати и поплелся в душ. Вода пыталась смыть все, что накопилось за последние несколько тяжелых дней. Терпкий запах вишни стоял во всей квартире, напоминая о самом лучшем человеке в его жизни.       О той, которая изменила его поганое существование и превратила в океан любви и страсти. О той, которая ежедневно поддерживала всеми возможными словами. О той, которая открывала все новое и новое для него. Она была яркой кометой, среди миллионов осадков, лучом солнца, пробивающимся сквозь плотную темноту. Всем для него…       В машине тихо играла ее любимая песня, за окном была ее любимая погода, а крыша автомобиля опущена — как предпочитала только она. Заехав в цветочный магазин, молодой человек направился к флористу. Подобрав необходимое, вокалист вышел оттуда, и дорога его понесла по главным улицам столицы со смесью воспоминаний… — Чертов романтик… — раздались слова, разрезающие плотную пелену тишины.       Они стояли около фонтана, смотрели на звезды и загадывали самые заветные желания. — Спасибо за этот вечер, Дамиано, все было просто прекрасно, — повернувшись произнесла девушка.       С ней абсолютно каждый момент был волшебным, невероятным и запоминающимся. Неважно, что они делали: говорили до утра, или готовили самый вкусный завтрак на планете.       Главное — они вместе. Единое целое. Оба составляют то самое Мы.       Добравшись до места назначения, парень вышел из машины, не забыв забрать цветы. Шаг за шагом по тропинке, туда, где теперь сладким сном спит она.       Присев на корточки, он положил четное количество растений на мрамор, предварительно сняв кепку, скрывающую его лицо. Он так и не смирился с потерей близкого, дорогого человека.       Тогда, в больнице, ее рука лежала в большой ладони, а тело слабело с каждой минутой. Последняя фраза стрелой влетела в его сознание, оставляя отпечаток на всю жизнь: — Не оставляй меня, — глаза закрылись…       Он любил с ней разговаривать, любил слушать ее нежный голос и вникать в каждое слово. Сейчас все изменилось. Он больше ее не услышит, не увидит и не прикоснется к темным волосам, которые так любил.       Не проснется с ней в одной кровати, не услышит утром какие-то глупые песни, доносящиеся из ванной комнаты, не сходит в ее компании в супермаркет за продуктами… Теперь все это он делает один.       В этот день он ездил не только на ее могилу. Завернув с главной дороги налево, автомобиль остановился у большого здания конца девятнадцатого века. Выйдя на улицу, он встал перед тем самым театром, поднял голову и посмотрел на небо, где собирались тучи. И лишь одна фраза вылетела из его уст:       «Никогда не оставлю»