Позови меня завтра

"Сяо..." Тихий голос путешественницы донёсся откуда-то издалека. Якша, как это часто бывало, сидел на крыше гостевого дома "Ваншу" и безмолвно глядел в ночную пустоту. Звук его имени заставил вернуться к реальности. Она зовет его? Что могло произойти в столь поздний час? Если ей грозит опасность, стоит откликнуться. Однако Сяо медлил. В прошлый раз путешественница позвала его лишь затем, чтобы угостить миндальным тофу. Подобные глупости казались Сяо раздражающими, и не хотелось бы срываться на зов, чтобы получить очередную порцию еды или что-то столь же незначительное. "Сяо" Якша вздохнул и бесшумно поднялся на ноги. В следующее мгновение он уже стоял рядом с источником голоса, что так настойчиво звал его. Однако перед Сяо предстала лишь картина умиротворенно спящих путешественницы и Паймон. Он огляделся. Похоже, эти двое решили переночевать в окрестностях склона Уван. Рядом тихо потрескивал костер. Но почему не дошли до постоялого двора? Сяо нахмурился. Если Люмин не звала его, что тогда он слышал? Его внимание привлек звук шуршащей ткани, и Якша перевел взгляд на спящих. Путешественница повернулась на спину, а затем снова прошептала: "Сяо". Он поджал губы и нахмурился. Что могло сниться сейчас путешественнице? Их последняя совместная битва? Или же сейчас она видит кошмар, в котором зовёт его на помощь? Не важно. Ей не грозит опасность, а значит, в его присутствии нет нужды. Сяо сказал себе это, но почему-то не сдвинулся с места, продолжая вглядываться в безмятежное лицо девушки. Вдруг из груди спящей вырвался слабый стон, она прерывисто вздохнула, и снова зашуршал подол её юбки. Люмин слегка сжала бедра и заёрзала. Зрачки Сяо расширились: несмотря на то, что он уже многие сотни лет избегал контакта с людьми, он знал, он помнил этот язык тела. Что-то внутри него сигнализировало немедленно исчезнуть, уйти прочь. Но ноги словно вросли в землю, а взгляд немигающих глаз оставался прикованным к путешественнице. Неужели ей и правда снился он в таком ключе? Сяо не мог в это поверить. Она всегда была рада видеть его и общалась непринужденно и легко, однако он видел, что был не единственным: у Люмин во всех уголках Тейвата были друзья, и не было повода считать себя особенным. Якша бесшумно приблизился к спящей девушке и присел на корточки. Её губы были слегка разомкнуты, щёки покрывал нежный румянец. Грудь вздымалась, а пальцы теребили подол платья. Что-то давно забытое, но теплое и вязкое разливалось внизу живота. Зрачки сузились, а янтарные радужки излучали слабое свечение, отражая лунный свет. Тонкие пальцы, скрытые тканью перчатки, невесомо коснулись щеки Люмин. Он боялся, что она сейчас откроет глаза и испугается, однако девушка слегка повернула голову, прильнув к его ладони. С её губ вновь сорвалось короткое имя. Слабое дуновение теплого ветра доносило до Сяо её запах, сладкий и цветочный. Обладающий острым обонянием, он уже не раз обращал внимание на аромат путешественницы, но всегда отмахивался, стараясь игнорировать. Однако сейчас он позволил себе вдохнуть глубоко. Абсолютный контроль, под которым Якша держал себя каждую секунду, пошатнулся. Он опустился на колени и наклонился ближе к спящему лицу Люмин так, что её дыхание щекотало кожу. Взгляд задержался на губах. Ощущение необходимости отпрянуть и уйти прочь неприятно било по вискам, но сейчас Сяо лишь отмахнулся от него. Он приблизился вплотную к лицу путешественницы, и их губы соприкоснулись. Сяо солжет сам себе, если скажет, будто за долгие сотни прожитых лет он ни разу не думал о тепле женского тела, о ласках, которые он может дарить и получать. Однако самообладанию Якши