Джентльмены удачи

      Машина остановилась, давая понять, что парень на месте. Он возвращается сюда уже который год. Его сумка тяжела, как обычно, ведь брат успел наложить туда все то, что не поместилось в его собственную. Кстати говоря о нем. Увидев ворота знакомого и родного лагеря, его улыбка почти достигла ушей, а сам он не мог усидеть на месте. Отец не успел сказать "приехали", Том уже выскочил из машины и побежал. Уилбур лишь слабо усмехнулся на это и стал выходить сам, чтобы забрать вещи из багажника.       — Я так скучал! – послышалось от Томми, видимо, в адрес лагерю. Они приехали первее всех, что очевидно. Остальные вожатые, они же коллеги Уила, должны подъехать до сегодняшнего вечера. Сута очень интересовало кто же будет в этот раз. Он не вспоминал позапрошлый год, когда он тут работал, с улыбкой, тот наоборот оставил жирный след в его памяти и даже жизни. Боже, как же Уилбур надеялся не увидеть его...       — Хей, Уил, чего стоим? Томми уже даже с охранниками поздоровался и спросил не прибавилось ли у них внуков, – задорно говорил Фил, отец Уилбура. Он так-то и не уезжал с лагеря никуда, ведь были и зимние, и весенние, и осенние смены, однако, пробыв дома всего пару недель в отпуске, он все равно успел соскучится по месту работы. Уил же всеобщего счастья не разделял, сказать больше – он устал. В последнее время мало что приносило удовольствие парню. Все его занятия, кроме работы с музыкой, утомляли, смены в лагере не были исключениями. Но поддержать отца, как бы благодаря его за некоторые моменты в жизни, Уил должен был.       Шагнув на территорию, Уилбур вдохнул лесной воздух во всю. Единственное, что ему никогда здесь не надоедало – природа. Густой лес, котрый может показаться для многих мрачным, но для Уила родным, он любит сидеть там часами, как бы слушая его; река, которая часто обходится десятой дорогой, не считая места для купания, ведь про нее много слухов; горы с невероятными видами в двадцати минутах ходьбы от базы. Но наслаждаться окружением еще рано, о чем ему напоминает брат, толкая Уила вперед, из-за чего тот чуть не падает носом в грязь в силу недавних дождей.       — Томми! – кричит Уилбур, успевая в последний момент словить равновесие. Младший же убегает в сторону админ корпуса, смеясь. "Ведет себя точно как пятилетний" – проносится в голове.       Дорога до корпуса заняла минут пятнадцать, хотя без сумок могла и пять, что доказал Томми. Когда Уил с Филом оказались рядом с администрацией, тот уже стоял, высокомерно поглядывая на "еле ковыляющих", по его скромному мнению, родственников. Он, взяв ключи у Фила, с энтузиазмом открыл металическую дверь. Внутри с позапрошлого лета для Уила, и с зимы для Томми, ничего особо не поменялось. Разве что шторы сменили из-за восьмилетнего мальчика, который накинулся, как собака, на бедные пурпурные зановески весной. Громко опустив сумки на пол, Уилбур понимал, что, когда отец решит в какой именно корпус заселяться первым трем отрядам, ему вновь придется их тащить, поэтому слишком не расслаблялся. Пока Фил начинал раскладывать бумаги, личные вещи и в целом сумку, Уилбур с усталостью опустился в кресло, стоящее слева от входа. В его голову понемногу просачивались воспоминания с последней смены. Он делал годовалый перерыв, надеясь, что, во-первых, не встретит Его через год, а во-вторых, нужно было сильнее сосредоточиться на песне, которая показывала все его эмоции за прожитый год в лагере. Решив не зацикливаться на былом, Уил понял, что самое время пройтись по немного выветрившемся из памяти местам. Оповестив об этом Фила, он вышел из здания. На самом деле лагерь был таким...одиноким без детей в нем? Даже если охранники порой ходили туда-сюда, осматривая территорию, это ощущалось не точно так же, как беготня детей, их крики и смех. Да, Уилбур не являлся огромным любитем шума и детей в целом, но в таком огромном месте, где всегда веселье, слышать тишину неприятно, она казалась липкой, будто вот-вот заберет в свою пучину пустоты и небытия.       