Лихорадка

Эндрю Миньярд не раз был по уши в дерьме, но сегодня он был уверен, что точно не переживет эту ночь.

— Нет. Нет-нет-нет. Никки сокрушенно смотрел на то, как вялый Эндрю избавляется от экипировки, борясь с желанием проломить кому-нибудь череп своей клюшкой. Нил был уверен, что если бы не слабость Миньярда, то он бы обязательно попытался бы сделать это с Хэммиком. Тот слишком раздражал Эндрю своим нытьем. Нил не понимал причин беспокойства. Эбби сказала, что обычная простуда никак не повлияет на общее здоровье Эндрю и уже на следующей неделе он сможет играть. Нил видел, как Рене что-то нашептывает Элисон, а она в свою очередь отмахивается от девушки. Мэтт и Дэн вообще своего облегчения не скрывали, словно любая минута без компании Эндрю была на вес золота. Нил не видел в их глазах сожаления, но и злорадства никакого не было, поэтому Нил пожал плечами и забил на откровенную панику Никки. А зря, потому что вскоре к нему присоединился Кевин. — Я на эти пару дней съезжаю к Аарону, — объявил Кевин, когда Никки уже намылился падать на колени перед братом, чтобы тот позволил ему переночевать в их комнате. — Я первый хотел! — возмутился Никки, но Кевин только пожал плечами, бросив на Эндрю беспокойный взгляд. Нил не понимал в чем дело. Лисы поспешно ретировались из раздевалки, оставив Нила в компании «монстров». — К черту вас всех, — процедил Аарон, — я никого не приглашал. — Что происходит? — Нилу, наконец, надоело представление, которое было понятно всем, кроме него самого. Он поставил клюшку к стене и снова посмотрел в сторону Эндрю, который, кажется, задремал прямо в сидячем положении. Нил поборол желание подойти к нему и отвести в комнату. Прежде нужно было понять, чего ребята устроили тут. — Объясните? — Только, когда этот свалит, — Никки указал на Эндрю, — не хочу испытать на себе то, что испытывает курица перед смертью… — Ты хотел сказать пету… — начал было Аарон, но Никки закрыл уши. — Ты ужасен! Ты знал? Ужасный! Фу, Аарон, уйди. Аарон не ушел. Напротив, он скрестил руки на груди, глядя на своего близнеца без всякого сочувствия. Затем перевёл взгляд на Нила. — Эндрю редко болеет, — сообщил парень, — но когда это происходит, мир реально под угрозой. — Почему? — поинтересовался Нил, глядя на Эндрю, который в своем спящем состоянии казался вполне себе безобидным. Но Нил знал, что в каком бы состоянии Миньярд не был — он спал чутко. — Увидишь, — пообещал Никки, — кто-то должен позаботиться о нем. Он ни за что не позволит Эбби увезти себя от тебя, — Хэммик ткнул пальцем в Нила, — а я умываю руки. Мне слишком дорога моя жизнь. — Не драматизируй, — поморщился Нил, бросая взгляд на Кевина. Он ожидал увидеть во взгляде Дэя поддержку, но вместо этого тот лишь покачал головой, словно соглашаясь с Никки. — Я, пожалуй, все же найду где провести эту ночь. Ребята расходятся кто куда. Тренировка на сегодня закончена. Джостен был удивлен, увидев сегодня на поле Эндрю. Еще вчера его Ваймак отстранил от тренировок, а сегодня Миньярд притащился вслед за Нилом. Что и кому он пытался доказать, Джостен так и не понял, но в конечном итоге парень не принял ни одного мяча. Состояние Эндрю вызвало у ребят беспокойство и после некоторых споров, Ваймак отпинал Эндрю на трибуны. Он отказался идти в свою комнату и стойко выдержал еще четверть часа. Все это время Нил наблюдал за ним, поэтому играл в полноги из-за чего дико раздражал Кевина. А Кевин отыгрывался на остальной команде. Дэн приняла решение завершить тренировку, поскольку она больше не имела смысла из-за отсутствия концентрации внимания, а на командный дух вообще не было шансов Когда Нил остался наедине с Эндрю, парень понял, что пора его разбудить и довести, наконец, до комнаты. Он присел рядом, аккуратно коснувшись его плеча. Прошло