позавидовал бы каждый, и таким мыслям было позволено задержаться в его голове не дольше, чем на короткое мгновение. Но Люмин... Одним своим запахом, существованием эта девушка нещадно выбивала почву из под ног, заставляла забыть всё и заворожённо разглядывать каждый сантиметр своего образа, который порой казался Сяо неземным, даже божественным. И сейчас лавина веками подавляемых чувств готова была вырваться из Сяо, обрушиться на путешественницу со всей своей ужасающей мощью. Люмин прерывисто вздохнула и подалась вперёд, все так же пребывая в объятиях сна. Ладонь Сяо скользнула по обнаженной шее, едва коснулась груди и остановилась на талии. Он практически навис над спящей, опираясь на колено. Губы вновь коснулись нежной кожи, в этот раз оставляя невидимый след на щеке. Девушка вздрогнула и открыла глаза. Её зрачки расширились, и она явно собиралась вскрикнуть, однако Сяо тут же приложил ладонь к её губам и жестом наказал молчать. Взгляд метнулся к спящей Паймон. Та продолжала мирно посапывать, раскинув руки в стороны, словно ребенок. Люмин лежала неподвижно, её сердце ускоренно билось от волнения. Обрывки сна ещё не покинули сознание, и это вызвало волну смущения вперемешку со смятением. Почему он здесь? Неужели он все видел, неужели он знает? Сяо убрал руку с её губ и выжидающе смотрел в глаза. Люмин не знала, что ей нужно сделать, что сказать и как реагировать, а потому лишь нервно прикусила губу. - Ты хочешь, чтобы я ушел и забыл все, что только что произошло? - спросил он. Путешественница замялась. Она определенно не хотела этого. Тепло, исходящее от его тела, что находилось вплотную, было таким манящим и уютным. И вместе с тем она решительно не знала, как и что ей следует ответить. В конце концов она лишь слабо мотнула головой. Сяо прикрыл глаза и едва заметно улыбнулся. Он обхватил руками талию Люмин, и в это же мгновение обстановка вокруг них сменилась. Девушка огляделась и поняла, что они находятся на пике Циньюнь. Слабый аромат цветков цинсинь витал в холодном горном воздухе, а рядом возвышалась статуя Гео архонта. Теперь, когда рядом не было никого, Сяо мог говорить громче. - Ты звала меня. Я выполнил своё обещание. Но что понадобилось тебе в такое время? Ох, он явно пытался смутить путешественницу ещё больше, заставляя ответить на этот вопрос. - Я... Я не знаю, должно быть, это было сквозь сон. Прости, что потревожила. - Она не могла заставить себя смотреть ему в глаза. Однако пальцы Сяо вновь коснулись её щеки и осторожно повернули голову так, что взгляд было невозможно спрятать. Пауза, длящаяся всего пару мгновений, показалась вечностью. Он ничего не сказал ей, лишь закрыл глаза и накрыл своими губами её. Поцелуй был осторожный и лёгкий, Сяо ждал, пока Люмин ответит на него. Когда её губы разомкнулись, он углубил поцелуй, большим пальцем поглаживая покрасневшие щёки. Дыхание девушки стало сбивчивым, их языки переплелись. Она выгнула спину в попытке прильнуть к Сяо, который это заметил и опустился ниже, вдавливая Люмин в землю тяжестью своего тела. Тонкие руки обвили шею Якши, зарываясь пальцами в мягкие волосы. Когда воздуха совсем стало не хватать, они прервали поцелуй. Но Сяо тут же склонил голову ниже, чтобы обжигающим дыханием вызвать мурашки на шее. Лёгкие влажные поцелуи опускались ниже, пока пальцы уже заканчивали развязывать корсет на платье. Ткань скользнула по разгоряченной коже, и перед Якшей предстало обнаженное тело путешественницы, в свете луны кажущееся белым, словно мрамор. - Сяо, мы... Здесь? - выдохнула Люмин, бросив нервный взгляд на статую, возвышавшуюся над ними. Сейчас ей казалось, что каменное изваяние Чжун Ли будто