Спускаясь по ступеням, в его голове понемногу всплывали воспоминания с прошлых смен. Почему-то Уилу захотелось дойти до сцены. Выйдя с администрации, он прошел мимо ещё пока ничейного корпуса, но в прошлом году там жили четвертый с пятым. Насколько Уилу известно, в этом году вместо восьми, будет все десять отрядов, однако он не был в этом уверен. Возможно, пополниться лишь состав вожатых дополнительными педагогами на младшие отряды. Ему оставалось только догадываться насколько много людей будет. Он продолжал надеяться на нормальных коллег. Дойдя до сцены, ему вспомнилось то, как мальчик по имени Клэй, который еще с девяти лет приезжает в лагерь каждый год, подрался здесь с Томми. Ссора была достаточно глупа, но наделала много шума. Так или иначе, для обоих наказание не было таким сильным, как было б для ребенка, приехавшего сюда впервые. В силу знания обоих мальчишек, Фил сжалился и, вместо вызова родителей Клэя, заставил обоих драить сцену с уборщиками неделю, постоянно проверяя работу. Вспомнив это, Уилбур усмехнулся. Как же много глупых и дурных историй о детях он может рассказать. Даже если его память и ухудшилась из-за определенных вещей, он пытался запомнить такие моменты.       Походив по полуоткрытому помещению, ведь из закрытого здесь была только крыша и сцена, Уил взглянул на наручные часы – одиннадцать утра, скорее бы обед. Решив, что отец, скорее всего, уже решил куда и как заселяться, вожатый поспешил обратно, при том же есть хотелось, поэтому желательно управиться как можно скорее. Шагая обратно, Уил ненароком наслаждался окружением. Птицы, в силу солнечного и не сильно жаркого майского дня, громко пели, бабочки порой пролетали перед лицом парня, даже пугая его, а трава, когда Уилбур решил сократить путь, мягко прогиналась под его ногами. Будто во сне...порой складывалось ощущение, что одна природа ждет его здесь.       По приходу он увидел, что Том уже стоял у входа со своим чемоданом и рюкзаком, а также ключами в руке. Уилбуру они показались знакомы.       — Братец, берем сумки и идем в корпус, а не смотрим на меня, – пихнул локтем Томми пришедшего, а сам вышел на улицу. Уил же перед уходом остановился, глянув на отца, как бы спрашивая все то, что нужно.       — В этом году Томми в твоем отряде. Вы живете в первом корпусе, как и раньше. У тебя будет коллега парень, младше тебя, позже увидишь. Также, как помнишь, в корпусе три этажа, поэтому три отряда. Твой, самый старший – первый, другие, соответсвенно, второй и третий. С коллегами потом сам познакомишься. Твой отряд на первом этаже, самый младший на третьем. Томми в четвёртой комнате справа по коридору. Вожатые же живут с третьим отрядом, так что вам будет весело. Твоя комната в конце по коридору. Удачи! – информации было много, но запомнить можно. Кивнув напоследок, Уилбур пошел за Томми, который уже чуть ли не развалился на чемодане, как на диване.       Когда они подошли к корпусу, Уил запнулся. Он и в позапрошлом году был с отрядом на первом этаже. Ему в целом часто давали старших, не считая некоторых смен двухлетней давности. Фил знал, что он умел общаться с подростками. Уил был достаточно строгим, но в меру, умел пошутить и имел особый способ обращения со старшими детьми. Увидев, что брат остановился, Том терпеливо ждал, зная о ситуации Уилбура. Он уже хотел присесть в беседку, но вдруг вожатый пошел вперед, начиная заволакивать сумки на третий этаж по уличной лестнице. Том ринулся помогать ему, зная, что его вещи тоже там. Ему не хотелось, чтобы его любимая чашечка в виде утки разбилась.       