3«С»

      Очередной рабочий день завершился красивой мелодией школьного звонка. Но это только формально, ведь впереди ещё были проверка сданных учениками работ подготовка к следующему дню, благо, это была пятница. В общем, занятий на весь вечер хватало. Учительница с тяжёлым вздохом захлопнула свою тетрадь с конспектами и принялась собирать орудия труда в виде тетрадей, учебников и ручек с карандашами.       Учительница была ещё довольно молода, но опыт, приобретённый за несколько лет работы в школе, у неё за плечами уже имелся. И этот опыт учительница удачно применяла на практике. Но этот класс превосходил все мыслимые и немыслимые ожидания по неуспеваемости. Казалось, в головах учеников класса 3С было всё, кроме учебного материала. Но это никак не могло помочь при сдаче экзаменов для перехода в старшую школу. Учительница бы и не переживала по этому поводу, но именно в этом году ей предстояло показать свои профессиональные умения при негласном соревновании других учителей по этому же предмету в данной параллели. Поэтому приходилось прикладывать все силы, чтобы получить более менее успешный результат. Но пока Накагава Юки не наблюдала продвижения к успеху. Если только чуть.       Молодая женщина, Накагава Юки, или просто Юки-сан, как позволяли себе иногда называть её старшие ученики, была серьёзной и ответственной учительницей. Порой она настолько была увлечена работой, что начисто забывала о себе и о своей личной жизни. Точнее об отсутствии личной жизни. Иногда Юки даже убеждала себя в том, что никогда не обзаведётся собственной семьёй, ведь её дом – это школа, и она целиком и полностью была обязана отдать себя карьере.       Симпатичная, среднего роста, стройная молодая женщина с вечно забранными в хвост волосами, учительница шла, одолеваемая этими мыслями. Хотя и на них не оставалось времени, ведь нужно было спешить на занятия клуба робототехники, куда её так некстати назначили куратором. Но и к этому Накагава Юки подошла со всей серьёзностью, чтобы быть в курсе дел этого кружка. Учеников в нём было не так много, но Юки уделяла своё внимание каждому, чтобы дети не теряли интерес к вычислительной технике.       Если бы учительница не была так занята своими профессиональными проблемами, она бы заметила, что за углом девочки из того самого класса 3С отвели свою одноклассницу, удерживая её за руки с двух сторон, а бедная пленница покорно шагала за ними. Разве углядишь за всем? Особенно перед решающим выпускным экзаменом.       Накагава Юки вздохнула ещё раз и вошла в кабинет клуба робототехники.       - Нравится сидеть рядом с Такеру? – спросила Юка.       - Наверное, уже и шоколад ему втихомолку подарила? – добавила Мачи, скрестив руки на груди.       - Или записочку ему написала о своих чувствах? – заключила Эри.       Все трое стояли на школьном дворе перед своей жертвой, девочкой довольно хрупкой и нерешительной, склонившей голову и перебирающей в голове всякие пути к отступлению. Вот только бежать было некуда – трое одноклассниц окружили её, а позади была стена здания школы. Делать нечего – лучше получить пару-тройку ударов, чем потом ходить с расцарапанным лицом из-за того, что она осмелилась перечить элите женской половины класса.       Китадзава Юи часто попадала в такие ситуации, когда приходилось только бежать, а если не оставалось пути к отступлению – терпеть унижение. Так вышло, что в каждом новом классе она не могла найти друзей. И вот, к концу подходил уже последний год обучения в средней школе, но мало кто обращал внимание на тихую девочку, которая сидит за последней партой у окна и рисует на полях школьной тетради чудесные картины. Будь то цветы или животные – все рисунки выведенные рукой Юи могли приковать взгляд, но мало кто смотрел в её сторону.       