Почему Аято нельзя пить баббл чай?

Пить этот напиток было не просто вкусно, но ещё и невероятно весело. О чём речь? Конечно же о баббл ти! Ароматная чайная основа, нежная молочная текстура, сладкие фруктовые топпинги и множество шариков поппинг боба, попадающих в рот через широкую трубочку… невообразимое сочетание разнообразных вкусовых оттенков! Аято пристрастился к ним буквально с первого глотка и с тех пор жителям Инадзумы было довольно сложно представить главу комиссии Ясиро без канонного полупрозрачного стаканчика в руке. Однако порой, жизнь била так, что хрен увернёшься — хлыстом с размаху и прямо по сердцу. Вот и на этот раз, хоть Камисато и был без ума от баббл ти, суровые реалии мира были таковы, что пить сей венец чайного творения, ему было нельзя ни в коем случае! Почему? На самом деле причин было довольно много, но все они, так или иначе, оказывались связаны с одним конкретным словом — Тома. Чаще всего именно верный помощник покупал для Аято его любимый напиток. Иногда, желая приободрить главу комиссии после непростого собрания, иногда просто намереваясь порадовать его по окончании очередного рабочего дня, не важно. В любом случае это было весьма приятно. А поскольку Камисато давно сходил с ума по одному небезызвестному нам блондину и был крайне сентиментален на всякого рода подарки, существовал крайне большой шанс того, что однажды, получив от Томы очередной стаканчик баббл-чая по дороге домой, Аято должен был попросту не выдержать и вместо общепринятого «спасибо» благодарно воткнуться в чужие губы поцелуем. Мягким, освежающим, точно всплеск лазурного океана и явно подначивающим светловолосого продолжить начатое, перехватив инициативу в свои руки. Что странно, в этот момент Тома действительно не сможет устоять и возьмёт всю ответственность за продолжение на себя. Чувственно сожмёт талию Аято пальцами, слегка запрокинет его голову назад, втолкнув главу комиссии в ближайший безлюдный переулок и тесно пригвоздит его к стене, сорвав с губ партнёра короткий удивлённый стон. — Постой, Тома… — несколько мгновений спустя, словно очнувшийся ото сна Камисато внезапно предпримет слабую попытку отстранить огненного помощника от себя, кое-как уперев ослабевшие ладони в его плечи и выдав нечто вроде. — Я же так совсем контроль потеряю… Но светловолосый и не подумает о том, чтобы плыть по течению чужого, неизбежно угасающего в реальности смысла. Пленительный рот накроет ничуть не сопротивляющиеся этому губы в очередной раз, язык протолкнётся внутрь податливо открывшегося ему рта, а пальцы усилят захват на чужой талии, точно и впрямь не собираясь отпускать её обладателя даже под страхом самого сурового наказания. — Вы первым заставили меня потерять контроль, — Тома прошепчет это прямиком в покрасневшее ухо своего хозяина, мгновенно припав к его шее опаляющим поцелуем с придыханием, невероятно схожим с прикосновением огненных лепестков. — Поэтому прошу, не заставляйте меня думать о том, что вы хотите остановиться. — Нет-нет, я не хочу… чтобы ты останавливался… Невыносимый жар, исходящий от чужого тела окутает разум главы комиссии, в одно мгновение вынудив Аято обвить плечи владельца пиро стихии руками. Прижаться к нему ещё теснее, простонать от того, как желанно ладони блондина спустятся на его бёдра, а дальше… В общем, навязчивое желание выразить помощнику свою благодарность было лишь одной из немногих причин, почему Аято категорически не рекомендовалось увлекаться любимым напитком. Что-что? Причина была не одна? Ну, конечно же их было много! Взять хотя бы желейные шарики на дне стаканчика. Расправляясь с напитком, Камисато не любил раскусывать поппинг боба сразу же, как только они попадали ему в рот, а предпочитал растягивать удовольствие, перекатывая упругие кругляшки по мягкой выстелке собственных щёк, дабы иметь возможность как можно дольше радовать себя ненавязчивым привкусом фруктового сока. Казалось бы, ничего криминального. Однако, данное действие тоже было опасным. Конкретно тем, что однажды язык сосредоточенно читающего документы Аято мог увлечься слишком сильно и ненароком вонзиться