Затащив сумки на этаж, Том пытался отдышаться, а Уилбур, забрав у запыхавшегося ключ, открыл этаж и вошел внутрь, направляясь к комнате вожатых. Отперев и ее, он вошел, увидев, к его удивлению, достаточно много пространства. Больше сказать – комната состояла из двух помещений. Места хоть и не было много, но достаточно для шести человек. По факту здесь две комнаты. Вообще, дверь с коридора вела сперва в первую часть, где стояла одноместная и двухэтажная кровать напротив, меж ними находились две тумбы, а по центру розетка. Уил, предвидев одну розетку на комнату, взял переноску. Его, если честно, не очень волновало правило о её запрете, отец и не узнает. Взглянув на право, парень заметил слева от двери к соседям шкаф ближе к стене и зеркало с полкой под ним. Он уже знал, что скоро места свободного на ней не будет, поэтому представил как расставит свои вещи. Да, немного нечестно по отношению к будущим новоприбывшим коллегам, но кого волнует? Справа же был стол для работы с бумагами. Пройдя через дверь, Уил понял, что комната идентична предыдущей, разве что у окна стоит не одноместная, а двухэтажная кровать. Определившись со своим местом, а это, очевидно, одноместная кровать у окна в первой комнате. Там жирным плюсом был подоконник, который считался второй полкой, при том же он широкий. Порой Уилбур очень рад тому, что всегда заселяется первым.       Выйдя из вожатской он пошел за вещами, но Томми уже и след простыл. Небось осваивает свои скромные хоромы на первом этаже. Схватив сумки, Уилбур направился обратно. К счастью, много он не брал, только самое необходимое. Этому его научил опыт. Вожатый сразу вытянул уже упомянутую переноску, чтобы зарядить телефон, паралельно доставая мыльно-рыльные принадлежности и одежду. В итоге почти вся сумка медленно, но уверенно была разложена, разве что только теплые вещи на крайний случай остались там. Комната приобрела более живой вид. На тумбе уже стояли часы и лежал блокнот с ручкой, куда Уил успел записать в какой комнате живет Томми (так ему посоветовал делать врач, чтобы не забывать важные детали). Также вожатый достал ноутбук, готовясь придумывать план для своего отряда на ближайшие два дня, в основном все года первым был он. Хотел было Уилбур начать писанину, как вдруг услышал грохот, а после тихие маты и чужой смех. Решив выглянуть из комнаты и проверить обстановку, парень пошел к крыльцу, где на ступеньках увидел...Таббо! Он помнил этого парнишу еще со своих первых смен, он часто тусовался с Томми, умудряясь попадать в младшие отряды, будучи старше. При виде знакомого лица улыбка сама появилась на его лице и он поспешил обнять знакомого, не успев заметить еще кого-то.       — И Вам тоже добрый день, – с улыбкой сказала позадистоящая. Уил, услышав кого-то еще, поспешил отпустить из объятий Тоби и глянуть на обладателя голоса с, хоть и не особо заметным, но акцентом. Это была девушка явно азиатской внешности, ее волосы пепельно белые, собранные в пучок сзади, несколько прядей спереди выбилось. Глаза ее карие, одета она необычно, даже детско, для вожатого в лагере, Уил уже понимал, что девушка будет пользоваться популярностью среди детей, а может и вожатых. На ней черная оверсайз футболка с какой-то надписью на японском, сверху джинсовый, коричневый комбинезон-карго с карманом на груди, а обута она в белые кеды. Поперек груди висит совсем небольшая черная сумка, на шее какая-то цепочка с подвеской, а руки усыпаны браслетами. Почему-то Уилбуру казалось, что его новая коллега будет на одной волне с детьми. Скорее всего, полюбит девушку чуть ли не каждый.       — Извините, не заметил Вас. Я Уилбур Сут, вожатый первого отряда, – пока Уил пытался познакомиться с новым человеком в компании, Таббо всё пытался затащить чемоданы, как свои, так и девушки, как заметил Уилбур, все также с грохотом.       — Я Тэруко Гэндзи, вожатая третьего. Приятно познакомиться! – улыбнулась она и в припрыжку направилась в вожатскую. Чем-то напоминала Томми, только взрослее.       