Но это было до поры до времени, пока рядом с Юи не сел высокий парень с густой шевелюрой на голове. На одном из уроков его взгляд упал на рисунки Юи, и он очень удивился профессионализму выведенных линий. На перемене Такеру, а звали парня именно так, повернулся к Юи, чем немало удивил её, и заговорил о её рисунках. Так, слово за слово, они разговорились, а на следующий день девочка уже чувствовала на себе злобные взгляды одноклассниц. Учебный год подходил к завершению, и в Такеру уже успели влюбиться многие девочки их класса, ведь он был более чем симпатичен.       Сначала ей предлагали попросту поменяться местами, но Юи отказывалась, чем вызывала всё большую ненависть. Потом ей начали мазать стул клеем, поэтому приходилось предпринимать экстренные меры перед уроками. Но и это не заставило её покинуть своё место, потому что с каждым днём её сердце всё больше тянулось к парню за соседней партой. Такеру тоже не избегал общения с ней, разговаривая о её рисунках и улыбаясь ей на каждой перемене.       - Выскочка, - процедила Эри. – Думаешь, всё должно приплывать в руки таким тихоням, как ты?       Вот и первый удар. В скулу, чтобы было всем видно. Юи теперь смотрела в сторону, чтобы не видеть перед собой эти искажённые ненавистью лица. Синяк уже начал расплываться по скуле.       Одноклассница размахнулась ещё раз, и новый удар был нанесён по носу, да так больно, что и дышать некоторое время было невозможно. Нет, на этот раз парой ударов дело не обойдётся. Юи лихорадочно начала искать лазейку между окружившими её одноклассницами, но это не представлялось возможным. Она рванулась вперёд, чтобы прорваться среди девочек, но те стояли твёрдо, словно каменная стена, и Юи в бессилии опустилась на колени.       Эри и её подругам это действие понравилось, и они начали смеяться.       - Так вот, - сказала она, вдоволь отсмеявшись. – Завтра ты должна освободить своё место рядом с Такеру. На нём буду сидеть я.       Девочки уже собрались уходить, оставляя Юи сидящей на коленях, но вдруг она заговорила. Тихо, будто это был всего лишь шелест ветра, но одноклассницы её услышали и обернулись как по команде.       - Разве, - немного дрожащим голосом начала она, - человек может понравится, если только сидит рядом? – Юи откашлялась, чтобы продолжить. – Человек нравится сам по себе, он нравится своими поступками.       Этого хватило, чтобы Эри быстро вернулась и ударила девушку ногой в живот. Юи лишь согнулась пополам, больше ничего не говоря. На этот раз одноклассницы остались довольны произведёнными ими действиями.       Яркое солнце ослепляло, Юи зажмурила глаза, потому что даже солнце делало ей больно. Девочка свернулась калачиком и на некоторое время осталась неподвижна. До тех пор, пока к ней не подошёл кто-то из учеников школы и не опустился перед ней.       Следующий день для Юи был совсем не радостным. Болели мышцы после ударов одноклассниц, синяк на скуле нужно было закрашивать большим количеством тонального крема. Все невзгоды скрашивало то, что этот день был субботой, а значит, было мало уроков, и все они были не такими важными.       Разве кто-то относился серьёзно к урокам японского языка? Совершенно нет, особенно для Юи в такой ситуации. Она ещё раз тронула кончиками пальцев скрытый кремом синяк, немного сморщилась от боли и отправилась в школу.       Было начало весны, скоро выпускные экзамены, но это было последнее, о чём думала девочка. Половину её мыслей занимало то, что на неё ополчилась добрая половина девочек её класса, вторую – Такеру. Она продолжала вести себя с ним по-прежнему, но с каждой его улыбкой на сердце расцветали цветы и пели птицы. Наверное, Юи отправилась в школу только из-за этого парня.       За что и поплатилась перед первым же уроком. Она прошла к своему привычному месту, как обычно разложила свои вещи на столе, но в этот момент около неё возникла Эри и две её подруги.       - Самая смелая, значит? – прошипела одноклассница. Она старалась говорить тихо, ведь рядом был Такеру, который тоже прислушивался к разговору.       