смотрит на них с осуждением. - Что тебя смущает? - суховато ответил Сяо. - Ты же не думаешь, что он правда сможет нас увидеть? О, за напускным равнодушием Сяо скрывались эгоистичные помыслы. Сейчас он бы хотел, чтобы Моракс видел все происходящее. Видел, как Адепт делает Люмин своей. Смущенная таким ответом путешественница поднесла руку к лицу и прикусила костяшку пальца. Но Сяо с неожиданной нежностью обхватил её запястье и коснулся губами тыльной стороны ладони. Затем снова оставил быстрый поцелуй на ключице, опустился ниже и осторожно провел языком вокруг соска, пальцами слегка сжимая упругую грудь. С губ Люмин сорвался тихий стон, соски твердели от прохлады и возбуждения. Она поглаживала руками спину Якши, стараясь пальцами проникнуть под ткань его одеяния. Заметив это, Сяо прервал ласки и одним движением стянул с себя рубашку, обнажив торс. Оглядев лежащую перед ним Люмин с бо́льшего расстояния, он почувствовал, как напряжение в штанах выросло ещё сильнее. Но торопиться сейчас было бы слишком расточительно. Конечно, все его естество требовало немедленно сорвать с неё остатки одежды и наброситься на девушку, словно охотник на добычу, терзать её, упиваться криками и стонами, заставить молить о пощаде. "Всему свое время"- говорил он сам себе и продолжал неспешно ласкать нежную кожу, запуская мурашки каждым прикосновением. Люмин стонала и извивалась под ним, наслаждаясь этими прикосновениями. Когда возбуждение стало таким сильным, что мышцы с внутренней стороны бедер непроизвольно подрагивали, она притянула Сяо к себе для очередного поцелуя. Он опирался коленом между её ног, и в нетерпении девушка заёрзала, прижимаясь промежностью вплотную к его бедру. Якша отстранился и, глядя Люмин в глаза, зубами стянул с руки перчатку. От этого жеста сердце девушки пропустило удар, чтобы тут же забиться с бешеной скоростью. Скользнув по телу вниз, ладонь Сяо опустилась на промежность и коснулась влажной ткани трусиков. Затем пальцы осторожно исследовали рельеф и остановились, найдя нужную точку. Он нежно надавил на верхушку клитора и начал ласкать его круговыми движениями. Ресницы Люмин дрожали, она тяжело дышала и старалась податься бедрами вперёд, требуя большего. Якша снова опустился к её шее, зубы царапнули кожу, а горячий язык вырисовывал на ней затейливые узоры. Рука скользнула под ткань белья, к намокшим и горячим складкам чувствительной кожи. Продолжая массировать клитор подушечкой большого пальца, он осторожно проник внутрь двумя пальцами на одну фалангу. Девушка застонала, пальцы, погруженные в волосы Сяо, сжались. Получив сигнал, что он все делает правильно, Якша начал осторожно двигаться внутри. Он снова опустился к груди Люмин, покусывал соски и сжимал их кончиками пальцев. Ему доставляло удовольствие то, как путешественница реагирует на его прикосновения, он чувствовал, что сейчас она была полностью обезоружена и подчинена ему. - Сяо... Я хочу... - сбивчиво проговорила Люмин, положив руку на его член, который давно был в возбуждённом состоянии, а потому легко проглядывался сквозь неплотную ткань штанов. Самодовольно улыбнувшись, Сяо потянулся рукой к поясу, с лёгкостью развязал его и позволил Люмин самой высвободить наружу его напряжённое естество. Нежные пальцы скользнули по всей длине, изучая каждый сантиметр. Затем нетерпеливым жестом она стянула с себя трусики и шире раздвинула ноги. Внутри неё всё слабо пульсировало от прилившей крови и томительного ожидания. Якша пристроился между бедер Люмин, головка члена коснулась влагалища, показавшись девушке обжигающе горячей. Она подалась вперёд, желая наконец ощутить Сяо внутри себя. Мгновение спустя