Зверь.

— Ну, Еленочка! Прошу вас! — упрашивал главврач сложив ладони, в мольном жесте. — Нет, Вадим Викторович. — отрезала я уже где-то тридцатый раз за пятнадцать минут. — Елена, как вы не понимаете?! Если… Если вы не проведете операцию полетят головы! — почти истерично верещал он. О да. Я знаю. Глазки из-под тонкой оправы очков бегали по небольшому кабинету, ища рычаги давления на меня. — Вадим Викторович, и вы меня поймите! Моя смена уже закончилась. — спокойно выговорила я смотря прямо в глаза начальнику и если честно мне уже жуть как хотелось спать, дежурство выдалось отнюдь не легким. — Вон, зовите Стасика. Пусть он этим занимается. — Леночка! Они хотят чтобы именно вы оперировали! — отчаянно выдохнул мужчина жалостливо на меня посмотрев. Не найдя понимания мужчина обреченно выдохнул, достал бутылку и красивый стакан из-под стола, со стуком поставил на стол, налил янтарную жидкость и грузно упал на стул. Который лишь жалко скрипнул под весом такой туши. Гуляев выглядел уставшим и помятым, редкие волосы были взъерошены и открывали блестящую плешь на макушке обычно прикрываемую длинными редкими прядями с правой стороны полукруга волос. Мужчина не первый раз брался за стакан последние минут тридцать. Так как от него уже заметно попахивало спиртным. Вадим Викторович еще раз отчаянно взглянул на меня из подлобья. — Леночка, они привезли какого-то важного босса, организация которого и спонсирует наш медцентр. — почти прошептал он опрокинув стакан в себя. Кинул последний аргумент. Я поморщилась. — Хорошо, Гуляев. — я не люблю оперировать под конец смены, с отвратительным самочувствием и непреодолимой тягой загнать болт на такие дела. Да и чувствую я сегодня себя неважно мягко говоря. Голова раскалывалась. Будто на нее надели чугунную кастрюли и отчаянно дубасили по ней кувалдой. Но похоже о моем самочувствии никто не пекся. Нашу клинику и правда спонсировал некий фонд добрых сердец или какая-то другая левая хрень. Но каждый месяц клиника получала нехилые денежный средства. А как известно деньги не падают на голову просто так и кому попало. На самом деле клинику крышевали «серьезные ребята» из мира скрытого тенью от обычных граждан. — Еленочка Вячеславовна, вы наш ангел! — подскочил главврач со своего креслица, так что оно укатилось кудо-то в сторону, а стол подпрыгнул из-за встряски обрюзгшего живота. Возле палаты, в коридоре меня ждал амбал Ромка, носящий погоняло «Багира» скорее всего из-за необычной фамилии. Обычно спокойный флегматичный мужчина выглядел обеспокоенно. — Привет, Ром. Что такое? — поинтересовалась я надевая перчатки с характерным звуком. Глаза Багиры взволнованно бегали по моему лицу и мужчина явно был в нетерпении. — Лен, тут у нас босс под обстрел попал. Поможешь? — заискивающе попросил мужчина. — Остальных сколько? — спокойно проговорила я занимаясь механическим делом. — Ленусь, там босса быстренько надо. Остальные вроде целы… — Ром, ты успокойся, не нервничай. Пустырничка дать? — мужчина отрицательно мотнул головой я лишь пожала плечами и отправилась к «пациенту». В операционной лежал прямо-таки великан. Если это я Ромку считала огроменым амбалом, то кто тогда это? Орк не иначе. Ну или медведь. Это был идеальный вид человеческого самца, приносящий мне как женщине невероятное эстетическое удовольствие. Такую фигуру не встретишь в спортзале обычно там водятся перекаченный и напичканные стероидами мужики, выглядящие не чуть не лучше силиконовых телок. А этот экспонат был идеальным по всем фронтам. Как бы слюнка не потекла. По-мужски красивые черты лица. Хищный нос с горбинкой. Нахмуренные густые брови. Четко очерченные скулы с небольшой, но ощутимой щетиной. Губы с четким контуром, нижняя губа чуть полнее верхней, признак не уступчивости, властности, эгоизма. Волевой подбородок с небольшой ямочкой посередине