Путь скорпиона

      Мелкий песок летел из-под широких колес клубами, зависая в воздухе, словно водяная взвесь. Багги мчался сквозь неопадающее облако, словно катер на волнах, раскачиваясь и перескакивая по гребням дюн. Из-под приближающейся мощи в последний момент ускользнул мелкий юркий скорпион.       — Эй, Крис, полегче, не дрова везешь!       — Раз не дрова — так и держись. Руки тебе на что!       Трое ребят в кузове и так держались, как могли. Скалясь белозубыми улыбками из-под тактических очков. Песок скрипит на зубах, можно бы закрыться маской, но этот скрип и ощущение горячего ветра по щекам — вот она жизнь. Острая, обжигающая, переполняющая эмоциями до краев.       — Фрэнки, в следующий раз за руль садись ты, — перекрикивая ветер и мотор, со смехом выкрикнул товарищ слева. Багги мотнуло — и его бросило Фрэнку на плечо, так что приклад винтовки впечатался в бок.       — А по-моему, Крис справляется, — отмахнулся Фрэнк, нарочито отодвигаясь к дальнему краю лавки, протянувшейся вдоль кабины. — Недолго потерпеть осталось, Стиви, скоро на месте.       — Нас вполне могут там ждать, — подал голос третий.       — Да пусть ждут, Эв, жалко нам что ли, — отмахнулся Стив. — Хоть разомнемся. Три недели на пляже жариться — даже по мне перебор.       — Ну вот теперь поджаришься без пляжа, зато с полной выкладкой, — хмыкнул Эван.       — Ты сегодня на позитиве, Фрэнки, — Стивен окинул товарища шутливо-придирчивым взглядом.       — Кажется, я все-таки нашел способ покрыть матери страховку, — багги ухнул вниз, пассажиров встряхнуло, так что даже каска Стива звякнула о раму кабины.       — Хорошая новость, — отозвался Эванс. — А то ты последний месяц сам не свой.       Барханы продолжали сменять друг друга, словно волны в неспокойном море. Где-то в этом море нашел свой конец небольшой самолет частной авиакомпании, на котором одному умнику вздумалось перевезти две маленькие колбы, упакованные в антиударный чемоданчик с титановым покрытием. Потому что разлейся эти колбы хоть где — и одному богу известно, чем все закончится. Новейшая разработка, до конца не тестированная, но уже дающая колоссальные надежды всем военным химикам. И не дающая спокойно спать тем, кто знает, что борт вылетел из пункта А, но не прибыл в пункт В в назначенный срок, а последняя радиограмма оборвалась на полуслове. Над пустыней, по которой даже граница была прочерчена весьма и весьма условно, больше по бумаге.       — Через пять минут будем на месте! — прозвучал на общей частоте голос водителя.       Смех затих сам собой. Есть время зубоскалить — и есть время работать. Не зная достоверно, что именно будет их ждать на месте крушения, отряд предпочитал готовиться к неожиданностям. За это им, в конце концов, и платили.       — Слышь, Эв, а ведь упали они тут наверняка не просто так, — задумчиво протянул Стивен, сплевывая песок, когда багги тормознул, почти поворачиваясь боком к линии маршрута. От точки прибытия их отделял пик бархана. И Стивен был внутренне согласен с решением командира, не ставшего на полном ходу вылетать к месту аварии. Что там будет авария — никто уже и не сомневался.       — Да ясен пень, что не просто, — уже вполголоса, не так озорно и кичливо отозвался Эванс, перепрыгнув борт кузова и утонув в мелком песке почти по щиколотку. Песчинки почти сливались по цвету с желтовато-бежевой кожей берцев. Эванс по-кошачьи встряхнулся и шагнул ближе к вершине. Правая дверь кабины багги открылась, выпуская командира группы.       — Фрэнк, Стив, проверьте, что впереди. Крис, не глуши мотор.       Оба бойца, пригнувшись, готовые в любой момент залечь и открыть огонь, подобрались к вершине. Бархан спускался так же полого, как поднимался до этого — и как поднимался другой впереди, в нескольких десятках метров. А между этими застывшими волнами мироздания раскинулась человеческая катастрофа. Самолет перестал существовать, возможно, еще в воздухе — иначе объяснить разлетевшиеся далеко в стороны обломки было бы трудно. Гарью уже не тянуло, хотя черные пятна на песке показывали, где полыхнули остатки керосина. Признаков жизни не наблюдалось. За дело, — наконец распорядился Лестер. — Крис, подгони машину ближе.       Багги перевалил через гребень и на нейтралке скатился в ложбину. Оставлять машину на виду, предупреждая всех о своем присутствии, было бы лишним глупым риском.       