много времени, прежде чем Нил научился будить Миньярда без ущерба для своего здоровья. Либо он отточил свои навыки, либо Эндрю чувствовал, что рядом именно он — Нил. — Я умираю, — просто сообщил Эндрю, накрывая своей рукой запястье Нила. Нил не испугался его слов. Его напугала горячая ладонь Эндрю. Однако он нашел в себе силы взять себя в руки и коротко ответил: — Нет. — Да, — начал спор Эндрю, — люди не понимают, когда они умирают. Вся эта чушь про белый свет в конце тоннеля… никогда его не видел. Нил поднимается, протягивая руку Эндрю. Он хотел было сказать ему, что по-настоящему Миньярду еще никогда не удавалось умереть. Был на грани, да. Но он был жив, так что еще непонятно там все со светом в конце тоннеля. К тому же Нил не собирался давать возможность Эндрю проверять свои теории насчет смерти. Джостен заставил себя прикусить язык. Спорить с «умирающим» было бесполезно. * К девяти вечера Нил понял, почему комната опустела, оставив в ней только двоих человек. Один из них был до жути невыносимым и Нил мог поклясться, что его выдержка вот-вот рухнет. Лекарства, выписанные Эбби, по-прежнему нетронутыми лежали на прикроватной тумбе, а Эндрю дрожал под ворохом одеял. Нил потянулся к пачке жаропонижающих и стакану воды. — Нил, понимаешь… — Эндрю в сотый раз откинул от себя одеяло, но свою фразу не закончил, закашлявшись. Сердце Нила кольнуло сочувствием. Он представил себе, как же у Эндрю сейчас разрывает горло. Парень опустил взгляд на таблетку и крепче сжал ее в пальцах. Жалость жалостью, но Миньярду нужно было принять лекарство. А тем временем Эндрю вернул себе способность разговаривать. — Когда человек умирает, он думает о ком-то очень важном. С этим Нил был согласен. Когда он был уверен что умрет, он думал об Эндрю. О Лисах. Но тогда все обошлось и Джостен не хотел вспоминать этот кошмар, поэтому мягко поднес таблетку к губам Эндрю. — Мне холодно. — Нил терпеливо ждал, пока горячие губы Эндрю разомкнутся. Но парень продолжал упорно смотреть на Нила, не желая открывать рта. Чертов упрямец. — Если я укрою тебя, ты съешь, наконец, эту таблетку? Кивок. Нил мягко надавил на плечи Эндрю, укладывая его обратно на подушку и вернул обратно ворох одеял. Эндрю выполнил свое обещание. С видом мученика, он проглотил таблетку и Нил помог ему выпить воды. Кажется, прошла целая вечность, прежде чем мышцы на лице Эндрю расслабились и он приоткрыл глаза. — Не боишься, что я тебя заражу? — спросил парень. Нил пожал плечами. Ваймак не оценит, что он тут с больным контактирует. Но Нилу было все равно. Эндрю было плохо. А когда ему плохо, Нил тоже не чувствовал себя хорошо. Он опустился ниже, чувствуя горячее дыхание на своих губах. Еще пара сантиметров и можно было почувствовать горечь губ Эндрю, на которых оставались белые следы от таблетки. Но горькое лекарство не могло испортить поцелуй. — Может, я хочу отомстить тебе за все мои страдания сегодня? — спрашивает Нил. — Заболею — заботиться обо мне будешь ты. — Мститель хренов. — Да. — Проваливай. Нил не сдвинулся с места, продолжая смотреть на подрагивающие ресницы Эндрю. Прошло несколько минут, прежде чем Эндрю отпихнул от себя Джостена, но не потому что ему не нравится вес его тела. Просто он снова жалуется на жару. — Знаешь, Джостен… я передумал умирать. Возможно, таблетка все-таки начала действовать. Нил с интересом наблюдал за тем, как Эндрю борется с одеялом, прежде чем снова закутаться в него. Желание встряхнуть парня было таким сильным, что Нил невольно вцепился в собственные предплечья, обтянутые черной тканью. — Сначала я превращу твою жизнь в Ад. Нил хотел поспорить и сказать, что Ад уже давно миновал. И Нил не раз там побывал, прежде чем вдохнуть воздух свободы, которую больше никому не позволит отобрать у себя. Но вместо этого он