flower heart.

Холодный кафель ванной, тусклая лампочка, освещающая худое и бледное лицо. Скарамучча просто лежал в лужице своей крови и сверлил взглядом потрескавшийся потолок, мысли были заняты только одним, так горячо любимым им, но покинувшим. С того момента, как он начал вести такой образ жизни, не покидать дом и пытаться покончить со своей жизнью прошло около полугода, около полугода как он использовал его и ушёл. На фиолетовые глаза накатывались горькие слёзы, которые он уже был не в силах держать. Сквозь град слёз юноша вновь закашлял, из глотки вырвалась кровь, вперемешку с лепестками белых роз, которые сразу почернели. Вот такая она, любовь куклы к человеку. Прекрасному и недосягаймому, который видит в Предвеснике лишь пустышку, способную только на выполнение приказов. Балладёр встал с пола и пошёл в зал, пошарпанные стены были серого цвета, в комнате стоял только порваный диван и старенький телевизор, который показал десять каналов. Парень сел и вжался в угол, обнимая свои колени и тихо плача по воспоминаниям, когда тот, кого он любил прикосался к нему с нежностью. Тёплые воспоминания только нагоняли тоску, которая перепослняла его и выливалась в истерику. Отросшие волосы спутались казалось в один большой калтун, который было не прочесать, пропитанное слёзами лицо немного покраснело, а залитая кровью одежда намокла. Ему становилось чуть лучше, когда приходила Синьора, которая приносила ему еду и нужные вещи, в её глазах всегда была печаль, когда она видела парня. Эта женщина была единственной, кто оставался с ним хоть как-то, дарил малейшую надежду, но нет. О спасении не было и слова. Погружённый в свои мысли и слёзы, фиолетовоглазый не заметил присутствия постороннего в комнате. Лишь только услышав шаг в его сторону, он поднял взгляд. Красные глаза были пропитаны мерзким отвращением к потрёпаному любовью парню, а улыбка была наигранно заботливой. Не званый, но такой желанный гость подошёл к юноше и обнял его, аккуратно поглаживая по спине. В голове Балладёра бушевали мысли. "Неужели он вернулся? Неужели я ему нужен?" Но.. Он просто поднял его на руки и отнёс в спальню. Он опять им воспользовался. Утро было ужасным, всё жутко ломило, тело было в алых отметинах, укусах и синяках. Его снова не было рядом, он опять ушёл, не оставив после себя абсолютно ничего. Горькая грусть разлилась по телу, накатывая новой волной слёз, тёмная комната злилась всхлипами и тихим подвыванием. Около двух часов это продолжалось, около двух часов юноша истязал себя, вспоминая все те моменты, когда он провинился перед любимым человеком. Он в очередной раз использовал его, в очередной раз бросил, и в очередной раз вернётся, чтобы удовлетворить свои потребности. В своих же мыслях с тяжкой болью по телу, парень не заметил, как в очередной раз оказался в ванной и уже начал набирать холодную воду, брать с кухни самый острый нож и, закуривая последнюю сигарету садиться в ледяную гладь. Температура его совершенно не беспокоила, наоборот, она придавала уверенности в себе и своих действиях. Выкурив около половины сигары, фиолетововолосый сделал на своей руке глубокий надрез, из которого потекла алая кровь. Вновь из лёгких вырвался кашель, кашель с лепестками и кровью, ещё одно воспоминание, которое он оставил после себя. Искалеченный своими чувствами юноша медленно поднял взгляд и встретился с алыми, довольными до безумия глазами. С широкой улыбкой, собеседник подошёл к можно ближе и взял инадзумца за запястье, перенеся руку вместе с ножом к сердцу. Холодное остриё упёрлось прямо в середину, сначала аккуратно протыкая кожу, а затем впиваясь ножом в сердце. Жуткая боль охватила тело, хотелось кричать, но сил не было. Галлюцинация, которую он принял за настоящего человека, стояла в углу ванной, победно скалясь, обнажая едва видные клыки. Из потухающих глаз вновь потекли одинокие слёзы, сознание улетучивалось, мысли путались и умирали вместе с их хозяином. Зимой, тринадцатого февраля, в девять тридцать два, оборвалась жизнь искалеченного чувствами предвесника. Со дня смерти прошло три дня, до того момента как его нашли. Так любимый им человек на смерть отреагировал не больше чем "М.. Как жаль." На похоронах столь бесполезного парня никто не проронил и слезики, что в очередной раз доказывал его мысли. Но так ли это было? Что если некоторые пролили слёзы над его жалкой жизнью? Что если кто-то не ненавидел его и будет погружен в непонятное чувство грусти из-за его смерти?