и прикрытые глаза, обрамленные темными ресницами. На лбу вздулась венка и выступили капли пота, грудная клетка тяжело вздымалась. — Ну, Ром, где вы так начудили? — спрашиваю одновременно раскладывая инструменты. — Да чтобы у вашего драгоценного босса «пробитие». — не надеюсь на подробный рассказ. Никогда не говорят. Да и спрашиваю только для того чтобы нарушить гнетущую тишину. — Да, так, разборки, Лен. — отмахнулся мужчина. — Что ж приступим… — прошептала я склонившись на «телом». — Огнестрельное ранение а грудную клетку. Пуля все еще в теле. Давай, Ром обезболивающее, сейчас быстренько вытащим, вроде никакие жизненно важные органы и артерии не задеты, считай повезло. — иронично усмехнулась вколов шприц обезбола. Тут мужчина открыл глаза. На меня уставили красивый янтарный грозный взгляд. Цвет необычный. Такой оттенок янтарных украшений. Теплый но в тоже время отталкивающий. Опасная смола. Словно хищник притягивала тебя в специально приготовленный капкан. — Э-э-э не-ет… Ром, угомони своего «босса»! — вскрикнула я когда мужчина схватил меня за запястье и сильно дернул прижав ближе к себе. — Багира, ты кого мне приставил?! — рыкнул владелец тела. — Я просил врача, а не девчонку! — а это обидно было, тут же очарование едких глаз развеялось. Ну да может для своих тридцати я и выгляжу на лет десять младше, но это вообще-то плюс. Я обычно не обидчива. Но сегодня достаточно морально вымоталась, чтобы слушать подобное дерьмо, которой каждый буквально норовит полить меня с ног до головы. Да и голова все еще продолжала болеть. — Зверь, так она хирург от Бога, просто высший класс, она наших пацанов всегда штопает… — подлетел Ромка. — Да, вы, «батенька» сексист! — прикрикнула я оттолкнувшись специально задела уголок раны, так что мужчина зашипел и отпустил запястье. Может и жестоко, но терпеть такое хамство я не обязана. Больше всего ненавижу, когда не признают женский труд. Хоть у нас в стране, как и во многих государствах мира действует равноправие. Некоторые субъекты считают, что любая работа выполненная «женщиной» недостаточно квалифицирована и хороша. — Держи его, Ромашка. — Багира схватил все еще наблюдавшего за мной и в одно время терпящего неимоверную боль босса, к сожалению или к счастью обезбол уже начал свое действие, но потребовалось бы больше времени чтобы полностью обезболить рану. Ну что ж терпи. Можно было бы и наркоз вколоть, но времени мало. — Ничего серьезного. — тихо ответила я ковыряясь в ране и осматривая место повреждений. — Пуля, же через броник прошла. Только замучаешься промывать. Есть… — нащупала пулю тихонько начала тащить. Мужику надо отдать должное. Терпел, почти не дергаясь. Вытащив пулю рассмотрела. У-у-у какие высокотехнологичные обстрельщики. — Интересно, я и сама бы постреляла из австрийского ствола. — кинула пулю в ванночку. — Одолжите? — Ш-ш-ш-ш… — прошипел мужчина въедаясь в меня своим янтарем. Через полчаса рана была промыта, зашита, перевязана и пациент уже сидел на кровати, все еще проедая меня насквозь. — Ладно, Ромашка, мне пора. Я и так с вами засиделась. На — список лекарств, будете употреблять так сказать. — усмехнулась. — Да, благодарю, Лен, как всегда выручила… — Работа такая… — Спасибо… — прохрипел пострадавший так, что я еле расслышала. И прожег меня усталым взглядом. С наигранным удивлением развернулась и вновь окунулась в необыкновенный оттенок глаз. — Смотрите, чтобы ничего не разошлось. Вас же зашивала женщина-врач. — иронично выгнула бровь. Нет я не злопамятная, у меня просто память хорошая. И потопала к выходу. Спина горела от этого взгляда, буквально сообщая моему телу «Сейчас ты должна свернуться в комочек и молить о пощаде!». Но ничего, это не первый такой взгляд брошенный на меня. Привыкла уже. Сейчас мне бы в квартирку, чайку выпить, желательно с ромашкой и пустырничком…