Неделя

— Найт! Зачем ты опять сбежал? Мама тебя ищет, — Бен закрыл ему небо своей крупной фигурой. — Она снова придирается ко мне за «пыль в комнате», хотя я буквально вчера всё вычистил. Ты же знаешь, она меня не любит, — Найт обиженно тянул слова, поднимаясь с прохладной земли. — И твои сёстры меня уже достали. Сколько можно ныть? Найт взлохматил свои режевато-каштановые волосы и одёрнул рубаху под жилетом, стараясь скрыть синяки. Бен отметил для себя это неловкое движение, но не прокомментировал. Он тяжело вздохнул и направился по тропинке обратно в деревню, зная, что Найт последует за ним. — Главное при маме подобного не ляпни. — Я уж постараюсь, — Найт усмехнулся и взмахнул рукой, насылая на Бена лёгкий поток воздуха, сбивая на землю соломенную шляпу. — Не понимаю, почему она меня так невзлюбила? Бен легко дёрнул Найта за отросшие волосы на затылке за его шалость и поднял шляпу с земли. — Может, потому, что ты несносный болван? — Да ладно тебе! Я же такой прекрасный, великолепный и красивый, как меня можно не любить? Бен мягко улыбнулся на дурачества сводного брата и вздохнул. Найт не слишком хорошо ладил со своей мачехой, вдовой старосты деревни, на которой женился его отец, и сводными сёстрами. Что уж между ними произошло никто так и не понял, но доставалось ему часто и сильно. Хотя Бену его брат нравился. Весёлый, шебутной парень, который мог свести к шутке любую ситуацию. В их деревне его не любили за шалости, которые, хоть и были надоедливыми, никогда никому не вредили. А ещё, они оба были магами стихий. Найт — воздуха, а Бен — огня. Скихийные маги не были редкостью, но и часто не рождались, так что их встречу в глухой деревне можно было бы считать удачей. Бен посмотрел на небо. Оно было ясным, в спину поддувал лёгкий ветер, ничто не предвещало беды, но Найт казался хмурым и обеспокоенным. — Что-то случилось? — спросил Бен. — Да нет. Просто с воздухом будто что-то не то. Не могу понять. — Может быть, тебе кажется. — Будем надеяться, это так. Продолжили путь из леса они молча, пока из-за холмов не показались дома деревни. Найт вскрикнул и понёсся по дороге, подгоняя себя ветром. Бен тоже побежал, стоило ему разглядеть, что произошло. Некогда прекрасные деревянные строения, украшенные резьбой, сейчас представляли собой лишь тень того, какими были раньше. Чёрные, обгорелые стены, местами до сих пор тлели. Найт уже вылетел на главную площадь, попав в толпу жителей. Те же внезапно закричали: — Держи его! Лови магов! Не уйдут! Бена тоже схватили. Ему связали руки жёсткой верёвкой, натираюей кожу от одного неверного движения. Бен вскрикнул, он не успел даже понять, что произошло, когда его поставили на колени посреди площади, а рядом оказался Найт. — Что происходит? — кричал он. — Почему вы делаете это? Толпа его не слушала, лишь постаралась заткнуть поскорее. Вдруг люди расступились и к ним вышел староста. — Всем, прошу внимания! Да начнётся суд над Найтом и Беном Кларками, обвиняемыми в уничтожении деревни Ку́рлык по средствам магии огня и воздуха. В качестве наказания им назначается сжигание на костре. В этот момент Бену казалось, что у него остановилось сердце. Что? Почему обвиняют их? Почему все люди верят, что они могли бы сделать что-то подобное? Почему все смотря так? Тем временем, староста продолжал: — Есть ли среди вас те, кто имеет, что сказать в их оправдание? Никто не вступился за них, люди только продолжали выкрикивать обвинения. Почему? Это ведь всё не правда! — Если никто не выступит в защиту виноватых, то они виновны! Значит, завтра в полдень, будет проведена казнь. Таково решение. До тех пор, виновные будут находиться в заперти и думать о своих грехах! После этих слов взволнованная тольпа начала успокаиваться, а Найта и Бена поставили ноги и повели в повинный дом. Он тоже выглядел сгоравшим. Он был сгоревшим. Их завели внутрь, толкнули на пол и закрыли вход какими-то досками. Они остались в темноте. Бен молчал, не веря в происходящее и пытаясь это осмыслить. Он не мог сказать, сколько времени прошло, может час, может уже наступило утро, когда проход тихо и медленно открылся. В нём показалась низкая, худая фигура женщины. — Бен… Найт. Идите сюда. Найт поднялся с осторожностью подойдя к проходу, в то время как Бен достаточно долго пытался, прежде, чем у него что-то получилось. Выйдя наружу, Бен почувствовал, как верёвку на его руках аккуратно разрезают. — Вам надо уйти из деревни до рассвета, — раздался тихий голос его матери. — Я проведу вас до леса, а потом вам придётся идти самим. Бен смотрел на мать и не мог подобрать слов. Найт, казалось, тоже. По улицам деревни они шли быстро и молча, только на границе леса мама Бена остановилась и обратилась к нему: — Бен, береги себя, — она быстро шагнула к нему и поцеловала в лоб. — Будь счастлив. А ты, — она посмотрела на Найта. — Пожалуйста, позаботься о нём. — Ладно, — Найт отвёл от неё взгляд. — Я не против. — Спасибо. — Она улыбнулась немного устало. Они стояли рядом ещё несколько минут, прежде, чем Найт первым развернулся и пошёл по одной из множества тропинок вглубь леса. Бен крепко обнял мать, уткнувшись на мгновенье лбом в её грудь, и прошептал: «Прощай,» — прежде, чем пойти в ночь, в след на братом.