в щёку своего обладателя, обозначив этим жест не самого приличного характера. В этот момент Тома, разумеется, будет стоять прямо напротив главы комиссии, ожидая от него вердикта по принесённым бумагам. Рефлексам парня останется только позавидовать, ведь уже через секунду, он одним движением смахнёт в сторону все важнейшие указания, усевшись на стол перед водным магом с широко разведёнными ногами. Почувствовав прикосновение чужой руки к своему подбородку и заметив решительный взгляд помощника, направленный на него сверху вниз, резко осознавшему собственную ошибку Камисато не останется ничего, кроме как поддаться напору обладателя огненной стихии, вжикнув ширинкой его тёмных штанов… Или же ситуация произойдёт чуть иначе. Злосчастные пузырьки ненароком проскочат Аято не в то горло, вызвав у главы комиссии приступ удушья, и в этот момент, всё также находящийся рядом Тома, непременно спасёт своего начальника от смерти, обхватив его со спины и выполнив несколько нехитрых действий благодаря которым дыхательные пути Камисато освободятся от инородного предмета. После того, как блондин заботливо уложит начальника на диван и пропадёт из кабинета на несколько секунд, вернувшись к нему уже со стаканом воды, Аято потребуется лишь пара глотков живительной влаги, влитой в него из чужого рта для того, чтобы ответно впиться в губы своего спасителя поцелуем… обвить руками его плечи, прижаться к лишь на секунду растерявшемуся Томе теснее, содрогнуться в пылких объятиях, простонать от того, с каким рвением руки огненного мага избавят его от пиджака, штанов и даже рубашки, а дальше… Декоративный фонтанчик в углу будет по прежнему весело журчать подбрасываемыми в воздух капельками воды, но вместо них Аято будет слышать лишь быстрые, непрерывные толчки крови в собственных висках, реагирующие на погружения блондина внутрь его неустанно слабеющего от удовольствия тела… Ещё баббл чай нельзя было пить элементарно потому, что он стоил денег. Немалых денег. И даже несмотря на то, что Камисато, на секундочку, являлся главой комиссии Ясиро, а его финансовый бюджет считался довольно приличным, количество золота, получаемого им, было далеко не бесконечным. Особенно хорошо ограниченность денежного потока показала бы ситуация, в которой Аято стал бы пить баббл чай в том количестве, котором ему хотелось по-настоящему, а именно — бесконечными литрами и круглыми сутками. Если бы нечто подобное действительно произошло, кошелёк уважаемого гражданина Инадзумы опустел бы в считанные дни и тогда платить за аренду жилья, еду и уж тем более чай с шариками оказалось бы попросту нечем. Оставшись же без крыши над головой, Камисато мог бы конечно воспользоваться собственным положением и переселиться жить на рабочее место, отмахиваясь от вопросов прочих сотрудников огромным количеством свалившихся на него дел… вот только с гораздо большей вероятностью, он бы согласился перебраться в дом своего помощника, гостеприимно пригласившего Аято пожить вместе с ним до тех пор, пока финансовые трудности главы комиссии не будут улажены окончательно. Данный поступок Томы, разумеется, не окажется оставлен без должной благодарности его начальника, который в качестве компенсации за доброту и арендную плату с удовольствием будет отдаваться помощнику каждую ночь, содрогаясь в пылких объятиях, утопая в нежности чужих прикосновений, вбирая, насаживаясь, задыхаясь и далее-далее по списку… А ещё, если бы Аято стал пить столько баббл чая, сколько ему хотелось на самом деле, он бы за короткое время прибавил в весе довольно приличное количество килограммов. И поскольку физические упражнения окажутся далеко не тем способом, которым Камисато предпочтёт бороться с лишним весом, Тома благородно согласится помочь начальнику и в этом деле, заменив каждый приём желаемого им напитка жарким слиянием тел на столе, кресле, подоконнике и любой другой поверхности, предпочитаемой главой комиссии для собственного удобства. В общем, надеюсь, теперь вы поняли почему Камисато ни в коем случае нельзя было пить баббл чай. Как поняли и то, почему он пил его практически постоянно…