Юи решила ничего не отвечать. В присутствии парня и других одноклассников Эри не решилась на более решительные действия и отошла от Юи. Но после этого неприятного случая был обмен улыбками с Такеру, и это было лучшей наградой для девочки.       Ничего из этого не могло скрыться от зорких глаз Накагавы Юки, учительницы, которая как раз вела урок японского языка, первый по расписанию. Не показывая того, что она внутренне понимала сложившуюся ситуацию в классе, она вела урок, как и прежде. Но после окончания урока, на котором кто-то спал, кто-то делал домашнее задание для дзюку, она незаметно подозвала Юи к себе и шепнула ей подойти к учительской после уроков. Юи сначала удивилась, но просьбу учительницы выполнила.       После четырёх уроков Китадзава Юи стояла около заветной двери, куда ученики школы заходили редко. Это была учительская, место, которое старались обходить стороной, чтобы не схлопотать ненароком дисциплинарного замечания. Девочке пришлось ждать учительницу ещё некоторое время, прежде чем она вышла из учительской.       - Не могла бы ты помочь мне прибраться в классе клуба робототехники? – спросила она девочку.       Юи только нерешительно кивнула и пошла за молодой женщиной по коридору в сторону кабинета странного, не её взгляд, увлечения. Страной ей казалась и просьба учительницы, но всё же она была сенсей, поэтому в стенах школы нужно было слушаться её беспрекословно.       - У тебя ничего не происходило в последнее время? – спросила учительница, когда доставала с верхней полки шкафа тряпки для уборки. – Никто не обижал?       Девочка испугалась такой догадливости учительницы и инстинктивно прикоснулась пальцами к синяку, закрашенному тональником.       - Н-нет… - только и ответила Юи.       - А мне кажется, - продолжала Нагагава-сенсей, - что три девочки из твоего класса тебя невзлюбили. Они не делали тебе ничего плохого?       Юи некоторое время думала, признаться ли ей в своих неудачах, и в конце концов, нахлынувшие чувства уже сложно оказалось скрыть, и она начала рассказывать всё, что произошло вчера, а потом и с самого начала года.       Во время этого невесёлого рассказа по её лицу скатывались слёзы, но девочка их не замечала. Когда она выговорилась, ей стало легче, и теперь Юи корила себя за слабость характера.       - Вот как… - сказала будто про себя Накагава-сенсей и постучала в задумчивости пальцами по столу. – Так я и знала. Опять проделки этой Канаи Эри. Она уже была в моём классе два года назад и ничуть не изменилась. Давай-ка мы с тобой сделаем вот так…       И учительница начала излагать подробный план действий по усмирению гордой красавицы. О чувствах Юи к её соседу она не сказала ни слова, хотя тоже прекрасно всё видела.       А план заключался в следующем. Юи должна была писать в течение полутора дня выходных сообщения на телефон Эри, но так, чтобы она подумала, что пишет сам Такеру. Тексты сообщений Накагава-сенсей взялась сочинять сама, ведь эти сообщения должны были в конце вызвать неприязнь к парню. Юи должна была надоедать сообщениями и днём и ночью, чтобы Эри попросту устала от них. Юи эта шпионская игра увлекла, и она приступила к ней сразу же. Первое сообщение они и учительница придумали вместе.       На первое сообщение Эри ответила через час, но потом ответы стали приходить незамедлительно. Поначалу. Потому что Юи решила не поспать одну ночь, чтобы не дать покоя своей завистливой однокласснице. Не было никаких оскорблений в её адрес, просто надоедливые признания в любви, которые после пятидесятого раза обычно надоедают.       В понедельник Накаи Эри пришла с покрасневшими глазами, а на Такеру даже смотреть не хотела. Про Юи она и думать забыла на несколько дней. Накагава-сенсей во время первого урока незаметно подмигнула своей сообщнице, а девочка лишь кивнула. План удался.       Незаметно для себя Юи увлеклась на уроке учебным материалом, и в этот раз прослушала урок до конца с большим вниманием. После урока темой разговора Юи и Такеру был новый материал урока японского языка.