Когда Уилбур тоже поднялся, то увидел, что двое новоприбывших решили занять места в комнате, где находится сам Уил, да и тот против не был, обое ребят казались хорошими соседями, при том же Таббо он знал давно. Тэруко расположилась на втором этаже, сперва разбирая рюкзак, ее небольшой чемоданчик темно-синего цвета стал справа от кровати. Таббо в это время лежал, пытаясь отдышаться от двух чемоданов и рюкзака с сумкой через плечо.       Взглянув на наручные часы, глаза Уила округлились и он резко подскочил с кровати. — У нас уже как тридцать минут обед! – двое коллег посмотрели на него так, будто не ожидали, что их будут кормить в первый же день, что на самое деле было заметно – Тэруко доставала лапшу быстрого приготовления, а Таббо чайник. Уилбур, не ожидая такой реакции, пошел к выходу, как бы намекая, что он не пошутил. Все сразу оживились и последовали за коллегой.       В столовой уже был Томми, про которого Уил, если честно, успел забыть. Сегодня давали суп с фрикадельками на первое и картофельное пюре с куриной котлетой на второе. Что еще ожидать от лагерной еды? Но, вообще-то, она была вполне хороша.       По дороге обратно Уилбур, когда проходил мимо администрации, заметил в окне силуэт, подписывающий бумаги. Скорее всего, очередной вожатый. Откровенно говоря, Уилу не совсем хотелось, чтобы до вечера еще кто-то приезжал, пока его устраивала компания Тэруко и Таббо, которые успели завести разговор о причинах работы вожатыми. Уилбур же предпочел пока не вмешиваться, будучи слушателем.       По приходу в комнату Уил сразу же распластался на кровати, перед этим убрав оставленный ноутбук. Обед выдался сытным и плотным и парня поклонило в сон. Как он успел заметить, не только его. Даже Тэруко, что-то усердно печатавшая в телефоне, зевала время от времени, пытаясь не сомкнуть глаза, в отличие от Уилбура. Тот уже медленно и уверенно проваливался в сон, не услышав, как дверь скрипнула и в комнату зашли.       Сон вожатого был дурной. Во сне он по какой-то буквально мистической причине отчитывал Томми и его высоченного друга, которого Уил в жизни не видел, как и сам брат, скорее всего. В итоге они чуть не поубивались, убирая после того, как провинились, да и в целом, по словам Тома из сна, было весело. Протерев глаза от пробуждения и почувствовав головную боль, что уже предвещало падение настроения вожатого, он вспомнил, как слышал скрип двери. В голове всплыл тот самый человек с администрации, отчего Уил аж подпрыгнул в кровати. Задумавшись, он и не заметил, что Таббо нет, а тихие голоса раздаются с соседней комнатки. Тэруко же спит в обнимку со своим плюшевым серым котом-обнимашкой, как она зовет его, на имя Шинтаро. Уил хмыкнул. Кто-то в свои двадцать три все еще называет игрушки. Но сейчас его волновало чуть-чуть другое – знакомый голос, и это не Таббо, за стенкой.       Поднявшись с кровати, Уилбур подошел к двери и задержал руку на ручке. Почему-то было страшно.       — О, Уил! – но увидев брата, который только приехал с другой смены в лагере друга отца, Уил выдохнул. — Привет, Техно! Расскажешь позже, как смена прошла? – честно, Уилбур рад видеть Техно. Последний раз они встречались где-то месяцев пять назад, поэтому увидеться было приятно.       — Привет, соня. Да, конечно.       — Сейчас я план на завтра напишу, тогда и поговорим. Заодно, Тэруко, расскажешь о себе побольше? Как я вижу, вы с Таббо уже знакомы.       — Не поверишь, но мы познакомились, пока ехали в одном автобусе, – фыркнула девушка. — Я расскажу, конечно! В принципе познакомимся, не смотря на свечку вожатых ночью, – Тэруко отсалютовала, широко улыбнувшись.       — Ладно. План никто не отменял. И в чем плюс работающего тут отца... – вздохнул Уил и, махнув рукой на прощание, ушел с проема, закрывая двери. Пока он спал комната знатно преобразилась, ведь коллеги разложили свои вещи. Тумбы теперь были почти забиты, на них, кроме вещей Уила, также стоял светильник в виде утки, скорее всего, принадлежайший Таббо, тот уже который год его таскает. А когда взгляд пал на подоконник, глаза Уила чуть не выпали. Там была целая оранжерея! Три кактуса с именами: Кама, Ита, Ти. Странный выбор. А также...деревце в горшке? На нем было написано "Бонси". Уил не был силен в ботанике, поэтому сказать название этого чуда не мог. Но определенно мог сказать, что ему такое не по душе. В свое время у него были растения и ничем хорошим они не кончились. А особенно возле его кровати! Вдруг он ночью, когда встанет взять стакан воды с подоконника, зацепит их и разобьет? Уил окинул растения недовольным взглядом, но все же сел на кровать, подтягивая ноутбук к себе.       На самом деле написать план не было таким уж сложным заданием, только вот в первые дни все знакомились, что достаточно проблематично. Не напишешь просто "провести определенное время на улице", ведь детей нужно социализировать; в конце концов, не все такие, как Томми. Вздохнув, Уил взялся за работу.       — Уилбур? У нас ужин через двадцать минут, а нам еще до столовой со старшего корпуса добрести нужно. – Таббо потряс упомянутого за плечо и тот будто вынырнул из воды. Он и не успел заметить, что просидел больше двух часов за ноутбуком, зато все было готово. Довольный собой, Уил сохранил файл и перекинул его на флешку, чтобы отнести отцу. Именно в этот момент он понял, что и вправду успел проголодаться за работой, просто не заметил. Поэтому когда Тэруко, Таббо и Техно вышли, Уилбур с радостью последовал за ними, внизу захватывая Томми. К счастью, кроме него кто-то еще не должен приехать сегодня. Сейчас их поход в столовую был куда веселее прошлого. Уил завел разговор с Техно на тему его прошедшей смены, Тэруко с Томми, что не удивительно, словили одну волну и болтали о каких-то играх, а Таббо порой поддакивал. В целом, атмосфера была спокойной и комфортной, но единственное, что беспокоило Уилбура – еще двое коллег, которые уже должны были прибыть, но задерживались. Откинув тревожные мысли куда подальше, Уил вновь вникнул в рассказ Техно.       После еды по дороге назад было тихо. Все потому, что каждый ненадолго погрузился в свои мысли, скорее всего, думая о предстоящей смене и незабываемых как хороших, так и плохих днях. Уил не был исключением. Он надеялся, что дети в этом году будут поактивнее прошлых, те даже танец на минуту не могли поставить в свои пятнадцать. Вспоминая, как Уил в свои двадцать шесть ставил им флешмобный танец полностью сам вместо того, чтобы заниматься своими делами, он скривился. Тогда отец уехал на одну смену, чтобы увидеться со старыми друзьями, перед этим обговорив раз десять это со старшими сыновьями, получая все тот же ответ "пап, да хоть на полгода едь", о чем Техно с Уилбуром ой как пожалели, ведь лагером управлял знакомый Фила, и, как потом выяснилось, родственник Таббо, который не являлся самым приятным человеком и порой требовал такое, что отцу только снилось в кошмарах.       — Уилбур, бляха! – послышалось вдруг из ниоткуда. Из находящихся с ним рядом материться так громко и яро умел только Томми, но тот, хлопая глазами, стоял и смотрел на только что упавшего брата и никого иного, как подбегающего...Джорджа? Уил нахмурился, пытаясь понять что происходит. Только сейчас он понял, что запнувшись о бордюр, упал и поспешил встать. В кисти руки неприятно кольнуло, но вожатый не подал виду, выровнявшись перед знакомым.       — И тебе здравствуй, – от своего холодного голоса Уил и сам вздрогнул в душе. Он не особо был рад видеть Джорджа спустя больше года, который возмущено смотрел прямо в глаза Уилу, сложив руки на груди. Так себе приветствие. Только вот Уилбур не увидел, кто стоит позади него.