С другой стороны, наверху она могла бы стать прикрытием в случае чего… Ничего. Не каркать. Работа быстрая, легкая. Раз их не ждут здесь — значит, не успели прознать про аварию. Стоп. Но ведь кто-то ее устроил. Не сам же самолет рухнул именно тут, именно сейчас. Вон как его раскинуло. Не иначе из РПГ шарахнули. Значит, знали, где полетят. Знали, что тут пойдут ниже, чтобы ни на чьих радарах не маячить, внимания лишнего не привлекать. А это значит что? Значит, что крот у них есть, который им всю информацию сдал. И скорее всего, крот где-то довольно высоко.       Стивен и Фрэнк уже осторожно шествовали между полукруглыми кусками фюзеляжа и покореженными креслами. Пластик кое-где оплыл, обуглился, рассыпался черным крошевом по песку. Мертвецов было двое, оба в военной форме и с табельным оружием — конвой со всей ответственностью. От пилота, да и от кабины в целом, мало что осталось.       — Пока все тихо, — раздался голос Эвана. Он лежал на вершине бархана, удобно пристроив винтовку рядом и обозревая горизонт в бинокль.       — У меня тоже, — Крис на другом бархане. И все в самом деле выглядит спокойно. Если бы не предчувствие. Интуитивный страх неожиданности.       Поиски продолжались. Солнце немилосердно жгло спину сквозь жилет. По лбу и щекам стекали капельки пота.       — Вижу пыль! — слух резанул возглас Лестера. Командир быстро отполз пониже со своего наблюдательного пункта, так что только бинокль и остался над барханом. Кратное увеличение и отличная оптика, пробившись через клубы летящего от колес песка, дала, наконец, увидеть три массивных джипа, которые один за другим на полной скорости неслись четко к месту падения самолета.       — Уходим? — вполоборота поинтересовался Эванс.       — Черта с два мы уйдем без груза, — огрызнулся Лестер. — Парни, ищите, чтоб вас! Времени в обрез, они будут здесь меньше чем через десять минут.       Пустыня своими волнами в самом деле закрывала дальний обзор, так что незваные гости показались, когда от встречи было уже не уклониться. Если не бросить все и не запрыгнуть в багги прямо сейчас, оставляя за спиной, за широкими колесами, и разбитый самолет, и прочно запакованные ампулы…       — Они объявились тут слишком скоро, — заметил Эван, подкручивая регулировку прицела.       — Как будто знали, куда и когда ехать, — кивнул Лестер. — Крис, успеешь хоть пару мин кинуть?       — Даже не пару.       Мины в багги, четыре штуки. Самое простое — прикопать их на пути этих джипом. Только вот — наткнутся ли? Черт, надо было делать это раньше… Надо было доверять своему недоброму предчувствию.       Песок поддавался легко и быстро, так что уложиться удалось. Джипы все еще мелькали, то ныряя между барханами, то возникая на вершине зыбким дрожащим миражом. Забег обратно, вверх по склону, дался неожиданно тяжело. Угнетало внезапное чувство беспомощности.       — Готово.       Локти снова вдавились в песок, глаз приник к окуляру. Мелькнувший где-то на краю видимости хищно загнутый скорпионий хвост почти не отвлек внимание. Сколько же их вот-вот нагрянет…       — Нашел! — Стивен осторожно сдвинул стволом автомата в сторону оторванную спинку кресла и наклонился. Кейс в самом деле был покрыт снаружи тускло поблескивающими на солнце титановыми пластинами и выглядел вполне целым. Что не могло не радовать, учитывая, что им сказали, а вернее, чего не договорили при отправке на задание.       — Наконец-то, — сквозь зубы процедил Фрэнк, быстро оглядывая место крушения. — Рвем когти.       — Не успеем, — отозвался Лестер. — Так что сначала зададим этим мерзавчикам.       Две мины остались в стороне и не у дел, но третья сработала, подкинув тяжелую машину на метр и оставив на месте кабины огненный цветок. Пассажиры двух других джипов быстро выскочили и рассредоточились, щетинясь автоматами. Они явно знали, где будет противник и куда стрелять.       — Огонь на усмотрение! — рявкнул Лестер, прижимаясь к песку и наблюдая, как пули взрывают чуть впереди маленькие фонтанчики.       Отряд отреагировал моментально. Пять винтовок заговорили. Стивен придерживал локтем кейс. Фрэнк отползал на другой край ложбины — чтоб не обошли. Потому что террористы уже смекнули все преимущества своего численного превосходства.       — Крис, сообщи, что мы вляпались! Прием… — рация потрескивала и шуршала, как песок под ветром. — Прием, говорит Скорпион, меня слышно? У нас огневой контакт!       — Работает, но ответ не ловит. Надеюсь, в Гнезде меня услышали. По идее, беспилотник должен быть где-то над нами.       Кто-то по ту сторону прицела упал. Ранен или убит — не важно, важно, что его автомат замолк.       — Положить бы хоть половину — и можно прорываться. Иначе обойдут и подрежут, — раздался голос Эвана. А через мгновение — его болезненный стон.       — Достали? — не поднимая головы, крикнул Фрэнк.       — Фигня. Забинтуюсь.       Отвлекаться на помощь раненому, к сожалению, все равно было некому. Их оказалось здесь слишком, чертовски мало. Не в том месте и не в то время. Следующая пуля досталась Крис. Вгрызлась в плечо чуть ниже лямки бронежилета, заставляя против воли разжать пальцы на прикладе.       — Сволочи… — шипела девушка, отползая ниже и вытаскивая из аптечки шприц.       На то, чтобы сделать укол, потребовалось несколько минут напряженной сосредоточенности. А затем в канонаду автоматных очередей вклинился новый звук. Одинокий пистолетный выстрел. Крис оглянулась. Фрэнк, отложив винтовку, взялся за пистолет — и наводил его на Лестера. Эван раскинулся на песке, выронив так и не намотанный до конца бинт. Прежде, чем Крис успела крикнуть, раздался второй выстрел — Лестер поник, ткнувшись лбом в край бархана. Стивен успел почуять неладное, успел оглянуться — и получил пулю между глаз. Крис рванула пистолет из кобуры и поймала Фрэнка в прицел мгновением раньше, чем это сделал он.       — Почему! — глупый вопрос, не вовремя, не тому человеку, но осознание, что Фрэнк, пять лет пахавший с ней плечом к плечу носом землю, только что застрелил товарищей, срывало крышу. Они побывали в десятках переделок. Он сам тащил ее с простреленной ногой на себе четыре мили. А она, вопреки всем правилам, отдала ему свою аптечку, когда он остался прикрыть раненых до прибытия эвакуации. А с Лестером они любили выпить в выходной и побороться на руках. И Эванс приглашал их всех пятерых к себе домой на барбекю. И Фрэнк носил на плечах дочку Эва, пока папаша возился с углями. Они были почти семьей. Нет, не почти. Они БЫЛИ семьей. Но как же так получилось, что эта семья перестала что-то значить? Как? Неужели эти годы можно было забыть? Ради чего?       — Опусти ствол, Крис, — Фрэнк медленно, не отводя оружия, наклонился и протянул руку к кейсу. После гибели Стивена чемоданчик сполз по песку вниз, нагребая собственный маленький барханчик.       — Почему! Ответь!       — Не знаю, поймешь ли, — Фрэнк подцепил ручку кейса кончиками пальцев и словно взвесил его. — Наверное, не важно это. Просто я вкалывал на правительство пять лет. Рисковал шкурой, жарился на солнце, мерз в снегу, лежал в крови. Получил кусок металла на китель. Веселая яркая жизнь. Да только как бенгальский огонек. Вспыхнет и погаснет. Я не заработал достаточно, чтобы оплатить матери нормальное лечение. А эти парни дали мне всю сумму всего за одно дело.       — Мерзавец, — рука чуть подрагивала. От злости, растерянности, неверия и боли — физической и душевной — палец сводило судорогой, так что не хватало сил надавить на спусковой крючок.       Фрэнк спустил курок первым. Глядя на нее сверху вниз, с непонятным проблеском сочувствия в резко остывших, помертвевших глазах.       — Прости, Крис. Решиться оказалось нелегко. Вы были хорошими товарищами. Все вы.       Пуля разорвала шею, отбросив девушку на спину, и ушла в песок. Жаркая всепоглощающая боль перечеркнула прежнюю рану, застила глаза, оставив только смутный силуэт предателя, который что-то крикнул и тут же заставил умолкнуть автоматы. Кровь стекала под бронежилет, текла по татуировке скорпиона, изгибавшего хвост над левой грудью. Губы и язык быстро немели, и Крис стоило невероятных усилий прижать кнопку вызова рации.       — Прием, это Скорпион. Вызываю огонь на себя. Цель потеряна. Вызываю огонь…       Она не знала, но надеялась, что оператор за сотни миль отсюда услышит этот приглушенный шепот, поймет, что другого выхода нет, шевельнет рычагами управления — и остромордая хищная крылатая машина упадет на предельно низкую высоту, показав в перекрестье камеры эту проклятую впадину между барханами, сиротливый багги, трупы в песочном камуфляже — и ликующих врагов, мнящих, будто сорвали джек-пот.       — Не уйдешь, тварь, — почти про себя, слабея с каждой минутой, пробормотала Крис и, едва удерживая пистолет, поволокла его по песку, выцеливая спокойно поднимающегося по песчаному склону Фрэнка. Она не видела ничего, кроме силуэта. Она не могла уже приподнять оружие, чтобы попасть в голову или в грудь. Она просто нажимала спусковой крючок до тех пор, пока магазин не опустел, а Фрэнк, чертыхаясь, не упал на одно колено с простреленной ногой. Жало разозленного скорпиона, на которого пришелся удар колена, он за болью от раны и не почувствовал.       А потом с неба упала она. Сияющая, справедливая, равнодушная ко всем смерть. Оператор все услышал, все правильно понял. И пламя взрыва оплавило песок, уравняв победителей и побежденных.