одним резким движением Сяо вошёл в нее, заставив вскрикнуть. Несколько секунд позволил привыкнуть к этому ощущению, затем начал двигаться быстро и напористо. Люмин обхватила ногами его бедра, ладони упирались в сильные плечи Якши. Каждый толчок наполнял её всю, и волны наслаждения разливались по телу, отдавались покалыванием в кончиках пальцев. Сяо неожиданно остановился, и Люмин разочарованно застонала. Это вновь вызвало самодовольную улыбку на красивом лице. В этот момент девушка подумала, что не видела его улыбающимся никогда до этого дня. Однако долго размышлять об этом у Люмин не получилось: резким движением Сяо перевернул её на живот, подтянул к себе за бедра и снова вошёл, сжимая пальцами ягодицы. Если бы не слабый свет луны, на коже путешественницы можно было бы разглядеть следы от ладоней. Стоны стали ещё громче, иногда переходя в крики, девушка цеплялась руками за траву в попытках не потерять равновесие и остатки контроля над своим телом. Она и представить не могла, что такой холодный и отрешенный Якша окажется настолько страстным, подобным голодному зверю. Сяо тяжело дышал, из его груди периодически вырывались хриплые стоны. Его лицо было напряжено, растрёпанные локоны скрывали нахмурившиеся брови. Он снова ускорил темп, с силой притягивая к себе бедра Люмин, не оставляя между ними ни миллиметра свободного пространства. - Сяо, я сейчас...- вскрикнула девушка, прогибаясь в спине. Однако Сяо тут же остановился. Он бережно повернул Люмин к себе и поцеловал. - Я хочу видеть твое лицо. После этой короткой фразы Якша лег на спину, усадив Люмин сверху. Теперь она сама могла выбрать подходящий для нее темп, чтобы достичь удовольствия в полной мере. Путешественница уперлась ладонями в грудь Сяо, чтобы удержать равновесие, и начала медленно насаживаться на его член, стараясь прочувствовать каждый сантиметр. Когда он вошёл в нее полностью, Люмин возобновила движение, приподнимая бедра лишь немного, чтобы не потерять это прекрасное чувство наполненности. Сяо прерывисто дышал, несмыкая глаз разглядывая Люмин. Её волосы были растрепаны, грудь вздымалась, а руки слегка подрагивали. Из приоткрытого рта срывались сладкие стоны, виновником которых был он. Никогда ещё путешественница не была для него так прекрасна, как сейчас. Думая об этом, Якша понял, что больше не может держаться. Он хотел излиться внутри неё, и это желание заполнило собой всё, вытесняя другие мысли. Руки снова легли на мягкие бедра, он начал двигаться навстречу ей, стараясь удержать ритм. Люмин уже перешла на крик, не пытаясь заглушить звуки своего голоса. Сейчас для неё существовали только они вдвоем. Пульсация внизу живота усилилась, и девушка почувствовала приближающийся оргазм. Она зажмурилась и замерла, позволив Сяо толкаться внутрь так быстро, насколько было возможно. Наконец наслаждение достигло своего апогея, и Люмин запрокинула голову в протяжном стоне. Ноги дрожали и практически не слушались, от напряжения немели пальцы. Сяо поднялся, обхватил девушку за талию и, сделав ещё несколько толчков, тоже кончил. Они сидели, тяжело дыша, заключив друг друга в объятия. Люмин обессиленно положила голову на плечо Адепта, губами оставляя на плече маленькие поцелуи. Когда Сяо отдышался, он провел рукой по спине сидящей на нем девушки. - Это было похоже на то, что тебе снилось? Люмин подняла голову, посмотрела в янтарные глаза и негромко засмеялась. - Это было намного лучше. В это утро Паймон долго разглядывала путешественницу в тщетных попытках понять, что же было причиной её мечтательной улыбки. А Люмин могла думать лишь о последних словах, сказанных ей на рассвете: "Позови меня завтра".