присел на краешек кровати, подоткнув одеяло. Слова вырвались прежде, чем Нил смог обдумать их. — Надеюсь, всю мою оставшуюся жизнь? — Не сомневайся. Это было даже круче, чем вечное «я ненавижу тебя». Слова Миньярда отзывались пресловутыми бабочками в животе и он почти забыл, что перед ним лежит одна из самых вредных версий Эндрю. Он внезапно потянулся к его руке, обхватив горячими пальцами запястье. — Открой окно, — потребовал Эндрю. — Нет. — Нил. — Нет. — Мне жарко. — Нет. — «Нет», ты можешь говорить только в одном случае. Нил скучающе посмотрел на Эндрю и без каких либо сомнений произнёс: — В том случае всегда будет да. — Бесишь. Нил пожал плечами. Эндрю закрыл руками лицо. Сейчас его руки не скрывали повязки и Нил мог видеть его шрамы. Каждая черточка отдавалась болью где-то глубоко внутри. Нилу не было противно смотреть на них, учитывая что сам был с ног до головы покрыт шрамами. Просто было больно от того, что он никогда не сможет по-настоящему утешить Эндрю. Просто не сумеет. Но Эндрю не требовалось его утешение. Его постепенное доверие говорило само за себя и Нил не знал, к чему это однажды приведет. Возможно, Эндрю не шутил про то, что их жизнь не будет сладкой. Вот только Джостен был готов ко всему. — Нил. — Что? Эндрю пальцем поманил Джостена к себе и когда Нил наклонился, Эндрю сказал: — Ты должен меня бросить. Это было исключено, поэтому Нил просто проигнорировал его просьбу, не размениваясь на дурацкие споры. К чему по бесполезному сотрясать воздух? — Должен. Я самый плохой бойфренд во вселенной, потому что будучи сопливым и кашляющим, имею наглость просить тебя поцеловать меня. — Бойфренд? — переспрашивает Нил. — Перед смертью не надышишься, — напоминает Эндрю. — Я почти умер. — Поэтому именно сейчас ты решил обозначить наши отношения? Под температурой в тридцать девять? — Иди к черту. Я передумал тебя целовать. И скрывшись под одеялом, Эндрю сделался совсем тихим. Нил даже подумал, что Эндрю заснул, поэтому ему ничего не оставалось, кроме как сползти вниз по кровати и устроиться на полу, прижавшись спиной к свисающему одеялу. Он почувствовал, как Эндрю слабо перебирает пальцами его волосы, гладит по голове и чуть сжимает руку, когда чувствует, что Нил невольно поддается назад. Вряд ли завтра Эндрю вспомнит, что добровольно назвался бойфрендом, вряд ли даже Нил ему об этом расскажет. Однако это не имело значения. — Тебе нужно поспать, Эндрю. Завтра ты будешь в порядке. — Мы никогда не будем в порядке. Нил улыбнулся. — Мы? Раздраженный вздох развеселил Нила и он снова вернулся на кровать. Нужно было постараться влить в Эндрю сироп от кашля. Он просит. Эндрю соглашается. * К часу ночи, Эндрю, наконец, засыпает. Нил выходит с подносом на котором стоит пустой стакан, мерный стакан из-под сиропа и блистер таблеток, в котором не хватает всего одной. Парень прислоняется к стене, прислушиваясь тихому сопению за стеной. Он прикрывает дверь и идет по коридору, когда путь ему преграждает Никки. Он потрясенно смотрит на поднос. — Эндрю уже писал завещание? — Нет. Я напоил его лекарствами и он уснул. — Как ты это сделал?! Нил устало пожимает плечами. — Я попросил. Никки отмахивается от этого колдуна. Нил возвращается в комнату через пятнадцать минут. Миньярд за это время успел скинуть с себя одеяло, но теперь его снова трясло, поэтому Нил потихоньку накрывает его, а сам забирается на свою кровать. Но сон не идет. Он смотрит на Эндрю и думает, что он всегда заботился о своих близких, в каком бы состоянии не находился сам. И единственное время, когда он позволяет другим проявлять заботу о себе — это редкое время во время лихорадки. Нил закрывает глаза. Завтра Эндрю обязательно полегчает, а если нет, то Нил будет рядом, чтобы укрыть его, когда ему в очередной раз станет холодно.